Мурлычешь?

– Прости, Нил... Девушка виновато отошла от кровати. Тревожный голос разбудил мужчину и заставил вздрогнуть. Руки сами потянулись в рефлексе защиты, но были жестко остановлены, а в запястья врезалась ткань. – Какого...?! – Джостен попытался запрокинуть голову, лёжа в постели по пояс под одеялом: ясно, его «приковали». Он снова подёргал за нечто вроде наручников. Путы лихо скользили по железу, и попытки разорвать волокна были оставлены, – Нафига?! С нескрываемым раздражением он глянул на Дэн. Та лишь отступила к выходу ещё на шаг, еле сдерживая притаившуюся улыбку: – Я знаю, что это не самый лучший выход, но всё же... Мы не можем оставить тебя. – Чего? – кто-нибудь объяснит, что здесь происходит?! В комнату вошёл Мэтт: тёмный пиджак и рыжий галстук. Прям при параде. Увидев растерянный взгляд друга, он принялся наскоро объяснять: – Ты вчера так разорался насчёт своего самоубийства… - Нил выпучился на него, – Ты сказал: если Эндрю не скажет мне всё, то я сброшусь с крыши, – Бойд косо посмотрел на Дэн, – Так что мы решили подстраховаться. Глаза пленённого слезились. Руки уже затекли, как и шея, поэтому Нил бухнулся на подушку и принялся поедать взглядом потолок. Он вспомнил, как напился вчера. Ещё в голове засели крики о каких-то ставках между Лисами. Чёрт... – И что? Я же выпил... – Не имеет значения, – теперь в проём влез Кевин, – Мы едем на интервью: хотят собрать старый состав «Лисов». Никто здесь не остаётся, так что, это даже к лучшему: меньше трёпа от тебя и проблем. Не хватало ещё, чтобы ты себя покалечил, и «Волки» лишились нападающего перед летним матчем. Дэй кивнул парочке и вышел к Лисам. Дверь закрывалась, когда Нил прокричал: – Блять, а как мне есть? И что насчёт туалета?! – Мы не долго! Час и всё. Потерпишь, – со смешком пропел Ники из коридора. – Пиздец... Входная дверь хлопнула. Тишина заткнула уши. Первые пять минут Нил положился на своё умение выпутываться из наручников, но Лисы постарались: узлы были крепкими. Ещё один бонус от друзей, который он заметил, когда хотел сменить хотя бы положение ног: привязали и их. Заебись, блять! И так: Нил Джостен лежал на кровати, привязанный в позе звёзды. Прелестно! Так, ладно. Остаётся только подождать примерно пятьдесят минут и... Чёрт, он им такого задаст, особенно тому умнику, которому пришла эта прекрасная идея на ум… Слабый звоночек возвестил о госте в доме Эбби. Вернулись?! Или это был такой прикол, и в итоге он едет с ними? Чуть слышные шаги ласкали слух, после десяти минут тишины и терзания своими же мыслями. Но не достигли спальни. На кухне прогремела дверца холодильника и включилась микроволновка. – Может уже развяжите, не?! – на секунду, он даже испугался, что это воры или ещё кто. Но тот, кто показался в проёме, небрежно облокотившись на стену, заставил Нила вспотеть. Эндрю Миньярд непринуждённо ел сэндвич, уставившись на рыжеволосого парня, что распластался на кровати не в силах пошевелиться. В животе жалобно заурчало. Нил сглотнул, и голова бессильно упала на пух подушки. – Так и будешь стоять и смотреть? Ответа он не дождался, а Миньярд уже подошёл к кровати. – Есть идея получше, Джостен, – блондин аккуратно забрался на постель, и сел прямо на Нила. Тот сжался и поёрзал, что путы натянулись с бешеной силой. Ему захотелось исчезнуть... Но почему? Ко рту поднесли надкусанный сэндвич. Джостен поднял подбородок: нет. Светлая бровь изогнулась, и, пожав плечами, Эндрю откусил ещё кусок: – Как хочешь. – Может, слезешь? Мне и так неудобно... – Нет. Он что, решил так мне ответить на «нет»? – Эндрю, – закатил глаза Нил, – Чего хочешь? И как ты вообще избежал интервью? – во взгляде читалось недоверие. – Сказал, у меня другие планы. – Ну, да, – так же ему стыдно вот так лежать перед своим парнем, совершенно беззащитным. На мне даже нет верхней одежды! – Да, – спокойно ответил Миньярд и снова поднёс еду. Нил лишь поворотил нос и сильнее приподнялся на «наручниках». Запах манил, но вопрос не давал покоя больше: – Сначала скажи, – сквозь зубы прошипел он, чувствуя, как слюнки начинают наполнять стенки рта. Эндрю наклонился ближе, почти лёг на него, выбив весь воздух из лёгких. – И что же? – Ты знаешь, – их глаза встретились на расстоянии пары дюймов. Дыхание Миньярда тепло поцеловало мужчину, – Ты слишком долго тянул. Это так. С того момента, как они разделили свой первый поцелуй, прошло пять лет... Они уже давно не Лисы, хоть и продолжают отзываться на название прошлой команды. С ребятами обговорено было собираться раз в месяц, и то, если повезёт. Всё изменилось. Кто-то ушёл из экси, другие остались, как они. Последние месяцы были особенно нервозным для них обоих. Повисла жаркая пауза. Тело Нила успело вспреть под одеялом, и он чувствовал, как напрягся Эндрю и вжал его сильнее в простыни. Миньярд коснулся кончиком своей верхней губы горячей кожи, сжал одной рукой пальцы мужчины, проведя большим пальцем по давящим узлам. – Я купил квартиру. – Что?! – опешил Нил, но губы сжали тремя пальцами. – Тихо, Джостен, – Эндрю откусил от сэндвича самую середину, снова лёг на него и стал массировать голову, перебирая рыжие золотистые волоски и заправляя наверх кудрявую челку, – Для нас. Я купил её для нас. В голубых глазах заплясали огоньки. Нос судорожно пропускал воздух. Всё время они жили в общаге со своей командой, постоянно переезжая, но теперь... – И ещё, – слава богу, Эндрю зажал ему рот, иначе слюни потекли бы прямо на грудь, – придётся заказать новые джерси. Нил изобразил недоумение единственным, что было не обездвижено: нахмурил брови. – Нужно заменить надписи на Джостен-Миньярд, – пояснил Эндрю и равнодушно откусил сэндвич. Остался маленький кусочек, где торчала плоская ветчина и огурец. Глаза Джостена расширились, и сквозь закрытый рот он издал победный вскрик. Руки потянулись к Эндрю... Ах, блин. Чёртовы наручники! – Не рыпайся, – блондин сам нагнулся, закусил мочку уха и мягко сжал, – Дорогой. По телу пробежала волна кипятка. Это чувство и называют счастьем?! Слово обожгло сердце мужчины и пустило его в бешеный танец. Нил резко повернул голову навстречу приятным ощущениям и схватил чужие губы, обволакивая их своим ртом. Они утопали в друг друге, пока Миньярд не положил руку ему на грудь, обведя вокруг соска пальцем, и сунул под нос аппетитный остаток завтрака. Закрыв глаза, Нил позволил Эндрю взять его за подбородок и, оттянув нижнюю губу, положить заслуженный сэндвич на язык. Медленно жуя, с набитым ртом Нил проговорил: – Хах ше я люблю тея. Белокурый мужчина наблюдал за тем, как ресницы трепыхаются на закрытых глазах и кадык поднимается в кратком насыщении. – И за это, я ненавижу тебя ещё больше, – ухмыльнулся Эндрю в губы. Нос щекотно впился в щеку Нила, продолжая поцелуй; ноздри громко втягивали разгорячённый воздух, а тело желало ощутить чужое тепло. – Эндрю, – грудь Джостена тяжко вздымалась, – Развяжи меня, – и он помотал головой, – Я больше так не могу. Миньярд лишь коварно улыбнулся. Он припал поцелуями к шее, вызвав не скрываемый вскрик и тихий мурлыкающий звук. – Ты как кот, – смутился Миньярд, облизывая ключицу и пальцами забираясь под покрывало и исследуя талию. – Продолжай. – Как мы поженимся, то заведём кошек, – руки нежно поднялись выше и погладили подмышки. – Как скажешь, – Нил снова мурлыкнул себе под нос, когда сосок был влажно облизан. Эндрю наигранно нахмурился и прищурил глаза в улыбке. – Развяжи меня, – почти крикнул Нил на весь дом. Краем сознания он молил, чтобы времени хватило, пока Лисы не вернулись. – Секунду, – пропел блондин и скинул одеяло на пол. Поцелуи опустились ниже, по линии живота, задев резинку трусов. Зубами он приподнял её, а пальцы помогли содрать их и так же выкинуть прочь. Эндрю прошёлся языком по внутренним сторонам бёдер, играя с нетерпением в опасную игру и слушая, как Нил скулит у изголовья. Миньярд устроился сверху на нём, лизнув подбородок и надавив на возбуждённый орган телом. – Я освобожу тебе ноги, но... – он поиграл пальцами на груди мужчины, спустился на край кровати и обвёл языком член, – Добавлю кое-что ещё. Путы спали, и Нил согнул ноги в коленях, пока его партнёр, быстро спрыгнув, удалился, оставив на деревянном косяке след от горячей руки. Нил попытался вырваться, притягивая руки к себе: без результатно. Его распирала, ломала на части страсть. – Быстрее! Эндрю вернулся с каким-то ремнём в зубах и небольшой баночкой. – Что…?! – Чш, – бледные пальцы скользнули от растрёпанных волос к губам. Миньярд обвил его шею и послышался щелчок. Ошейник был на месте: гордо украшая шею мужчины. Второй щелчок: рукой Эндрю потянул за пристёгнутый кожаный ремешок. Взяв его в зубы, он развязал узлы на «наручниках» и, успев схватить освободившуюся руку Нила, связал их между собой за его спиной. Посмотрев тому в глаза, Миньярд расплылся в насмехающейся улыбке: – А теперь, идти сюда, – дёрнув на ремешок, он втянул Джостена в незабываемо долгий поцелуй. Подушечки пальцев потянулись к стройной талии, направив движения тела Нила ближе. Массаж, что вытворяли пальцы, подкреплялся нетерпеливым поцелуями в шею. Руки Нила жалобно сжали путы, когда Эндрю прошёл от пупка до подбородка пальцем, всё ещё не отпуская ремешок и не давая Нилу отдалиться. Джостен был совершенно обнажён, когда Миньярд, разорвав поцелуй, скинул с себя футболку и взял в зубы «поводок». Нил нехотя разлепил глаза, услышав звук расстёгивающейся ширинки и глухого стука об пол. Он хотел повернуть голову, но Эндрю сжал зубы и что-то пригрозил, съедая слова кляпом во рту. Заставляя рыжеволосого смотреть в тёмные глаза, Миньярд взял лицо мужчины одной рукой. Волосы струились сквозь скользкие пальцы. Он наблюдал, как Нил запрокидывает шею, закрывает глаза и кадык медленно поднимается вверх. – Чего ждёшь? – Джостен доверился ошейнику, который удерживал его от падения на простыни, – Ты знаешь, что мой ответ «да». Блондин улыбнулся и закатил глаза, обидно укусив за плечо: – Мне и не нужны твои напоминания, – он перешёл на шёпот, – Я всегда знаю, чего хочет мой муж, – Нил непроизвольно дёрнулся, а партнёр потянул за ремешок, – и всегда найду время, чтобы поиздеваться над тобой, перед тем как отправить на хуй. В сотый раз поцеловав в губы и выдавив из них стон и мурлыкания, Миньярд погладил бёдра партнёра и усадил его себе на колени. Обвёл лобок мужчины и, опустив взгляд, добавил: – Это я предложил сделать, – зрачки бегали по вспотевшему лицу, – привязать тебя... – Я уже понял, – на этот раз Нил сам приблизился и лизнул в губы Миньярда, – Засранец. А тот взялся за ошейник и просунул под него палец, другими растирая тёплую кожу на шее: – Хватит. – Что? – Прикасайся ко мне, – Нил открыл рот, но большой палец Эндрю провёл по нему. Мужчина облизал засохшие губы, – Возьми меня. Зрительный контакт передал им все свои мысли. Они отправили друг другу «да» и прикоснулись лбами, возбуждённо дыша. – Тогда. Развяжи меня. Ремешок был отстёгнут. Рука уложила Нила на простыни и перевернула на бок. Он свободен: путы сняты! Он сможет прикоснуться; сможет прочувствовать, как горяча кожа его мужа (красивое слово!) и как волосы зажирнились от пота. – Уступаю тебе, – ехидно подмигнул Нил и получил сурово-любовный взгляд. – Тогда шевелись, – Эндрю помог ему перевернуться на живот, взяв за талию. А потом лёг на него и уткнулся носом в волосы: – Ты потрясающий, – та самая фраза, но теперь адресованная другому. О, Эндрю... – Я докажу тебе это позже, – улыбнулся рыжеволосый в подушку и не успел набрать воздуха в лёгкие, как первый палец проник в него. Сладостный стон: второй и третий пальцы скользили по стенкам. Бёдра приподнялись и подчинялись движениям. И наконец, Нил сделал толчок и насадился на член. Миньярд хватался за бёдра, массируя их; за поясницу, яростно сжимая зубы, когда орган погружался настолько, что мужчина переставал дышать. Руки Джостена жалобно терзали ткани постели. До оргазма было совсем ничего; Эндрю потянулся к нему, зайдя до предела и судорожно взяв его пальцы в свои. Они оба мягко опустились на кровать, оставив в покое мятые в клочья простыни. Эндрю перекатился на бок рядом с мужчиной. Весь мокрый от пота и спермы. Он облизывался и смотрел на Нила: закрытые глаза с пышными ресницами подрагивали; рот украсила блаженная улыбка, а по телу не переставало разливаться тепло. Он снова мурлыкнул себе под нос. Эндрю хохотнул, убрал чёлку с лица мужа. Взял его руку и положил себе на вздымающуюся грудь: – Теперь ты. Испуганные глаза Нила говорили о его готовности и страхе напортачить. Но Эндрю набирался смелости целыми месяцами и принял это. Пора бы принять и Нила. Джостен сел верхом, позволив своим пальцам изучать все прелести и изгибы тела. Плечи, ключицы, нежная кожа на шее, соски были одарены поцелуями. Каждое ребро было пройдено языком, пока Эндрю судорожно вертел головой, трясь об подушку и сглатывая. Нил развёл его ноги. Орган был так возбуждён, что Нил не удержался. Он мгновенно наклонился и взял его в рот, облизав и прочувствовав за секунду горьковатый вкус. Смазка и пальцы уже оказались в тёплом теле. Толчки усиливались каждую секунду, а глаза мужчин загорались ярче. Нил открыл рот, когда оргазм накрыл его, а член был сжат с такой силой, что хотелось кричать от наслаждения. Миньярд распластался на двух подушках и устало глядел на мужа с гордым прищуром: – Я же говорил, – подзывая Нила к себе пальцем, прошептал он, – Ты прекрасен, и ты – мой. Он схватил ошейник и затянул Джостена в поцелуй, пока их тела, окутанные жаром, соприкасались и желали продолжения. Тишину разрушил громкий хлопок и последовавшие возгласы. – Хэй, Нил! – голос Ники донёсся с коридора, пока, казалось, что тысячи топотов наполняют уши, – Вот видишь, мы уже вернулись... – нижняя челюсть опустилась, когда он увидел двух безмятежно спящих мужчин: Нил и Эндрю лежали лицом к друг другу, сцепившись за руки, и их обнажённые тела наполовину прикрывало быстро накинутое одеяло. Лисы столпились около прохода в спальню. Шепотки прекратились примерно через три минуты, когда дверь тихо закрыли и шаги разбрелись по всему дому. Нил уже не мог сдерживать смешок, поэтому хихикнул, прижавшись к груди блондина. Тяжёлая рука попыталась невесомо погладить прятки волос. Эндрю поцеловал рыжие локоны и облегчённо вздохнул. Спустя минуту тишины, Джостен щекой почувствовал дрожь груди и поднял голову: Эндрю безмолвно ржал. – Блять, чего?! – ахнул Нил и перевернулся на живот, болтая ногами в воздухе. – Ты не видел лицо Аарона, – Миньярд приложил ладонь ко лбу, откидывая волосы. – Зато я видел твоё лицо, – усмехнулся Нил и тут же стал серьёзен, – Когда свадьба? Эндрю наблюдал за его взглядом какое-то время, потом скинул бедное одеяло на пол и лёг рядом, трясь об бока Джостена. – Завтра. – В смысле завтра?! Ники и остальные Лисы, включая Ваймака и Эбби, подпрыгнули от возгласов Нила, которые были слышны во всём доме: – У нас же завтра игра весь день! – Ну, да. – Ты прилагаешь устроить это на поле?! – Хэммик даже не стал приближаться к двери, ведь смешинка в голосе была узнаваема со второго этажа. – Джостен, я не предлагаю, а предупреждаю. – Ага. Конечно… Лисы успели насладиться тишиной секунду, а Кевин облегченно надел наушники, которые не помогали. Но радоваться пришлось не долго. – Стоп, – до Нила дошло: Эндрю хотел сделать ему предложение прямо на стадионе, где на них глазеют тысячи фанатов… Вау, – А нахуя спойлерить было? – Скажи, я тот ещё кайфолом. – Эндрю, блять! Таинственные шебуршания простыней извещали либо о драке подушками, либо о повторении утренней неприятности с «приковыванием». Но как Ники не вслушивался, он никогда не узнает, что тихо ответил Миньярд своему будущему мужу: – Двадцать седьмого августа в шесть часов, Джостен. И одень костюм. Улыбка и милый «мурлык, в подушку успокоили сердце мужчины: – Ты завтракать собираешься? – Я уже и забыл, – Нил задумчиво положил подбородок на скрещённые перед собой руки. – Конечно. Тебе ведь нужно всё напоминать. – Напоминай мне про 27 августа каждый день, договорились? – Что я получу взамен? Нил поёрзал и толкнул блондина в бок. – Ещё двух котов. – Договорились, – Эндрю поцеловал его в плечо и, встав с постели, мило (как подметил Нил) потянулся, – Идём, иначе Ники съест все сэндвичи, что я принёс. Хэммик за дверью поперхнулся последним бутером.