Встреча

В городском брюхе все переплетено на столько, что невыносимо всем, кроме влюбленных и архитекторов. Бесконечные лестницы, плещется темная Сена, кораблик - еще чуть-чуть и преодолеет мост. Нырнет под него. Фредди Грин дожевывает мясной рулет от жены отца, утопает в своих воспоминаниях - светлых, как волосы у Гертруды, смешных, как ее шаржи. Ему не было так легко ни с кем, кроме Гертруды - разговаривать с глазу на глаз, восхищаться городом, лестницами, размышлять карандашом по листу, у Фредди Грина самое счастливое детство… оно смотрит на него из освещенных тоннелей, со стен барельефами всеми красками волшебства. Фредди тридцать, Гертруды давно нет, а он дожевывает мясной рулет в машине такси, в его обыденности работа и ничего… Такси. Остановка на светофоре. Туристические кварталы. Остаток рулета исчезает во рту. Фредди Грин бродит взглядом по зданиям - реклама, шум ресторанов - осень и улица. Знакомое лицо. Силуэт. Девушка бредет перед лобовым стеклом, выбиваясь из потока прохожих, печалью и ростом - выше других. Опустила плечи и сумку волочит, будто собирает опавшие листья. Повернул голову следуя за ней - Мари Паскаль. Улица с ресторанами. Такси тронулось медленно. - Прошу вас! Остановите здесь! - восклицает Фредди. Таксист не реагирует. Араб. Фредди Грин повторяет скороговоркой на английском. Такси огибает скутер и останавливается. - Увидели девушку? - улыбается Фредди Грину парень, такой же как он тридцатилетний, - я вас хорошо понял. Высокую? Ту… самую грустную в толпе? - Ту самую. - Удачи! - такси срывается с места. Знаки. Парковки и остановки нет. Камера. Штраф. «Спасибо тебе, парень!» Фредди Грин бегом устремляется к улице с множеством ресторанов. Сиюминутный порыв плох в концепции, у него нет расчета стоимости работ и представления о том, каким будет здание. Прячет руки в карманы. Париж улыбается. В Париже много лиц, света, туристов. Осень… Дождь накрапывал. Перестал. Мари Паскаль девятнадцать и она курит на улице перед заполненными столиками ресторана. Сумка болтается в ее руке. - Привет, - говорит Фредди Грин, представляя как его коллега и мать Мари - Валери Паскаль поднимет его на смех, пригвоздит и растерзает. Валери Паскаль круче, чем Мари на слова и обороты иронии. Нужен ей такой ухажер для дочери в девятнадцать? Конечно, нет! - Фредди? - Проезжал мимо. Мари, может быть, тебе нужна компания? Поддержка? Мари Паскаль поправляет рукой светлые волосы. Внимательно смотрит на него - Фредди высокий и худой, нескладный, руки торчат из куртки - не мужчина и не подросток, нечто средне-английское. Из ресторана льется мелодия «Les Gauloises Bleues» - все старо и все повторяется. В Париже безответно влюбляются. Англичане во француженок. - Поддержка? - Мари Паскаль поднимает глаза, - От тебя, Фредди? На полном серьезе ты, вечно расстрелянный моей иронией, сообщаешь мне, что проезжал мимо, специально остановился, чтобы предложить мне поддержку? - Экскурсию? Я отлично знаю все эти места и здания… - Я тут живу, Фредди! Нелепый-нелепый-нелепый… Ну, блин, - подхватывает за руку, - Если ты скажешь, Фредди, что у тебя есть деньги, то пойдем-поедим? Я забыла… Предложенный столик - дальний, за спинами шумной компании и перед фарами припаркованных скутеров. Вид на часть улицы, есть лица зданий, линии задернутых штор и открытые окна - улыбкой уверенных - посмотрите - мы счастливы! Славный вид - заключает Фредди. Мари Паскаль молчит, перебирая в руках маленькую шоколадку-комплемент к кофе Фредди. - Макдональдс далеко, - девушка кривит губы и выпускает струйку дыма, - ты же привык, что мне всегда пятнадцать и я вечно над тобой потешаюсь? В этом году я участвовала в «Недели дизайна»! - Сегодня был последний день. - Выставляли мой интерьер… папа приперся, увидел и давай мне названивать - мол, горжусь тобой, маленькая Паскаль… Противно! Мари Паскаль тяжело вздохнула. - Напыщенный козел! Архитектор! Студентам втирает почтение и трепет от его пиджаков и галстуков… Важный Луи Паскаль! Ты знаешь, как мне стремно присутствовать на его лекциях? Я докажу, что сама достойна! - Кому, Мари? Девушка пожимает плечами и вновь выпускает дым. - Тебе не понять! Фредди Грин талантливый только на лестницы! Если бы была такая номинация, ты бы взял все награды мира! - Ты так думаешь, Мари? - Это правда. Я видела, ты в лестницах лучше всех… ну, блин… ну, ладно… Фредди, скажи, а твои родители… Они в разводе? Покачал головой. - Это круто, Фредди! - Они и женатыми не были. Я случайный парень. - Серьезно? Ты говоришь об этом так просто, Фредди? Официант шел к их столику. Еда исчезла, как не было. Мари Паскаль была очень голодна. Вино. Пепельница. Тихий вечер. Компания смеется и шумит - совсем не заметно. Фредди Грин смотрит на Мари Паскаль. - Я не та, кем хочу казаться, - девушка делает большой глоток вина и убирает волосы назад - которой все равно. Мне вечно стремно и не по себе. А сегодня… Я расскажу тебе, ладно? Мне ведь именно сегодня так нужно, чтобы меня кто-нибудь выслушал, моя подруга говорит, что мои мысли-глупости… и неважные… Но, Фредди, понимаешь… Моя мать сегодня не вернется на ночь и вообще… - Твоя мать? Валери Паскаль? Что случилось?! - Папа. Целый год они делают вид, что у них ничего нет… Мне стремно видеть Филиппа, моего отчима, ждущего и ждущего. Мне стремно! Глупо было разводиться, если ненависти совсем чуть-чуть, а любви больше? Думала, поброжу по улицам до утра или до понедельника. Где-нибудь, у кого-нибудь. Приткнусь, исчезну. Хочу вызвать в них чувства стыда, страха, чего-нибудь, чтобы эта вечная ложь разрушилась! Мне обидно за Филиппа. И за себя тоже. И за то, что… великий Паскаль - трусливый козел! - Твой отец изменял твоей матери, они развелись и теперь вновь вместе? - Не изменял. Надоел. - А Филипп? - Второй муж, мой друг - не читает нотации, пытается разобраться в музыки, инди-комиксах, веселый, а не напыщенный Луи Паскаль, которого знает каждое архитектурное бюро в стране и даже совсем маленькие! Настроил! Ничего не оставил мне! Куда мне с такой фамилией? Как мне самой пробиться? Все преподы меня поглаживают по спине и говорят про себя «маленькая миленькая Мари» и в слух с придыханием «Паскаль». - Тебе стремно, Мари. Решила сделать стремно другим? - Вечно нудный, Фредди Грин! - Мари Паскаль все еще не больше пятнадцати, она не выросла… - Пошел ты! - поднялась со стула, - Отдам за ужин. Мне не нужно от тебя денег, сочувствия, помощи, как-нибудь… Интересно идти за спиной. Мари Паскаль спускается по лестнице не слишком быстро, чтобы Фредди за ней успел. Мари Паскаль давно не бежит от него. Несколько кварталов. Это прогулка вникуда, без цели и плана. Фредди Грин сопровождающий. Мари останавливается и разворачивается: - Ты с кем снимаешь свой угол, Фредди? - Сам по себе. - Найдешь для меня диван? - Взрослое предложение…. - смеется Фредди Грин. - У меня никакого плана куда идти, - Мари Паскаль закидывает сумку на плечо, потом опускает ее и протягивает Фредди Грину, - говорят, англичане часто влюбляются в молодых француженок… Может быть, ты в меня по-быстренькому влюбишься и предложишь мне свой диван? - Мари Паскаль ангельски улыбается, источая энергию, которую обычно дают Фредди лестницы - его вдохновение всю жизнь - переплетением судеб, ступенями, трудными подъемами и легкими спусками. Эта странная философия, но Фредди нравится. И Мари Паскаль давно нравится. Англичане часто любят основательно, а Фредерик Грин англичанин наполовину, может быть, это просто влюбленность? Пройдет?