insomniac

магический техникум, учитывая его расположение в самом пригороде токио, никогда не опоясывал шум, созданный людьми. здесь не ездили сотни машин, не было гомона разговоров, но ранним утром, нет, даже не утром, на преддверии рассвета колледж окутывала совсем иная тишина. тихое пение птиц где-то достаточно далеко, чтобы звук проходил мимо сознания, шелест листьев высоко над землей. итадори юджи любил это время суток. любил, потому что всегда расценивал рассвет как возможность быть самим собой, наедине с мыслями и тревогами. раньше, во времена, когда юджи даже не подозревал о существовании мира шаманов, о проклятиях и ответственности, что взвешивает на себя шаман, он любил выходить на рассвете прогуляться. пустые улицы и прохладный воздух всегда были отличной возможностью собраться с мыслями и уверенно начать новый день, наполнить себя силами перед ним. сейчас свои же мысли итадори мог воспринимать лишь как пытку. смертельная миграция, подпольные бои, на которые им с фушигуро предстоит отправится и, конечно же, сибуя. о последнем думать не хотелось вовсе, но приходилось. для юджи стало весьма привычным жертвовать своим сном дабы выйти в самую рань на улицу и напомнить себе, что он — убийца. напомнить себе, что если бы он был сильнее и забрал у сукуны контроль над телом, то количество умерших снизилось бы в десятки раз, напомнить себе, что он оказался бесполезным и не смог избежать смерти близких. итадори вздохнул. похлопав по карманам штанов, он достал пачку сигарет и зажигалку, что ощущались в руках столь же привычно, как и вдолбленная в голову привычка винить себя во всем. пламя зажигалки покачнулось от подувшего ветра так и не коснувшись сигареты. юджи, защищая одной рукой огонь от порывов ветра, повторил попытку зажечь сигарету. она оказалась удачной, ведь уже через мгновение итадори сунул зажигалку обратно в карман, медленно вдыхая табачный дым. в горле образовалось приятное першение. итадори замер, почувствовав проклятую энергию фушигуро мегуми, которую тот успешно скрывал до этого времени. юджи не стал оборачиваться, фушигуро сам подошел к нему, сравняв скорость их шага. рука с сигаретой потянулась ко рту дабы сделать еще одну затяжку, но сигарету перехватили тонкие пальцы мегуми. итадори повернул голову в сторону парня, с небольшим, но явным возмущением на лице. — итадори, - начал мегуми, выдыхая дым украденой сигареты, - не мне судить, но все же ты зачастил с этим. фушигуро вернул сигарету итадори, якобы говоря этим жестом, что речь идет о курении. — не уж то переживаешь, фушигуро? в этом нет нужды. на самом деле, итадори слабо верил в то, что мегуми волнуется о нем. он ведь даже не заслуживает ни переживаний ни заботы. кто угодно, но не он. под порывами ветра сигарета быстро дотлевала, юджи ухватился за возможность затянуться последний раз, не нарочно выдыхая дым в сторону фушигуро. — что если да? что если переживаю? - мегуми говорил почти шепотом, будто боясь нарушить тишину, к которой привык юджи. итадори не ожидал такого ответа и тихо посмеялся. — уж кто-кто, а фушигуро мегуми не стал бы заботиться о ком-то вроде меня. - итадори хотел потянуться за второй сигаретой, но после слов фушигуро осталась доля неловкости. - переживать за меня бессмысленно. раньше итадори почувствовал бы вину за то, что заставил кого-то волноваться о нем. но не сейчас, не будучи убийцей, разрушившим половину района сибуи и убившим сотни, а то и тысячи людей. кто угодно мог заслужить волнение и заботу, но не итадори юджи. сейчас он просто не мог верить в то, что заслуживает их. — почему же? - фушигуро смотрел на итадори скорее с вызовом, чем с недопониманием. — фушигуро, разве ты сам не чувствуешь вину за то, что человек которого ты спас, убил кучу других людей? итадори зажег вторую сигарету. — жду не дождусь момента, когда ты перестанишь винить себя за проступки сукуны. - фушигуро ухватил запястье итадори, поднося сигарету в его руках к своему рту, и едва касаясь губами пальцев итадори, делает затяжку. от мимолетного прикосновения у юджи пробегают мурашки и странно скручивает живот. - король проклятий не та сила, которую легко сдерживать и не та, которую легко остановить. в сибуе были другие шаманы, что не смогли остановиться его, так разве это твоя вина? вместо слов с уст итадори слетел сигаретный дым. не хотелось говорить, что «да, это все еще моя вина», «да, это я виноват, что не сдержал его». поэтому итадори молчал и дальше. — сложно не винить себя, когда видел масштаб этих разрушений и осознавал количество убитых, но ничего не мог поделать. - в конце концов, ответил итадори. мегуми вновь выхватил сигарету из руки итадори, который всегда терял бдительность в его присутствии. он бросил сигарету и, наступив на нее, потушил. — фушигуро, какого черта… - итадори, перебитый мегуми, не успел договорить. — если ты умрешь от рака легких, это будет низкая смерть для шамана. - фушигуро вздохнул. - эй, юджи, мне будет плевать на тысячи чужих жизней, если они однажды заберут твою. по позвоночнику и лопаткам итадори прошлись мурашки не то от холодного порыва ветера, что сдул остатки пепла под ногами фушигуро, запутывая его волосы и заставляя их прилипнуть к лбу, щекам и скулам, не то от разлившегося по всему телу волнения, после того как мегуми впервые назвал юджи по имени, говоря, что его жизнь ценнее тысячи чужих. — не один шаман не умирает без сожаления, - начал итадори, осторожно заправляя вбившуюся прядь мегуми за ухо, хотелось задержать прикосновение, провести рукой по скулам и шее фушигуро, но рука неуверенно вернулась в карман штанов, - а я точно не тот, кто станет исключением. сомневаюсь, что я заслуживаю какую-либо смерть помимо низкой. в сибуе я не смог никого спасти, ни кугисаки, ни учителя нанами. для меня смерть от рака легких звучит весьма достойно, но не думаю, что мне светит такое, если кто-то и дальше будет отбирать мои сигареты. — уверен, этот кто-то продолжит это делать. - губы фушигуро на секунду растянулись в улыбке, итадори был уверен, что почти услышал тихий смешок, - если ты винишь себя в том, что не смог спасти их, то вспомни, что я потребовал от тебя раньше. «начни со спасения меня». итадори, запомни, ты мне нужен. итадори хотелось расценивать последние слова как необходимость в его силе, как и сказал тогда фушигуро, но непривычно рассеяный взгляд мегуми без слов давал понять, что речь идет о потребности в итадори как личности. от осознания скрутило живот, стоило бы сказать, что итадори не тот человек, в котором нуждается фушигуро, стоило сказать, что рядом с ним он обречен страдать, но смелости сказать это остро не хватало. — обещаю, что спасу. - все на что хватило сил итадори, пауза в разговоре и без того выдалась длинной. - и… ты мне тоже нужен, мегуми.