Операция «Принцесска под прикрытием»

Шатен стоял в конце строя, ожидая вместе со всеми нового командира, но тот всё не появлялся. Многие парни разговаривали и смеялись, но Мин стоял один, к нему сегодня даже Минхёк не подошёл. Ну да, зачем общаться со слабым одиночкой, если есть целая компания сильных и крепких новичков? Послышался звук шагов, но парень не придал значения, ведь человек был одет в обычную военную форму, такую же, как и у всех здесь находившихся подопечных. Дживон потёр глаза ладонью. Ладно, спать подряд тринадцать часов действительно не очень хорошая идея. — Равняйся! — послышался внезапно низкий и громкий голос напротив. От неожиданности Вон даже вздрогнул, тут же выполняя приказ. Вопрос был один: когда капитан успел прийти? Мин его не видел и даже не слышал его шагов. Он поднял голову и тут же пожалел о том, что родился. Перед ним стоял его сосед. Тот самый брюнет-козёл-злюка-засранец, который доставал его весь день. Ага, и тот самый, которому парень нагрубил по полной и даже послал к чёрту, угрожая отгрызть руку. Боже, Дживон реально дурак, слов нет! Нужно же было додуматься! Точнее наоборот не додуматься! Брюнет перед ним зачесал отросшие волосы назад и приподнял брови. Встретившись взглядом с Воном и увидев его ошарашенный взгляд, он ухмыльнулся. — Что ж, вижу, все благополучно проснулись. Прекрасная идея, будить вас колокольчиком, верно? — когда в ответ послышалось ровным счётом ничего, он нахмурился. — Я задал вопрос! — Да, капитан! — послышалось громкое в ответ. Мин чуть не подавился воздухом. Нет, он серьёзно называет ту махину колокольчиком? Он смеётся, верно? КАКАЯ К ЧЁРТУ ПРЕКРАСНАЯ ИДЕЯ?! — Итак, первое, что я должен сказать, это то, что меня зовут капитан Пак Чонсон. Следующее: Здесь не будет тех удовольствий, что были у вас до прибытия в это место. Дальше: вы не годитесь в воины. Сколько ни старайтесь и не тренируйтесь, в любом случае вы все будете здесь слабаками. Четвёртое: никого абсолютно не волнует, что вы хотите. И последнее: не советую не подчиняться и тем более пытаться сбежать, не выйдет. Какого-то чёрта я вынужден заниматься с такими амёбами, как вы. Знаете, что значит? То, что вы ещё до своего приезда вывели меня из себя, так что советую быть паиньками, следовать правилам и без лишних разговоров подчиняться моим указаниям. Всё ясно, амёбы? — в ответ тишина, — Повторюсь: всё ясно? В ответ брюнет услышала громкое: «Да, капитан Пак Чонсон»! Мужчина развернулся спиной и уже хотел отдать следующий приказ, как из строя за ним послышался мужской голос: — Генерал, почему вы нас оскорбляете? Мы не так плохи, как может показаться! Всё же что-то да можем. Капитан вновь повернулся к новеньким с поднятыми в удивлении бровями. Голова была чуть наклонена к плечу. — Кажется, у кого-то плохой слух, и он не расслышал фразу «без лишних разговоров», — на его лицо вернулось обычное выражение строгости и серьёзности во флаконе с высокомерием. Но прошёлся глазами по шеренге с лева на право и обратно, — Шаг вперёд, ты, — показал пальцем мужчина, — ты, ты и, — мужчина ехидно усмехнулся сам себе, — ты — слишком довольно сказал тот, показывая на Дживона. Вперёд по очереди шагали молодые парни, с объективно слабым телом. Когда вперёд вышел Мин, на него устремилось больше всего взглядов. Тот был действительно очень и слишком хилым: руки даже в одежде с длинным рукавом выглядели слишком изящными, то же самое было и с ногами; рост был всего-то около ста шестидесяти пяти сантиметров; маленькие ладони и округлые щёчки. Первая мысль: «Как вообще такой человек мог попасть под призыв в армию?». Чонсон снова оглядел строй от начала до конца. — Есть ещё какие-то вопросы по поводу оскорблений? — когда не последовало ни одного протеста, Джей кивнул сам себе и продолжил: — И да, оскорбление — это часть моего воспитания, для таких случаев, как вы. Развивает выдержку и стойкость к подобному, урок усвоен? — парни вновь сказали дружное: «Да, капитан Пак Чонсон!». — Прекрасно, а теперь парням — двадцать кругов, а девчонкам — двадцать пять,— проговорил старший и тут же добавил: — Ах да, вы же тут все бабы. Извините, забыл,— язвительная улыбка, а затем строгое: — Тридцать кругов, я сегодня добрый. Чего стоим? Побежали, побежали! Парни начали очень даже уверенно, но пробежать Тридцать кругов по огромному стадиону — задача тяжёлая даже для профессионала в боевых искусствах. На улице лето, жарко невыносимо. Спустя десять кругов половина парней значительно сбавили темп, а с их лба струями текли ручьи пота. Несколько человек даже остановились. — Каждая остановка — плюс один круг для всех! — громко проговорил генерал, — И того мы имеем... — он пересчитал остановившихся парней, — Плюс четыре дополнительных круга! Со стороны бежавших послышались обречённые стоны, но все продолжили бежать. — Принцесса Мин Дживон, — вновь громко проговорил Пак, — В следующий раз будьте добры, не пихайте форму в задницу, а то после этого она мятая, — и ухмылка в конце. От парней послышался смех, а Мин залился краской. Козёл поганый! Как вообще додумался опозорить его перед всеми? Ну держись, капитан, Вон злопамятный, поверь уж. Только сначала он придумает, как отомстить, а то его и наказать могут, но это мы опустим. С каждым кругом ноги наливались свинцом. Нет, серьезно, бег — самое ужасное занятие на свете! Какой дурак будет бегать по собственной воле? Дживон не понимал. Все новобранцы снова стали стягивать с липких тел рубашки, чтобы было не так жарко, ведь ткань очень плотная, но Мон усердно продолжал бежать так, как есть. Когда шатен пробегал возле капитана, услышал смешок. В момент младший понял, над чем он смеётся. Когда вернутся в комнату, брюнет с вероятностью девяносто девять и девять десятых процента отпустит одну, а то и несколько шуточек по поводу того, что тело Мина — как буханка хлеба или желе, и именно по этому он не снял форму, а потом пару шуток про то, что он смущается, как девчонка и многое другое... Витая в этих мыслях, шатен пробежал ещё около десяти кругов, размышляя, как ответить на колкости Чонсона при том или ином раскладе событий. Да, глупо, но так отвлечёшься от несносного бега (у Мина уже в глазах темнело, правда) и отвлечёшься от несносного взгляда Джея, который буквально сверлил глазами и самодовольно скалился, как наевшаяся свежих тушек гиена. Что там говорилось по поводу дого, что у Дживона в глазах темнеет? Так вот, поправочка: в них не темнеет, он просто видит перед собой чёрные дыры, только и всего. Так ладно, шутки в сторону, ему правда плохо. Реально кружится голова без приколов и шуток, серьёзно. Блин, помогите Вону, он кажется умирает! — Эй, Я сказал не останавливаться! Или так нравится бегать?! Мин Дживон, продолжаем движение! Это были последние слова, которые услышал шатен, перед тем, как все его мышцы одновременно расслабились, а ноги перестали функционировать.