Твой любимый цвет, Изуку?

Два урока истории перемешали мозги в кашу, а мысли парня превратились в полнейшее ничто. Бакуго сидел на уроке, будто находясь в трансе: одним ухом он пытался слушать учителя, а его взгляд оставался прикованным к Изуку, который вёл себя на предмете более активно. Тянул руку, говорил ответы, и коротко конспектировал урок, пока Кацуки успевал записывать лишь крупицы из-за того, что собственные эмоции сыграли с ним злую шутку. С Изуку он всегда чувствовал себя комфортно, расслабленно. Рядом с ним Кацуки мог быть по настоящему собой, не показывать себя крутым или умным, а больше наоборот, заниматься ерундой и просто общаться ни о чем. Ну и само собой творить глупости. Да, помимо него тот дружил с Денки и Эйджиро, но почему-то именно с Деку он мог вести себя более открыто, чем с остальными. Ему казалось, что те эмоции, что он испытывает совершенно нормальные, но сейчас, понимая, что он буквально два урока подряд пялился на него, лишь бы увидеть улыбку Изуку.. Он допёр, что слова Киришимы были именно про это с самого начала, но сейчас, врать самому себе было уже бесполезно. Нужно поговорить с Эйджиро и попытаться понять, что ему делать дальше с этими чувствами, не дающими покоя.. По крайней мере, после урока физ-ры. Или перед? Звонок, прозвеневший словно гром среди ясного неба, возвращает Кацуки к реальности. Тот, спешно собирая вещи, пулей вылетает из кабинета, провожаемый взглядом Изуку. Его брови вопросительно свелись к переносице, а глаза слегка прищурились и в них отразилось непонимание. Урарака, тронувшая друга за руку, посмотрела на него обеспокоенно. — Всё ещё нет? — она кивнула себе за спину, имея ввиду Кацуки. Изуку, тяжело вздохнув, поджал губы. Он встретился взглядом с Кацуки. Тот, кивнув, быстро удалился, скрывшись за коридором, ведущим к лестнице. Мидория возвращает взгляд на подругу и, бегло облизывая губы, сжимает лямку рюкзака: — Мне правда нужно немного подумать и.. собраться с мыслями. Очако, кивнув, поддерживающе похлопала его по плечу и улыбнулась: — Я понимаю, что это правда сложно, но уверена, что ты сможешь. Пойдём? — она протянула ему свой локоть и тот, кивнув, взял её под руку.

***

Бакуго, пробежавшись по второму этажу и столовке, не нашёл друга, из-за чего по немногу начинал беситься, но, как только он пересёк порог раздевалки, то увидел ярко-красные волосы парня, сидящего на корточках и завязывающего шнурки. Кацуки, наклонившись, отвесил ему звонкий подзатыльник. — Ау-уч.. — Киришима, болезненно прошипев, схватился за голову, и повернулся к парню: — Какого чёрта, бро? — Такого, — фыркнул Кацуки, усаживаясь на скамейку и, переодевая футболку: — Пиздишь много. Эйджиро показательно закатил глаза, и, скрестив руки на груди, припал спиной к стене: — И насчёт чего это? — Изуку, — еле слышно буркнул тот, стиснув зубы. Глаза Киришимы округлились, и он несколько раз моргнул: — Повтори-ка. Бакуго, подняв на него взгляд, помолчал с пару секунд, а после сказал: — Даже если я и чувствую что-то, вряд ли это.. то, о чём ты думаешь. Эйджиро, покачав головой, провёл рукой по волосам: — Кому ты заливаешь? Даже то как ты смотришь на него, говорит слишком много, а про твою заботу и говорить нечего. Но раз ты пришёл ко мне выкладывай всё, что на уме. Бакуго поджал губы: — Прям всё? Получив утвердрительный кивок, он тяжело вздохнул, и, проведя руку по волосам, заговорил: — Мне интересно слушать его громкую болтовню, и приятно смотреть ему в глаза, хотя с другими это бесит. Мне приятно слушать его громкий смех и смотреть на то, как он ярко улыбается, и хочется чтобы Деку чаще радовался всяким мелочам. Голос Деку очень приятный, но он настолько неуклюжий, что его приходится вести под руку, а ещё всегда напоминать поесть, потому что он элементарно забудет. Он вечно печётся об окружающих, но забывает о себе, и мне хочется заботиться о нём потому что.. Изуку мне дорог, — на одном выдохе произнёс Кацуки, чувствуя, как бешено колотится сердце в грудной клетке. Эйджиро широко улыбнулся, поймав на себе чужой шокированный взгляд: — Это ты то не чувствуешь? — отчеканил каждое слово он, серьёзно смотря другу в глаза. Кацуки, проведя ладонью по лицу, вновь поднял на него глаза, полные вопросов: — И что ты мне предлагаешь? — Признаться, что ещё, — пожал плечами Киришима. Бакуго, потянув дверь, вышел из раздевалки быстрыми шагами: — Я тебе что, поэт сделать это так сходу? — Так всё же очевидно! — хлопнул в ладоши Эйджиро, идя за ним. — Да что там тебе.. Кацуки, заходя в зал, зацепился за "что-то" лежащее на полу ногой, и, не удержав равновесие, упал на ровном месте, ударившись всем, чем только можно. Он, подняв ушибленную голову, хотел было покрыть матами того, из-за кого упал, но увидел Мидорию, лежащего под ним. — Изуку...?! Бакуго, опешив, слез с него и, подав ему руку помог подняться. Он окинул его внимательным взглядом и встретился взглядами с смущённым парнем. — Всё нормально? Нигде ничего не ушиб? — Бакуго слегка нахмурился. Он взяв его запястье, осмотрел и увидел богровеющий синяк на локте. Изуку, сглотнув, неловко хихикнул: — Д-да разное бывает, ничего страшного, — Изуку попытался разжать чужие пальцы, но хватка тут же ослабла и его руку отпустили. К лицу стал предательски приливать жар и он почувствовал себя ещё глупее, чем обычно. — Наклей пластырь, — Бакуго кивнул на его синяк, но он тут же спрятал руку за спину. — Ты чего покраснел, плохо? Очако, оживившись, охнула: — И правда! Боже, посмотри на него, небось жарко стало, да? — она схватила друга за запястье и потащила к выходу: — Я отведу его в медпункт, не волнуйся! Валим быстрее, пока он ничего не понял, — прошептала девушка и слегка подтолкнула друга в спину, чтобы он ускорил шаг. Оба чуть ли не бегом покинули спортзал и последнее, что послышалось перед их уходом — громко хлопнувшая дверь, а после наступила тишина. Брови Кацуки свелись к переносице, а Эйджиро провёл рукой по лицу, что-то бормоча себе под нос. — Надеюсь, с ним точно все нормально, — Бакуго словил на себе заинтересованный взгляд и его бровь изогнулась дугой: — Чё ты так на меня зыришь? Эйджиро хмыкнул, пытаясь подавить смешок: — У тебя уши покраснели, бро. Бакуго, не поверив, коснулся уха, но почувствовал, что оно стало горячее чем обычно. Он, не зная, что сказать, фыркнул: — В зале жарко. — А как ты за него забеспокоился сразу-у, ой не могу-у, — дразняще протянул Киришима, хихикая: —... так ещё.. — Завались, дебил, — зашипел Кацуки и махнул рукой на него, чтобы треснуть, но тот увернулся: — Сюда иди, ты бля! — От правды не уйдёшь! — От пиздюлей не уйдёшь ты! Бакуго рванул за Эйджиро, а Денки, стоя в дверном проёме, смотрел на бегающих друзей большими глазами, полными непонимания. К нему подошла Мина и кивнула на парней: — Чего с ними опять? — она упёрла руки вбока. Он развёл руками: — Понятия не имею... Видимо, опять что-то не поделили. Ашидо только покачала головой, а Каминари, не теряя времени зря, включил камеру и начал записывать. Видимо, это затянется весьма надолго..