Конец.

Кайзер прямо не скажет никогда - отмахнется, закроет глаза на проблему, избежит обсуждения ситуации, и Несс причину знает. знает, но отрицает упорно, зачем-то продолжает бегать рядом, постоянно прыгая выше головы, дабы его наконец заметили, похвалили и приласкали. наивный. Кайзер может и хочет его любить, но отчего-то не выходит найти что-то интересное в бесконечно-преданных вишнёвых глазках. Несс весь такой сладкий и милый, будто даже зефирный; а Кайзер сладкое не любил никогда. Михаэлю нравится азарт и борьба, но руки Несса умеют лишь заботливо обнимать и гладить бережно-бережно, совсем как кто-то очень близкий. несомненно, порой Кайзер нуждался в такой ласке, но на постоянной основе она начинала надоедать и пробуждать агрессию. Несс дурак - знает ведь, что ему потом влетит за его тактильность, и всё равно зачем-то протягивает немного дрожащие руки. —не трогай. — зыркнув на замеревшего на месте Алексиса, Михаэль совсем тихо вздыхает. он совести не лишён, и немного неприятно осознавать, что он так сильно обижает Несса. один раз Михаэль подумал, что Алекс дрочит в душе, раз торчит там так долго, а потому забежал в кабинку с задорным смешком и улыбкой - лучше бы Несс в самом деле дрочил, а не плакал в позе эмбриона на мокрой плитке под горячими струями. Кайзер любит, когда все вокруг им восхищаются и делают его личность культовой, но привязанность Несса он ненавидел всей душой. Несс, несомненно, очень милый, и сделал для него слишком много чего хорошего, и лишь поэтому Михаэль в душе умолял Алекса таки наконец забыть его. —но я же хорошо постарался в игре... —и как это влияет на то, что мне неприятны твои прикосновения? молодец, не спорю, но оставь свои руки при себе. —ты прав, извини. — и вновь это виноватое выражение лица, заламывание пальцев и стоящие в глазах слёзы. Алексис знал, что будь на его месте Исаги - Кайзер бы поперхнулся от восторга, но это всё ещё он. всё ещё безобразный и преданный Несс. — я пойду. Алексис оборачивается с отчаянной надеждой, цепляясь за мысль, что Михаэль может ещё позвать его. блондин ещё может сказать, что просто выдался плохой день. кажется он и в самом деле зовёт. правда зовёт? —...м? —я говорю подойди сюда. оглох совсем? — подняв глаза на взбудораженного от волнения Алексиса, Кайзер очень хочет оказаться где угодно, только не здесь. только не сейчас. только бы не разбивать это чёртово хрупкое сердце того, кого приручил. —я больше не желаю играть с тобой. —что? Кайзер, если я где-то накосячил, ты так и скажи, я всё испра- —нет же, Несс, услышь меня. — взяв в руки лицо Алексиса, Михаэль неловко целует того в лоб, зачем-то слишком нежно, как никогда ещё и как никогда уже. — я ухожу из бастарда. навсегда ухожу, понимаешь? я больше не буду пересекаться с тобой. бастард был перспективным местом, но меня ждут команды и получше. Алексис что-то тихо шепчет, с невероятной силой цепляясь за руки блондина. Несс, конечно, шутки любит, но это уже пиздец какой перебор. —стой, погоди, ты же не можешь реально уйти.. мы же.. вместе всегда были.. вместе, Кайзер! ты же обещал! —значит я обещания не сдерживаю. — напрягаясь от крика, Михаэль отпускает Алексиса, отворачиваясь. — ты понял? мы больше не одна команда, мы больше друг-другу никем не приходимся. запомнил? —нет, это же просто импульсивное решение, Кайзер, ты просто на эмоциях- —я над этим больше месяца думаю. моя игра стала совершенствоваться, и теперь в твоей поддержке не нуждается. —ты хочешь навсегда оставить меня? насовсем? —насовсем, Несс. будь добр стать сильнее, а не загнуться в своей печали. когда-нибудь может и встретимся, когда сам готов будешь.