день рождения

      Сатору опаздывал. Он пропустил последний автобус и весь путь от центра города до техникума пришлось преодолевать пешком. Снег сыпал с неба нещадно, одаривая жителей холодами в последний зимний месяц.       Время близилось к полуночи и Годжо старался успеть с поздравлениями к своему единственному лучшему другу.       Вот он пронесся через последний переулок и оказался у дверей техникума. Если бы он не забыл о недостающем подарке, то сейчас бы не опоздал на нещадные полчаса. Но лучше так, чем не сделать другу приятно вообще.       Сатору постучал в комнату, что соседствовала с его, и нетерпеливо стал ждать. Ручка двери аккуратно опустилась вниз, а после в проеме появилась макушка с пучком на голове. Сугуру потер заспанные глаза и озадачено посмотрел на друга. Не ожидал он увидеть спросонья в своих дверях Годжо Сатору, что в нетерпении топтался из стороны в сторону. — Сатору… — послышался мурлыкающий тихий голос. — Что тебе не спится в такое время? — С днем рождения, Сугуру! — закричал белокурый и зажег свечу на небольшом торте. — Давай загадывай желание, пока твой день только начался!       Гето еще сильнее раскрыл свои глаза, убрал с лица челку, зачесывая ее за ухо, и с непониманием всматривался в лицо напротив, что растянулось в самой широкой улыбке.       С минуту поразмыслив и заметив стекающий к угощению воск, Сугуру закрыл глаза, продумывая заветное желание, и подул на трепыхающийся огонек. — Торт это единственная сладость, что я принес. — сказал радостный Годжо, вытаскивая свечку, что уже облепилась в приторном креме. — Я принес тебе собу, как ты любишь. Но сначала подарки!       Годжо устроился на кровати владельца комнаты и протянул вперед красочный пакет. Гето нырнул туда рукой, вытаскивая две толстовки, что не так давно привлекли его внимание, и очень дорогой парфюм. Он осматривал каждую вещь, что так старательно выбирал для него друг. Сердце билось в груди, грозясь выпрыгнуть в чужие руки. Он знал, что Сатору был богат, но такие подарки очень удивляли. Годжо запомнил их давний поход в магазин и что конкретно в нем понравилось Гето.       Сугуру сел рядом и совсем не знал как реагировать на такое огромное внимание к своей персоне. Простое «спасибо» может прозвучать слишком сухо. Ничего в голову совсем не приходило, поэтому он придвинулся ближе и оставил быстрый поцелуй на щеке друга.       Сатору от такого, казалось, выпучил все свои шесть глаз. Это было самой неожиданной благодарностью. Такой реакции хотелось, конечно, но получить вот так ее можно было только в самых сладких снах. Ощущение, что праздник тут был у него. Бег под хлопьями падающего снега стоил этого.       Годжо аккуратно взял за подбородок Гето и приблизил вплотную к себе. Одного поцелуя в щеку было катастрофически мало. Сугуру прикрыл глаза, ожидая следующих действий. А Сатору медлить не стал. Впился в губы друга, целуя совсем по-детски. Боялся спугнуть, отдалить своими действиями. Поэтому Гето все взял в свои руки и на пробу лизнул чужие губы.       Годжо понял намек друга и приоткрыл рот, позволяя чужому языку исследовать его. Гето поглаживал его за плечи, стараясь притянуть к себе еще ближе. Весь мир, казалось, замер в этот момент, чтобы сохранить этот момент в вечности.       Их губы соприкасались нежно. И поцелуй был полон эмоций — радости, любви, благодарности за время проведенное вместе.       Все вокруг исчезало на глазах. Оставались только они вдвоем, погруженные в момент самой чистой близости друг с другом. Весь мир сжимался до размеров их объятий, а сердца начинали биться в унисон.       Гето прервал поцелуй и, со всей страстью в глазах, посмотрел на Годжо, что так не хотел открывать свои. В комнате было слышно только сбившееся дыхание двоих, что призывало лишь продолжить это сладкое наслаждение.       Не в силах ждать продолжения, Сатору повалил друга на кровать, перелезая на его крепкие бедра. Он вовлек Сугуру в новый поцелуй.       Их руки медленно нашли друг друга, словно две части одного целого. Пальцы сплелись так, что уже готовы были навсегда сохранить в себе этот момент близости и соприкосновения.       Гето вытащил свои руки из чужих и положил на бедра Годжо, придвигая ближе к себе. Такого открытого и раскрепощенного друга хотелось облизать с ног до головы. Он должен быть на вкус, наверное, как все те сладости, что так нещадно поглощает каждый день.       Его голубые глаза раскрылись, когда Гето пролез пальцами под футболку. Они так были прекрасны в свете полной луны. Белые волосы к этом времени уже совсем растрепались. Сугуру не сдержал улыбки и со всей теплотой в глазах, пригладил топорщащиеся прядки. — Ты похож на маленького птенчика. — шепотом произнес Гето, проходясь второй рукой вдоль такой нежной спины. — Так и хочется тебя зацеловать и спрятать подальше от всех.       Годжо от таких слов взвыл, проходясь своим возбуждением о чужое. Гето переместился губами к белоснежной шее, со всей осторожностью втягивая кожу, оставляя багряные засосы на ней. Волосы у Сатору были мягкими, поэтому Сугуру с огромным удовольствием перебирал их в своих руках до конца дней.       Голова у Сатору становится очень тяжелой, а дыхание с каждой секундой все учащалось. В его руках уже давно была резинка Сугуру, а темные волосы волнами струились по плечам. Годжо собрал аккуратно их в руках и потянул назад, сталкиваясь вновь своими губами с чужими, но такими породнившимися за это время.       Сатору еще раз на пробу потерся о чужое возбуждение, получая в ответ сдавленный стон. Сугуру это нравилось, поэтому он подмахивал бедрами вперед, стараясь почувствовать белокурого еще ближе к себе. Желание, быть совсем близко друг к другу, не отпускало ни на миг.       Сердца стали биться в унисон, словно стали одним целым. Сейчас существовали только они вдвоем и ничего не имело значения.       Годжо был на пике своего наслаждения, продолжая тереться о пах Гето. Их поцелуй был полон страсти в этот момент. Сугуру наслаждался всем, что делал Сатору на его коленях. Ощущения, словно, каждая клеточка его тела пробуждалась под этими прикосновениями.       Не в силах и дальше так продолжать, Гето обхватил член Годжо через штаны, от чего второй издал громкий стон. Этот звук стал новой любимой мелодией для Гето, который он будет прокручивать в своей голове до конца своих дней.       Сатору еще пару раз проехался по чужому члену, изливаясь в штаны с глухим стоном. Такого опыта у него еще не было, но как приятно было услышать протяжный стон Сугуру, что одновременно с ним кончил.       Их глаза встретились и были пропитаны самой нежной любовью, что только могли испытывать в этот момент. Дыхание слилось воедино, создавая вокруг атмосферу волшебства и любви. — Могу сказать, что мое желание сегодня точно исполнилось. — сказал Сугуру, укладывая голову на плечо белокурого. — Твоим желанием было устроить ночную стирку? — рассмеялся Сатору, ощущая легкий тычок в бок. — Я тебя люблю, Сугуру. А еще хочу сказать, что благодарен этому миру, что мы с тобой встретились. Ты лучшее, что случалось со мной за всю мою жизнь. Спасибо тебе. — И я тебя люблю, Сатору.

***

— Фушигуро, а ты замечал странное поведение учителя Годжо перед каждым днем рождения учителя Гето? — поинтересовался Юджи, разваливаясь на кровати своего друга. — Он всегда уходит один поздравлять его ночью, а на утро выходит из комнаты учителя Гето и, словно, весь светится. — Мне неинтересны подробности, что происходит у этих двоих. — ответил Мегуми, сдвигая ногой чужое тело, что заняло все пространство на кровати. — И вот ни капельки ты не знаешь? — спросил Юджи, усаживаясь ровно и обнимая руками и ногами чужую подушку. — Мне это неинтересно. — сказал Мегуми, отворачивая свое лицо от друга. — Итадори, ты бы лучше своей личной жизнью занялся, а не следил за чужой. — фраза из его уст прозвучала с нотками обиды. — Фушигуро, ты о чем? — вопрос остался без ответа и заставил Юджи размышлять над ним на протяжении всей ночи.