Your chance

Комната была наполнена тяжёлым полумраком. Небольшие светильники, что висели на стенах, не давали большого освещения. Фигурный абажур, скрывавший и так тусклый свет, раскидывал вокруг себя вытянутые, будто пляшущие вокруг потухающего костра, тени. Воздух, казалось, должен быть тяжелым и осязаемым, но вопреки представлению, был свеж и даже немного прохладен. Минимально заполнявшая пространство мебель была простой и не броской. Большая двуспальная кровать из тёмного дерева, обставленная по бокам небольшими тумбами в цвет. У другой стены расположился небольшой столик с зеркалом. Можно легко представить, как на нём расставят косметику, украшения, или быть может вазу с цветами. Но сейчас он был совершенно пуст. Тёмно-бардовый пуфик, обитый бархатом рядом. В комнате было две двери, одна являлась выходом, другая вела в помещение ванной комнаты. Плотно задвинутые шторы слегка колыхались. Окно, что пряталось за ними, было открыто. Погода к вечеру явно ухудшилась. Поднимался ветер. Юнги нравилось принимать клиентов в этой просто обставленной комнате, без всяких дополнительных украшений, вроде распорных планок, крестов, стульев для бандажей. Он знал, что чем вычурнее и гротескней помещение, чем больше её наполненность, тем больше извращений таится в клиенте выбравшем её. Сегодня была очередная рабочая ночь. Клиент предпочёл выкупить его на всё время, до самого рассвета. И до встречи с Юнги лично решил оставаться в амплуа инкогнито. Что ж, с одной стороны это немного интриговало, с другой он всё же предпочёл бы заранее знать, чего ожидать от встречи с этим мужчиной. Всё, что ему было известно на данный момент — это то, что ему нужно помнить — Клиент не терпит неповиновений, ты должен безоговорочно выполнять сказанное им. Без лишних извращений. Без БДСМ сессий. Юнги был хорошим мальчиком. Клиенты всегда были в восторге от его работы. За семь лет в борделе с ним были лишь пару случаев, и то когда клиенты решали, что без заранее обговоренных действий, могут причинить боль. Были прекрасно осведомлены, что он не работает в таком «жанре», но не все в силах следовать правилам. Для таких желаний и слабостей, существовали другие комнаты и другие работники. Стрелка часов неумолимо приближалась к десяти вечера. Скоро дверь в комнату откроется, и Юнги наконец увидит мужчину на сегодняшнюю ночь, если тот конечно не имеет привычку опаздывать. И такое бывало. Редко конечно. Юнги садится на край кровати, закинув ногу на ногу и расправляет невидимые складки на приталенных брюках. На нём свободная светлая рубашка, практически прозрачная, расшитая белым узором мелких цветов, не скрывающая изящность худобы его тела. Сегодня он ощущает себя невероятно красивым. Уложенные, до плеч отросшие волосы, легкий макияж, подчёркивающий утонченные черты лица. Дверь медленно открылась ровно в десять часов. Мужчина был пунктуален. В голове Юнги проносится мысль, что если он во всем придерживается строгости и правил, проблем сегодняшней ночью точно быть не должно. Парень поднимает взгляд на клиента и замирает. Выражение его лица всё такое же спокойное, только лёгкий прищур лисьих глаз может отразить немой вопрос: «почему он выбрал сегодня его?». Мужчина, вошедший в комнату, был красив. Лет тридцати. В дорогом, явно сшитом на заказ костюме-тройке. Тёмные волосы, укладка, чёлка, что легкими прядями спадала на лоб. На тыльной стороне ладони правой руки виднелись татуировки. Всем видом он демонстрировал власть и деньги. Татуировки и классический костюм. Юнги узнал его. Мужчина периодически появлялся в заведении, но всегда исключительно в компании красивых девушек. Иногда Юнги не то чтобы завидовал, но всё же хотел оказаться в комнате с ним. Так почему сейчас он купил парня? Юнги хотелось узнать ответ на этот вопрос, он смотрел на него, продолжая сидеть на месте. — Привет, сладкий. — Мужчина легко улыбается уголками рта, он полностью расслаблен. В то время как Юнги, всё еще сидя на краю кровати, еле заметно дёргается от слов. В последний момент останавливает себя, чтобы на лице не проявилось отвращение. Он не любит слащавых прозвищ. Конечно ему не положено так открыто выражать недовольство поведением клиента, если тот не нарушает установленных правил. — Добрый вечер. Господин Чон. — Немного погодя произносит Юнги. — Так ты знаешь, кто я такой. — Чонгук проходит внутрь комнаты, засовывая одну руку в карман. Становится в нескольких шагах от Юнги. Он расслаблен, будто он покупает Юнги постоянно. — Нет. Не совсем. — Юнги не видит смысла врать. — Видел несколько раз в общем зале. — Про себя добавляет, что если бы они были знакомы, господин Чон вряд ли стал покупать себе других. Он знал себе цену. Он знал насколько хорош. — Вот как. — Чонгук пристально разглядывает парня перед собой, не скрывая этого. — Почему я? — Почему ты, что? — Почему вы купили сегодня меня? — Юнги склоняет голову чуть в бок. — Я никогда не видел с вами мальчиков. Исключительно девушки. Так почему сегодня вы изменили своим привычкам? — По моему мы выяснили, что не знакомы. Так откуда тебе знать о моих привычках. — Он ухмыляется глядя на парня. Они оба чувствуют, что разговор затягивается, но ничего не даёт. Конечно у них впереди вся ночь. Но Юнги начинает чувствовать разгорающееся желание где-то в глубине. Он ждёт действий мужчины. Всем видом показывая, что больше светских бесед он вести не будет. Юнги облизывает губы и с вызовом смотрит прямо в тёмные глаза брюнета. — Подойди. — Краткая просьба, которая из уст Чонгука звучит скорее как приказ, заставляет подняться с кровати и медленно подойти к мужчине. Юнги встаёт почти вплотную и ждёт дальнейших действий. Чонгук поднимает правую руку к лицу Юнги и медленно, аккуратно проводит тыльной стороной ладони по скуле парня вниз до подбородка, к шее. Проходит по ней кончиками пальцев практически невесомо. Возвращается вверх прикосновениями дальше, к губам. Большим пальцем проводит по нижней, чуть надавливая. Юнги чуть приоткрывает рот, смотря неотрывно на мужчину перед собой. — На колени. — Голос Чонгука чуть хриплый, но всё такой же уверенный и твёрдый. Юнги медленно опускается вниз, подчиняясь. — Хороший мальчик. — Чонгук запускает руку ему в волосы, сжимая легко у основания, и давит на себя, заставляя парня уткнуться лицом в пах. Юнги трется щекой о ещё не вставший член сквозь ткань брюк. Он прекрасно знает, что должно последовать дальше, поворачивает голову и высовывает язык, мокро ведёт им по ткани, — вылизывает. Парень чувствует, что с каждым мазком, член мужчины становится твёрже. Юнги тянется к ширинке Чонгука, что бы больше ничего не стояло между его тёплым влажным ртом и крупным, как думается, красивым членом господина Чона. Не встретив сопротивления, он наконец высвобождает его. Рот наполняется слюной лишь от вида крупного члена, что уже почти каменно твёрд в его руках. Без промедления проводит по всей длине языком, от основания до самого конца и вновь возвращается вниз, вылизывая его с особым рвением. Наконец он впускает в свой рот покрасневшую от возбуждения головку. Слегка посасывает её, круговыми движениями обводит языком и подаётся головой вперёд, что бы взять член наполовину. Юнги чувствует, как его собственный член встаёт. Ткань брюк, натянувшись, начинает неприятно давить. Он ёрзает на коленях, продолжая сосать член Чонгука. Чувствует, как напрягаются его бёдра, как он сдерживает себя, что бы не начать толкаться в мягкий податливый рот перед ним. А Юнги с лёгкостью пропускает практически весь член в себя, чувствует как головка упирается в стенку горла и вторит стону, что издаёт Чонгук, своим. И тот наконец перестаёт сдерживать себя, толкается бёдрами навстречу Юнги. Жёстко. Грубо. Юнги знает, что потрясающе отсасывает, знает, что способен довести своим ртом до самого ярчайшего оргазма. Резко сжав волосы на затылке Юнги, Чонгук вдруг останавливает парня, оттягивая от себя. Тот остаётся с приоткрытым влажным ртом, от которого тянется нитка слюны прямо к члену господина Чона. Юнги издаёт тихий стон разочарования. Чонгук чуть ослабляет хватку и придвигается ближе, проводя головкой члена по чуть вспухшим губам парня, размазывая слюну с предъэякулятом. — Знал бы ты, как красиво смотришься с моим членом во рту. — Чонгук с ухмылкой смотрит вниз, на почти разбитого парня, у которого отняли такой красивый и вкусный член. — Поднимайся. — И снова короткий приказ. Он помогает Юнги встать с колен и направляет его к кровати, немного грубо толкая на аккуратно заправленное покрывало. Парень покорно ложится и ждёт дальнейших действий. Чонгук не заставляет долго ждать, опираясь на одно колено, чуть нависает над ним. — Сними с себя рубашку. — И Юнги, как будто чуть нервно, торопясь, скидывает с себя легкую ткань. Чонгук сам расстегивает молнию на его брюках, чтобы в последствии снять их. Заметив, что под ними на парне нет нижнего белья, он вновь ухмыляется, стягивая совершенно ненужную сейчас вещь гардероба со стройных ног Юнги. Полностью обнажённый, открытый парень сразу призывно раздвигает их. Прикидываться стесняющимся и невинным? Он не видит в этом смысла. Юнги хочет Чонгука. Хочет показать ему, как сильно. Аккуратный член среднего размера уже давно твёрдый. Прижимается к животу, истекает смазкой. Юнги напрягает мышцы, заставляя его немного подёргиваться, и стонет, смотря на мужчину перед ним. Чонгук медленно снимает пиджак. Расстегивает запонки на манжетах. Закатывает рукава, оставаясь при этом в жилетке. Юнги отводит взгляд от члена мужчины, что выглядывает из расстёгнутой ширинки брюк и жадно вбирает взглядом татуировки, что теперь частично открыты на правой руке. Ох, как бы он хотел, чтобы Чонгук полностью разделся. Посмотреть на красивое, накачанное тело. Но у господина Чона, видимо, были другие планы. Мужчина вновь приближается к нему, ведет ладонями по светлой нежной коже бёдер вверх, касается члена, чуть сжимает у основания. Юнги тихо стонет и невесомо вскидывает бёдра вверх, желая ещё прикосновений. Но Чонгук возвращает ладони на бёдра, сжимает их, мнёт. Он спускает руки вниз, под колени парня. Приподнимает ноги, заставляя закинуть их вверх, раскрываясь перед мужчиной целиком. Юнги вновь стонет в мыслях о том, как сейчас открыт перед мужчиной. Видит как жадно тот смотрит на его нуждающуюся в прикосновениях влажную, готовую дырочку. — Подержи свои ножки. — Он переходит прикосновениями к упругим половинкам парня. А Юнги перехватывает свои ноги под коленями, фиксируя положение. Чонгук грубо сминает половинки, затем нежно поглаживает их, шлёпает нежную кожу, сводит и разводит вновь в стороны. Когда он склоняется вниз, совсем близко, Юнги прошибают мурашки. Как же он хочет, что бы мужчина вылизал его. Уже почти представляет ощущение от влажного горячего языка, проходящего от его трепещущего ануса вверх, к поджавшимся от возбуждения яичкам. А Чонгук, будто слыша его мысли, претворяет всё в действительность. Он размашисто лижет пульсирующее в предвкушении колечко мышц. Присасывается к нему, выводит незамысловатые узоры по нежной коже. Его язык то и дело проскальзывает в Юнги, вызывая всё новые волны наслаждения, что поглощают парня с головой, утягивают на дно тёмного океана. — Чонгу-ук. — Юнги выстанывает имя. Не в силах больше держать дрожащие ноги, отпускает их. Чонгук же, оторвавшись от желанной попки, поднимает взгляд на парня. В глазах его плещется тёмный огонь возбуждения, заполняя радужку чернотой. Он облизывает губы и затем переворачивает парня спиной к себе, ставя на колени. Разводит ягодицы в стороны. Вновь начинает вылизывать. Отвлекается он только для того, чтобы оставить заметные следы укусов на нежной коже ягодиц и ниже, на внутренней стороне бёдер. — Какой же ты красивый. — Шепчет куда-то в район поясницы парня и оставляет россыпь мелких поцелуев по коже. Юнги прогибается под ним. Выставляет себя всё больше напоказ. Подставляется под мужчину. Чонгук отрывается от столь желанной кожи, встаёт с кровати и идёт к тумбочке, где лежат смазка и презервативы. Он быстро возвращается назад, бросает пачку резинок на кровать рядом. Открывает тюбик со смазкой и выдавливает небольшое количество на пальцы. Растирает, согревая. — Пожалуйста, Чонгук. — Парень почти хнычет в ожидании. Он так сильно хочет, чтобы Чонгук трахнул его, что готов умолять. Наконец мужчина прикасается пальцами к чуть припухшему и влажному от его слюны анусу парня. Вводит медленно в него один палец. Он чувствует, что стенки свободно принимают его. Парень несомненно готовился. Тогда Чонгук добавляет второй, а через несколько движений и третий, плавно двигая ими, растягивая. Юнги чувствует, что готов кончить лишь от пальцев мужчины. И оперевшись на одну руку второй, тянется к своему изнывающему члену. — Руки. — Чонгук прекращает движения пальцами, вызывая стон разочарования у Юнги. Он не разрешает прикасаться к себе. — Это жестоко, господин Чон. — Юнги поворачивает голову назад, закусывая нижнюю губу, смотрит на возбуждённого мужчину. — Ещё рано кончать. — Наклоняется к Юнги, почти соприкасаясь с его телом и оставляет легкий укус в районе плеча. — Тебе придётся потерпеть. — Ещё один укус. Юнги вновь прогибается в спине. Он чувствует кожей член Чонгука, ведёт бедрами, трётся о него. А Чонгук же, в ответ, толкается вперед, скользя между ягодиц парня. — Ты очень нетерпелив. — Он раз за разом проходится по скользкому от смазки анусу Юнги, имитируя проникновение, но так и не переходит к главному. — Ты же помнишь, что должен выполнять всё, что я скажу? — Чонгук мокро целует его в шею, чередуя поцелуи с чувственными укусами, зализывая следы. — Д-да. — Юнги дезориентирован. Он может думать сейчас лишь о члене, что дразнит его дырочку, призывно раскрытую для господина Чона. — Тогда ты сейчас трахнешь меня. — Интонация голоса Чонгука всё также тверда и властна. До Юнги не сразу доходит смысл сказанной фразы. Он разворачивается к мужчине. — Что? Ты хочешь, чтобы я трахнул тебя? — Ты всё правильно услышал. — Чонгук расстегивает жилет и снимает его. За ним следует рубашка и оставшаяся одежда. Он обнажён и прекрасен. Стоит перед Юнги, но тот не двигается. Лишь смотрит на мужчину перед собой, всё ещё переваривая услышанное. — Хочешь нарушить условия? — Голос грубый и властный. — Нет. — Тогда будь хорошим мальчиком. Безусловно, Юнги и до этого выступал в роли актива. Он трахал мужчин и женщин. Но всё же чаще трахали его. И смотря на прекрасное, накачанное тело перед собой, он безумно хотел быть под ним, а не наоборот. Парень поднимается на колени и протягивает руку к мужчине, что бы притянуть его к себе на кровать. Тот двигается навстречу. — Как? Как ты хочешь, чтобы я сделал это? — Юнги чувствует себя неудобно. Как будто давно забытое стеснение вновь начало вспыхивать в его теле. Чонгук, сидящий с парнем практически вплотную, разворачивается к нему спиной, становится на колени. — Без лишних изысков. Просто вставь мне. — Он расслабленно улыбается, глядя из-за плеча на скованного парня. Юнги резко вздыхает и, приблизившись к мужчине, берёт в руки тюбик со смазкой. — Забей на это. — Ну уж нет. Это не лишний изыск. Причинять тебе боль я точно не намерен. А если ты из тех, кто любит все эти бдсм штучки, то ты ошибся комнатой. — Кажется, волнение и стеснение Юнги замещается раздражением. Хоть мысль о том, что он собирается трахнуть такого красавчика не даёт градусу возбуждения спасть. — Я не это имел в виду. Юнги. И подготовился заранее. Поэтому забей на растяжку. Конечно я не был уверен, что ты бываешь активом поэтому. — Поэтому условием ночи было слушать твои приказы. Я понял. — Юнги бросает обратно на кровать смазку и достаёт из упаковки презерватив. Чуть нервно разрывает фольгу и раскатывает латекс по члену. Чонгук в предвкушении ведёт бёдрами, прогибается в спине. Руки Юнги чуть подрагивают, когда он прикасается руками к ягодицам мужчины массирует и раздвигает. Уже не может понять, волнение это или ударившее с новой силой возбуждение? Проводит пальцем по сжимающейся дырочке, надавливает на неё, заставляя края приоткрыться и вновь поглаживает. Наконец приставляет головку ко входу, чуть размазывая смазку с презерватива по нему, перед тем как медленно начать толкаться внутрь. Чонгук издаёт сладкий стон, когда сантиметр за сантиметром, мучительно медленно, член Юнги погружается в него. Юнги и сам на грани стона, он шумно дышит, чувствуя, как упругие стенки сжимают его. Хоть по словам Чонгука, тот готовился, парень чувствует, как в том узко. Наконец он входит полностью, замирает. Чуть двигает тазом, притираясь, даёт привыкнуть. — Давай. Юнги. — Голос Чонгука умоляющий, отзывается в Юнги новым разрядом возбуждения. Он не медлит. Начинает двигаться в узости брюнета. — Расслабься. — Он проводит рукой по взмокшей пояснице Чонгука, успокаивающе поглаживая. И мужчина расслабляется, подставляясь под нарастающие толчки парня. Юнги ускоряется, делая движения более размашистыми. Шлепки кожи к коже становятся громче. Они смешиваются с тяжелым дыханием парня и стонами Чонгука под ним. Юнги разводит ягодицы в стороны, вбиваясь по самое основание, резко, затем замедляясь и снова срываясь на быстрый ритм. — Ты говорил, что твой член хорошо смотрится в моём рту. Но ты даже не представляешь, как красиво смотрится мой член в тебе. — Юнги поглаживает раскрасневшуюся спину, что блестит в капельках пота, и входит особенно резко, попадая точно по простате. Чонгук практически кричит в удовольствии, сжимая член парня в себе. Он не в силах отвечать на реплики Юнги. Знает, что долго не продержится. Ему слишком хорошо. И Юнги продолжает движения вновь. Он хочет, чтобы Чонгук кончил с его членом внутри. Чувствует как тело под ним вздрагивает от каждого толчка. Как сладкая истома и в нём завязывается внизу живота. — Да, Юнги, пожалуйста. — Чонгук готов кончить. Он ложится грудью на смятое покрывало кровати, протягивая под себя вниз руку. Хочет прикоснуться к себе, завершить эту сладкую пытку, но Юнги перехватывает его руку, заводя за спину, заставляя выгнуться и подставиться под член ещё сильнее. — Давай, я знаю, что ты можешь кончить без рук. — Он склоняется к нему и влажно целует в сгиб плеча, не останавливая поступательные движения. И Чонгук кончает, кончает так сильно, до звезд в глазах. Сжимается вокруг члена Юнги и протяжно стонет. — Хороший мальчик. — Юнги снова целует его в плечо. Он знает, что Чонгук сейчас гипер чувствителен. Переворачивает мужчину на спину, входит медленно вновь в него и начинает двигаться. Размеренно и как-то даже нежно. — Юнги. — Чонгук стонет. Раскрасневшийся, такой открытый под ним. Юнги и сам скоро кончит от ощущений скольжения члена внутри Чонгука, от вида его перед собой. Он чуть ускоряется, проводя руками по бедрам, касаясь только опавшего члена, собирая капельки спермы, что остались на головке. Ещё пара толчков и Юнги чувствует, как его член начинает пульсировать. Он останавливается особенно глубоко в мужчине и изливается в презерватив. Опустив голову, тяжело дышит, пытается привести дыхание в порядок, всё ещё поглаживая тело Чонгука. Наконец, поднимает голову, откидывая влажную прядку волос с лица. Он смотрит на Чонгука и улыбается, медленно покидая его тело. — В следующий раз ты трахнешь меня. Чон Чонгук. — Мужчина лишь расслабленно улыбается в ответ.