Broken Heads: Oblivion

Март. Аризона. Харви сидит на ступеньках. Разблокировав телефон, она смотрит на время. Она должна была уехать два часа назад. Вздохнув, блокирует телефон и убирает его в карман куртки. Наконец, вдалеке появляется мотоцикл, и Харви встает на ноги. Джо заезжает на территорию, как всегда суетливо паркуется, снимает шлем и спешит к Харви. — Меня задержали, — поясняет она, широко улыбаясь. Затем её взгляд падает на рюкзак у ног Харви, и улыбка медленно исчезает. — Ты… ты куда-то собралась? — Да, я возвращаюсь домой, — Харви спускается со ступеньки и становится напротив неё. Подбородок Джо начинает подрагивать. — Эй, — она берёт Джо за руку, — посмотри на меня. Харви тянет её за руку, но Джо упорно смотрит в сторону, её глаза наполняются слезами. — Мне нужно вернуться. — Я понимаю, — Джо хмурит брови и всхлипывает, — но ты говорила, что пропустишь гонку. Я думала… — Дело не в гонке. У меня хорошая команда, и они прекрасно справляются с организацией. Дело в другом, — Харви слегка тянет её за руку, привлекая внимание, и Джо наконец смотрит ей в глаза. — Есть дела, которые требуют моего участия. — Ты сделаешь дела и вернёшься? — Джо, — Харви сжимает её ладонь, — это не мой дом. — Да, — Джо нервно кивает, — да. Знаю. Просто… тебе уже лучше? — Нет, — отвечает Харви, — мне не станет лучше. Но у меня нет больше времени, чтобы быть здесь. — Знаешь, родители умирают. Со временем тебе станет легче, — Джо сжимает её ладонь. — Возможно, но дело не только в отце. — Дело в Алекс? — Джо вскидывает голову, смело глядя Харви в глаза. Харви убирает свою руку, но Джо перехватывает её и снова сжимает. — Да, Джо. Дело в Алекс. У тебя есть мой номер, можешь написать мне, я отвечу. И ещё, — Харви обходит её, и Джо отпускает её руку, — я наняла двух ребят, чтобы следили за залом и за Мэтом. Пока только месяц. Если возникнут проблемы, они вмешаются. — Что? Ох, Мэт будет в ярости. — Он знает об этом. Он не против. Они вмешаются, только если всё станет совсем плохо. И, вероятно, так и будет, потому что Мэт отказывается делать то, что от него требуют. Некоторые люди не умеют принимать отказы. Поэтому, — Харви оборачивается к Джо, — если что, просто позвони мне. Я помогу. — Хорошо, — почти шёпотом отзывается Джо. — У меня для тебя кое-что есть, — Харви идёт в сторону и обходит дом. Джо следует за ней. Джо останавливается, глядя на мотоцикл. — Тебе стоит пересесть на дорожный. Не радуйся сильно, базовая скорость у него всего сто десять. Он малокубовый, для новичков. Для начала сойдёт. Моя помощь тебе с ним не понадобится, отличный вариант, Мэт одобрил. В доме есть некоторые шмотки для тебя. Экипировка тоже. И вот, — Харви разворачивается к Джо. Берет её руку и вкладывает ключи в ладонь, — дом арендован на год. Он в глуши, но в твоём распоряжении. — Я не возьму всё это, — хрипит Джо. — Возьмёшь. Мне пора ехать. Я сильно опаздываю. Харви глядит на неё, а Джо просто смотрит на Сузуки, не моргая. — Джо, это не тот байк, от которого стоит быть под впечатлением. Он красивый внешне, но слабый. Для новичков. Поэтому, — Харви щёлкает перед её глазами пальцами, — мне правда пора. — У тебя скоро день рождения. Я думала… я думала, как поздравить тебя, а ты… у меня не день рождения, — Джо, наконец, переводит на неё взгляд. Харви встает к ней ближе и берёт за руку: — Ты хорошая девочка, Джо. Я хотела сделать тебе приятно. Возможно, я могу сделать больше, если ты попросишь. Просто знай, что можешь. Мне правда пора. Джо делает шаг и, обнимая Харви за талию, прижимается головой к груди, словно слушает её сердце: — Ты стала мне другом. Я буду скучать. Я так сильно буду скучать… Харви накрывает её плечи рукой, ничего не отвечая. Джо шмыгает носом, крепче цепляясь за неё. — Джо, я правда сильно задерживаюсь. — Прости, — Джо отпускает её, отступая на шаг в сторону, и отворачивается. Теперь она обнимает себя, и её спина дрожит. Харви оставляет её. Подходит к лестнице, берёт рюкзак, закидывает на плечи. Надевает балаклаву, шлем и идёт к своему байку. Джо остаётся стоять, не оглянувшись ни разу. Харви вынуждена ехать быстрее, чем обычно позволяет себе в повседневной жизни. И… ей удается выиграть всего пятнадцать минут. Этого недостаточно, чтобы заехать домой и переодеться. Немец просил выглядеть хоть немного по-деловому, но то, в чём одета Харви, слишком далеко от делового стиля. Она петляет по дорогам Финикса и, наконец, подъезжает к двухэтажному зданию. Заезжает на подземную парковку и тормозит рядом с машиной Лимы. Сама Лима стоит тут же, прислонившись к блестящему капоту. Харви поднимает визор, и они смотрят друг на друга. Лима выглядит слишком сурово. — Два месяца, — сквозь зубы говорит она. — Непростительно. Харви слезает с байка, снимает шлем и стягивает балаклаву. Заталкивает её в карман. — Я тоже скучала, — отвечает она, подходя к Лиме и протягивая руку. Лима сжимает челюсть, зло выдыхает, после чего пожимает руку Харви. Потом стискивает её ладонь сильнее и дергает на себя, обнимая так крепко, что Харви не хватает воздуха. Харви обнимает её одной рукой в ответ и ждёт, что её отпустят. Но Лима вцепилась и, кажется, даже не думает отпускать. Они раньше обнимались таким образом? Вряд ли. Харви ждёт саркастического замечания или очередной недовольной реплики. — Я очень скучала, — шепчет Лима. — Не бросай нас больше. Мы семья, Харви. Лима продолжает её обнимать, словно чего-то ждёт. А Харви ждёт, пока её отпустят. Наконец, это происходит, и Харви с облегчением выдыхает, делая быстрый шаг назад. — Не смотри так на меня, — рычит Лима. — Я переживала. — Я знаю. — Все переживали. — Да. — Ты опоздала! — раздаётся строгий голос Немца сзади. Он идёт к ним быстрым шагом. — Что на тебе надето? Я просил ведь выглядеть… — Он смотрит на её большой рюкзак. — В рюкзаке есть что-то, во что можно переодеться? — Вряд ли, — Харви качает головой. — Я не успела. — Харви, — Немец дёргает её за лацкан красной кожаной куртки. — Есть хотя бы чёрная? — Знаешь, в той дыре, где я была, ужасные химчистки. Они мне испортили куртку. Есть эта, есть ещё мотокуртка. — Она какого цвета? — Я разве не владею этим местом? Могу прийти в пижаме. — Владеешь, но нет, не можешь. Харви, это важное заседание. — Немец, хватит, никто не ждёт от Харви, что она придёт в костюме. — Мы разве в костюмах? — Немец строго смотрит на Лиму. Харви прикусывает губу, поглядывая на Немца, который в голубой рубашке, джинсах и оксфордах. На Лиме — строгие узкие джинсы, белая рубашка и чёрная короткая куртка. Ну и на ногах — обычные скромно выглядящие чёрные ботинки. — Я просто не успела. Немец тем временем смотрит на её джинсы с рваными кожаными вставками на коленях, на её большие чёрные высокие ботинки с тракторной подошвой. — Это, между прочим, Balenciaga. — Да хоть Dolce & Gabbana. У меня к тебе была единственная просьба. Там будет представитель Kawasaki, и это очень важно для нас. Что под курткой? — Тебе лучше не знать, — Харви пожимает плечами. — Лима, дай ей свою рубашку. Быстро. — Какого чёрта? — Лима возмущённо складывает руки на груди. — У нас нет времени, снимай давай, — Немец озирается по сторонам. Лима закатывает глаза, снимает куртку, кладёт на капот и начинает расстёгивать рубашку. — А что хоть у тебя под ней? — она косится на Харви, а та в свою очередь расстёгивает куртку. — Ох. Ясно, — Лима видит чёрную футболку с крупным матным словом на груди. — Я поищу что-нибудь, — Харви копается в рюкзаке. — Держи, — она протягивает Лиме чёрную худи. — Сойдёт. Харви надевает рубашку, начинает застёгивать. И возникает небольшая проблема. Немец и Лима таращатся на это, пока Харви стоит, держа края рубашки. Она пытается стянуть их вместе. Наконец, Харви застёгивает пуговицу, но это выглядит как-то… неловко. Харви смотрит на натянутую ткань, а потом расстёгивает пуговицу. Удовлетворённо кивает. Поднимает голову и обращается к Лиме: — Сойдёт? — Ну, — Лима прочищает горло. — В принципе, это… Харви переводит взгляд уже на Немца, который поднимает брови, глядя на её грудь. — Эм, — говорит он, — снимай. Это жесть. — Ну простите, — ворчит Лима. — Что есть, то есть. — У тебя красивая грудь, — Харви возвращает ей рубашку. — Нормального размера. — Спасибо. Но твоя… — Да, моя больше. — Дамы! — Немец вытягивает указательный палец. — Быстрее можно? Харви быстро натягивает худи. — Разденем кого-нибудь в офисе, — усмехается Лима. — У нас пятнадцать минут, — Немец смотрит на часы. — Да, вполне можем успеть. Харви натягивает капюшон и направляется ко входу в здание. Двери огромные, из тёмного дерева, с латунными ручками, отполированными до блеска. Внутри шикарный холл. Мраморный пол. Огромная люстра. Она, конечно, бывала здесь с отцом, но почему-то запомнилось иначе. Харви тупо рассматривает всё вокруг себя. На ресепшене их встречает женщина в строгом костюме, с приветливой улыбкой. — Добро пожаловать, — приветствует их она. — Проходите, вас уже ждут. Лифт быстро поднимает их на второй этаж. Двери открываются, и они оказываются в коридоре со стенами из стекла и металла. Яркое освещение. Харви хмыкает, рассматривая всё вокруг. — Пошли, — Немец берёт её за руку и ведёт направо по коридору. По пути попадается несколько человек. Некоторые из них бросают на Харви недоумённые взгляды, а один даже смотрит с явным возмущением. Здесь что, дресс-код? Наконец, Немец подводит её к двери туалета. — Ждите здесь. Поищу кого раздеть. Харви, приведи волосы в порядок. Харви входит в туалет следом за Лимой. Женщина у раковины замирает с помадой в руке. Выпучив глаза, она смотрит на них: её взгляд быстро проскальзывает по Харви снизу вверх. — Вам к кому? — выпаливает она, даже не моргая. Харви смотрит на Лиму, та в свою очередь пожимает плечами, давая понять, что не знает, что ответить. — Вы что, из мото-клуба? — в голосе женщины слышится раздражение. — Можно и так сказать, — Харви кивает, подходя к зеркалу и снимая капюшон. — Вы в фокус-группу? — Ага, — Харви позволяет Лиме заняться своими волосами. Женщина, скептически поджав губы, кивает и продолжает поправлять макияж. Лима тем временем старается придать причёске Харви более опрятный вид. — У вас не будет случайно расчёски? — спрашивает Лима у женщины. Та возмущённо фыркает и, ничего не отвечая, закрывает помаду. — Видимо, нет, — ворчит Лима, продолжая возиться с волосами Харви. В этот момент дверь туалета распахивается: вваливается Немец, ведя за собой молодую девушку. Женщина у зеркала тут же разворачивается и приветливо кивает ему. А затем… затем её лицо застывает в возмущении — от его присутствия в женском туалете. — Вот, нашёл, — объявляет Немец, подталкивая девушку вперёд. Та, стоя перед Харви, хлопает глазами. — Привет, — Харви, протягивает руку. — Я Харви. Владелица этой компании. Как тебя зовут? — Хелен, — ещё шире выпучив глаза, бубнит та, пожимая ладонь Харви. — О матерь божья, — женщина рядом хватается за сердце. — Хелен, у нас важное заседание, а я не успела переодеться. Мне очень нужна твоя одежда, потому что мой друг считает, что я должна выглядеть… Видимо, как ты, — она проходит взглядом по Хелен: белая блузка с рюшами, юбка, колготки, туфли. Всё очень и очень… дешёвое. — Какой у тебя размер обуви? Хелен только шевелит губами, невнятно что-то отвечает. — Хелен, ау, — Лима щёлкает перед её лицом пальцами. — Ты дашь своему боссу свою одежду? — А нижнее бельё? — Нижнее бельё не надо, — мягко отвечает Харви. — Я тебе дам эту толстовку и джинсы. Ты пока посидишь тут. В туалете, если хочешь. Если не хочешь, можешь не сидеть. — Меня уволят, если я в таком виде появлюсь, — Хелен с ужасом смотрит на то, во что одета Харви. — Простите, да. Да, я дам всё, что вы захотите, — она вытягивает руки, словно её грабят. — Я буду ждать здесь. — Вам не пора идти? — Немец обращается к женщине, которая всё ещё одной рукой держится за сердце, а во второй держит телефон: смотрит в него, потом — на Харви, снова в телефон и снова на Харви, явно сравнивая. — Давайте выйдем, — Немец вежливо кивает ей, указывая рукой на выход. Та поворачивается телом, но голова всё ещё повернута в сторону Харви. Она кивает и неохотно покидает туалет. — Хелен, у тебя случайно в сумке нет расчёски? — спрашивает Лима. — Да, да. Есть. Харви быстро переодевается. И теперь стоит напротив зеркала, глядя в отражение. — Это ужасно, — заявляет она. — Согласна, — Лима чуть кривит лицо. — А мне нравится, — подаёт голос из кабинки Хелен. Туфли сильно жмут. Харви плетется по коридору рядом с Немцем. Позади них идёт Лима. — Ты выглядишь ужасно, — шепотом говорит он. — Я знаю. — У нас нет выбора. Мы в жопе. Надо выглядеть презентабельно. — Мы не меня продаём. Да и ты видел меня, кто меня купил бы? Какой-нибудь дед? Немец останавливается и тянет её к стене, где никого нет. — Харви, у нас нет денег. Есть куча чёрных, но отмытых уже почти нет. Сейчас кризис. Наш бизнес в жопе. Увеличить доходы мы не можем. Если Kawasaki согласятся быть нашими спонсорами, то это… это спасёт нас. Нам нужно привлечь внешние деньги. Это критически важно для нас сейчас, если мы хотим провести гонку в августе. Я понимаю, что официальная легальная часть тебя мало волнует, но это наше имя. Бренд. — Я в блузе с рюшами и в юбке-карандаше из синтетики, которая стоит баксов двадцать, — шепчет она в ответ. — Ладно, — соглашается Немец. — Ты права. Но переодеваться уже времени нет. Пошли. — Нет, — Харви смотрит в спину Немца, который уже отошёл, — знаешь, я… Я не могу. Я выгляжу как помощник секретаря. Извини, но это… — Несерьёзно, — помогает Лима. — Несерьёзно, — повторяет Харви. — И стрёмно, — добавляет Лима. — Ты выглядишь стрёмно. — Спасибо, — Харви кивает ей. — Он мог бы умыкнуть кого-то с более высокой должностью. — Согласна. — Хватит, — Немец переводит дыхание, явно сдерживая злость. — Я потяну время. Переодевайся.