Broken Heads: Oblivion

Пикап мчится по дороге. В салоне слышно тяжёлое дыхание Харви. Она сидит, откинув голову на спинку сиденья, глаза прикрыты. Машина тормозит на подъездной дорожке, останавливаясь в полуметре от двери гаража. Из дома выбегает Зак в халате, на ходу завязывая пояс. Харви открывает дверь и, опираясь на неё, начинает выбираться. Зак берет её под руку, чтобы поддержать, и она, отпустив дверь, хватается за него. Встав ровно, она отпускает, и Зак больше не пытается помочь. Рядом паркуется байк Майкла, у которого за спиной сидит Джо. Форд уже стоит рядом. — Что на этот раз? — спрашивает Зак, осматривая Харви. — Всё, что угодно, — отзывается она. Никто не подходит к ней, держась на расстоянии. Зак машет рукой, подгоняя Харви к двери подвала. Холодный свет ламп заливает просторное помещение. — Садись, — командует Зак, указывая на операционный стол. Он надевает латексные перчатки, быстро осматривая Харви с головы до ног. — Где болит? Голова? Грудь? Тошнит? Харви смотрит на него, молчит. — Мы не будем снова играть в эти игры, Харви. Ты прекрасно знаешь своё тело. Передай мне всё, что оно диктует. Зак достаёт фонарик и светит в зрачки, проверяя реакцию. — Головокружение? Глаз отёкший, — бормочет он, трогая пальцами отёк на её лице. Сдавливает щёку, изучая реакцию, и отпускает. Харви глубоко вздыхает, её тело невольно реагирует на боль — кулаки сжимаются, а мышцы на шее напрягаются. Зак сужает глаза, ловя её на этом. Смотрит с укором. — Ладно, — лениво отвечает Харви. — Голова. Дыхание. Он проверяет пульс на её запястье, затем оглядывается. — Майкл, приготовь систему для капельницы. Нужно восполнить потерю жидкости. Зак надевает налобный фонарь и быстро осматривает её голову со всех сторон, затем пробегает взглядом по телу. Снова возвращается к голове. Он внимательно изучает слипшийся комок волос, бормоча себе под нос: — Глубокий рваный порез, — его пальцы касаются, чуть отодвигая волосы, — начинается на левом виске и продолжается по скальпу под волосами. Рана всё ещё кровоточит — повреждены сосуды. Это пуля? Придётся промыть и, возможно, сбрить волосы. Нужно остановить кровотечение. Харви молчит, чуть покачиваясь из стороны в сторону. — Дыши глубже. Подними руку. Харви поднимает руку, но тут же опускает, сжимая челюсть и коротко шипя от боли. — Я держусь, — говорит она, пытаясь улыбнуться. — Держишься, как всегда, — Зак качает головой. Он поднимает её футболку, ощупывает рёбра. Харви шипит, когда он нажимает на определённые точки. — Похоже на переломы рёбер, — заключает Зак. — Возможно, пневмоторакс. Нужно будет проверить. Майкл возвращается с комплектом для капельницы. Зак быстро распаковывает оборудование. Наложив жгут на предплечье Харви, чтобы выделить вены, он аккуратно протирает кожу в нужном месте спиртовой салфеткой, находит вену и вводит иглу с катетером. Харви даже не морщится. Убедившись, что катетер установлен правильно, Зак удаляет иглу, оставляя пластиковую трубку, и закрепляет её пластырем. — Больно дышать, говоришь? — Да. — Ладно, понятно, — бурчит Зак. — Сделаю пальпацию и послушаю лёгкие, но сначала остановим кровотечение. Обезболивание потребуется. Ты готова? Харви хмурится. Зак, не дожидаясь ответа, поворачивается к шкафчику, достаёт шприц и ампулу с препаратом, набирает дозу и вводит в систему. Возвращаясь к голове Харви, Зак начинает аккуратно промывать рану стерильным раствором. Его движения точные и уверенные. Он размывает засохшую кровь, стараясь не задеть рану. Харви сжимает кулаки на коленях, но молчит. Дыхание постепенно выравнивается благодаря обезболивающему. — Глубокий рваный порез, — бормочет Зак. — Касательное огнестрельное ранение. Края неровные. Нужно удалить повреждённые ткани и тщательно очистить рану, чтобы избежать инфекции. Придётся сбрить волосы вокруг, — спокойно продолжает он, вытаскивая из шкафчика электрическую бритву. — Нет! — Харви спрыгивает со стола. — Да. Сядь обратно. Это необходимо, чтобы полностью обработать рану. Харви смотрит на Майкла, сидящего в другом конце помещения. Рядом с ним — Джо и Форд, и все они выглядят напряжённо. — Тебе уже как-то сбривали волосы. Они отрастают, — негромко вмешивается Майкл. Харви фыркает. Но потом переводит дыхание и обращается к Заку: — Только постарайся, чтобы это выглядело как причёска, а не вырванный клок. — Я не парикмахер, так что сделаю как получится. Если что, назовём это модным стилем «Боевой шрам». Харви резко вдыхает носом. — Нет. — Да, — повторяет Зак, включая бритву. — Пуля, проходя по касательной, не только разрывает ткани, но также передаёт им энергию и тепло, вызывая термические повреждения. Он начинает сбривать волосы вокруг раны. Пряди волос падают на плечи Харви и на пол. Она тупо провожает их взглядом. — Это значит, что вокруг раны есть ожог, — продолжает Зак. — Ожог может замедлить заживление и увеличить риск образования рубца. Мы сделаем всё возможное, но шрам, вероятно, останется. — Отлично, — произносит Харви сквозь зубы. — Но есть и хорошие новости. Твои волосы отрастут и прикроют его. Зак завершает бритьё, убирает оставшиеся волосы щёткой. Теперь рана полностью открыта для обработки. Он вновь промывает её антисептиком, тщательно очищая края. — Почти готово, — бормочет он. — Теперь можно накладывать швы. Зак достаёт иглу с нитью и приближается к Харви. — Надеюсь, в этот раз твоя работа будет лучше, чем на моей спине, — с лёгкой усмешкой добавляет Харви. Зак на мгновение переводит взгляд на неё, не прекращая работу. — Твоя спина — мой шедевр, — отвечает он. Харви ничего не отвечает, замечая, что Майкла и Джо больше нет в помещении. Зак накладывает стерильную повязку на рану и фиксирует её. — Теперь давай проверю всё остальное. Через полчаса они заканчивают. Харви смотрит на перевязанную кисть правой руки и вздыхает. Она хватается за плечо Форда, и тот идёт рядом — вместо костыля. На улице Харви замечает, что Джо стоит, сгорбившись, а её спина дрожит. Рядом Майкл, и он гладит её по спине. Майкл видит Харви с Фордом и оглядывается: — Ну что? Джо быстро вытирает лицо и оборачивается. — Ушибы. Ничего серьёзного. Одно ребро сломано, но тоже ничего критичного. Форд, на базу, — распоряжается Харви, слегка подталкивая того вперёд. Форд возобновляет шаг, и Харви идёт рядом, держась за его плечо. Харви проверяет телефон, читает сообщения, на некоторые даже отвечает. — Среди его людей нет никакого Итана, — произносит Форд, бросая короткий взгляд в зеркало заднего вида на Харви. — Он один тебя так? Харви молчит, опуская взгляд обратно к телефону. — Я, конечно, знаю не всё, но я уверен, что знаю почти всех его людей. Мне кажется… Просто хочу тебе сказать, что никакого Итана я не знаю. Возможно, у него появились новые наёмники, — заключает Форд. — Возможно, — тихо и безразлично отвечает Харви. — Харви, — вздыхает Форд, замолкая, и они с Харви встречаются взглядами в зеркале. — Я не подставлял вас. Форд поддерживает Харви, пока они приближаются к дверям. Майкл и Джо следуют позади. Взгляды всех присутствующих в зале сразу же обращаются к Харви, и мгновенно воцаряется абсолютная тишина. Лима вскакивает с дивана, опрокинув кофейную кружку, стоящую на низком столике перед ней. Гора тут же делает быстрые шаги в сторону Харви, но замирает в полуметре: его огромная грудь начинает тяжело вздыматься. — Всё нормально, здоровяк, — успокаивает Харви, проходя мимо него и касаясь его плеча. Форд ведёт Харви к дивану, помогая ей сесть. Она опускается и смотрит на Немца, у которого желваки играют на лице. Его руки скрещены на груди, мышцы напряжены и чётко выделяются. Наконец, Харви переключает внимание на Пулю. Пуля смотрит на неё, и глаза Харви задерживаются на его взволнованном лице. Его гортань пропускает ком. Он переводит взгляд с Харви на Майкла — тот садится справа от неё, потом на Джо — она присаживается на подлокотник рядом с Майклом, затем — снова на Харви, потом на Форда и снова на неё. — О том, что мы сегодня пойдём за казначеем, знали только вы, — начинает Харви, нарушая тишину. — Все, здесь присутствующие. Знали об этом с самого утра. У кого-то из вас был целый день, чтобы найти минутку и предупредить Короля. Пуля, на которого Харви продолжает смотреть, переводит взгляд на Форда, стоящего рядом с диваном по левую сторону от Харви. — Очевидно, кто это, — скалится он. — Это не он, — отвечает Харви, склоняя голову на бок. — Он — человек Короля. Ебучая крыса! Ты взяла его в нашу банду! — Пуля машет руками, и теперь все переключаются на него. — И это уже потенциальная угроза. То есть, я хочу сказать… — Его дыхание учащается: он замечает, что никто не сводит с него взгляда. — Роджер, — тихо обращается к нему Лима, замечая то же, что видит Харви. — Какого хуя? — Что? — огрызается он, глядя на Лиму. Лима накрывает голову рукой и смотрит на Харви. Харви смотрит на неё. — Лима, у меня, как ты видишь, нет на это сил, — Харви показывает на себя руками. — Да, — глухо отзывается Лима, и её дыхание заметно учащается. — Чёрт тебя побери, Пуля, блять. — Что, Пуля?! Что происходит? — Хули ты так нервничаешь? — Лима делает шаг к нему. — Ты почему… ты… Что ты натворил? — Что ты несёшь? — рычит Пуля. — Чё за хуйня? — Пиздец, — Немец рядом надувает щёки, а его рука касается лба. — Что «пиздец»? — Пуля огрызается уже на него. — Лима, — строго продолжает Харви, и теперь это приказ. Лима знает, что это приказ. Лима смотрит на Харви: её челюсть резко сжимается, придавая лицу чёткие, решительные черты. Затем она поворачивается к Пуле. — Говори, — сквозь зубы просит она, сжимая руку в кулак. Взгляд Пули перемещается от Лимы к Харви. — Вы считаете меня крысой? Он стоит рядом с тобой, Харви! Лима делает короткий шаг к нему и смотрит прямо в глаза. — Говори, Роджер, сука, не вынуждай меня, — рычит Лима. — Просто говори ради Бога! — Она мой друг! Она ваш друг! Я не знал, я не знал! Она не могла, не могла! — кричит Пуля, задыхаясь. — Она одна из нас! Это твой этот Форд, потому что она не могла! Она одна из… Ты, Харви… Вы не можете меня винить! Это не я! Я сказал Рыжей, потому что она наш друг, и она бы так не поступила! Ты, Харви… Алекс не была одной из нас, но ты говорила ей всё! Потому что… Пошли вы все! Ты говорила ей всё, и что?! И что, ты теперь будешь пиздеть на меня ещё? Харви резко поднимается с дивана, и Лима едва успевает отступить в сторону. Харви стремительно приближается к Пуле и наносит мощный удар ему в живот. Он сразу же падает на колени, задыхаясь. Не давая ему времени прийти в себя, она хватает его за волосы, оттягивая голову назад, затем приседает перед ним на корточки: — Я твой босс, а не подружка. Соблюдай субординацию, — отрезает она, отпуская его и поднимаясь. Обведя всех взглядом, она добавляет: — Это касается всех! Если кто-то ещё здесь забудет своё место, то моментально пойдёт на хуй отсюда! Всем понятно? Лима, Гора, — Харви жестом подзывает их. Шатаясь, она отходит к дивану. Садится, делая глубокий вдох, и на мгновение прикрывает глаза. Гора приближается к Пуле, не давая ему отступить. Он хватает его за шею и вбивает в стену так, что ноги Пули отрываются от пола. — Знаешь, кто мой самый близкий человек, Роджер? Моя жена, — тихо и спокойно говорит Гора. — Я доверяю ей, как никому. Но я не говорю ей ничего, потому что каждый из нас здесь отвечает за жизни друг друга. Возможно, Рыжая — твой друг. Ты можешь делиться с ней чем угодно, но не имел права делиться нашими планами. — Отпусти, — сдавленно шепчет Пуля. — Гора, пусти. Я не знал, она не могла… Она с нами больше десяти лет, в конце концов. — Не тебе решать, могла она или нет, — добавляет Лима. — Доверяй ей свою жизнь, но не нашу. Ты говорил ей про разговор с картелем? Говорил? — Нет, клянусь, нет! Просто обмолвился про рейдерский захват, и что сегодня… Я… Гора, отпусти. — Прости, братан, — отвечает Гора. Гора ещё сильнее сжимает руку на шее Пули, и тот окончательно теряет способность говорить и сопротивляться. Затем Гора наносит несколько ударов ему в живот. Отпускает его, и Пуля падает на пол, хватаясь за горло и кашляя. — Роджер, сдай куртку, — требует Лима. — И проваливай. Пуля тяжело поднимается: его руки дрожат, пока он снимает куртку и бросает её на пол перед Лимой. Затем, не оглядываясь, уходит. Тишина в зале становится почти осязаемой. — Жёсткий проёб, — первой нарушает молчание Лима. — Что делать будем? — Ну, остаётся надеяться, что он не рассказал про картель, — вздыхает Немец. — Идиот. Просто идиот. — Может быть так, что это не Рыжая? — уточняет Лима, глядя на Харви, затем на Форда. — Доверие нужно заслужить, — отвечает Форд. — Поэтому могу только сказать, что это не я. Не могу заставить кого-либо здесь в это поверить. Лима смотрит на Харви, и та слабо качает головой. — Блять, — вздыхает Лима. — Я не понимаю, как Рыжая могла на это пойти. — Немец, — просит Харви, — пробей человека по имени Итан. Возможно, наёмник. Форд говорит, что он не в штате Короля. — На это уйдёт время, — отвечает Немец. Раздаётся звук клаксона. Все оборачиваются к выходу, а Харви закрывает глаза и делает глубокий вдох. — Это Пуля? — спрашивает Лима, её голос дрожит от тревоги. Но Харви знает, что это не Пуля. Она сжимает и разжимает кулак, глубоко вдыхая. — Бля, — рычит Немец с другого конца зала. Он быстро идёт к столу и хватает автомат. Харви медленно встаёт с дивана — Форд уже рядом. Она опирается на его протянутую руку и разворачивается. — Майкл, уведи Джо отсюда. — Нет! — громко протестует Джо. — Нет! Я никуда не пойду! Нет! — Джо, — мягко начинает Майкл, пытаясь взять её за руку, но Джо вырывается. — Я сказала, нет. Я одна из вас. Не так ли? Харви смотрит на неё. — Вообще-то, нет. — Харви! — Майкл, не отходи от неё. Если… — Я сделаю всё, — отвечает он. — Только дайте мне оружие. — Собаки Короля, — сообщает Немец, возвращаясь в помещение. — А может, и он сам. Харви, мы не готовы к этому. — Отправляю команду, — быстро вставляет Лима, доставая телефон. Харви сжимает челюсть и направляется к выходу. — Не надо ничего отправлять. Никто не успеет. Найди лучше мне пистолет. С улицы доносятся настойчивые сигналы. — Это не план, Харви, — шепчет Немец, поравнявшись с ней. — Ты предлагаешь нам здесь спрятаться, притвориться, что нас нет, и надеяться, что они сами уедут? — в её голосе слышится холодная, колкая ирония. — Они не могут знать, что мы здесь все. Выйду только я. Попробую уладить. — Немец, они войдут, хочешь ты этого или нет. Давай я просто встречу гостей, ладно? У них Дакота. Харви оглядывается на Джо, которая прижимается к Майклу. Её взгляд полон решимости, и, поймав взгляд Харви, она расправляет плечи. Лима быстро подходит к ним с охапкой оружия. Харви берёт пистолет и убирает его за пояс. Немец тоже забирает один и прячет под джинсами. Майкл также вооружается. Дверь резко открывается, и в помещение заходит Пуля: его взгляд напряжённо осматривает всех присутствующих. — Оружие, — коротко бросает он. Харви смотрит на него, затем оглядывается на Лиму и кивает. После чего отталкивает руку Форда и выходит. Пошатываясь, она идёт вперёд, приближается к воротам, освещённая фарами машин. И останавливается — в пяти метрах от ворот. — У вас есть пять секунд, чтобы объяснить, какого чёрта вы тут делаете, — громко произносит Харви. Фары одной из машин гаснут, затем гаснут и остальные. Из машины выходит высокий мужчина в белом костюме: на его лице самодовольная улыбка. — Харви, Харви… — медленно начинает Король, растягивая её имя, будто смакуя его. — Личный визит? Какая честь, — хрипло отвечает Харви. — Хорошо выглядишь, — усмехается Король. — Что, с мотоцикла упала? — Где Дакота? Король бросает взгляд назад и делает отмашку. Дверь одной из машин открывается, и двое вытаскивают Дакоту наружу. Её руки связаны за спиной, и она еле держится на ногах. Харви пытается рассмотреть её, но темнота скрывает детали — видно лишь смутный силуэт. Харви вдыхает, затем медленно выдыхает, чуть расслабляя плечи. — Харви, Харви, как же негостеприимно с твоей стороны. Открой ворота, и давай поговорим, как взрослые люди. Харви поднимает руку, и ворота начинают открываться. Она идёт назад, и на площадке выстраиваются Хедсы. Харви останавливается перед ними и разворачивается. На территорию въезжают машины — их семь. Они встают вплотную друг к другу, занимая всё пространство между Хедсами и воротами. Король неспешно подходит к Харви: его походка ленивая и развалистая, руки сцеплены за спиной, а на лице всё та же самодовольная улыбка. Его взгляд скользит по окружающим так, словно он рассматривает экспонаты в музее — со смесью презрения и безразличия. Наконец, закончив осмотр, он возвращает взгляд к Харви, ясно давая понять, что ничего из увиденного не произвело на него впечатления. — Ах, Харви, Харви… даже не знаю, с чего начать. Ты действительно веришь, что можешь так просто бросить мне вызов? Я смеялся, честное слово, это просто фарс. Ты и твои щенки — против меня? Ты хоть понимаешь, перед кем стоишь? Король — это не просто титул, это абсолютная власть. Я сомневаюсь, что ты осознаёшь, какие последствия ждут тех, кто решается на такое безрассудство. Но, боюсь, тебе придётся прочувствовать это на собственной шкуре. Харви расправляет плечи. Король усмехается: — Я тут вовсе не для переговоров, а только для того, чтобы напомнить, кто здесь главный. Харви слегка приподнимает брови: — О, я прекрасно знаю, кто здесь главный. Так что давай сразу к делу, без лишнего пафоса, а? Король поднимает руку и щёлкает пальцами. Начинают выходить люди — по четыре-пять человек из каждой машины. Один из людей Короля — тот, что держит Дакоту за руку — медленно ведёт её вперёд. Дакота теперь стоит позади Короля. Их взгляды встречаются, и Харви пытается сфокусировать взгляд. Она замечает, как брови Дакоты слегка приподнимаются. Это не ужас и не удивление — что-то другое, что Харви сейчас не может распознать. Харви делает шаг вперёд, игнорируя Короля и его свиту. Её взгляд прикован к Дакоте. Она подходит ближе, на расстояние вытянутой руки, и теперь изучает её. Дакота выглядит измученной: синяки на лице, растрёпанные волосы, но в глазах всё та же решимость. Они обе внимательно рассматривают друг друга. — Как трогательно, — произносит Король, хлопая в ладоши. — Харви, ты ведь понимаешь, зачем мы здесь? Харви медленно разворачивается к нему. — Ах, Харви… знаешь, я иногда даже смотрел ваши гонки. Признаюсь, это будет большая потеря для всех любителей. Но ведь всё хорошее когда-то кончается, не так ли? — Ты собираешься меня убить? — Харви слегка склоняет голову, её голос звучит почти насмешливо. Король осматривает своих людей, затем снова переводит взгляд на Харви, усмехаясь. — Убить тебя? Ох, Харви. Твоя смерть — это слишком просто, слишком быстро. Знаешь, это даже скучно — просто поставить точку. Но вот наблюдать за тем, как один за другим погибают твои люди… это уже гораздо более драматично. Хочу драму. Харви коротко кивает и отходит к своим людям. Она осматривает людей Короля, бегло изучая лицо каждого. Рядом с тремя из семи машин стоят смуглые мужчины: Харви может лишь предположить, что это люди Гутьерреса. Она не находит взглядом Итана. И у неё мелькает мысль. Но она не уверена — это только догадка, без основания. — Где Итан? — спрашивает Харви. Брови Короля поднимаются. — Итан, тот, что был в доме твоего казначея, — поясняет Харви. — Итан, который человек Леона, — она бьёт наугад. Ухмылка медленно сползает с лица Короля, сменяясь выражением раздражения. — Что ты несёшь, девчонка? — У тебя столько людей, а ты обратился за этим к Леону? Или… — Харви вынуждена перевести дыхание: её зрение на мгновение затуманивается, затем снова фокусируется на Короле. — Или они хотели купить и нас? У тебя с ним какой-то особый договор или это долгосрочные планы сотрудничества? — Что ты несёшь, девка! — рявкает Король, быстро оглядываясь назад, словно что-то его отвлекло, но затем резко возвращает взгляд к Харви. — Мне надоела твоя болтовня. Дверь мерседеса за спиной Короля открывается. В следующую секунду Харви коротко выдыхает. Из машины выходит Гутьеррес. — Я так понимаю, этот разговор уже достаточно затянулся, — сухо произносит Гутьеррес. — Король, ты знаешь, что у нас нет времени на пустую болтовню. Король на мгновение теряется. Затем его самодовольная улыбка возвращается, но уже с ноткой напряжения. — Разумеется, Гутьеррес, — отвечает ему Король, делая шаг назад. Гутьеррес смотрит на Харви: его взгляд останавливается на её заплывшем глазе. — О, — Харви улыбается. — Так ты сотрудничаешь со всеми барыгами? Интересно, конечно. Я уж подумала, что Леон вылез собственной персоной. Ходят слухи, что он собирается лично приехать. А это всего лишь… — Заткнись, — рявкает Король. — Хватит светских бесед. — Нет, — Гутьеррес поднимает руку, — а что за Итан? — теперь он смотрит на Короля. — Да просто наёмник, — нервно бросает в ответ тот. — Делай то, о чём мы договаривались. Покалечьте эту девку, а я посмотрю на Харви. Я прибыл сюда за зрелищем, а не за пустой болтовнёй! — Зрелище… — Гутьеррес медленно, понимая, кивает. Он внимательно смотрит на Харви, а потом неспешно подходит к ней, останавливается в полуметре. — Скажи мне, Харви, ты ценишь верность? — Смотря чью. Моих людей — да. Твоих — только если они станут моими союзниками. Гутьеррес улыбается искренне, словно под впечатлением. — Интересная ты девочка, Харви. — Гутьеррес, ты… нет, я… — Король не договаривает, наблюдая, как Гутьеррес поднимает руку, не сводя взгляда с Харви. — Я тоже ценю, — тихо произносит он. — И не прощаю предательства. — Его пальцы щёлкают над головой, и сразу же за его спиной раздаются выстрелы. Харви продолжает смотреть ему в глаза, пока за ним мелькают вспышки. Гутьеррес делает шаг ближе. Он не сводит с неё взгляда, будто весь мир вокруг перестал существовать. — Твои глаза сверкают, Харви. Сверкают красотой. Жаль, что ты не видишь, насколько ты сейчас прекрасна, — его улыбка становится шире. Он делает ещё один шаг к ней, мягко кладёт руку на её плечо и поворачивается, вставая рядом. Другой рукой он делает широкий жест, указывая на открывающееся зрелище. А перед ними люди Короля падают один за другим. Крики смешиваются с эхом выстрелов, а воздух наполняется запахом пороха. Внезапно всё затихает. Губы Харви медленно расползаются в улыбке, рот приоткрывается: кажется, она даже перестала дышать. Из её рта вырывается низкий смешок. Затем её взгляд перемещается на Короля — его руки подняты в воздух, и рот тоже приоткрыт, но только по другой причине. Он разворачивается к Харви, оставаясь в этом нелепом положении. Чуть позади него стоит Дакота — её рот уже приоткрыт в улыбке. За её ногу цепляется мужчина, недавно державший её, и она без церемоний пинает его. Затем, обогнув Короля, Дакота быстро подбегает к Харви и становится чуть позади неё. Люди Гутьерреса приближаются к Харви, а потом встают позади неё. Гутьеррес делает короткий шаг назад, оставляя Харви впереди. Король остаётся один среди тел своих людей. Харви поднимает руку, делает лёгкий жест, словно в такт музыке: — Па-ам пааам пааам, — нарочито растягивая, напевает она. — Ну что, достаточно драматично?