Странник

Полная тишина застряла в ушах маленького мальчика, у которого весь мир перевернулся. Он растеряно прижимал в своих маленьких ручках растерзаную игрушку, но уже и не помнил, кто ему еë подарил. Рядом с ним лежала женщина, когда-то красивая незнакомая женщина. Но отчего то казалась родной, она накрыла своим телом ребëнка, из-за этого плиты здания навалились на неë, ребëнок не пострадал, но потерял память от сильного удары головы. Мальчик не слышал гул сирен и рëв ветра. Не видел пламя, которое всë быстрее распространялось по округе. Он слышал лишь безмолвную тишину и видел мыло перед глазами. Мальчик аккуратно пошевелил руками, из-за чего некоторые обломки стали сыпаться прямо на него. Приехавшая скорая и полиция сразу же заметила некие шевеления и они отправили туда спасателей. Последнее, что запомнил Тору это завалы и женщину, которая его обнимала. Новость о том, что в городе разрушают дома один за другим сразу же разлетелась по всему городу, все местные боялись и надолго старались нигде не задерживаться, кто-то даже начал строить бункер. Но многих это не спасало, люди совсем озверели, нападали на прохожих, ломали дома и вещи, прыгали, скакали, орали. Они словно сошли с ума. Учëные хватали людей с заражением прямо на улице и утаскивали в лаборатории. Новостей про вирус не было, лишь были догадки, что он просто действует на мозг, но как, пока не выяснено. Также было не ясно, это только в их городе? Или в других также? Мало кто решался это проверить, но были и смельчаки, правда потом от них не было вестей. Так однажды молодая пара не выдержала напора и свалила из города, собрали чемоданы поздно вечером и под шумок уехали на своей машине. После бесследно пропали. У них остался ребëнок, девочка, еë они просто оставили спать, за ней всë равно присматривала бабушка. Так в итоге и бабушку и девочку убили. Причины неизвестны. Кто-то поговаривал, что это проделки правительства, по типу очищения города. В это мало верилось. Всех людей, у которых погибли родственники или родители отвозили в специальный стационар. Там они спокойно отдыхали, здание хорошо защищалось, военные носили обмундирование и снаряжение. Да и вдобавок они принимали какие-то пилюли, сылаясь на то, что они помогают успокаиваться, но люди не дураки. Эти станционары находились за пределами города, но люди об этом не знали, перед отправкой их увозили в местный бункер, давали отдохнуть и перевести дух, а потом кормили, где уже добавляли снотворное. Таким образом людей и перевозили. Информация о том, где находиться жилой безопасный центр был строго засекречен. Попасть туда обычному человеку не под силу. Да и даже приезжим туда было неизвестно зачем они здесь. Беловолосый мальчик обнаружил себя на больничной койке, рядом с его кроватью сидела женщина, она склонила голову набок и тихо сопела. Малыш быстро оглядел комнату, самая обычная больница, он видел еë по телевизору, когда смотрел новости с… А с кем он смотрел? Сейчас это неважно. Больничная палата, напротив его кровати ещë одна койка с таким же мальчиком как и он. Справа большое окно, лучи света проникали в комнату и заливали еë, даря тепло. Рядом с его кроватью небольшая тумба, где уже лежали конфеты и фрукты, с левой стороны медицинская шторка, чтобы другие люди их не видели, а за самой шторой белая дверь. Сама комната выполнена в светлых оттенках. Мальчик потянулся рукой за конфетой и заметил, что она была забинтована. Шелестящий звук разбудил женщину, еë янтарные глаза открылись и он увидела ребëнка, поедающего конфеты. — Ох, ты уже проснулся! — женщина быстро выпрямилась и разгладила форму медсестры. Мальчик лишь немного сжался и кивнул. — Не бойся меня, я твоя медсестра, отвечаю за твоë здоровье и состояние, если тебе что-то нужно будет позови меня, — она говорила мягко и спокойно. Рыжие волосы покачивались в такт еë движениям. — Ты помнишь как тебя зовут? — медсестра продвинулась поближе. Мальчик растерянно ещë раз оглядел кабинет. И отрицательно помотал головой. Он не помнит кто он и откуда. — Что ж, на такой случай мы проверили всех жильцов дома и вычислили твоë имя и твою семью. Твоë имя Тору Лорн, странная фамилия, твою мать зовут Лия Лорн, вы проживали в городе Уширия на улице Белая в доме 10 квартире 15, жили достачно бедно, недавно выжили на терракте, вас видели на камерах видеонаблюдения. Твой отец… Не известен, — женщина полностью рассказала ему всë что было. В голове Тору тем временем творился кавардак, урывки памяти возвращались к нему, вот он впервые пришëл с мамой в торговый центр, где всë было такое разноцветное и яркое. Или вот где он получил игрушку от доброй старушки соседки, у которой было много кошек. Мальчик схватился за голову и заплакал. А самое главное… Мама. Добрая его мать закрыла его собой и дала ему жить. — Что с тобой? — медсестра вскочила со стула, но вдруг успокоилась. Она молча подошла к ребëнку и обняла его, успокаивающе гладя по голове. Тору глотал горькие слëзы, утыкался в мягкую форму медсестры и ревел. От его мамы ему ничего не досталось, даже фотографии, теперь еë образ навсегда останется в памяти ребëнка. Мальчик вскоре успокоился и уснул от напряжение и усталости. Медсестра уложила его поудобнее и вышла из кабинета, сжимая кулаки. К ней подошëл врач. — Как пациент Лорн? — В порядке, очнулся, — доложила медсестра. — Отлично, через пару дней отправляем его и парнишку с соседней койки в «Империю». — Будет сделано. Империя представляла собой огромное здание, в котором жило очень много детей, у которых не было родителей. Да, это был детский дом. Здесь строго наблюдали за детьми и любая оплошность была наказуема. Можно сказать тюрьма для детей. Малышей готовили не просто так, а на выход в свет, как хорошо подготовленных бойцов. Те, кто выходит из Империи сотрудничал с учëными и военными, помогая доставать заражëнных. Кто-то уходил помогать ловить их или же помогал выжившим. Пока что заражëнные не настолько безумны, творят правда, что хотят. Когда Тору проснулся рядом с ним уже никого не было, а за окном стояла тишина, темно, ночь. Мальчик поджал к себе колени и обнял их. Ему страшно. Хочется к маме. Но еë больше нет, никого больше нет. Хочется рвать и метать, плакать и кричать, но нельзя. Тору сам по себе всегда был тихим ребëнком, так что проявление эмоций это не к нему. С соседней койки послышалось копошение, это другой парнишка проснулся. Тот сонно протëр руками глаза и приподнялся. На вид ему лет 7-8, может в школу уже ходил. Тору пристался уставился на него. Чëрные волосы и зелëные глаза, самая обычная внешность, щуплое тело, как и у любого ребëнка его возраста, а самое главное, что он был невысокого роста, прям как Тору. Мальчик уставился в ответ. — Ты кто? — спросил мальчик. — Я? Я Тору, мне 5 лет, — неуверенно начал малыш, показывая правой рукой цифру 5. — Ааа… Ты же вроде жил с мамкой в соседнем подъезде, таскался с ней по всюду, — протянул мальчик, рассматривая свои руки. — А ты? Кто ты? — молчать совсем не хотелось. — Я-то? Я Итен, мне 8 лет, — мальчик повторил движение Тору и тоже показал на руке сколько это, ровно 8 пальцев. — Ого, как много, — Тору нерешительно показал столько же. На три пальца больше. — Ха, а то! Кстати, мы где? Тору только открыл рот, как в палату вошла медсестра, в еë руке был планшет с листами. — Ты проснулся? Добро пожаловать в больницу «Чистая вода», здесь вы пробудите недолго, через пару дней вас заберут в «Империю», там вы будете до своего совершеннолетия, — женщина внимательно прочитала информацию на листе и повернулась лицом к Итену. — Ты помнишь кто ты? — Конечно,помню. Это сложно забыть. Я Итен Фредж, сын Карен и Джека Фредж. Учусь во 2 классе младшей школы, — мотонно перечислил школьник. — Хорошо, тогда отдыхайте, через пару часов принесут еду, — договорила женщина и ушла. — Странная она, — выговорился Итен, поворачиваясь к Тору. — Говорит, как солдат или как робот. — Ага, — сказать своë мнение он по стеснялся. — Чем займëмся? — Итен взял с тумбочки яблоко и вгрызся в него, подтирая иногда лицо от сока фрукта. — Не знаю, — Тору мялся, общение с другими детьми у него никогда не ладилось. Да и что вообще делать в больничной палате, смотреть в окно? Итен грустно вздохнул, доел яблоко и лëг в постель. Тору же встал с кровати и подбежал к окну. На небе ярко светила луна, мигали звëзды, было тихо. Поглядев некоторое время в окно, он вдруг услышал тихий-тихий всхлип, это был Итен. Тору растерянно оглянулся на соседнюю кровать. Тот не двигался, но определëнно плакал. Тору несмело двинулся к его кровати и положил руку ему на макушку. Итен замер. Высунул голову по глаза и уставился влажными глазами на Тору. Мальчику не оставалось ничего кроме как начать трепать волосы Итена. Лицо Итена сначала скривилось, но потом разгладилось и он закрыл глаза, вскоре так и уснул. Тору лишь смотрел, а потом сам лëг к себе в постель, вспоминая маму.