Двери

Он помнит много дверей. Помнит, как сбивал ноги, бегая в полях вокруг Лотеринга. Как уходил с отцом в тайную пещеру учиться ставить руны и сплетать паутину исцеления. Как Бэт была рядом, а Карвер сердился и караулил у входа. Поля казались бесконечными, мир пах мёдом и магией. Дверь вела домой: там ждала мать. Он помнит, как останавливался в подворотне, чтобы стереть с лица кровь и вправить магией вывихи Карвера. Выживание в Нижнем Городе не бывает чистым и простым, но вопреки всему они старались: в лачуге дяди Гамлена мать делала всё, чтобы поддержать хотя бы иллюзию нормальной жизни. Дверь была простой и местами дырявой, но за неё нельзя было нести дела Кровавых Клинков. Помнит, как останавливался зачарованный и пьяный от собственного богатства. Как вёл ладонью по перилам — резным! — и любовался стенами, обитыми алым и серебряным. Как торжествовал, задыхаясь от собственной силы и свободы. Как поднимался по лестнице, полный гордости. Мать была дома, брат был в безопасности, а в спальне сушилась у камина накидка Андерса, и главным, на что хотелось жаловаться, был запах мокрых перьев. Дверь его дома — впервые его и только его дома — могла бы выдержать бурю. Он помнит дверь, за которой не было матери, и на столе стоял тот самый букет чуть увядших белых лилий. Орана поменяла воду и подрезала стебли, чтобы цветы не завяли совсем. Их не так много, но хватит на несколько жизней. Сын, друг, брат, возлюбленный, враг, предатель, Защитник, убийца — его не так много, но хватит на множество сказок. А Варрик уж позаботится, чтобы за словами исчезла правда, чтобы за легендой забыли человека и в отблесках костра, что вспыхнул в Киркволле, сгорели все следы. Это не последняя дверь, и за ней не последний дом. Сколько раз ещё придется бежать, путать следы, приходить на руины и начинать заново — да сколько бы ни пришлось, какая разница? За этой дверью, усталый и вымотанный, но тоже не сдавшийся, ждёт Андерс. И пока демоническое пламя в его глазах не выжигает остатки человека, Хоуку плевать, за какой дверью они ночуют сегодня.