под софитом

В кабинете герцога Ризли не зря было два этажа. Внизу, в круге света от единственной холодной лампы где-то сильно выше, Лини чувствовал себя как на сцене. Только вот не было ни заранее припасенного реквизита, ни ассистентов, ни Линетт. Линетт была не здесь, и это было правильно. — И чего ты ждешь? — под уверенной поступью Ризли ступени прогибались и дрожали. — Если ты решил пересмотреть наш договор, мы всегда можем… — Нет! Дальнейшее промедление наверняка его бы разозлило. Лини немного запутался в крючках корсета — пальцы дрожали, то ли от холода, то ли от волнения — но дальше все пошло почти хорошо. Кроме попытки задушить себя воротником. Да. От его скорости и готовности на сотрудничество сейчас зависели их жизни. И к моменту, когда герцог Ризли закончил свой неторопливый спуск по лестнице, Лини стоял на коленях в центре комнаты, тщательно раздетый и даже успевший отодвинуть одежду в сторону из круга света. Лучше он. Лучше так, зато знать, что Линетт и Фремине в безопасности. Лучше так, чем побеспокоить Отца и просить о спасении как бесполезный щенок. Он может завоевать расположение Ризли. Он может обеспечить безопасность своей семьи, а потом закончить операцию, воспользоваться полученным преимуществом. — Хороший мальчик, — тяжелые шаги приближались, и Лини опустил глаза. Страх заставлял желудок вытворять странное, пальцы неприятно немели и очень хотелось зажмуриться. Очень-очень. Люди делают такие вещи постоянно. Нет ничего страшного, и однажды все равно должен был случиться первый раз. Ризли… Ризли спас Фремине. И не обидел Линетт. И не выгнал их из крепости. Позволил продолжать работу. Ризли много хорошего сделал, и… И ещё он сделал шаг ближе, и в нос ударил запах выделанной кожи, и мокрого меха, и ещё чего-то пряного и соленого. Лини зажмурился, но легче не становилось: герцог Ризли пах как море, как сталь и как кожа. Его крио остро отзывался во всем теле, и хотя глаз Бога Лини лежал сейчас вместе с одеждой, соприкосновению элементов это не мешало. — Ты какой-то вялый, — сильные пальцы зарылись в его волосы, сжали и заставили запрокинуть голову. — Что, нужно побольше мотивации? Лиги начал растягивать губы в улыбке, старательной и выученной, и сделал над собой усилие чтобы открыть глаза. Страх мешался со стыдом: запах Ризли, эта сильная рука и ощущение чего-то неизбежного, непредсказуемого и ужасного, отзывались в паху совсем не так, как он мог ожидать. Сейчас он откроет глаза и встретит насмешливый, презрительный взгляд. Сейчас. Только сбросит что-то мягкое с носа, что-то, что щекочет, и от чего ужасно хочется… — Апчхи! Он подскочил в кровати, панически пытаясь отдышаться. Хвост Линетт болтался у лица, сестренка спала рядом, лежа на боку. Фремине все ещё оставался на своей кровати. В штанах было тесно, жарко, и почему-то рука лежала поверх… Сон, такой правдоподобный и яркий, отступал неохотно, но Лини заставил себя скрестить руки на груди. Чуть не разбудил Линетт. Стыдно. Стыдно было чудовищно. Он просто устал. Это просто был очень тяжелый день. Конечно же, Ризли ничего такого не требовал и даже не намекал. Лини его и не видел после стычки в том самом кабинете Хвост «спящей» Линетт ещё раз махнул по его щеке — и замер, улегшись поперек его талии, надёжно защищая и от ночных кошмаров, и от неловких, стыдных пробуждений в комнате, у которой не было ни единой двери.