Когда королю не понравилась шутка

Аластора несомненно забавляли подколки в адрес короля. Он находил ироничным то, что Владыка всея Преисподней, самое могущественное существо, обладающее неоспоримой властью, на деле оказался нелепым коротышкой. День за днём он находил все более изощрённые словесные обороты. Как можно сдержать себя, если перед глазами постоянно мелькает такая заманчивая мелкая цель для его острот? Люцифер же однако его юмор не особо то оценил. Он терпел сколько мог, видит Отец, но терпение никогда не было его добродетелью. Говоря по существу, Аластор его просто достал. Другие обитатели отеля уже давно привыкли к специфическому чувству юмора радио-демона, не обращали внимания, однако вид медленно, но верно закипающего Владыки ада не мог не нервировать. Предчувствие надвигающейся бури медленно подползало все ближе, но постояльцы как могли пытались это игнорировать, а милая Чарли сглаживала углы, насколько это предоставлялось ей возможным. Принцесса полагала, что это такой способ Аластора завести дружбу, уж какой есть, а отцу не помешало бы общаться с кем-то помимо неё и гор безмолвных резиновых уточек. Когда Аластор, в очередной раз не удержавшись, отвесил колкую шутку, у Люцифера дернулось веко. Затем ещё раз. На третий он молча щёлкнул пальцами, припомнив одно занятное заклинание, и магия сорвалась с его руки фейерверком, накинулась золотым туманом на не ожидавшего подобного радио-демона. Закашлявшись, он не сразу понял, что произошло и почему стены отеля вдруг стали такими высокими. Люцифер возвышался над ним гигантской устрашающей фигурой, тонко ухмыляясь. —Какого черта? — только и успел сказать Аластор прежде, чем его величество схватил демона за шкирку как котенка и поднял в воздух на добрых двести метров, по крайней мере таким теперь казалось ему расстояние. Люцифер заинтересованно разглядывал его новое положение, ему показалось это весьма забавным. —Что такое? Теперь я не кажусь тебе коротышкой? Аластор целиком помещался в ладонь короля. Он хотел стать привычного размера с помощью магии, но с удивлением обнаружил, что она по какой-то причине не работала. Радио-помехи были на месте, он ощущал связь с тенями, но всё что касалось его способностей к трансформации не откликалось. Вырваться из чужой хватки не получалось, Люцифер держал крепко и заинтриговано разглядывал его со всех сторон, тиская, как какого-то хомяка. —Отпусти меня сейчас же! —Или что? — с такого ракурса этот дохрена возомнивший о себе грешник ему определенно нравился больше. Он король ада черт возьми! Не стоит злить того, кто заведомо сильнее тебя. Разглядывая крошечного и внезапно притихшего грешника, Люцифер абсолютно спонтанно почесал ногтем его пушистое прижавшееся к макушке ухо. Этот паршивец, что отплясывал на его нервах, суицидально-дерзкий гордец сейчас выворачивался словно маленькая змейка, лишь бы избежать его настойчивого интереса. Это... забавно. Интригующе. Пальцы уже аккуратнее прошлись по всей голове, лаская. Шум помех определенно стал громче, предупреждающе, но куда какому-то грешнику тягаться с королем, да ещё и под действием его заклятья. Сложно в этом признаться, но пожалуй, Люциферу это нравилось. Волосы Аластора даже в такой маленькой форме были очень мягкими, весь он был как забавная игрушка, хоть и состоящая будто из сплошных острых углов. Держать его в руках приятно. Его жалкая душонка буквально умещалась в ладони и это казалось таким... трогательным. Люцифер питал слабость к маленьким милым вещам, что уж скрывать, и потому попытка преподать зарвавшемуся оверлорду урок, превратилась во что-то странное, но несомненно занятное. Внезапная боль заставила раскрыть удерживающую руку, больше от удивления чем от реальной боли. Этот паршивец только что укусил его за палец?! Аластор, вывернувшись из хватки, бесстрашно прыгнул вниз, в полете призывая теневые щупальца, смягчая падение. Удачно приземлившись, он рванул что было сил, ловко увернувшись от ринувшегося было за ним Люцифера, и юркнул под ближайший диван. Опешивший от такой прыти король безуспешно пытался вытащить мелкую шипящую помехами заразу из под пресловутого дивана. —Пап, ты чего там делаешь? —Ой, милая! Да знаешь, тут такая забавная ситуация. Люцифер мгновенно вскочил на ноги, оставив попытки добраться до грешника и отвлекаясь на дочь. Ему только и оставалось, что удивлённо распахнуть глаза, когда крошка радио-демон запрыгнул на ладонь своей тени и пролетев чуть ли не через весь зал, приземлился аккурат на плечо принцессы. Весьма иронично, что несмотря на нынешнюю свою форму, тень Аластора оставалась прежних размеров. —Во имя девяти кругов! Аластор, почему ты такой маленький?! —Об этом, дорогая, можешь спросить у отца. Вот уж не думал, что он любитель подобных низких шуток. Ха-ха. Заметив приближающегося Люцифера, Аластор соскользнул с плеча принцессы и спрятался в ее пышных волосах. —Пап, не знаю что у вас тут, но верни всё как было, пожалуйста. Чарли строила просящие глазки, безотказный прием, и падший ангел уже был готов пойти на попятную, но поглядев на выглядывающую самодовольную мордочку, очевидно не усвоившего урок радио-придурка, передумал. —Знаешь, Чар-Чар, на самом деле это заклинание прекратит свое действие само через пару дней. Придется подождать. Извини, я вложил в него больше сил чем планировал. Так уж вышло. —Ничего, пап, главное, что никто не пострадал. Чарли вполне удовлетворения тем, что никто никого не покалечил, направилась в сторону кухни. Заклинание изменяющее рост, вот те на! Папа как всегда полон сюрпризов. Аластор, спрятавшийся в ее волосах, опасливо выглянул из своего временного убежища, цепляясь глазами за предвкушающую ухмылку. Люцифер смотрел прямо на него. ... В какой то степени эта форма была даже удобной. Аластор всегда предпочитал занимать позицию наблюдателя, а будучи крошечным прятаться оставаясь на виду не составляло труда. Вместе с общим ростом изменился и размер органов, а это означало, что одним стаканом виски он мог напиться до беспамятства. Это было практично и экономно. Хаск ситуацию предпочитал не комментировать. Себе дороже. Он прекрасно понимал, что если сейчас откроет рот лишний раз, то потом когда Аластор вернётся в первоначальную свою форму, тот отыграется, да так, что картежник десять раз пожалеет о том, что ещё жив. Ниффти любезно отдала Аластору один из своих любимых наперстков, что служил ему кружкой, Хаскер молча подливал в него по требованию виски или кофе. Оверлорда в принципе всё устраивало. Он оптимистично находил плюсы в своем положении, чем подбешивал всех вокруг. Он мог спонтанно сбросить чью-то кружку со стола, как какой-то шкодливый кот, или забраться на телевизор и садануть своим микрофоном-зубочисткой по антеннам, обрывая сигнал. Просто так. Забавно, может быть дело действительно было в размере, но настроение радио-демона чуть ли не круглосуточно было невыносимо игривым. Такая вот маленькая дрянь. Вегги на его чудачества раздражалась и закатывала глаза, Энджел и Чарли только умиленно посмеивались, отношение Хаска и Ниффти осталось нейтрально-почтительным. Люцифер же предпочел наблюдать за развитием событий. Хоть он и уверил дочку в том, что через несколько дней радио-олень придет в норму, но всё же соврал. Заклинание могло развеяться либо по его приказу, либо при выбросе колоссального количества энергии. Он собирался вдоволь насладиться зрелищем и уже потом милостиво вернуть грешнику его форму. Если тот его достаточно вежливо попросит конечно же. Так прошла неделя. На расспросы Чарли о том, почему же её управляющий до сих пор не вернулся в нормальное состояние, ведь отец заверил девушку, что это всего на пару дней, Люцифер добродушно отмазывался. Мол, дорогая, с кем не бывает? Перестарался и вложил чуть больше сил в простенькое заклинание со злости, но оно точно обратимо, терпение. Принцесса может отцу и поверила, но Аластор по хитрому прищуру королевских глаз сразу понял — тот безбожно пиздит. И, очевидно, чего-то хочет прежде чем вернуть всё на свои места. Чего бы не желали эти коронованные крошки-ножки, Аластор не собирался идти на поводу. Его положение, как ни крути, было не таким уж критичным, а с течением времени милая принцесса все больше наседала на отца с расспросами. Если по началу она умилялась с его выходок, то по прошествии целой недели начала всерьез волноваться за состояние того, кого и вправду считала если не другом, то надёжным товарищем. Рано или поздно Люцифер поддастся просьбам дочери и вернёт все как было, а пока можно занять оборонительную позицию и развлекаться в процессе. На столе его номера стояла глубокая тарелка, наполненная чуть ли ни до краёв горячей водой. На небольшом блюдце рядом с ней Аластор сложил свою одежду, ботинки и высохшую махровую салфетку, которая заменяла ему полотенце. Сейчас он нежился в импровизированной ванне, слегка потеряв счёт времени. Шаги в коридоре звучали как раскаты грома, с его нынешним ростом все звуки стали громче. Уши навострились. Кто-то медленно подошёл к его комнате и вошёл без стука, не спросив разрешения. Какая грубость. На пороге оказался Владыка Преисподней собственной персоной, он прикрыл за собой дверь и неотвратимо приблизился к столу, не утруждая себя приветствиями. Внутри радио-демона всё клокотало. Оказаться маленьким, беспомощным да ещё и голым перед этим недоправителем, просто абсурд! То, как он откровенно разглядывал представшую картину неимоверно напрягало. Аластор как мог пытался прикрыться хотя бы коленями. —С вашей стороны весьма низко явиться ко мне в подобный момент. —Потерпишь. Тень оверлорда протянула хозяину салфетку, дабы тот хоть как то прикрыл наготу. Выбравшись из тарелки и замотавшись в неё по самый нос, Аластор уже хотел высказать пару колких острот и смыться, но почувствовал, что чертову салфетку тянут вверх, будто под юбку заглянуть пытались. Опешив от такой наглости, он не нашелся что сказать, только возмущённо посмотрел в сторону короля. Тот же пристально разглядывал его маленькие аккуратные копытца и то, как тело Аластора облегает белая салфетка. "А ведь она прозрачная" — подумалось ему. Не дав себе передумать, он схватил метнувшегося грешника и поднял на уровень глаз, чтобы получше рассмотреть. Его тень развеялась щелчком пальцев быстрее, чем тот успел возмущённо пискнуть. Так Аластор вновь оказался в руках короля. Смущённый своей наготой, сконфуженный его пристальным взглядом, оставшийся даже без верного помощника в виде собственной тени. С прижавшимися ушами, отчаянно пытаясь скрыть от глаз то, на что и сам обычно пытался не смотреть. —Чего это ты притих, рогатый? Тупые шутки закончились? —Иди нахуй. —Тебе стоило бы быть повежливей не находишь? Аластор не успел ответить, единственное, что прикрывало его тощее тельце от чужих глаз было безжалостно сорвано. Тщетно пытаясь прикрыться руками, радио-демон сыпал проклятиями и белым шумом. Его что, домогается правитель ада? —Извращенец, да тебе это нравится! —Не буду отрицать. Тонкая ухмылка появилась на губах короля. Мгновение и раздвоенный язык медленно прошёлся по всей спине от дрожащего хвоста до дернувшихся в неверии ушек. Горячо и мокро. Краска залила всё лицо и дрогнувшие плечи. Судорожный всхлип вперемешку с помехами вырвался против воли и Люцифер замер, заворожённый этим сладким звуком. Это точно был Аластор? Дыхание Владыки обжигало кожу, дрожь поселилась где то в коленях, а судорожный вздох еле еле покинул лёгкие. Какой стыд. Люциферу это определенно нравилось. Радио-выскочка смиренно опускал голову, пытаясь спрятаться там, где априори прятаться негде, подтянул колени к груди и уткнулся в них носом. Что ж, дразнить его несомненно приятно, но ситуация явно выходила из под контроля. Люцифер щёлкнул пальцами и радио-демон снова стал выше него на добрых две головы. Однако прямо сейчас он не мог порадоваться тому, что вернулся в прежнюю форму. Грешник по прежнему стоял совершенно обнаженным перед Владыкой Преисподней, только теперь в полный рост и прикрыться было решительно нечем, ведь одежда, снятая перед принятием "ванны", осталась крошечной кучкой лежать на блюдце, а магические силы всё ещё были ограничены. Лицо горело. Люцифер зажал его у стола, отняв руки, что прикрывали пах, и смотрел, смотрел, смотрел. Аластора трясло, такого унижения он давно не испытывал. Даже самые лёгкие прикосновения короля обжигали, будто клеймо. Люцифер примкнул слишком близко, слегка опьянённый контрастом абсолютной наготы радио-демона и собственным костюмом, и полной грудью вдохнул чужой запах. Это было невыносимо. Аластор рванул к собственному шкафу, не в силах больше выносить эту странную ситуацию и внутренне удивляясь тому, что его не стали удерживать. Позволили вырваться. Он накинул первое, что попалось под руку — халат, запахнулся и опасливо покосился на короля. Тот вальяжно крутил в руках тарелку, в которой Аластор не успел толком помыться, чувствовал себя судя по всему вполне комфортно, в отличие от него самого. —В следующий раз, я просто разорву на тебе одежду. Впредь следи за языком в моем присутствии. Дважды повторять не буду. Что ж, занятный вышел эксперимент. Кто бы мог подумать, что король заимеет такой рычаг давления. Люцифер вполне довольный собой молча удалился, оставляя радио-демона сгорать от стыда. —Чертов коротышка.