Вкус любви: табачный дым и шоколад

— Он слишком болтлив, — с усталой усмешкой выдал Артём, заходя на кухню, где уже что-то делал Тимофей, — целый час рассказывать мне об очередной девушке, которая так ему понравилась. Хотя, уверен, уже завтра будет новая, — он прошёл к столу, садясь за него, и отложил телефон в сторону. Вроде бы, всё пришло в норму, и оба попытались забыть. Кажется, получилось. Однако, при любом воспоминании о несовершённом поцелуе пробегали мурашки по коже. — Бывает, — ответил Тимофей и также улыбнулся, — я сделал чай. Ты не будешь? — Не откажусь. Он смотрел на брюнета, разливающего горячий чай, о чем-то задумавшись на некоторое время. И только когда перед ним поставили кружку, смог вернуться в реальный мир. Зайцев сел напротив, похоже, также не зная, что говорить, и также находясь в себе. Он тупо смотрел на лежащие сладости на столе, но так их и не брал. Как-то аппетита не было. Либо настолько мешают мысли. — Блять, заяц, прости меня, — наконец, выдал Артём, сжимая ручку стеклянной кружки, от чего та, казалось, могла треснуть. Тишина прервалась резко, приятный баритон парня, голос с лёгкой хрипотцой, смешанный с неким беспокойством, заставил Тима в очередной раз покрыться мурашками и вздрогнуть от неожиданности. — За что? — он явно не понимал. Неужели, из-за того, что они едва ли не…? — Не нужно было тебе ходить со мной, — он покачал головой, уставившись в сторону окна, а после на не совсем новые, пошарпанные обои, — я так и знал, что это плохая идея. Знал, что нужно было идти одному… Какого хера батя, вообще, вылез, спит обычно крепко. Нам не хватило пары минут, — он замолчал, чувствуя полное отчаяние от своей же беспомощности и неаккуратности. — Всё нормально же, — Зайцев успокаивающе улыбнулся, а после нахмурился, — всё равно я бы не остался тут, зная, что ты пошёл домой один… — звучит как-то слишком подозрительно. Можно подумать многое после этих слов, но факт есть факт — он переживает об этом красавчике всегда, давно, при каждой его драке с кем-либо. — Потом лечить было бы тебя лень, — решил отшутиться, выдавая слова за правду, отгоняя от себя подозрения, и, кажется, получилось. Артём немного посмеялся с его слов. — Спасибо, — он посмотрел в зелёные глаза напротив, — что ли, — вспомнился тот вечер, когда именно эта фраза прозвучала из их уст не один раз. *- Ну… Спасибо. Тогда, что ли, — сдался Тимофей, про себя улыбнувшись от радости. — Не за что, что ли, — усмехнулся, слегка передразнив мальчишку, бросив шоколад и конфеты в тележку с прочими продуктами…* От воспоминаний стало приятно и тепло на душе и Тимофею. И он не мог ответить как-то иначе сейчас. — Не за что, что ли, — он увидел такую же улыбку напротив, — твой отец очень строг… Как ты раньше не ушёл из дома. Это всё так ужасно… — Не знаю, я и сейчас не планировал, — пожал плечами, смеясь про себя с собственной глупости и наивности, — думал, как обычно, вернусь и всё будет окей. На утро все бы забыли, а я так бы и продолжал надеяться, что они поменяются, что уже скоро всё будет хорошо. А когда-то им будет стыдно за всё, что творили, — Артём покачал головой, а после стукнул себя по лбу, — я долбак. — Просто нормальный сын, — Тимофей нахмурился вновь, и так забавно, что его собеседник тайно умилился от этого, — это нормально — любить и верить в своих родителей, — ему не очень понравились слова Артёма про самого себя, это явно. — Я рад, что всё вышло вот так, — продолжил Тёма, незатейливо крутя пальцами обёртку от чайного пакетика, — что ушёл, давно было пора, им всё равно плевать, где я и что со мной. И я рад, что…что ты вовремя оказался рядом, — было неловко это говорить, но он хотел. Он так благодарен, — подобрал, как щенка, реально. У нас отношения были не из лучших, но ты помог мне, хотя мог послать куда подальше, — он опять посмотрел в зелёные глаза, которые давненько ему нравились и приковывали внимание, — зачем? — Забей, ладно? — и опять нахмурился, скорее решив перевести тему. Тима сам отвёл взгляд куда-то в свою кружку, заметив, что от чая осталась половина. — Ну, правда, просто спросил, — посмеялся Бондарев, заметив нелепое поведение мальчишки. Он, что, покраснел? — Может, ты-ы…? — так растягивал слова. Пугает. Напрягает. Точно чёрт. — Може-ет… Ты в меня втюрился? Тимофей с раскрытыми глазами поднял голову на собеседника вновь, чувствуя, как сердце начало отбивать свой ритм. Вот-вот и спалят. Уже спалили. Чувствует себя, как преступник и его сейчас раскроют, через считанные секунды. — Ну, конечно, я хорош, признаю, — Артём и сам не знает, почему стал таким смелым, раз решил так пошутить, но, возможно, это и не будет лишним. Разрядить обстановку никогда не помешает. А тут ещё и сосед по квартире такой низенький-милашка-зайчик. Так это же вдвойне забавно! — Сдурел, что ли? — риторически спросил Зайцев, цокнув языком. — Не долбак, а долбаёб. — Да ладно тебе, шутка же, — отсмеявшись, произнёс и подмигнул. Опять у кого-то ёкнуло. Уже как на автомате. — Тебе ли не знать, что бывает от таких шуток, — закатив глаза, пробурчал мелкий, отставив кружку с недопитым чаем в сторону, — всё, я спать, — встал из-за стола, сразу направляясь в гостиную, — тебе тоже советую, завтра рано вставать. — Если ты зовёшь меня спать, я сразу согласен, — коварно и по-лисьи сощурил свои голубые глазки блондин, обернувшись на Тимофея, уже стоящего в коридоре. Тот в ответ опять лишь шокированно посмотрел на него. — Иди нахуй, Бондарев! — крикнул брюнет и ушёл за угол. — Если только на твой! — крикнул в ответ и посмеялся в голос. — Извращенец, блять! — послышалось из гостиной. От этого смех Артёма стал только задорнее и громче. Он вскочил с места и побежал к соседу, дабы продолжить его дразнить. Это оказалось очень смешно и забавно. И пусть для хулигана это всё не такие уж и шутки, не важно. Реакция Тима слишком хороша. Ради неё можно и пережить подзатыльник или пинок. — Тима, ты без меня спать ушёл? Я же обижусь, малыш… Вечер был очень насыщенный для Тимофея. Даже слишком.

°°°

Новость о поездке за город не могла не порадовать учеников. Всё-таки, это что-то новенькое для них. Раньше в их классе не устраивали походы, максимум — это поездки куда-то на спектакли и прочие, по мнению некоторых, скучные мероприятия. Теперь же будет что-то явно повеселее. Лес, озеро, палатки, песни у костра, разговоры о чём-то, да и кто-то обязательно пронесёт втихаря выпивку, значит, будет вдвойне круто. Из класса согласились многие, человек четырнадцать, а это почти половина. Среди них были Артём и Тимофей. Вообще, блондин не любит такой отдых, но, заметив поднятую в знак согласия руку Зайцева, не смог отказаться и сам. Как в детском саду, честное слово, но ему это даже нравилось. Он привык уже, что помешался на влюблённости к этому мальчишке, да и смысл это отрицать, если правда. От себя не убежишь. А вот поднятая рука новенького, того самого Миши, явно не порадовала Артёма. Он, конечно, ничего плохого не сделал, возможно, и парень неплохой, но тот факт, что он вечно милуется с Тимофеем, сидя с ним за одной партой, перечёркивает все его хорошие качества. Вывод один: Миша — богатенький придурок. Да и не такой уж и хороший он, раз явно флиртует с чужим парнем. И плевать, что Тима ещё ничей не парень…

°°°

Поездка была назначена на эти выходные. Они настали скоро. Ради такого занятия в пятницу сделали меньше по количеству и времени, чтобы все вечером спокойно собрали нужные вещи и прочее, выспались, а в субботу утром спокойно проснулись и успели. Был заказан школьный автобус. Довольно комфортный и просторный. О, Боги, там был кондиционер. Не придётся жариться. Все собрались в назначенном месте в семь утра. Ехать было часа три, там — минут пятнадцать пешком, плюсом нужно подготовить всё для более комфортного прибывания. Поэтому позднее отправляться было бы хуже и неудобнее. Тимофей не выспался, конечно, но была возможность поспать в дороге. Он думал, как будет сидеть — один или же с кем-то. Всё-таки, рассадка была свободной, мест предостаточно. Он сел у окна, уже надеясь, что доедет один, в комфорте. Но планам не дано сбыться, ибо среди входящих в автобус одноклассников, около брюнета остановился некто иной, как Миша, взглядом спрашивая разрешения сесть рядом. Зайцев кивнул, едва улыбнувшись, понимая, что отказать всё равно не сможет, да и не такая это уж и плохая компания. Он, вообще, будет спать, так что, в принципе, всё равно. Тем временем в автобус зашёл Артём, за ним следом его друзья. Кстати, из них поехали не все, только Максим и Олег. Серёжа — не любитель такого отдыха — отказался. В мыслях блондина был немного хитрый план сделать так, чтобы присесть к одному зайцу, в его компании намного приятнее, чем с кем-то другим. Но какого было неприятно увидеть, что место рядом с желанным, во всех смыслах слова, Артёмом человеком, было занято. И кем? Снова этот богатей с вечной улыбочкой. Бесячей улыбочкой. Пройдя мимо, Артём мысленно ругнулся, сжав ладонь в кулак от злости. Он уже привык, что с ним происходит что-то странное, реагирует в таких ситуациях только так. Просто злится, просто ревнует. Он специально подтолкнул своих друзей сесть в соседнем ряду напротив Зайцева и Сазонова. Ну так, чтобы видеть, чтобы слышать… Чтобы контролировать, что скрывать-то. Эти двое уже о чём-то беседовали, могли посмеяться. Артёму уже так «нравится» эта поездка. Какого лешего только согласился. — Итак, дети мои! — обратилась громко учительница, вставая неподалёку водителя, который уже выезжал с парковки. — Мы выезжаем. Надеюсь, что поездка обойдётся без ваших конфликтов, ссор. Я уверена, что вы у меня молодцы. Многим так и хотелось рифму подходящую к этому слову выкрикнуть. Но, благо, нашли в себе силы промолчать. А то им несдобровать тогда. — У нас будет парочка остановок, чтобы вы смогли передохнуть. Мало ли, кого-то укачает или ещё что-то. Всё, мы выехали, хорошей дороги всем! — женщина села на место рядом с водителем, услышав в свой адрес сразу несколько голосов с таким же пожеланием. Поездка обещает быть весёлой.

°°°

Оказалось, что дорога заняла на час побольше. Как так вышло — никто не в курсе, но, к счастью, они уже доехали. Здесь было слишком красиво, на берегу озера. Свежий воздух, осенний лес, деревья с опадающими разноцветными листьями, слышно пение птиц и кузнечиков, редкое журчание воды манило к себе и успокаивало, а тишина и простота природы вокруг завораживали. Учителя начали руководить всеми, уже давно распланировав, кто и за что будет отвечать. Палатки были на небольшом расстоянии друг от друга. В отдельной зоне поставили раскладные столы, мангалы и прочее. Ну и поодаль было место для посиделок у костра и танцев. С присмотром и помощью историка часть мальчиков ставила палатки. Девочки помогали Виктории Николаевне с приготовлением салатов, нарезок и не только. Оставшиеся мальчики под командованием физрука жарили и готовили шашлык. Тимофей занёс свои вещи в палатку, опять же думая, с кем придётся её делить. Одному? Слишком роскошно, не получится. Пока он проверял, взял ли всё необходимое в своём рюкзаке, кто-то показался рядом и заглянул в открытую палатку. Вот и ответ на его вопрос о временном сожительстве здесь. — Может, я кажусь слишком навязчивым, но можно я буду с тобой в палатке? — неловко улыбнулся, поджав губы, Миша. — С кем-то занято, а с кем-то я бы и врагу не пожелал остаться… — Окей, залезай, — согласился брюнет. Ну, это не самый плохой вариант. Можно и перекантоваться пару дней. — Хорошо, что учителя разрешают всем самим искать себе соседей, — сказал парень, одновременно зайдя в палатку, упав рядом с одноклассником, предварительно отбросив свой рюкзак в сторону, — чёт я уже устал. Нафига взял столько вещей. — Не кисни, — потряс его за плечи Тима, пока тот играл роль умирающего, — и, вообще, там уже всех зовут, пойдём. Думаю, будет весело. — Не-ет, давай ты меня прикроешь, а я тут поваляюсь, а? — заныл Миша, пока его пытались за руку поднять и утащить на выход за собой. — Ой, ну пару минут, прошу-у. — Со мной не сработает твоя моська жертвы, — посмеялся заяц и всё-таки поднял одноклассника, сразу же выходя с ним на улицу, — и, вообще, мы поехали, чтобы развеяться и повеселиться тут! Что за настрой? Мина такая, будто тебя на каторгу отправили! — его правда забавляет выражение лица парня. — Да ну, веселье… Я просто новенький, не хотелось отрываться от коллектива и… — он явно хотел сказать что-то и дальше, но у судьбы свои планы, а в данном случае — у Бондарева свои планы. Артём сам не ожидал столкновения, но оно произошло. Он проходил мимо ребят к своей палатке, но те вылезли из своей так резко, что трудно было бы не врезаться. — Прости, прости, — начал извиняться блондин, удержав устоявшего на ногах Тимофея за плечи, — я не специально. Всё же хорошо? — Нормально, конечно, — успокоил сразу Зайцев, легко улыбнувшись Артёму, тот в ответ. Миша тоже в порядке, однако, он так смотрел на Артёма… Выжидающе, нахмурившись, так и желая услышать извинения. Вообще, он прав, да и Бондарев это понимал, сам виноват. Как бы не хотелось, но извиниться нужно. Иначе, это будет выглядеть странно и банально грубо. — Прости, — произнёс, коротко посмотрев на Сазонова, и тот кивнул. Не идеально, конечно, но сойдёт. Да и ему сейчас всё равно, главное хоть, что сказал, — не знал, что вы вместе в палатке… — он действительно ещё не успел заметить этого. И каково́ ж опять неприятно! Ему определённо «везёт». Сначала не удалось сесть с зайцем в автобусе, потом он несколько часов ревниво наблюдал за весёлой беседой этих двоих в дороге, а сейчас он ещё и узнаёт, что они будут в палатке ночевать вместе. За-ши-бись. Отдых? Тогда он начинается замечательно. Бондарев всё больше и больше поражается самому себе. Неужели, он настолько ревнив? Раньше это было, да, но он мог как-то контролировать себя и свои чувства, но сейчас так просто это не удаётся. Может, потому что они начали с Тимофеем жить вместе? Узнавать друг друга получше? Наконец, сблизились? Это у Артёма было, вообще, только в мечтах, честно говоря. Он видел мелкого издалека. Он мог засмотреться на него, когда сидел с парнями у подъезда, а Тимофей в это время выходил из дома напротив куда-то в магазин или просто прогуляться. Он мог пересечься с ним во дворе, где в очередной раз со своими друзьями задирал, шутил, но, стоит упомянуть, и пальцем не тронул. Он видел его каждый день в школе, и там продолжалось то же самое по кругу, и каждым этим разом чувства к милому парнишке становились сильнее и сильнее. Он мог ревновать, но сдерживал свою ревность. Она была какой-то другой. Сейчас же… Внутри всё переворачивается, руки автоматически сжимаются в кулаки, а челюсти между собой. — Да, вместе, — ответил за брюнета, Миша, — ну, я мало кого знаю из ваших, а Тимофея как раз-таки наоборот. Тем более, он не против. Да, ведь? — вопросительно взглянул на парнишку, тот кивнул, на самом деле чувствуя себя неловко сейчас. Перед Артёмом. — Ну, да. Ну, да, — закивал головой Бондарь, засунув руки в карманы спортивных штанов, поглядывая на эту ненавистную руку новенького, обнимающую его Тимофея, — ты прав. С нашими трудно найти общий язык. А кого-то даже лучше не злить, — голубые глаза смотрели чётко в карие, оба будто понимали и слышали в словах друг друга что-то иное, а вот что именно — Тимофей не знал, но его начала напрягать эта ситуация. Как между двух огней сейчас. Ощущение было такое. — А то бывает всякое. Ну, дорогу перейдёшь кому-то и всё, — Артём пожал плечами, невинно улыбаясь, — здесь тоже самое. В нашем классе ток и следи за собой, своими словами и действиями, — вроде пошутил, посмеялся, а вроде и нет. И Миша сразу понял намёк. Ведь, за руками он сейчас действительно не следит — обнимает Тимофея. Он в ответ посмеялся так же, только наигранно, сильнее обняв Зайцева, посмотрев на него, а потом вернув взгляд на Артёма. — Я тебя понял, да, — Миша закивал, но руку от мелкого так и не убрал. Артём молчал. Он лишь поддерживал этот взгляд, показывая, что связался парень явно не с тем. Тимофей же чувствовал себя странно, ибо между этими двумя реально странная атмосфера. Им лучше бы вообще не общаться. — Ребята! Собираемся у костра! — крикнула учительница, оповещая свой класс, некоторые из них были ещё в палатках, некоторые гуляли где-то по округе. «Как же вовремя, спасибо!» — подумал про себя Тима и выдохнул сразу с облегчением, как только Артём первым направился к остальным. — Ну, что, пойдём тогда веселиться? — предложил со смехом Миша, увидев удивлённый взгляд на себе. — Ну, а что? Сам же предложил. Не так уж тут плохо, знаешь… — он, не прекращая объятий с мелким, направился с ним ко всем, пока второй пребывал в очередном шоке от резкой смены настроения нового знакомого.

°°°

Уже был вечер. Стемнело, стало холоднее, из-за чего все оделись потеплее и укрылись небольшими пледами. Костёр, благо, также неплохо согревал. Треск веток в нём так завораживал, но, в основном его слышно не было, ибо все смеялись, разговаривали о чём-то. Учителя присоединились к обсуждениям и теперь смеялись все. Они вспоминали всякие школьные истории с начальной школы и старших классов. Было действительно весело и интересно это всё слушать. Странно, но, казалось, в такие моменты забывается всё плохое. Было ощущение, что все близки друг с другом. На деле, конечно, всё было далеко не так радужно, но пусть хотя бы сегодня все забудут об этой никому не нужной вражде. — А давайте петь! — крикнул Славик, подбегая к другу сзади, хватая того за плечи. — Игорёк! Чё, ты зря, что ли, гитару взял? Сбацай что-то! Все одобрительно загудели, явно не прочь послушать песни или даже спеть. Учителя улыбнулись, посмотрев на парня, которому уже всучили его же гитару, а тот отказаться не мог, да и не хотел. Настроился сам, настроил струны, и через минуты прозвучали первые ноты. Мелодия была спокойной и, на самом деле, приятной. Песню узнали сразу и захлопали в ладоши, не успел Игорь даже начать петь первые строки. Холодный ветер с дождём усилился стократно. Всё говорит об одном, что нет пути обратно. Что ты не мой лопушок, а я не твой Андрейка, Что у любви у нашей села батарейка… Пели уже почти все, кто-то просто наслаждался и слушал. Тимофей улыбался на эту приятную атмосферу. Многих он, в принципе, терпеть здесь не мог, потому что те точно также терпеть не могли его. Однако, на время он об этом забыл, не думал. Напротив, где-то между своих друзей, сидел Бондарев. Сам того не зная, блондин заставлял мальчика смотреть на него и только на него. Артём улыбался, подпевал, смеялся, бесился с парнями и выглядел до жути мило. Он явно поймал и почувствовал момент. Он казался свободным, открытым, как и всегда. Счастливым (?). — Что у любви у нашей се-ела батарейка-а! — присоединился, начав петь со всеми, Миша, широко улыбнувшись рядом сидящему Тимофею, и обнял его за плечи, слегка покачиваясь в такт музыке. — Ой-ой-ой-о-ой! Батарейка-а! Зайцев улыбнулся, а после не сдержал смеха от поведения парня, тот тоже вскоре посмеялся, но петь продолжал. Тима сделал глоток своего горячего чая в термосе, видя как некоторые уже начали выбегать из круга, дабы потанцевать. Не могли удержаться. Парнишка был в настроении и даже не замечал на себе чужого взгляда, ревнивого взгляда. Бондарев чувствовал, что ещё немного и у него крыша поедет от такой перемены своего настроения. Поэтому старался не смотреть в сторону Зайцева, хотя хотелось сильно. Но мало ли, что в гневе от ревности он может учудить… Спустя минут десять было даже непреодолимое желание вскочить и набить морду Сазонову, ибо тот уже слишком перебарщивает со своими объятиями. «Ещё бы засосались, для полной красоты картины», — подумал Тёма, закатив глаза. Зря он представил этот поцелуй, ибо злость и ревность стали ещё сильнее…

°°°

Вдалеке слышны пение и мелодия гитары, громкий смех и приглушённые разговоры. Здесь же было тихо. Здесь было ещё лучше. Наверное, каждому могут быть необходимы минуты тишины и покоя, уединения? Тимофей — не исключение. Где-то вдалеке было свечение от костра, шум и та самая «движуха», от которой он на время отстранился. Укутавшись в плед, облокотившись спиной на ствол дерева с потресканной корой, он прикрыл глаза. Пение птиц, бесконечно говорящие кузнечики и звук воды успокаивали. Впереди парня вид на озеро, берег, звёздное небо и луну. Хорошо. Спокойно. Эта ночь прекрасна, как никогда. — Бу, — услышал где-то позади себя Тимофей и вздрогнул от неожиданности, на автомате повернул голову на источник звука и тут же вздохнул от облегчения, приложив руку к груди, — прости, я не хотел так пугать, — неловко улыбнулся Бондарев, похлопав парня по плечу, — чего ушёл? Один тут? — он присел рядышком, немного поджав к себе ноги, вытянув руки на коленях. Он поднял голову вверх, и его глаза сразу поймали созвездие медведицы. Прекрасное зрелище. — Один, — улыбнулся Тима и снова расслабился, закрывая глаза, запрокинув голову назад, — кайф же. — Не буду спорить, — подтвердил Тёма и усмехнулся, также на мгновение прикрывая глаза, полной грудью вдыхая свежий, вечерний, лесной воздух. Блондин со временем перевёл взгляд чуть назад, и уставился на Зайцева. Опять улыбнулся своим мыслям. Мальчишка был такой расслабленный, спокойный, комфортный и…счастливый? Да, сейчас это так и есть. Казалось бы, природа, ничего особенного, а ему она даёт столько удовольствия. И что скрывать, кажется, они оба точно похожи, ибо Артём тоже обожает вот так посидеть где-нибудь в одиночестве, понаслаждаться красотой природы, её звуками, запахами, атмосферой. Прочувствовать долгожданный покой.

🎶Isabel LaRosa — «Eyes dont lie»🎶

Этот заяц выглядел слишком прекрасно в таком умиротворённом образе, в ночной темноте, в лунном свете, с лёгкой улыбкой на лице. Хотелось смотреть на него вечность. Он бесповоротно в него влюблён и это уже неизменно. Так хотелось, наконец, признаться ему в чувствах, обнять и попросить быть вместе. Но нет, он не мог. Уверенный в себе хулиган оказался не настолько уверенным. Зайцев открыл глаза неожиданно, и это заставило Бондарева быстро отвести взгляд в сторону озера. Кажется, всё осталось незамеченным. Скоро он точно спалится. Ну, точно. — А ты чего от всех ушёл? Тебя сейчас друзья потеряют, — усмехнулся, вспоминая всю эту компашку, голоса которых были слышны даже здесь, отдалённо, — у них голоса нет совсем, они в курсе? — Похоже, что нет, — посмеялся Тёма, смешно зажмурившись, тем самым показывая, что полностью согласен с таким выводом, — я привык уже, а им всё равно на чужое мнение. — Круто, когда так, — больше себе под нос произнёс Тимофей, немного задумавшись о чём-то своём. — О чём ты? — он всё-таки услышал, а как иначе, всё внимание сейчас приковано к этому мальчишке. — Я, к сожалению, не могу не плевать на чужое мнение, как бы не старался. Да что там, — он снова усмехнулся, в этот раз как-то отчаянно, помедлил с продолжением фразы какое-то время, — я и себя-то полностью сейчас принять не могу. До сих пор. Артём явно хотел что-то сказать в ответ, но сам Тимофей не дал этого сделать, переведя тему на более оптимистичную. — Надо назад возвращаться, а то нас будут искать, — улыбнулся снова, будто до этого пару секунд назад он не был загружен чем-то особенно важным для себя, и начал вставать с места. Артём тут же вскочил вслед. И как так вышло — не поняли оба, но уже спустя секунды они неловко столкнулись и, не удержавшись на ногах, упали на землю, как раз-таки на тот самый плед. Зайцев приземлился на спину, на него упал Бондарев. Второй смог упереться руками в траву по обе стороны от мелкого. Их лица были теперь непозволительно близко друг к другу, они касались носами, а между губами считанные миллиметры. Ещё бы немного и случилось бы явно что-то неловкое для них двоих. Они пролежали так, в оцепенении, обездвиженно, довольно долго. Ну, по крайней мере, для них это длилось вечность. Желание. Боги, какое же было желание поцеловать эти манящие, пухлые губы! Оба в миг почувствовали своё бешеное сердцебиение, про дыхание забыли вовсе. Зрительный контакт, глаза в глаза, начался сам собой, и прекратить его было невозможно, нереально, не в их силах. Артём понимает, что влип окончательно, и если сейчас сделает это — потеряет первую и последнюю нить общения с Тимофеем. Однако, сам жалеть точно не будет. Неужели, он снова наступит на те же грабли, что и три дня назад? Он не успевает приблизиться, даже сделать какое-то движение к губам мальчишки, тот уже подрывается с места, и вылезает из-под него. Артём тут же неловко встаёт, протягивая зайцу плед, пока глаза обоих смотрят куда угодно, лишь бы не друг на друга. И как после такого теперь всё забыть и дальше общаться, как ни в чём не бывало? — Я пойду ко всем, песня, кажется, моя любимая пошла, — сказал первое, что пришло в голову, Тима и, схватив плед из рук хулигана, развернулся на сто восемьдесят и направился обратно, к одноклассникам. Тёма остался на какое-то время здесь. Стоял, обдумывая и осмысливая, что, вообще, сейчас было, что какой же он идиот, раз в очередной раз хотел поддаться соблазну. Он слишком слаб и уязвим с этим зайцем. Парень нервно взъерошил свои волосы рукой, пнув после ни в чём невинный камень, до этого спокойно лежащий на земле, и выругался благим матом, всё равно никто не услышит. Это. Просто. Пиздец. «Ты долбаёб, Артём!», — лишь думал и повторял про себя эту фразу как мантру. Парни настолько «выпали» из мира после произошедшего, настолько поддались эмоциям и мыслям, что никто из них двоих даже не заметил Мишу, стоящего где-то неподалёку, за одним из деревьев. Тот в голове уже начал собирать пазл за пазлом воедино. Его подозрения оказались правдой?