Голод с привкусом осени

      Сумерки постепенно отступают, давая возможность проступить неясным силуэтам домов из уходящей темноты. За горизонтом мгновенно вспыхивает кромка огненного солнца, которая в считанные секунды становится больше, осветляя все вокруг своими лучами.       Сквозь темные шторы маленькой комнаты ни один солнечный луч не мог проникнуть, дабы осветить хоть малейший угол чужого жилища. Если прислушаться, то можно услышать тиканье часов, и почти невесомый шорох страниц.       По видимому это была спальня, хотя можно ли считать комнату спальней если в ней есть кровать, и только? Не обязательно ведь на ней спать? Хотя наверное это бы было довольно странно.       Ах да, спальня. Двухспальная кровать стояла посередине комнаты, рядом с нею был высокий книжный стеллаж. В нем располагалась множество книг, с самыми разными названиями и сюжетом. Каждая обложка отличалась цветом и оттенком, одна была насыщенная и зелёная, словно прекрасный салатовый цветок под названием Цинния георгиноцветковая «Энви». Другая же стоявшая рядом, напоминала Японский клён своим роскошным багряным оттенком. В правом нижнем углу, почти лежала, фиалковая книга, напоминающая гиацинт. Весь этот набор цветов создавал собою теплые оттенки разных историй и повествований. Со стеллажа можно было увидеть только корешок книги, но и это много нам говорила, об обитатели этой комнаты. На всех книгах было написано только одно имя, а может и псевдоним. Эдгар Аллан По.       Напротив кровати расположился деревянный стол, на котором творился творческий беспорядок. Разбросанные листы бумаги, рабочие и не очень ручки, три кружки с остатками кофе на дне, и одна с выпитым на половину холодным напитком. Худая фигура которая словно тонула в своей одежде, сидела скрючевшсь за столом ни на секунду не отрываясь от марания отдельных листов бумаги, которые потом наверняка станут полноценной книгой.       Молодой человек, сидящий за письменным столом в углу комнаты, не уделил внимания на восходящие лучи солнца. Возможно ему даже не нравился рассвет, и холодный дождь в осеннюю пору, он предпочитал больше, чем тепло восходящего сонце.       Глядя на этого человека, могло показаться что ему больно, ведь вторая рука вечно покоилась на впалом животе, чуть поглаживая его, словно это уменьшало его боль.       Все нормальные люди мирно посапывали в своих кроватях в такое время, хотя наверняка были и бедняги которым приходилось вставать в пять часов утра и идти на работу, дабы прокормить голодные рты.       Этот худощавый юноша по имени Эдгар Алан По, как можно понять по книжной полке, не относился ни к одним ни к другим. Парень с каштановыми волосами и густой вьющейся челкой, скрывающей взгляд усталых глаз, сидел сгорбленной фигурой за столом, на котором были разбросаны разные вариации романа. На полу были разбросаны те, которые хоть как-то не угодили писателю. Из освещения у него был только маленький старый ночник, который освещал стол, оставляя всю остальную комнату в полумраке. Новый роман всё никак не получалось довести до логичного конца, казалась словно оставалось ещё чуть-чуть, но в каждом абзаце он находил недочёты.       Тот, кому он посвятил этот роман, точно не будет доволен.       С кровати послышался звук, сквозь этот мрак можно было увидеть мирно спящий клубочки шерсти: если присмотреться, то было заметно длинный пушистый хвост, окрашенный в темно-серую полоску.       Животное видимо почувствовало чьё-то бодрствование, вылезло из своего импровизированного кокона шерсти, и подняло заспаную мордочку, переводя свой взгляд на не спящего хозяина.       Что-то тёплое и пушистое запрыгнуло на колени юноши, сворачиваясь в клубок и пытаясь подарить своё тепло. Писатель перевёл свой сонный взгляд с бумаг на колени, и посмотрев на питомца невольно улыбнулся. Он положил ручку на стол, и провёл рукой по мягкой шерсти вбирая тепло животного.       Теперь мы могли полностью разглядеть второго жителя этой квартиры с помощью настольной лампы.       Коренастое тело покрывает серовато-коричневая шерсть, мордочка украшена чёрно-белой маской, и красивый пушистый хвост обвивают широкие кольца чёрно-бурого цвета. До кончика носа от лба тянется чёрно-бурая полоска. Спутать с другими животными невозможно. Это однозначно енот.       Но ведь енот не может быть домашним питомцем, это дикое животное. Которое, тем более, не обитает в Японии, а больше в Америке, что же он тут делает? — Ты уже проснулся, Карл? — Промолвил юноша, чуть хриплым из-за долгого молчания голосам, с лёгкой улыбкой, не убирая свободную руку с живота. Брюнет перевел взгляд на настенные часы, которые показывали пять тридцать утра. — Ещё слишком рано, ты обычно спишь до обеда.       Костлявые пальцы сново зарылись в пушистую шерсть пытаясь забрать хоть чуть-чуть тепла которое исходило от животного. Енот же в ответ начал ластиться к рукам хозяина, проводя своим мокрым носиком по чужим рукам.       В один момент енот под именем Карл пристально посмотрел своими черными бусинами в серые глаза напротив, скрытые челкой. Писатель всегда понимал своего питомца без слов, одного осуждающего взгляда, было достаточно. — Ну Карл, не начинай. Пока не допишу роман для Рампо-куна я не смогу уснуть. — Возразил шатен, отрицая здравый смысл, того, что человеку необходимо спать каждую ночь по восемь часов, а не заливать в себя безграничное количество кофе. Кстати, насчёт здравого смысла, от голода верхняя часть живота начинала пульсировать неприятными волнами. Казалось, что внутренние органы готовы сожрать друг друга за кусочки пищи, но писатель это упорно игнорировал.       Енот по имени Карл всё так же продолжал недовольно смотреть на своего кормильца. — Пойдем, я лучше тебя покормлю. — Питомец словно человек, устало выдохнул, но спрыгнув с колен побежал в сторону кухни.       Смотря в след уходящему Карлу, Эдгар всё-таки отодвину стул на которым сидел с тихим скрипом, вставая. От резкого телодвижения в глазах потемнело, такое было не редкостью с такой работой и плохим питанием. Делая глубокие вдохи, через рот, вдыхая как можно больше кислорода в затхлом помещении, Аллан сфокусировал свой взгляд на часах. Это помогло отвлечься, и больше не видеть полной темноты перед собою.       Как только дышать стало легче, а темные пятна почти пропали, брюнет сделал несколько шагов к ближайшему окну, открывая шторы и щурясь от резкого света. Писатель открыл окно, впуская в комнату утренний холодный воздух.       Сейчас была середина августа, вся природа переходила из ярко-зелёного цвета, в пока что еле видный жёлтый. Солнце постепенно грело все слабее, от чего земля стала просто ледяной. От недостатка еды птицы улетали в более теплые края, из-за чего их пение становилось почти неслышным. Вот такая она, осень. Сначала она пышная и красочная, потом угрюмая и дождливая. Солнечная и хмурая, разноцветная и влажно-серая, туманная и с первым льдом на лужах.       Размышляя об осени и вдыхая кислород через грудь, шатен наконец отошёл от окна. Проходя мимо стола Эдгар взял с него пустую чашку из-под кофе, и последовал за своим питомцем на кухню.       Ступая по холодному кафелю кухни, Эдгар жалеет, что не надел тапочки, оставленные им под столом. Чуть поёжившись, парень с каштановыми волосами решил, что за ночь квартира стала морозным ущельем.       На кухне было светло, поскольку на окнах висели лишь светлые занавески без узоров. В отличии от комнаты писателя, вся кухня была в белых тонах, в перемешку с деревянной мебелью.       Енот уже устроился на стуле, и совсем как человек ждал своего завтрака, несмотря на то, что миски его стояли на полу. Но это совсем не злило Аллана, он считал Карла настоящей семьёй и полноценным собеседником, которому позволялось спать и есть где угодно.       Подойдя к чайнику и щёлкнув включатель, дабы хоть немного утихомирить зверский голод, шатен начал думать чем же покормить Карла, заглядывая в ящики и смотря что осталась.       Еноты — считаются дикими животными и большинство исследователей не рекомендуют держать их дома, поскольку за ними нужно сильно следить, и это большая ответственность, при этом еноты не боятся людей, и считаются довольно умными.       Аллан знал этого, но как только увидел беззащитное существо, мокрое и грязное, без раздумий понес животное к собственному дому.       Наконец Эдгар нашел то, что искал: сушеные фрукты, ягоды и орехи — это то, что не портилось, и то, чем всегда может насытиться его питомец.       Карл питался не только фруктами, но и вполне живыми существами, еноты в дикой природе едят лягушек и ящериц. Но такие продукты довольно сложно достать, да и не сильно хотелось убивать других животных. Хотя Карла можно назвать вполне одомашненным, такие гурманские ужины случались у них довольно редко.       Вытянув каждого лакомства по жмени, Эдгар развернулся, поднимая миски для еды и полоская их в раковине. В одну писатель аккуратно разложил еду, а в другую налил чистой воды, следом ставя на пол.       Карл прытко спрыгнул со стула, подбежал к еде. Своими маленькими, но ловкими лапками достал дольку груши, начал тереть ее со всех сторон в миске с водой, перед тем как начать кушать с громким чавканьям.       От такой картины по утрам писателю всегда становилось тепло на душе, ведь это выглядело мило и даже чуть-чуть весело. Аллан сделал несколько шагов и сел на нагретый Карлом стул. "Глаза слипались от усталости"       Эдгар никак не мог закончить свой роман для детектива и жутко нервничал по этому поводу. Подпирая тяжелую голову рукой, он пытался сосредоточить взгляд на восходящем солнце, которое вырисовывало узоры на столе кухни. Его мысли прервал щелчок чайника.       Вздохнув, шатен поднялся со стула подходя к кухонной стойке. Эдгар открыл верхний ящик и достал банку с кофе, взяв чайную ложку, он сыпанул две ложки, сразу заливая кипятком на половину. Был бы тут Рампо, он бы точно вылил это в раковину, объяснив это тем, что такое пить невозможно, с лицом полного отвращения. Но на этом извращение ещё не закончилось, Аллан подошёл к графину с водой и залил оставшуюся часть чашки. Эдгар всегда любил тёплые напитки, а не горячие, которыми можно обжечь свой рот. Слава богу Эдогава не знал чем занимается Эдгар без него.       Аллан перенес кружку с теплым напитком на стол, аккуратно садясь на стул, и наслаждаясь напитком. Заливая в пустой желудок жидкость, Эдгару казалось что он слышал как в нем образуется дыра. Но это не важно.       В какой-то момент он перестал слышать чавканье со стороны питомца и в ту же секунду почувствовал прикосновение к своим ногам, чужие лапы взбирались по пижамным штанам. Питомец снова залез на колени, держа в руках дольку сушёного яблока, и мило протягивая его своими маленькими ручками, словно заботясь о хозяине.       Эдгар удивлённо смотрел на Карла. Конечно, он иногда делился своей едой, но это случилось достаточно редко, и такое поведение для питомцев было исключительным.       Это значило — повод для волнения вполне весомый. — Спасибо, Карл, но я правда не голоден. — Чуть погодя, тихо проговорил Аллан.       Енот никак не отреагировал, всё так же упорно смотря на своего глупого хозяина. Аллану показалась, что даже маленький носик дышал чаще чем обычно, дабы доказать свою правоту. Смирившись, с негодованием животного, писатель взял кусочек яблока, надеясь на капитуляцию животного, но Карл всё так же пристально наблюдал за тем, чтобы хозяин съел всё, до последней крошки.       Эдгар тяжело перевёл взгляд на несчастный кусочек яблока и попытался вспомнить когда он вообще в последний раз ел.       В животе образуется неприятный зуд от волнения, а навязчивые мысли полностью захватили голову парня. Его глаза мельком изучают все вокруг, а дыхание учащается.       Он знал что будет дальше… Слишком хорошо. — You didn't deserve, Allan — Бесстрастный голос говорил на английском, явно с каким-то акцентом, он говорил медленно, словно пытаясь просочиться прямо в голову, чтобы разъесть каждую частицу мозга. Казалась если даже он закроет уши, это не закончиться, он знал этот голос слишком хорошо.       Хотелось задохнуться дышать. –You still haven't finished the novel, you don't deserve. — С полным хладнокровием проговорил голос, он был четким и словно отдавал в уши звонящим эхом. Голос становился громче. — Allan!       Алан пришел в себя только после нескольких секунд и осознал что всё это время он не дышал. Сделав глубокий вдох и выдох, шатен дрожащими руками поднес дольку ко рту, засовывая целиком в рот. И совсем не весомо улыбнулся чуть щуря глаза, если приглядеться можно было увидеть капельку пота, стекающую по виску от напряжения.       Он не заслужил. Он знал это.       Карл удовлетворённо помахал хвостом и убежал обратно к миске, доедать свой завтрак.       Писатель встал, и быстро, прошагал в ванную комнату, закрывая дверь на защёлку. Поднеся руку ко рту он достал целый и невредимый кусочек фрукта.       Эдгар чувствовал вину перед Карлом, но позволить себе такой роскоши не мог. Он быстро выкинул еду, в мусорное ведро, возвращаясь на кухню, смотря на ничего не подозревающего и довольного Карла.       » Она стала приходить чаще… Мне нужно дописать роман « — Эдгар взял кружку с еле теплым кофе и снова отправился к себе в кабинет. Так за работой прошло много времени, пока не послышался звонок в дверь.

***

      Если подняться на склон недалеко от гавани Йокогамы, там вы увидите офис Вооружённого детективного Агентства. Это красно-коричневое кирпичное здание. Оно построено давно… С моря дует сильный ветер, так что здесь ржавеют даже сточные трубы и телефонные столбы. Однако, несмотря на сомнительный внешний вид, здание на самом деле крепкое: даже если его обстреляют из автоматов, внутри никто не пострадает. Вооружённое детективное агентство занимает только четвёртый этаж и в нем как всегда шумно.       В Детективном агентстве самое начало рабочего дня, каждый был занят своей работой. Работник этого агентства, по имени Дазай Осаму совсем потерял инстинкт самосохранения, и попытался выбросить блокнот Куникиды. И теперь идеалист пытался впихнуть чужое тело туда же. Наоми снова висела на Танидзаки, кокетливо проводя пальчиком по его груди, требуя внимания.       Кенджи встречал новую клиентку, и с лучезарной улыбкой на лице предлагая ей горячие напитки. Клиентка немного подозрительно оглядывалась на что-то торчащие из мусорки, но согласилась на чай, из-за чего Миядзава удалился напевая под нос незамысловатую мелодию, Ацуши остался с гостей спрашивая повод ее визита.       Только господина Фукудзавы и Йосано не было в офисе: директор уехал на встречу с полицией, разбираться с новыми терактами. А госпожу Акико попросила помочь местная больница, поскольку пациентов было очень много и врачи не справлялись.       Все были заняты, один только парень с черными волосами, в коричневой шляпе сидел и качался без толку. Глаза брюнета имели зелёный перелив и необычную, узкую форму. На плечах у парня висел коричневый пончо, который соответствует по цвету его шляпе и брюкам. Под ним можно заметить темно-серый пиджак.       Этого юношу звали Эдогава Рампо, и сейчас он сидел насупившись, за столом на котором располагались целые горы сладостей. Видимо, только они могли утешить заносчивый характер детектива.       Не обращая ни на кого внимания, парень засунул в рот розовый леденец. — Ра-ампо~ ты чего такой хму-урый? — Дазай, вылезший из мусора, выглядит честно говоря не очень презентабельно, но его это мало волнует. Как только он увидел Эдагаву с недовольным лицом, в голове тут же возник повод подразнить. — Мне скучно! — Великий детектив, протянул гласные буквы, с чупа-чупсом во рту. И чуть с обидой в голосе добавил. — А По-кун так и не принес мне свой детектив. — Удивительно обычно твой ненаглядный всегда приходит вовремя. — Это было произнесено с усмешкой и наигранным удивлением.       О замкнутом юноше что приходить каждый месяц к детективу, знал весь офис. — Где он может быть вообще? Ещё чуть-чуть и я сойду с ума от скуки. — Это невыносимо подумывал Дазай.       Нытье брюнета с каждым предложением становилось все несносней. Однако он правда волновался за своего друга, Эдгар не разу не пропускал их встречи, и даже равнодушный Эдогава был готов, прямо сейчас, идти к нему домой.       И что он вообще делал без книг По? И без самого писателя? Ни одного дела — скука смертная. С виду брюнет казался капризным ребенком которому мама не разрешила смотреть мультики по телевизору. Но внутри детектив переживал. — Но почему бы тебе просто не позвонить ему? — Осаму становилось все любопытней, что бы великий детектив, да волновался за кого-то кроме директора и докторши, да не разу.       И чем же этот не примечательный юноша так понравился детективу? — Я не знаю его номер. — С недовольством пробурчал детектив, с громким хрустом раскусывая леденец на мелкие осколки. Каждый осколок проходил по мягким тканям ротовой полости, задевая эластичную ткань и царапая ее, доставляя невероятное удовольствие. — Ты знаешь адрес его проживания? Почему бы не проведать своего возлюбленного? — На последнем слове Осаму специально сделал акцент, дабы узреть реакцию детектива. К сожалению суицидника, брюнет проигнорировал такую колкость. — Думаю… Ты прав, Атцуши за мной! — Что-то обдумав в своей голове Эдогава, крикнул через весь офис зовя сотрудника. Атцуши только успел повернуться как за шиворот его уже схватил Рампо ведя за собою к выходу. — Вперёд мы идём к По-куну! — Что…? А как же работа? — Только и успел сказать тигр. Перед самым выходом, когда Рампо повернулся высовывая макушку в открытые двери, Эдогава повернулся в сторону Дазая и с лукавой улыбкой сказал. —А ты работай!       Дазай выпал.       Он всей своей добродушной душой хотел помочь этим глупца, а его заставили работать, сущая несправедливость!       Клиентка все так же подозрительно косилась на детективов.       Дверь громко захлопнулась и в офисе повисла долгожданная тишина, нарушаемая только тиканьям часов, и трескавшимися нервами Куникиды.

***

— Рампо-сан, куда мы идём? У меня ещё осталось много работы — Бедного Ацуши без единого объяснения выволокли на улицу, отрывая от доблестного выполнения поручений. Сейчас он шагал за брюнетом и мерз, ведь вытащили его в спешке и не понятно куда. Эдогава же с невозмутимым лицом открыл прихваченную с собою пачку печенья, засовывая шоколадный квадратик себе в рот, продолжая идти в непонятном направлении, бухая ногами по опавшим листьям. Ему то было очень даже комфортно в своем теплом пончо. Но все-таки дал маленькую подсказку юному детективу, протянув маленькую бумажку с каллиграфическим почерком. — Сюда?       Ацуши посмотрел на адрес, предполагая что записку писал явно не Рампо, а кто то с более красивым и разборчивым почерком. — Да, только сначала мы зайдём в магазин, у По сто процентов нету еды — это очевидно. — Пролепетал детектив, на его лице играла привычная улыбка, которая казалась не когда не сползала с лица брюнета.       Но в данный момент, Эдогаве не было так весело, по правде говоря, как Дазай и предполагал, Эдгар для детектива стал уже кем то большим, чем соперником. И долгое отсутствие связи с ним, и в правду напрягло. — А как же работа? — Накаджима все ещё волновался о недописанным отчётах, ёжась от прохладно ветра. В отличие от Дазая инстинкт самосохранения у него работал хорошо, и умирать он не планировал. Ацуши каждый раз вздрагивал при мысли, о стоящим за его спиною Куникиде. — А ты не заметил, Дазай очень хочет дописать твои отчёты. — С прищуренными глазами, он запрокинул руки за голову и прошел вперед. Он легко читал беспокойство Ацуши по поводу отчётов, продолжая уверено идти в перед не беспокоясь об этом. — Надеюсь когда мы вернёмся, офис будет жив. — Сквозь нервный смешок, тихо проговорил Накаджима, и так же тихо добавил. — Рампо-сан… Нам в другую сторону.

***

      Сквозь пелену уходящего сознания и на грани отключки, писатель словно в бреду услышал звук дверного звонка. Протерев сонные глаза, Эдгар попытался вспомнить когда в последний раз к нему кто-то приходил, и ему это даже удалось, последним гостем была старушка проверяющия счётчик.       Карл лежавший рядом на стуле, с интересом поднял голову смотря прямиком в длинный коридор, резво подпрыгивая и убегая, встречать гостей. Тем временем, гость становился настырные, продолжая насиловать бедные и невинные уши шатена.       Взглянув на часы писатель поднялся, надев черный жилет, на белую рубашку с воротничком, застёгивая их на ходу. Открыв верхний ящик он взял небольшой листочек, закинув в свободный карман брюк. Кусочки текста всегда были предосторожностью. Каждый шаг отдавался в больной голове эхом, которая трещала словно колокол. Остановившись перед самой дверью, он впал в небольшую прострацию, разговаривать сейчас не хотелось от слова совсем. Кончиком языка он прошёлся по всей длине тонких губ, невольно прикусывая. Наконец Эдгар двинулся вперёд дотрагиваясь до металлического замка, медленно наклоняя дверную ручку. Но с той стороны ручку резко потянули, распахивая дверь на всю. Впуская в темное помещения капельку дневного света. — По-кун! Ну открывая скорее, я не могу ждать та-а-ак долго. — Эдогава прыгал во все стороны, призывая своего затарможенного друга шевелиться быстрее. Сзади стоял Ацуши с провинившимся лицом, смотря в пол, ему было неловко так без церемонно, и без приглашения врываться в чужое жилище.       Хоть кто-то тут знает что такое стыд думалось Эдгару.       Писатель все так же заторможено стоял и смотрел перед собою, словно не до конца осознав что произошло, он склонил голову на бок всем своим видом не понимая что происходит. Его мысленные процессы замедлились, выдавая ошибку, и требуя перезагрузку. Даже со своим умом, он не мог понять что Рампо-кун здесь делал, и отрешённо смотрел перед собою.       В сознания его, привел щелчок перед самим кончиком носом, и требываетельное: «По-кун! Проснись» — Рампо-кун, что ты тут делаешь? — По был мягко говоря озадачен, до сих пор не понимая причину, столь неожиданного визита. — Давай, давай впусти меня, ну По-кун.— Зеленоглазый с надутыми щеками, смотрел на Эдгара.       Невольно подмечая мелкие изменения во внешности, было видно как одежда писателя повисла на нем, казалась он просто ошибся размером. Но ещё в прошлый раз с их встречи, эта рубашка был ему как раз. Это напрягало, но Рампо ещё спросит об этом позже.       Только чуть позже.       Ацуши молча протянул пакет Эдгару, писатель гипнотизировал пакет взглядом но все-таки спросил, забирая его себе. — Что это? — Пакет оказался очень увесистым, пришлось взяться за него двумя руками, дабы не уронить случайно. — Мы с Рампо-саном заходили в магазин, думаю это можно назвать гостиницами. Извините что пришли без приглашения, — Накаджима неловко улыбнулся, поклоняясь в знак извинения. Сейчас он был похож на дружелюбного подростка, из которого исходил энтузиазм. — Мне пора обратно в офис, так что я оставлю вас одних.       Глядя в спину уходящему, до Эдгара дошло, что нужно поблагодарить. Тихо сказав спасибо, он и не заметил, что второй незваный гость уже успел проскочить в его жилище.       Карл уже во всю обнимался с детективом, захватив полностью его внимания на себя. Казалось что от них летели искры, они так давно не виделись, и животное необычайно ластилось к чужим рукам. Усадив енота на руки, Рампо последовал прямиком на кухню. После дожидаясь, когда за ним придет хозяин квартиры. Детектив не часто приходил в дом Эдгара, ведь чаще всего именно Аллан приходил к нему, но за это время накопилось много вопросом которые следует задать писателю. Как упоминал Дазай, брюнет почти всегда приходил в один и тот же день, раз в месяц, отдавая дописанную книгу прямо в руки зеленоглазому. Но в этот раз он задержал ее почти на два месяца, это выходило за рамки.       Эдгар закрыл дверь на замок, и поплелся за гостем, пытаясь переварить весь сумбур в голове. Пытаясь поставить мысли по полочкам, как в его кабинете, писатель тихо спросил, причину столь неожиданного визита к его скромной персоне. На что детектив не думая ответил, что ему стало скучно без его романов.       От этих слов на душе Аллана становилось теплее, словно лучи солнца все-таки смогли проникнуть в его холодное и мрачное сердце. На лице отразилась лёгкая улыбка, но детектив её не заметил, слишком занятый своим делом.       Детектив тем временем посадил Карла себе на шею, и начал штурмовать все кухонные ящики. С досадой размышляя что в доме По не осталось даже повешенной крысы. Эдгар наблюдал за детективом, он видел как Эдогава не мог достать до верхних полок, и с лицом страдальца жаловался Карлу на несправедливость. Это казалось милым и даже вызывало совсем незаметную улыбку, на впалом лице. Заглянув в пакет, Аллан удивился столь разнообразному набору продуктов, которые оказались не только сладостями. — Рампо-кун, не стояло покупать так много, — Эдгар ощущал, как сильно он не заслуживает чужой заботы. Чувство вины глушило его, ведь попробовать он это не сможет, и просто переведет продукты. — Все таки я ничего не сделал.       Рампо повернул голову к Эдгару, смотря на него, своими прищуренными зелёными глазами. — По-кун, я принес тебе еды, потому что зная тебя, ты наверняка даже на улицу не сувался. — Эдогава тоже подошёл к пакету начиная выкладывать продукты на стол. И словно в невзначай добавил. — Ты сильно похудел. Когда ты ел в последний раз?       Эдгар озадаченно уставился перед собою, не зная что ответить.       Теперь Аллан ощущал себя ещё хуже, соврать не выйдет, но попытаться все же стоит, даже если это не правильно. Зелёные глаза на против словно не моргали смотря прямо в душу, под таким напором здравых идей что ответить совсем не приходило. Хотя зачем ему врать, наверное что бы казать нормальным, ведь не все люди могут нечего не есть пока не упадут в обморок? В любом случае детектив не должен беспокоиться о нем, он ведь не чего не сделал что бы заслужить заботу. Придав голосу уверенный вид чтобы он не дрожал Эдгар перевел взгляд обратно к пакету. Словно этот вопрос не капельки его не смутил. — Тебе не стоит беспокоиться, я недавно ел. — Можно было даже сказать что у него получилось, если бы только его не выдавали дрожащие руки, которые он попытался спрятать от детектива, но к сожалению Эдгара, детектив смог это заметить.       Эдогава пристально смотрел и не щурил глаза в своей излюбленной манере, смотрел серьезно словно говоря « Я все знаю » По виску Эдгара потекла маленькая капелька пота, глаза же метались по всей комнате пытаясь найти укромный уголок.       Хорошо что челка могла скрыть хоть этот недостаток, из всех… — Аллан. — Произносит без улыбки, четко и громко.       Хотя так показалась только шатену.       Рампо не разу так его не называл, он всегда называл его По-кун с этой дурацкой приставкой в японском языке. Эдгар с каждым словом напрягайся все больше, так его называла только она.       Он не хочет сново слышать ее.       Он не хочет помнить ее, но от нее не убежать. — Ты ведь врешь мне? — Нотки стали все ещё отслеживались в голосе детектива, он смотрел прямиком в чужое глаза, не оставляя и шанса на побег. — Н-нет.       Дурацкую дрожь в голосе, не удалось скрыть.       Казалась это напряжения между ними могло продолжаться ещё долго, но в один момент детектив резво улыбнулся, а взгляд смягчился, снова смотря как и всегда. Он снова продолжал выкладывать еду из пакета. — Ну раз я такой великий и добрый принес тебе поесть, то накорми меня! — Беззаботно поговорил брюнет, словно не было того напряжения пару минут назад. А брюнет все продолжал свою речь, делая их диалог непринуждённым. — Я хотел купить только сладости, но Ацуши сказал что это не сильно здорово. —Хорошо. — Напряжения спало, оставляя после себя легкий укол вины от лжи.— Что бы ты хотел?       Эдогава театральной задумался, хотя сам давно знал. — Хочу онигири! С тунцом! — Радостно пролепетал зеленоглазый, размахивая руками в разные стороны.       Теперь гадал уже Аллан только по настоящему, все продукты были в наличии, только вот японскую кухню он ещё не успел до конца освоить, но решил что это не доставит проблем — Эдгар согласно кивнул. — Отлично у нас все есть, я не очень хорошо готовлю японскую еду но думаю я справлюсь… — Проговорил енотолюб, наконец выложив все продукты из пакетов — Но сначала пойди помой руки. — Я не хочу! — Эдогава запротестовал, совсем как маленький, хотя по его поведению можно точно сказать — ребенок.       Тут как не странно Эдгар превратился в заботливую мамочку, начиная рассказывать своему не путевому сыну о личной гигиене. И показывая в пример Карла, что всегда вычищает своими лапками пищу.       Детектив же сбежал под шумок, дабы не слушать чужую лекцию болтовню, обернувшись Аллан не увидел брюнета, и тихо вздохнул, приступая к готовке.       Для начала сероглазый достал кастрюлю наливая в нее воду из-под крана, закрыв кран он поставил воду на плиту. Далее он вытащил рис из ящика и тарелку, пересыпав рис в тарелку он промыл его под водой, и аккуратно поместил в кастрюлю на плите.       Взяв со стола баночку с тунцом, нынешний повар открыл ее и смешал с остатками майонеза из холодильника. Открыв ящик он достал от туда разные види переправ и так же насыпал их в миску.       Краем глаза замечая что детектив уже вернулся, хотя не факты что с чистыми руками. Усевшись за стул Рампо махал ногами в нетерпении, скорейшего пополнения его желудка едой. На секунду детектив перестал махать ногой и спросил. —По-кун почему ты не принес мне книгу? — Это звучало очень обиженно, ну точно ребенок.       Эдгар задумался, книга ещё не дописана, прошло два месяца а он так и не дописал ее. Просто не хватает сил и идей все идёт не так как планировалось изначально. — Не было вдохновения. Но не переживай, я скоро закончу. — Половина правда, половина ложь, больше ничего и не скажешь. Шатен развернулся спиною к гостю, помешивая рис, врать дорогому для тебя человеку оказалась очень не приятно. Писатель снова прикусил губу, дурацкая привычка появлялись у него в моменты задумчивости. Хотя сам он этого почти не замечал, только иногда металлический вкус крови его останавливал. Губа начала саднить, и только голос детектива смог отвлечь его от пагубной привычки. — Во-о-от как, — Взяв на руки притихшего Карла, он начал гладить его за ушком. Эдгар же проснувшись от прострации разложил продукты по полкам.       Эдгар сел с противоположной стороны от Эдогавы, дожидаясь пока рис свариться. Ему было не ловко перед Рампо ведь он не закончил книгу. Его интересовал только один вопрос, почему Рампо пришел к нему. За книгой не обязательно было идти к нему домой. — Рампо, а зачем ты пришел ко мне? — Неловко поинтересовался Эдгар пытаясь не смотреть на детектива.       Брюнет отвлекся от тисканя Карла. — Разве это не очевидно? Я думал твои умственные способности намного выше.       Эдгару снова стало неловко, и он продолжил молча сидеть за столом. — Я вообще-то волновался, вдруг ты тут без меня одичал. — Насупившись проговорил детектив, он не знал зачем говорил такую откровенную правду, но врать он точно не станет, в отличии от некоторых. Эдгар не ожидавший такого признания сильно засмущался, неловко жестикулируя в качестве извинений. — А позвонить не мог, потому что у меня не было твоего номера. — Детектив скрестил руки на груди и отвернул голову в сторону словно обиделся. На самом деле, номер писателя он мог достать и сам, но это бы было не честно по отношению к Эдгару.       От размышления его прервал тихий и мягкий смех напротив. Теперь брюнет не мог отвернуть взгляд от такого больного, но счастливого и смущенного лица.       Детектив сможет разгадать эту загадку. — Ты всегда мог спросить у меня, подожди я сейчас принесу телефон. — Эдгар встал из-за стола уходя в глубь коридора. Когда писатель удалился, Эдогава уткнулся в спину Карла, пытаясь не кричать в голос. Сотни мыслей пронеслись в его голове, и он совсем не мог их понять. Вместо него все это время животное недовольно пищало от возмущения. Отстранившись детектив совсем тихо сказал. — Твой хозяин такой милый. — Смущённо улыбаясь прошептал Рампо. — Только ему не говори, это секрет.       Эдгар сново вошёл в кухню, протягивая детективу свой телефон отходя к плите, проверить готов ли рис.       Эдогава сосредоточился вписывая номер Эдгар в список своих контактов.       Как оказалось Аллан был прав, выключив плиту нынешний повар начал сливать остатки воды оставляя рис в кастрюле. Взяв рядом лежащую начинку он потихоньку что бы не обжечься начал накладывать начинку в рис скатывая его в треугольники, неподалеку лежали нори в которые он завернул рисовые шарики.       Любуясь проделанной работой он выложил несколько онигири на тарелку и перенес еду на стол.       Рампо засиял увидя лакомства предоставленные ему, откладывая телефон. — Приятного аппетита! — Задорно пролепетал Рампо, отпуская немного обиженного Карла в вольное плавание. Хотите спросить причину обиды Карла? Все очень просто. Этот человек променял его на еду.       Так и читал Эдгар выражения лица своего питомца, ему показалась что есть ещё какая-то причина обиды животного но Аллан не предал этому значения.       Эдгар сел за стол напротив давнего врага. Но враг ли он теперь? Человек который с искренней улыбкой и восхищением смотрит на приготовленную тобою еду. Честно говоря Аллан уже давно перестал считать детектива своим врагом, просто если он перестанет так говорить то кем они станут друг для друга. Друзьями? Вряд-ли Рампо видит его таковым. Хотя неосознанно он расстроился, без книг и детективов их нечего не связывает. Это вызывает невероятную тоску.       Рампо откусил и засиял. С полным ртом он пролепетал: — Очень вкусно, ну же и ты попробуй. — Эдагава протянул целый онигири и помотал им перед лицом Алана.       Нет нет нет нет нет, он не может, живот скручивает в очередном спазме боли, словно напоминая что она рядом. И дышит ему в затылок, следя что бы он не съел ни кусочка.       У него совсем не остаётся выбора: пронзительные глаза следят за каждым его метанием, не оставляя пути к отступлению.       Казалось если он поведеться на эту сделку дьявола то больше не когда не сможет обрести свою душу.       Что ему делать, что делать?       Нужно что-то сделать.       Но что?       Это именно то что Аллан так боялся услышать, он не может, он наказан, она не простит его. Он не может взять в рот этот несчастный комочек риса, будь он даже голодным. Он не может так поступить. — Я не голоден. — Это звучала с каким-то отчаянием, его лицо становилось все бледнее от осознания ситуации. — Да брось, я знаю ты просто стесняешься. У меня уже рука устала, ну же… — Рампо остался не подвижным, ожидая чужих действий.       Писатель сжал под столом вспотевшую ладонь с такой силой, что на ней наверняка останутся следы. Но это его совсем не волновало.       Плана в голове так и не было.       Что делать не знал никто.       Разжав ладонь, он вытер пот об пижамные брюки, протягивая руку что бы забрать еду из чужих рук. — Эм. — Эдгар удивлённо посмотрел в сторону детектива, на секунду подумав о том что ему повезло. Ведь детектив отодвинул свою руку обратно отодвигая еду от Аллана.       Но видимо бог решал хорошенько поиздеваться над ним. — Нееет, так не пойдет я хочу тебя покормить. Скажи ааааа. — Эдогава с веселой ухмылкой махал едой перед лицом Аллана словно дразня. Это заставляло нервничать ещё больше. Дышать становилось тяжелее с каждой секундой. Рука была положена на живот в своей привычной манере пытаясь спасти от уже невыносимой боли. Голова шла кругом ему становилось все хуже. Руки охватил неистовый тремор.

      Больно

Плохо

Не хочу

            Я плохой

Я не смогу

      Меня накажут

Не могу

Задыхаюсь

Больно

Тяжело

Остановись

       Прошу

Хватить

Она смотрит

      Прекрати

      Мне нельзя

Больно

Успокойся

      Писатель прерывисто выдохнул, всего один укус и все закончиться.       Наверное.       Эдгар боязливо открыл рот, зная что он пожелает, он это знает, но выбора не остаётся.       Рампо пристально наблюдал за состоянием друга, но пока он не узнает причину, не уйдет от сюда. В этом же нет не чего такого, правда? Просто забота о дорогом человеке ведь так? Он ни сделал ничего плохого, он помог своему приятелю поесть.       Он смотрит на дрожащего человека перед собою и чувствует себя тираном. Хотя знает что и в правду не сделал ничего ужасного. У него только добрые намерения и никаких других.       Взяв небольшой кусочек риса в рот Эдгар совсем не почувствовал вкуса только отвратительный липкий рис который преклеелся по всему небу. Но самое тяжелое оказалось глотнуть, липкая жижа с невероятной сложностью проходила по горлу, оставляя за собою отвратительный привкус, вызывая тошноту.       Снова боль.       Такая ненавистная.       Но такая родная.       Совершенный благой поступок вылился в некий пиздец.       Эдгар с бледным лицом как мел на дрожащих ногах, придерживая себя за стену побежал в коридор.       Эдогава ощутил как в груди что-то рухнуло, он сделал что-то плохое? Поэтому Эдгар убежал от него? Спрыгнув со стула Рампо последовал за писателем, как оказалось это была ванная комната, за дверью доносились хрип и кашель.       Детектив приоткрыл дверь.       На полу скрючившись над унитазом сидел Эдгар, отхаркивая несчастный кусочек онигири вместе с желчью. Он опирался рукой за стену, видимо ему и в правду было плохо. С такого ракурса лица почти не было видно, но подойдя ближе Рампо ужаснулся.       Но самое страшное что по его подбородку стекал ручеек крови. Которой становилось все больше и больше. Она капала на белый кафель оставляя за собою дорожку пятен разных размеров. Руки Эдгара которыми он пытался хоть как-то задержать этот кошмар тоже были усыпаны алой жидкостью.       И только сейчас Эдогава осознал насколько он облажался.       Плохо, голова совсем пустая, живот болит почти неимоверно, челка прилипла ко лбу создавая мерзкое ощущения. С моего подбородка мерзко стекает рвота со слюнями, а вместе с ними и кровь. В глазах темнеет, я больше не могу держаться за стену, и в последнее мгновения я вижу удивление глаза Рампо. И осознаю что хочу быть кем-то большим чем какой-то друг. — Мне жаль… — Совсем тихо и почти не слышно.

      Бессознательное тело упало на окровавленный кафель.

***

      Пробуждения выдалось тяжёлым.       При открытии глаз, Эдгар увидел тусклый свет который исходил от настольной лампы. Спина упиралась во что-то твердое, а ноги протянутые в доль тела совсем не ощущались своими.       При попытки пошевелить руками, послышался шелест листов бумаги. Сфокусировать взгляд было крайне нелегко, но с промежутком времени зрение стало чётче.       Аллан опустил взгляд на пол, рассматривая знатно потрёпанные, жизнью листы старой бумаги. Они были совершенно разные, порванные, перечеркнутые, а некоторые идеально ровные. Многие были покрыты чернильными пятнами и неровными каплями чего-то бордового.       А главное они все были написаны почерком Эдгара.       Аллан направил немигающий взгляд перед собою, вглядываясь в каждый угол этой неизвестной ему комнаты. Как оказалось это — библиотека. Догадаться было не трудно разглядывая высокие стеллажи с книгами. Только сейчас он смог ощутить такой родной запах старых книг. Что удивило больше всего, каждую из этих книг он читал и не один раз. Перечитывал пока не смог запомнил все реплики главных героев, которые блуждали в поисках себя. Это было так давно, казалось будто бы он уже и не помнил. Всё то что принесло ему много счастливых моментов в жизни. Если бы он писал книгу об этом месте, он бы назвал его — библиотекой души.       Прислушавшись я услышал любимую мелодию, которая играла совсем рядом, как оказалось, это был старенький виниловый проигрыватель стоящий на деревянном столе. Запах книг снова укутал меня в объятия, укрывая и согревая своим теплом. Листы лежавшие на моих коленях согревали, теплее пухового одеяла.       Облокотившись полностью на книжный стеллаж, я снова и снова вдыхал этот запах, который так въелся в мое сознания. Лёгкая улыбка озарила его лицо, а костяшка руки легонько постукивала ритм игравший мелодии. Глаза Эдгара были прикрыты и совсем не дрожали а только наслаждались нынешней обстановкой. Интересно что это за место, размышлял Эдгар, но ответить не смог.       Где-то спереди послышался шум, какой шуршащий и словно прыгающий. Распахнув глаза Эдгар увидел, подбегающего к нему Карла. Который тут же уткнулся в грудь хозяина, радостно визжа. Шатен приподнял животное в своих руках, и приложил к груди. Вжимая пальцы в шёлковую шерсть, выводя разнообразные узоры на ней. Животное медленно веляло хвостом, мурлыка и ластясь к шее хозяина.       Неожиданно в помещении раздался еле слышный…       Стук.       Затем он повторился, становясь отчётливее и громче. Плечи повело словно от холода, хотелось сжаться ещё сильнее, прижимая к себе тёплое животное. Улыбки на лице как будто и не было, резкий вдох, лёгкие расширяются, а сердце стучит все сильнее и громче. Громче. Громче.       Стук.       Нет, этого не может быть. Теплота с рук в секунду исчезла, а губы задрожали, руки юноши обняли свои плечи. Руки дрожат словно листья на ветру, от спокойного человека осталась только сутулая и испуганная фигура.       Пусто.       Стук стук. — Forget me?       Пальцы вдавливается в собственные плечи до красноты и царапин.       Я не хочу слышать ее голос.       Хочу закрыть уши и не слышать.       Избегать ее презрительный взгляд.       Её серые глаза слишком сильно напоминают мои, проникают сквозь меня вызывая жгучую боль.       Я пытался забыть, но ее липкий взгляд продолжает преследовать меня.       Но она всегда рядом.       От нее не сбежать.       Как бы далеко я не бежал.       От нее не спрятаться.       Как бы глубоко я не прятался.       Она ждёт меня, что бы проглотить без зазрения совести.       Она становиться все ближе и ближе, я слышу звук ее красивых туфель, готовых разорвать меня на ошмётки.       Мне не куда бежать.       Стуки прекратились, вместо этого отчётливо ощущался липкий взгляд прикованный к моему телу. Он въедался под кожу проникая в сосуды и заполняя сознание ядом из нутри. — You are not an obedient child, you should be punished. Он никогда не сможет забыть. Голод. Разъедающий из нутри. Желчь с которой его тошнило. Боль, от которой он заливался слезами.       Мысли в голове — бардак, который никакая метла не сможет убрать. Туман затягивает все сильнее. Я хотел забыть, это было моей единственной просьбой, последний звук который мог довести меня до остановки сердца. Рука дрогнула, как только в поле зрения попали эти тонкие ноги на высоком каблуке чёрного цвета. Яркая жемчужина на бархатной туфле прибавляли ей изысканности, сверкая в этой мгле.       Это её любимые.       Не в силах на это смотреть Эдгар прижал к груди свои тонкие ноги, закрывая свой взор волосами и ногами.       Это не поможет.       Он знает.       Только бедная несчастная дрожащая губа, была сново безжалостно разорвана в кровь.       Предвещая не зажевать ещё долгое время.       Её цепкий взгляд направленный на меня, мог приносить только тревогу. Губы ее, изогнуты в недовольстве. А имя ей ————. — Alan! — Голос совсем близко, на расстоянии сантиметров. — Come on, look at mom.       Её лицо приблизилось прямо к чужому уху, шепча эти слова в словно в просьбе. Элегантная Серёжка висюльки плавно покачиваясь из стороны в сторону, создавая образ маятника.       Не могу дышать.       Её дыхание впивалось в затылок Эдгара, но через секунду отстранилась неугомонно цокая, становясь все злее и сердитее. Сквозь тишину и холод, Эдгар слышит едкий возглас. — It would be better if I didn’t give birth to you, mediocrity.       Женская кисть, быстро хватает каштановые волосы, и с силой тянет на себя. Вытаскивая из своеобразного убежища своего непутёвого сына, по её мнению.       Эдгар не хочет видеть её лица.       Он не смотрит.       Он не поднимает взгляд.       Он боится. — Look at me.— С надрывом голосе прокричала женщина. Натягивая волосы словно леску всё сильнее и сильнее, не жалея сил. — No! — Так же громко и надрывно звучал свой собственный голос.       Дёрнув со всей силы, женщина заставила его взглянуть в свои глаза. Но к сожалению для неё, Эдгар видел лишь зачёркнутые черты ее лица.       Сейчас, стошнит.       Перед собою всё плывёт.       Интересно, это из-за текущих по лицу слез?       Она смеётся, упиваясь его страданиями. Её голос словно карканье ворон, разъедает черепную коробку.       Я снова кричу, срывая голос.

***

      Темно и тихо, лёгкое дуновение ветра ощущалось на моих волосах, единственное что настораживало, запах медикаментов в комнате. Приоткрыв глаза, перед ними встала туманная завеса, сквозь которую невозможно было что-то увидеть. Прищурившись я смог разглядеть белый потолок, в периферии зрения я заметил прозрачный тюль что развивался на лёгком дуновении ветра. Свое тело я почти не чувствовал, а первые секунды казалось что оно все занемело и совсем не двигалось, но это странное состояние не продлилось долго. Все тело словно оголённый провод, пропустила сквозь себя разряд тока, что прошёлся с головы до пят. «Больно» первая мысль которая прониклась в моем сознании, и так, я наконец-то понял.       Это реальность.       Плоть скручивает неожиданной болью, заставляя сжимать простыни под собою, в агонии. От моих телодвижений кровать неприятно скрипнула, резанув по ушам противным звуком. В попытках облегчить свои страдания, я перевернулся на бок, не плотно прижимаясь к кровати животом. Впиваясь лицом в подушку в попытке не закричать, капля холодного пота скользнула по моему лицу.       Немой крик боли, все-таки срывается с моих бескровных, искусанных губ. Боль ощущалась каждой клеточки моего тела, но все ее сосредоточения обосновалось в животе. Внутренние органы, словно разъедали разнообразные насекомые, проглатывая кусочки плоти друг за другом.       Вдохнуть в лёгкие воздух оказалось непосильной ношей, надежды полностью иссякли, когда боль не притупилась ни на секунду. Казалось, что только скорая кончина может утешить мои боли, но этому вряд ли суждено сбыться.       Волосы прилипли и не приятно стали лезть в глаза, пульсации в животе не исчезли, а только продолжали усиливать с новой силой. От боли я зажмурил глаза.       Боль — резкий вдох сжирающий заново.       Боль — дыхание всё не приходит в норму, а сохранить здравый рассудок становиться все труднее.       Боль — разъедает всё тело, не давая нормально мыслить.       В этом состоянии Эдгар не расслышал, тихий скрип двери, и торопливые шаги которые направлялись в его сторону.       Однако в данную минуту, его это мало волновало, он сейчас вообще мало что замечал, кроме этой тупой боли в теле. Он задыхался в агонии не в силах что либо сделать.       Сквозь звон в ушной раковине, писатель услышал знакомый голос, который смог бы распознать из сотни других. Этот голос стал родным и приятным для слуха, за столь короткое времяпровождение. Хотелось раскрыть глаза, и снова взглянуть на улыбающиеся лицо. Как бы банально это не казалась, этот человек придавал значения жизни писателя.       Что-то тёплое коснулось его руки согревая, его холодные кисти, эти руки были меньше чем его но такие тёплые и мягкие, руку Эдгара словно обжигало огнем. Его трясущиеся руки которые сжимали белую простынь так просто отцепили от неё и обхватили чужие маленькие ладони.       Уголки губ дрогнули, захотелось улыбнуться, своей кривой но счастливой улыбкой. Хотелось убрать чёлку с лица в нелепый пучок, и направить свой взгляд на лес, сверкающий оттенками зелёных цветов.       Веки оказались очень тяжёлыми, но сквозь усилие, Аллан смог их открыть. Его усилия оказались не напрасны, прямо на него, смотрело обеспокоенное лицо. Эдогава шептал какие-то слова, но сквозь звон в ушах лежавший не смог разобрать ни слова.       Аллан всё также продолжал тяжело дышать, но через несколько мгновений сознание прояснилось, резкий вдох грудью и слух снова с ним.       Как оказалось Рампо всё это время обеспокоено спрашивал о его самочувствии, но на его расспросы следовало только молчание и лёгкая дрожь в руках. Что настораживало сильнее. — Эдгар! — Обеспокоенное лицо детектива, дрогнуло в лёгкой улыбки но глаза остались взволнованными. Брюнет наклонился ниже, кажется становясь на колени перед кроватью, голова легла на переплетённые ладони, совсем невесомо, дабы не причинить боли. На мгновение Эдгару показалось что на его руку упало что-то мокрое, но наверное это его воспалённое сознание рисовало такую несуразицу. — Теперь всё будет хорошо. Я обязательно о тебе позабочусь, только, пожалуйста не делай так больше никогда. — Последнее слово было произнесено с дрожью в голосе, неужели голос детектива дрожал? По никогда не слышал чтобы весёлые нотки чужого смеха утихали. Иногда они становились серьёзными, хотя такое происходило очень редко, но чтобы его голос стал грустным, этого Эдгар не слышал никогда. Это совсем не похоже на Эдогаву.       А вот детектив всё прекрасно осознавал. Его волнение достигло предела, ещё тогда когда Эдгара вырвало кровью. Смотря на это бледное, худое лицо он обещал себе, позаботиться об этом человеке.       Эдгар тяжело дышал, с трудом понимая смысл чужого предложения, его мозг сейчас походил на сознания пьяного человека, хотя особой страсти к горячительным напиткам он не испытывал. С этим пьянящим чувством он совсем и забыл о ноющих ощущениях ниже груди. Но не надолго.       Боль возобновились с новой силой, сделать очередной вдох оказалось ошибкой. От воздуха в лёгких живот болел сильнее, пришлось задержать дыхание. На глазах выступили слёзы, а руки крепко вцепились в запястья детектива. Короткие вдохи возобновились, обращая не себя внимания Эдогавы.       Брюнет тут же приподнялся, и медленно провёл своей свободной рукой по чужой шевелюре. Смотря в расфокусированный взгляд, с каплям слёз в уголках глаз. Эдогава утихомирил свою тревогу и здраво оценил ситуацию. — Где болит? Отвечай честно. — Интонация Эдогави была чёткая и подразумевала только правду.       Стало только больнее, он не хотел нагружать детектива своими проблемами. Даже при всём желании ответить он сейчас не мог, сейчас он мог только лежать сжавшись на кровати в немом крики открывая рот. Слёзы шли, казалось с самого желудка, хоть такое было невозможно. Но медлить нельзя такими темпами он может потерять всё.       Дольше детектив не мог наблюдать за мучениями своего друга, тактику срочно нужно было менять. Придав своему голосу как можно больше ласки он попытался дать понять Эдгару что он хочет помочь. — Пожалуйста, позволь тебе помочь. — Получилось не совсем как он ожидал, но вполне пойдет. — Живот болит. — На его удивление дрожи в горле не оказалось, только вот его голос показался ему чужим. — Умница. — С нежностью произнёс детектив, проводя рукой по шелковистым волосам которые утратили свой блеск но все еще не перестали завораживать. — Я позову врача подожди немного. — Эдгар ничего не ответил все также лёжа в одной позе, периодически подрагивая.       Как и сказал брюнет Алану оставалось только ждать. Он пытался дышать медленно, что бы хоть как-то перевести дух. Перевернувшись на спину, он положил руки на живот немного провел рукой. Сосредоточившись хоть немного он оглядел комнату в которой находился, по видимому это была обычная больничная палата, единственное что привлекло его внимание, распахнутое окно сквозь которое просвечивались слабые лучи солнца. В приоткрытое белое окно залетел одинокий лепесток клёна, этот маленький лепесточек упал на белый кафель, ярко контрастируя своим багряным цветом. Повернув голову в другую сторону, он увидел белую ширму, видимо он оказался прав.       Алан снова перевел взгляд к окну, рассматривая обстановку за окном, судя по всему сейчас уже был вечер.       К слову ждать ему пришлось не долго, за спиной снова открылась входная дверь и теперь в нее вошли двое людей.       Рампо остался в стороне чтобы Йосано могла провести медицинское осмотр. Его все ещё не покидал тревога за Эдгара но он полностью доверял своей знакомой.       Йосано приблизилась к койке, останавливаясь возле окна, по ее сосредоточенному лицу можно было понять что ситуация ее настораживала. Каждый мускул на ее лице находился в напряжении, своим пронзительным взглядом, оценивая подопечного на первый взгляд, она тихо выдохнула, и снова посмотрела на Эдагаву. — Выйди-ка не на долго. — Детектив от такой новости, хотел начать негодовать, но состояния Эдгара все не улучшалось и он все же выбрал капитуляцию, скрываясь за белой ширмой, а потом и за дверью.       Как только дверь за детективом захлопнулась Йосано принялась за медицинский осмотр. Ее голос все так же оставался серьезным от чего Эдгар по неволи ёжился, тяжело дыша. — Приподними рубашку, мне нужно пропальпиривать твой живот.       Не смотря на то что это казалась самым простым действием, для Эдгара было сложно поднять атласную рубашку, и не только из-за боли. Он бы не хотел показывать кому-то это уродство.       Но иного выхода не оставалось.       Акико наблюдала за чужими метаниями, учтиво делала вид что, не замечает трясущиеся конечности. Поправляя белые медицинские перчатки, которые давно были надеть на нее.       Приподняв рубашку, писатель отвернул голову в сторону одиноко висящей белой шторки, дабы не видеть лицо врача. Ведь картина была и в правду не самая красивая.       Тощий, полностью впалый живот, который казалось прирос к позвоночнику, сливался со цветом простыней, яркая бледность была видна невооружённым взглядом. От такой картины у не подготовленных людей, на лицах могло отразиться отвращение. Ведь можно было пересчитать каждое выступающие ребро. Врач же только сильнее нахмурилась и приступила к работе.       Холодные руки коснулись впалой поверхности живота, и начали давить на разные его части, начиная сверху она прошлась по всем областям. Параллельно спрашивая где болит сильнее, пациент же отзывался на все прикосновения тихим скулежом. И когда она нащупала эпигастральную зону, то услышала яркий вскрик. Что тут же подтвердило все ее опасения. — Ты вызывал рвоту?       Вопрос стал комом по середине горла. Да он вызывал но только в крайних случаях когда в бреду от голода, не мог прояснить сознания. В тот момент это казалось единственным выходом, но сейчас от ощущения боли он начинал жалеть о содеянном.       Эдгар все так же смотрел в стену, не желая отвечать на поставленный вопрос или просто боясь произнести это в слух. Врач же все так же смотрела на пациента. Но ее холодная маска треснула, так и не простояв до конца осмотра. Она выпрямила спину и опустила чужую рубашку обратно накрывая Эдгара теплым одеялом. — Так и будешь молчать? Уже ведь все раскрылось. — Из уст девушки это звучало ещё страшнее, хоть она и просто констатировала факт. Она отошла за ширму видимо подготавливая какие-то препараты. За мягкой стеной было слышно шуршание девушки, и вот наконец-то то она вышла с капельницей. — Ты не хочешь говорить из-за того что я могу рассказать Рампо, об этом? — Продолжала свой монолог Йосано, подготавливая все инструменты на ближайшей тумбочке. — Зная Рампо рано или поздно он все равно догадался, потому это не имеет смысла.       Эдгар был даже удивлен как девушка его так быстро раскусила, все-таки она обладала проницательностью работая в детективном агентстве. — Я поставлю тебе капельницу, это должно облегчить болезненные ощущения. Сможешь сам рукава закатать? — Да. — Это все на что он смог ответить.       Доктор невзначай хмыкнула, наконец услышав чужой голос, Аллан тем временем медленно закатил рукав. — Что со мной случилось? — Это было самое длинное предложения которое он сказал за этот вечер. — В данный момент я не могу ответить на твой вопрос. Тебе придётся подождать, что бы я смогла дать вразумительный ответ.       Акико достав жгут и перетянула чужую руку выше сгиба локтя. — Сожми руку в кулак для разжижение крови.       Эдгар послушно начал сжимать и разжимать кисть. После чего медсестра продезинфицировала руку и проткнула иголкой капельницы чтобы попасть в вену. Закрепляя это всё лейкопластырем. — Тебе стоит отдохнуть, я позову Рампо, что бы он посидел с тобою пока тебе не полегчает. — Вздохнула Акико выбрасывая больше ненужные перчатки в ближайшего урну.       Она забрала остальные медицинские инструменты и отнесла их за ширму, тихо прощаюсь. — Спасибо. — Произнес Аллан оставшись один в комнате, с капельницей лежать было не удобно, пришлось лечь на спину и протянуть тонкие руки вдоль туловища. Боль потихоньку отступила, Эдгар прикрыл глаза, вслушиваясь в тиканья часов, которые раньше он не замечал.       Захлопнув за собою дверь, Акико тихонько выдохнула, наконец расслабив плечи она прикрыла глаза и облокотилась на дверь. Когда дыхание было переведено она открыла глаза, наблюдая за метаниями из стороны в сторону своего друга. — Ты можешь посидеть с ним, обезболивающее должно подействовать минут через двадцать. Думаю из-за усталости он скоро вырубится, а потом у нас будет время поговорить.       Детектив молча кивнул и помчался в такую желанную дверь.       В палате было тихо и только почти не ощутимое дыхание исходило со стороны кровати. Брюнет тихими шагами начал подходить к единственному человеку находящемуся в этой комнате.       Детектив подошёл к кровати и обратил внимание на капельницу, в которой жидкость безмятежно переливалась в чужое тело, и распространялась по крови. Рука совсем бледная, лежала вытянутой вдоль тела, была похожа на мёртвую, кончики пальцев совсем невесомо подрагивали. Переместив взгляд на лицо Аллана, он увидел закрытые глаза, но по поверхностному дыхание, было понятно что он не спит.       Сделав пару шагов он очутился у окна, передвинув стул Эдогава поставил его рядом с кроватью. Он медленно сел, анализируя прошедший день, и размышляя о его прямом участнике. Вина и беспомощность жрала его всё это время. Он мог раньше все понять, если бы он понял раньше, что с Эдгаром не все в порядке…       Когда Эдгар потерял сознание Рампо совсем не мог себя успокоить, ему казалось что кровь окутала всю плитку ванны. Видимо воображение сильно дорисовывало картину, ведь крови на самом деле было не так уж и много, небольшая лужица рядом с Эдгаром и на его губах. Вида крови он никогда не боялся — расследование, миссии и убийства сделали его твердолобым в таких вещах. Но когда на его руки упало бессознательное тело его дорогого друга, он потерял самообладание на некоторое время. Прошло наверно минуты две, но казалось словно он около часа. Пришлось ориентироваться на месте, и в срочном порядке звонить знакомому врачу. В это время Йосано находилась недалеко на миссии, и наверное только по этому успела приехать в вовремя…       Тогда то она и нашла детектива, в чужой квартире с кровавыми руками и полной растерянностью во взгляде. Словно это он тут жертва, а не человек лежавший на окровавленном полу.       Эдгар находился на грани смерти, поэтому Йосано без труда смогла использовать способность, но если бы все было так просто он бы сейчас не лежал медпункте. Даже если сейчас критический момент прошёл, тело Эдгара не может регенерировать себя без ресурсов. Для дальнейшего восстановления понадобилась госпитализация, так они и оказались в детективном агентстве.       Сквозь прострацию детектив не заметил как лицо, писателя совсем незаметно стало искажаться в очередной гримасе боли. Только нервные выдохи, и скрип кровати смог выдернуть его из своих мыслей. — Эдгар, снова болит? — Еле слышно произнёс детектив, дабы не травмировать чужой слух.       На удивление он даже услышал внятное но тихое. — Угу.       Сосредоточенный взгляд вновь обвел чужое бледное лицо, обращая внимание на все детали скрытые челкой. Его лицо было бледно, уголки губ казались сухими и потрескавшимися. Но не смотря на это Рампо ловил теплое чувство у себя в груди, продолжая рассматривать и обещая себе позаботиться об этом человеке.       Поднявшись со стула детектив медленно снял полюбившуюся ему шляпу и пончо цвета шоколада.       Эдгар все это время лежал молча, прислушиваясь к своим ощущениям и звукам вокруг. Рука побаливала а желудок перехватывало время от времени, он слышал что кто-то прошел в палату и сел на ближайший стул, но думать кто это и не нужно это было очевидно. В этой тишине ему становилось неловко, ведь обычно Эдогава в такие моменты трещал без умолку. А сейчас молчал. Он наверняка доставил Рампо-куну много проблем со своим здоровьем, так ещё и врача пришлось отрывать, наверняка от важных дел. «Рампо наверное злиться на меня, но тогда он выглядел взволнованным» противоречивые мысли крутились в голове Аллана. Вся это гнетущая обстановка заставляла его нервничать, еще и Карл находился непонятно где. Вдруг он остался совсем один в пустой квартире рядом с окровавленным кафелем?       От давящих мыслей его оторвал неожиданный приступ боли все в том же месте, Йосано предупреждала об этом. Вот теперь и приходиться терпеть. Пришлось перевернуться на правый бок в сторону капельницы и свесил руку с кровати. Также со стороны послышался обеспокоенный вопрос на который Эдгар все-таки решил ответить.       Эдгар не открывал глаза, но слышал шуршание одежды, что было довольно странно он не мог понять что делает детектив.       Через пару секунд копошение прекратилось, сначала он почувствовал лёгкий холодок в спину от приподнятого одеяла сзади. Тихий скрип кровати раздался в комнате, с левой стороны по отношению к писателю, от которого у Эдгара перехватило дыхание. Детектив лег, в плотную к его спине и накрыл их обоих одеялом, лоб детектива упирался в загривок Аллана. — Не напрягайся ты так, я просто полежу с тобою, пока ты не уснёшь. — Прямо на против ушной перепонки произнёс детектив, от чего у Аллана прошлась дрожь по телу. — З-зачем? — На более развернутый вопрос сил не хватало, детектив только прикрыл глаза, сильнее прижался к чужому хрупкому телу. — Просто, хочу быть рядом. — В это мгновения, они оба испытали ранее не ясное им чувство, которое они не могли описать обычными словами.       Ощущая необычайное тепло Эдгар, вздрогнул когда почувствовал как под его рубашку проскользнула такая теплая и маленькая рука. Ладонь совсем невесомо провела кончиками пальцев от конца позвоночника до его начала, словно пересчитывая позвонки. Рука забралась почти к самой шеи, вновь опускаясь обратно к низу.       Дыхание замерло, когда Эдогава остановился и обвел пальцами вокруг позвонка.       Рука заново опустилась к пояснице и уже более напористо провела изгиб переходящий со спины на живот. Рубашка задралась ещё выше оголяя весь живот и спину, но холодно не было из-за одеяла.       От этих действий невольная дрожь прошлась по телу, а глаза зажмурились, поведения брюнета можно назвать двусмысленным. Страха Эдгар не чувствовал, но смысл действий зеленоглазого, он не мог понять. Боль отошла на второй план, разум заполнился ласковыми касаниями которые не останавливались. Чужая рука проводила вокруг пупка, ощущая напряжение мышц преса, поднимаясь почти что к груди и опускаясь возле лобка, чуть приспуская брюки. Слабый стон послышался с сухих губ, который вогнал обоих в краску. Рука детектива остановилась на мгновения, но после все так же продолжила свои действия, проводя с середины до верха лобка останавливаясь и поглаживая впалый живот. В голове Эдгар уже обматерил себя сто раз, за свою не сдержанность, но так же прося не останавливаться у себя в мыслях. Рампо ещё раз погладил теперь верхнюю часть живота успокаивая слабые боли, но этому этапе мир стал расплываться. — Эдгар, я…       Аллан весь красный вжал голову в подушку, когда Эдогава прижал его чуть ближе, по новой провел выше лобка и доходя до пупка. Эти действия отдавались какой-то интимностью, но оставались теплым и желанными. — Тебе все ещё больно? — Рядом с тобою у меня ничего не болит… — Сквозь дремоту Эдгар тихонько хихикнул, осознавая сказанные собою слова, они звучали так банально, но были абсолютно правдивыми. Эдгар улыбался, совсем вяло но так искренне, наконец ощущая как тревога покидает его тело.       Он впал в забвение.

***

      Как только рядом послышалось тихое сопение, Эдогава наконец смог вдохнуть полной грудью. У него все ещё оставались не разгаданные загадки, ответ на которые он найдет в любом случае.       Тихонько отпрянув от спящего, проверяя что бы он не проснулся, Рампо направился к выходу из палаты. В соседнем помещении была смотровая, в которой за своим столом сидела доктор, заполняя отчёты. Йосано медленно перевела взгляд с отчётов на детектива, показывая жестом на соседний стул. Брюнет молча сел на против нее, в ожидании. — Что с ним? — Эдогава медлить не стал, задавая вопрос в лоб, в ожидании ответа. Йосано на это только хмыкнула, совсем не впечатленная такой резкостью.       Девушка скрестила руки на груди, морально подготавливая себя к долгому разговору. Для нее обычный случай вытаскивать человека из лап смерти, но для других людей это всегда чревато то сильными переживаниями. А расстраивать Эдогаву совсем не хотелось. — Помнится, ты ранее упоминал, что у него была кровавая рвота? — Непринуждённо интересуется Акико.       Рампо кивнул подтверждая слова врача, воспоминания о сегодняшнем дне пронеслись калейдоскопом. — Частой причиной рвоты кровью является кровотечение в верхнем отделе желудочно-кишечного тракта из-за язвенной болезни или разрыва кровеносных сосудов. Но поставить диагноз без точного обследования сейчас тяжело. Расскажи подробно что произошло. — Как ты уже поняла я находился у Аллана, дома попросив его приготовить нам онигиии. Когда я уже почти доел я заметил, что Эдгар так и не притронулся к своей порции. Поэтому я решил покормить его. Как только он откусил один кусочек сразу убежал в ванную где его начала тошнить кровью. — Значит тошнить начала после приёма пищи? — Подметила Йосано, хмуря брови. — Да. — У меня есть предположение, но это только предположение, тем более что тебе оно может не понравиться. — Говори. — Он хотел услышать это. Несмотря на то что в голове у него уже складывалась картина происходящего. — Глядя на общую картину происходящего. Мы имеем только то что его начало тошнить после того как в организм попала еда. Соответственно организм отвергает приём пищи. Что при здоровом теле невозможно. Не будем скрывать очевидного твой друг выглядит так будто он не ел целый месяц. Это видно только по одному взгляду на него. Тем более я видела его до этого он явно был в лучшем состоянии. Ты понимаешь к чему это?       Сложить два плюс два элементарная задача даже для ребёнка — организм отвергает еду из-за истощения тела. Непонятны только причины.       Йосано тяжело вздохнула и продолжила. — Кровавая рвота может быть связана с различными медицинскими заболеваниями, включая, но не ограничиваясь, анорексией. Анорексия, как расстройство пищевого поведения, характеризуется стремлением к сильному ограничению приема пищи и часто сопровождается экстремальными способами похудения. — Когда я переодевала твоего друга в больничную одежду невооружённым взглядом можно было заметить сильную худобу, я бы даже назвала его тощим для его роста. Скорее всего сейчас он находится в критическом весе.       Да, только взглянув на Эдгара даже в одежде детектив думал о чём-то таком. Детектив корил себя за свою не внимательность, это ведь по сути его талант, а он проглядел такую важную деталь. — Из-за голодовки твоего друга, его желудок сильно пострадал и при любом попадании пищи в организм, в теле возникает диссонанс. Что и приводит к кровавым массам, а также болям. — Конечно же без анамнеза я не могу точно сказать что с ним, но у него уже научилась стадия кахексии. Если бы ты не привез его в больницу он бы скорее всего не дожил до завтрашнего утра.       Не дожил бы? То есть как? Умер? На совсем? По-настоящему? И только сейчас ему стало по-настоящему страшно. Если бы он приехал на день позже, Эдгар мог умереть. Он бы лишился своего друга, а друга ли?       Его осанка осунулась, а взгляд потускнел захотелось вернуться в то время когда они были соперниками. Ну сейчас детектив так не считал.       Смотря на эту картину Акико тяжело вздохнула, врачу нельзя привязываться к своим пациентам. Потому что если пациент не выживет, вина никогда не уйдёт от врача. Но сейчас она хочет быть подругой, а не врачом. Серьёзность сходит с её лица, показывая настоящие эмоции. Она протягивает свои руки к детективу и ласково обнимает как сестра. Проговаривая, что с его другом всё хорошо и он просто спит.

***

      Следующие пробуждения выдалось не таким болезненным как предыдущие, сны совсем не тревожили его. Когда он открыл глаза его преследовало только эфемерное присутствия любимого человека рядом, но оглянувшись он увидел только пустоту. Переведя взгляд на окно он с удивление отметил что лучи пробивались сквозь зашториные окна не смотря на то что на улице была холодная осень. Очевидно сейчас было только начало дня.       Эдгар чувствовал себя отдохнувшим, боли он совсем не ощущал, что несомненно радовало его. Только сейчас в здравом рассудке он осознал что на самом деле он уже не в первый раз чувствует эти невыносимые ощущения, иногда по ночам они не давали ему спать, заставляя корчиться в агонии.       Сейчас же он наконец-то чувствует как дышать стало легче, и хотелось даже выйти на эту холодную улицу вдыхая морозный воздух, осень не смотря на всю свою проблемность была его любимой порой года. Когда лишь листья кружили вокруг, окрашивая всё в алые оттенки, По мог ощутить всю прелесть этой поры года.       Он бы так и рефлексиривал глядя бессмысленно в окно, но его отвлек звук открывание двери. Юноша сразу же насторожился но как только увидел радостную улыбку своего товарища, тут же спокойно выдохнул. — Мой девиз — четыре слова: Сам не спишь буди другого! — Очень громко и через чур радостно пролепетал детектив заходя в комнату, с подносом? Который был накрыт белой вуалью. Зеленоглазый наконец перевел взгляд на здешнего пациента и тихо цыкнул, смерил разочарованную морду. — А так ты не спишь, жаль.       Эдгар ожидал любого утра, но точно не такого. — Ладненько не обращай внимания. Ближайшие несколько дней великий детектив так уж и быть, побудет твоей сиделкой. — Молвил Эдогава с некой гордостью как показалась Эдгару, кудрявый лишь тихонько привстал, облокотившись на спинку кровати. — Доброе утро. — Голос после сна привычно сиплый, но Аллан надеется что Рампо сумел разобрать его слова.       Брюнет только улыбнулся, скорее всего эта непринуждённая атмосфера продлиться не долго, ведь у его визита есть определения цель. — Как ты себя чувствуешь? — Усевшись на ближайший стул, детектив как бы невзначай поинтересовался самочувствием своего дорогого товарища. — Мне намного лучше. Спасибо за беспокойство. — Ладони немного подрагивали, видимо от переизбытка эмоций, дабы это было не так заметно Аллан сложил их вместе на своих коленях.       Тепло.       Необычайно тепло.       Удивительно.       Такое светлое чувство сейчас на душе у Аллана, наверное Рампо это единственный человек, который так беспокоиться за него. По мимо него у Аллан остался только… Карл. Карл? Где Карл?       Эдгар резко вскакивает с кровати, путаясь в одеяле, чувствуя как организм абсолютно с ним не согласен. Лицо его резко бледнеет.       Рампо так же резко с непониманием хватает Эдгара за руки пытаясь утихомирить. Пациент же протягивает дрожащие руки к плечам детектива. Глядя так беспомощно что у детектива зажимает грудную клетку от непонимания. Они молчат глядя друг на друга не сколько секунд.       Эдгар беспомощно открывает рот, и тихо тихо спрашивает: — А Карл?       Детектив резво захлопал глазами в непонимании, через мгновения начиная резво хохотать держась за живот. Эдгар же не разделял такой радости, поскольку серьезно переживал. Он все ещё взволнованно смотрел но теперь с неким укором. — Ты только проснулся и первый вопрос который ты задал, это где Карл?. — Эдгар не видит не чего смешного в его вопросе. — По-кун — дурак!       Эдгар все так же в растерянности смотрит на детектива не понимая в чем он не прав. — Не переживай, я попросил Ацуши приглядеть за ним, а вчерашний день он провел в офисе наслаждаясь вниманием со всех сторон. — С улыбкой сообщил детектив, приятную новость для Аллана. Брюнет аккуратно обхватил чужие хрупкие плечи и подтолкнул назад в сторону постели, бережно укрывая белым одеялом. — Правда? — Писатель все ещё словно не до конца поверивший в слова детектива, продолжал расспросы. — Да, с ним все в порядке. — Детектив растрепал кудрявую макушку в надежде хоть чуть чуть утихомирить чужую причёски, приводя её в более человеческий вид. — Спасибо, правда спасибо за все что ты для меня делаешь. — Засмущавшись тихонько проговорил Аллан, неловко принимая чужие поглаживания. — Ну а теперь… — Рампо загадочно провел рукой в воздухе изображая магию, и протянул свою ладонь к подносу про который Эдгар совсем запамятовал.       Одним взмахом руки детектив поднял занавес раскрываю весь секрет фокуса.       На подносе лежала белоснежная тарелка с вкуснейшим на вид супом, рядом с ней лежала ложка также недалеко от всего этого стояла чашка с зелёным чаем. Это могло показаться раем для любого человека но только не для Эдгара.       Его взгляд теперь был прикован только к этой несчастной тарелке супа. Он не сводил с нее взгляд. Дыхание замедлилось а сердце начинает биться с новой силой, не предвещая ничего хорошего. Он чувствует чужой взгляд на своём лице но совсем не может совладать с эмоциями.       Юноша хочет убежать, лишь бы никогда не наблюдать эту жалкую картину в своей голове. Он словно видит себя со стороны такого слабого, который испугался простой тарелки супа.       Жалкий.       Наверняка Рампо тоже так думает. — Тебе не стоит так переживать. — Придав максимальную нежность в голосе произнёс детектив. Смотреть на содрогающиеся лицо Эдгара в страхе, было тяжело на физическом уровне… Но иного выхода он не видел.       В этот раз он должен поступить правильно.       Накрыв чужую тонкую кисть своей рукой, детектив приободряющий улыбнулся. Взгляд теплый, успокающий даже. Ответной реакции, правда не наблюдалось, только дрожь стала не такой заметной, но все еще ощутимой. Усталые глаза снова направились на детектива, в радужке отражалась только тоска и тревога. — Мы справимся, ты сможешь, снова мне довериться?       Это мы больно резанула по ушам. — Мне страшно. — Успокающие и даже трепетное проглаживание моих костей, немного но все же заставили меня поверить. Эта яркая улыбка, по-сути единственная в своем роде, потому что только от нее, сердце трепетало, и становилось не так больно. — Мне тоже. — Сердце сжалось. — Но, давай попробуем? Вместе. — Ты будешь рядом? — Уголки губ дрогнули, а взгляд пылал надеждой. — Ты некуда от меня не денешся. — Улыбка, словно солнца озарила глаза Эдгара. Он поверил ему.

Это были первые шаги к выздоровлению.

***

Двадцать первое октября.

      Сейчас середина осени, на улице кругом летают пожелтевшие листья. Все дороги усыпаны горячим золотом которое переливалось на слабых лучах солнца.       Самый разгар дня, один очень взволнованный молодой человек шел по холодной улице, переступая блестящие лужи, оставшиеся после недавнего дождя. Под ногами шуршали багряные листья, наполняя пустоту улицы различными звуками. У этого юноши на плече сидел енот, а в руке он нёс подарочный пакет. Юноша выглядел немного дерганым, и иногда из его уст можно услышать вопросы, которые видимо так и оставались без ответа. Остановившись перед зданием из красного кирпича. Шатен вдохнул и выдохнул, успокаивая себя. — Ну что Карл, мы ведь справимся? — Енот на такие слова только тихо пискнул, на что хозяин невольно кивнул.       И как они только понимают друг друга?       Поднявшись на нужный этаж Эдгар вежливо постучал в дверь к детективам. Неловко выглянув из-за двери, он увидел самый разгар веселья. Многие уже были навеселе, под действием горячительных напитков. Рассматривая всех членов агентства, он наконец смог выловить знакомую черноволосую макушку. Как только писатель хотел позвать знакомого, тот сам обернулся и ухмыльнулся.       Детектив был облачён в привычную для себя одежду, единственное что изменилось это ярко розовый колпак на его буйной шевелюре. Держа в руках бокал с яблочным соком, он подскочил к пришедшему и поприветствовал его отсалютовав ему. — Приветик По-кун. — Странный жест, заставил Эдгара похлопать глазами. — Здравствуй Рампо-кун, поздравляю тебя с днём рождения, это тебе. — Пробормотал писатель, насколько тихо что Эдогава подошёл чуть ближе. Вытянутый перед собою пакет так и манил именинника. — Как всегда официально. — Выкинул брюнет.       Детектив взял его в руки уже зная что в нем находиться. Кончики его губ поднялись в верх, как только детектив удостоверился что он прав. — Это тот роман? Про который я говорил по телефону, я рад что ты запомнил, спасибо. — Взглянув на обложку книги выдал именинник. — Ну а теперь, — Детектив хитро усмехнулся и в туже секунду вытащил из поло жёлтый вытянутый конус, который в ту же секунду оказался на голове Аллана. — Пора веселиться.       Детектив схватил гостя за руку протаскивая в глубь помещения, на что Эдгар не сумел возразить, молча последовал за детективом. Чувство неловкости не ушло но, в последнее время он ощущал себя менее тревожно.       Карл, как только заприметил еду за столом сразу ускакал к чужим людям ничего не стесняясь. Ехидна зная что там его накормят сполна. Долгое время пребывание в агентстве, прошло не зря енот знатно поправился, и приобрел округлый животик.       Писатель на это действие своего питомца только хмыкнул, окрестив енота предателем. Вот бы и он мог так же влиться в чужую компанию, как его питомец — Карл, я погляжу уже вписался в компанию, — Прищурившись с улыбкой сказал зеленоглазый, и как бы невзначай добавил. — Пора бы и тебе.       На что писатель спокойно ответил что он всего лишь гость.       Именинник тихо усмехнулся.       Они стояли среди толпы и молча смотрели друг на друга, рассматривая нелепые колпаки на головах. Однако подошедший к ним Куникида прерывал безмолвие, сообщая что Фукудзава-доно хочет видеть Эдогаву в своём кабинете.       Детектив воспрянув духом, прытко отправился в сторону кабинете, помахав Эдгару и предупредив не теряться. Писатель кивнул в пустоту, отправлять на самый дальний из диванов, наблюдая за весельем остальных. Карл и правда туда вписывался, все детективы начиная от милой Кёки и заканчивая серьезным Куникидой, полюбили этого маленького зверька. Аллан легко улыбнулся, наблюдая за этой картиной зверёк всегда его утешал в трудные моменты.       Впав в свои мысли шатен не заметил подходящую к нему Йосано, что так же улыбалась как и все тут, и пила потихоньку содержимое бокала в своей руке. — Здравствуй, как твоё самочувствие последнее время? — Поинтересовалась Акико, присаживайся рядом с ним на диван и поднимая бокал над коленом. Эдгар вынырнул из пучины своих мыслей, задумавшись над ответом. — Я чувствую себя лучше. — Шатену было немного неловко, но в последнее время он стал хорошо общаться с Йосано.       За последние месяцы ему много чего пришлось пережить, Акико посоветовала хорошего специалиста, и к счастью психотерапия положительно сказывается на состоянии Эдгара. В трудные минуты Рампо всегда готов помочь и подержать, а Йосано может дать ценный совет. — Боли тебя больше не беспокоят? — Акико выглядела искренне заинтересованной. — Нет, таблетки мне помогают, спасибо. — И это было правдой, таблетки выписанные врачом в местной больнице правда помогали ему почувствовать себя лучше. Они помогали справиться с бледностью и постоянным головокружение. Так же он пил лекарства выписанные от психотерапевта из-за чего чувствовал себя немного сонным периодически, но они хорошо помогли справляться со стрессом и тревожностью. Сейчас он реже их пьет что бы не вызывать привыкание. — Я рада. — Доктор легко улыбнулась, отпивая из бокала несколько глотков алой жидкости, выпивая все до дна. — Знаешь Рампо-кун очень волновался за тебя. — Мне очень жаль. — Все в порядке.       Если так подумать Эдгар ведь так и не поблагодарил доктора, а та между прочим спасла ему жизнь. Собравшись с духом Эдгар встал напротив неё на что Акико удивлённо приподняла бровь. Аллан читал, что в Японии чем ниже поклон тем больше уважения ты испытает к этому человеку. Выпрямив спину он наклонился как можно ниже. — Большое спасибо, Йосано-сан за все что вы для меня сделал, и за спасённую жизнь. Я искренне благодарен вам. И извините за причиненные мной неудобства. — Эдгар все так же низко кланялся.       Йосано медленно опустила бокал на стоявший рядом столик. Её рука словно материнская, ласково коснулась чужой головы, теребя волнистую макушку. — Ты не виноват, это просто нелёгкая ноша которая выпала на твоём пути и теперь я надеюсь, что всё будет хорошо. Подними голову, одзиги не обязательно делать так низко. — Чуть хмыкнула Йосано убирая руку. — А я думал у вас так принято. — Эдгар неловко выпрямился. — Да, но ты не совершил никаких ужасных поступков, для такого поклона. — Извините. Брови Йосано снова нахмурились. — Эх, ты неисправим. — Она снова ласково улыбнулась. — Надеюсь тебе здесь понравиться.       Девушка элегантно встала с дивана прихватывая за собой пустой бакал, приближаясь к банкетному столу и остальным членом агентство. Оставляя Эдгара стоять в своих мыслях.       Неожиданно в середину офиса вышел директор детективного агентства. Эдгар ни разу с ним не разговаривал но знал по рассказам что он очень серьезный человек. Рампо же весёлой походкой шёл за ним, улыбаясь и запрокидывая руки за голову. Что ж наверняка директор хочет лично поздравить Эдогаву с днём рождения. Ничего удивительного, поэтому Эдгар встал с дивана подходя к остальным, Карл потянул к нему лапки и Эдгар молча поблагодарил Кёку за то что проследила за ним. На что она вежливо кивнула, с слегка красными щечками.       Все в офисе затихли, что бы послушать речь директора. Когда всё обратили внимание на Фукудзаву, он прокашлялся перед речью и начал говорить. — И так сегодня мы все здесь собрались для того чтобы поздравить Эдогаву Рампо члена детективного агентства. Думаю сейчас вы и так все разгаре празднования, но есть ещё одна новость. Я хочу представить вам нового члена агенства. Это Эдгар Аллан По.       В одно мгновение все взгляды метнулись к нему, с улыбками наблюдая неудумивающие лицо юноши. Все члены детективного агенства по очереди начали поздравлять новоиспечоного детектива, который был похож на статую и только и делал что благодарил всех подходящих. Он посмотрел на Эдагаву в надежде хоть на какого-то разъяснения. Но тот взглянул на него хитрым взглядом и просто улыбнулся.       Через секунду в помещение послышались аплодисменты. А также кто-то взорвал хлопушку прямо над Эдгаром. Весь серпантин начал падать и медленно осыпаться на макушку Эдгара. Не понимающий писатель стоял весь в серпантине с дурацким конусом на голове и полностью отрешённым лицом. Совсем не понимая что он тут делает.       Шок постепенно сходил, на его место пришло замешательство.        Он теперь — член детективного агентства?       И что это значит он ведь бывший член гильдии то бишь бывший враг. Это не сделало за раз его хорошим, чтобы приглашать в агенство без задней мысли.       Директор детективного агентства вскоре добавил. — Вы можете продолжать веселиться. Ранпо позже расскажет тебе твои обязанности. Позвольте на этом удалиться.       Все поприветствовали нового члена детективного агентства и дальше пошли развлекаться. Только Эдгар стоял как вкопанный не зная что делать. Когда же подошла Йосано она завела разговор. — Ну теперь ты член нашей команды. — Подвыпившая докторша в знак поддержки хлопнул его по плечу. — Я совсем нечего не понял, можете ещё раз объяснить. — Рампо-кун сказал что хотел бы чтобы ты присоединился и когда он у тебя спросил, ты согласился. — А? — Разве, нет? — У меня никто не спрашивал. — В замешательстве ответил Эдгар. — Пожалуй, тебе стоить поговорить с Рампо-куном. — В замешательстве ответила девушка. — И то правда. Только вот где он?       Оглянувшись во круг он так и не смог выловить знакомую макушку. Видимо пока они говорили Эдогава успел слинять под шумок.       Любимый проказник.       Карл угукнул и показал хвостиком на входную дверь. Эдгар шепотом спросил: «Думаешь там?» Карл утвердительно кивнул, Эдгар направился по направлению к двери. В коридоре, шатен начал оглядываться. И в самом конце коридора смог найти пропажу. Возле окна, спиной к Эдагру стоял детектив облокотившись на открытое окно, слабые лучи солнца освещали его фигуру.       В почти пустынном коридоре послышались тихие шаги, которые замолкли как только достигли своего пункта назначения. — Рампо-кун? — Эдгар склонил голову в непонимании.       Детектив, обернувшись, взглянул на него, поднимая уголки губ в верх. — Как тебе мой подарок? — Подарок? Ты правда думаешь что мне здесь место? — Конечно, ведь твое место со мною.       Яркая улыбка озарённая закатом солнца, расцвела на его игривом лице. Эдгар вздрогнул всем телом, поёжившись от холодного ветра хлынувшего из окна. Даже в голове ощущались дуновение ветра, сметая все мысли за собой как осенние листья. В попытке что-то сказать, Эдгар был остановлен, накинутыми на него объятиями, с такой силой что они вместе упали на пол, который был усыпан залетевшыми в коридор листьями. — Теперь, все хорошо. — Блики в родных зелёных глазах, счастливо дернулись, зрачки немного расширенные от сильных чувств подрагивали в надежде. Нежные сладкие губы коснулись родных под собою.       Он все, так же верит.

      

В коридоре послышались тихое хихиканья двух людей, совсем незаметно выглянувших из-за дверей агентства. Девушка с фиолетовым каре, немного печально протянула несколько купюр шатену в бежевом пальто.

— Ты победил, и как ты так точно

угадал дату?

— Всего лишь удача. —

Взяв деньги, пролепетал шатен.

— ЙОСАНО.

— ЙОСАНО-САН.

Недовольные крики, означали что пора делать ноги.