Прости меня.

– Олег, прости меня, снова, прости, – опять проснувшись в холодном поту, сережа слезно извянялся перед олегом, думая, что тот во сне его совсем не услышит. он вновь прижался к боку Олега, немного приобнимая его, отчего ему становилось в разы лучше, а после того, как засыпал полностью, его в ответ обнимал Волче. Сережу хоть как то радовал тот факт, что Олег тут, под боком, не умер и не ушел от него. Для Разумовского, сейчас, Волков - единственная надежда не сойти с ума окончательно и забыть про все свои проблемы. Каждую ночь Сереже снится одно и то же, те самые гребанные 5 пуль, которые он, а вернее, его вторая личность засадил Олегу в грудь. Он не может себе этого простить, Разумовский знает, что Олежа все равно его примет и простит, но одна лишь мысль о том ужасном дне заставляет Разумовского вздрогнуть. Ради брюнета, он ходил к разным психиатрам, оставляя у них половину своего бюджета, тысячи раз чуть ли не на коленях извинялся перед Волковым, пытаясь сгладить свою вину и всегда получал успокоительные фразы, от которых становилось легче, но не надолго. Все же, темпрь Сережу почти не достает его вторая личность, не мешает ему жить, но все равно, переодически, ночами Разумовский переносится в этот день, где он своими руками чуть не убивает Олега. **** – Волче, мне снова снился тот день, –уже утром за кухонным столом, он снова начал говорить на эту тему. пустыми, но в то же время настолько глубокими голубыми глазами он глядел себе на руки, которые сжимали штаны у себя на коленях. – Серый, успокойся, я тебе уже говорил, я не держу зла, сколько мы с тобой всего пережили? сколько всего еще переживем? Все будет хорошо. Я люблю тебя, – Волков поставил тарелку с завтраком перед носом парня, а сам схватил его за плечи, пытаясь успокоить мягкими движениями, похожими на массаж. – Точно переживем? Точно любишь? – получив тихое и хриплое «да» от Олега, от которого хотелось прокричать и разреветься, ведь причиной его хриплого голоса тоже стал Сережа, Разумовский резко вскочил со стола и полностью обнял партнера, уткнувшись ему в плечо, еле сдерживая свои эмоции в себе. Олег же приобнял Серого за талию и нежно поцеловал его в лоб, вызывая у него дрожь по всему телу. – Волче, поехали в отпуск? – нервно попросил Сережа, – я больше не могу тут находиться, мне каждую ночь снится это, я чувствую, что у меня скоро опять поедет крыша. Мне все здесь надоело, я хочу в укромное, тихое место, может быть в деревню. Где только ты и я. – Хорошо, Серёж, хорошо, – успокаивающе ответил Волков, поглаживая спину парня, тем самым успокаивая рыжего. **** И вот они уже в скромной деревеньке в глуши леса, без интернета и других отвлекающих факторов, где они наконец смогли найти умиротворение, отдых и спокойствие. В этой деревне стоит всего десяток домов, где живут добрейшие бабули, с которыми голубоглазый смог познакомиться и наладить общий язык. Каждое утро, парни сбегали в поле, полностью засеянное ромашками, где проводили все свое время от утра до позднего вечера. – Серый, как там твои сны? Как ты себя чувствуешь? – резко, внезапно, но в тоже время мягко и ласково, спросил Олег у Сережи, лежавшего у него на груди посреди поля. – Волч, мне здесь настолько спокойно, ты даже не сможешь представить. Сны не сняться, птицы нету, ты рядом. Я очерь рад, что ты здесь, что ты принял меня. Спасибо.. Разумовский, закончив фразу, неожиданно перелез на Олега, покрывая его легкими поцелуями на лице, иногда останавливаясь, чтобы посмотреть за реакцией Волкова, а тот, просто улыбался и прожигал Сережу взглядом своими черными глазами. – Я люблю тебя, Төлке, – по татарски произнес Олег и отдался поцелуям Сережи, прикрыв глаза. – Ты все еще не отвык от татарского? Я тебя тоже люблю, Волч.. Очень, – тихо сказал Разумовский, и, закончив с поцелуями, тот обхватился руками за чужую шею, уткнувшись в нее лицом. – Сереж, уже темнеет.. – Нет, прошу, давай еще посидим здесь, – ожидаемо перебив Волкова, голубоглазый еще сильнее обнял Олега, чтобы тот даже не смог встать, на что получил лишь тяжелый вдох и сразу же выдох, а затем поглаживание по спине и мягкие поцелуи на шее. **** Магазинов в деревне было совсем немного, а если и были, то там не было нужных им продуктов. Поэтому Олег решил съездить в ближайший магазин, находящийся минимум в 20 минутах езды. – Ты точно не поедешь со мной? А вдруг тебе опять станет плохо? – тревожно перепрашивал Волков уже несколько раз. – Нет, Олеж, не поеду, сколько можно говорить. Если что то случится, я позвоню тебе, все будет хорошо, я обещаю! Меня даже сны больше не мучают тут, – спокойно и, впервые за долгое время, без паники отвечал Разумовский. – Хорошо.. Телефон при себе, понял? – получив сухое «да, да, да», Волче тяжело выдохнул и вышел из дома. Сережа остался один, занимался своими делами, а вернее сидел за книгой, от нечего делать, а в конце концов вышел на улицу, обходя свои маленькие владения. Уже прогулявшись и поздоровавшись со всеми соседками, рыжий сел на лестницу, наблюдая за прекрасным видом на улице, но внезапно тот почувствовал холод и дрожь по всему телу, со страхом Разумовский медленно повернулся, видя силуэт птицы над головой. Резко отвернувшись, Сережа сразу набрал номер Олега, но не успел прозвучать даже 1 гудок, как он выхватил телефон, сбросил и выбросил его куда подальше. – Звонок своему любимому Олеже? Ты думал, что так легко избавишься от меня? Сереж, ты такой наивный, – громко рассмеявшись проговорил птиц. – В деревне ему спокойнее, ну конечно. Тебе спокойно только с твоим Волковым, а я? Сережа, как же я? Без Олега ты никто, а со мной ты добьешься всего!! Ты ведь помнишь, как тебя еще больше ненавидели в дет. доме после драк с твоим Волковым? Он - зло. – Нет, нет, нет, только не ты. Ты лжешь, Олег защищал меня, – Разумовский, пытаясь не обращать внимание на клевету, судорожно вскочил с лестницы и побежал домой, схватив все таблетки которые были, он сразу выпил их, зажав уши и закрыв глаза, он начал кричать, – уйди, уйди, уйди!! Надо было слушать Олега. Уходи, уходи, уходи!!! Открыв глаза Сережа понял, что он ушел. Быстро оглянувшись, он его не заметил, схватил на кухне ручку и листок и быстро, ужасно неровным почерком написал: «Олежа, прости меня. я должен был тебя послушать. Это все из за меня, прости. Если что то случиться, виновен я». И вот, Разумовский, чувствуя чужое дыхание за своей спиной, ухватил сковородку с плиты, замахнулся и резко ударил, закрыв глаза. Открыв их, Сережа увидел его, лежачего без сознания. – Олег?!