Собака, Волк и Рыжая Лиса

Сон обрывается долгим падением. Серёжа  дёргается всем телом и резко открывает глаза. Благо солнце не слепит, блэкаут шторы делают своё дело. Разумовский выпутывается из цепких рук Олега и Игоря. Он обходит кровать и садится на её край рядом с плечом Грома. Серёжа трёт лицо руками, окончательно прогоняя сон. Он тянется за телефоном, чтобы посмотреть время. На экране загорается: Среда, 19 июля. 08:46. Разумовский понимает, что скорее всего уже не уснёт. Да и надо ли?  Глаза окончательно привыкают к темноте комнаты. Серёжа рассматривает парней. Оба мирно сопят. Ровное дыхание, вздымающаяся грудь. Рука Игоря, до этого лежавшая у Разумовского на талии, сейчас находится под властными пальцами Олега. Парень встаёт и тихо выходит в коридор. *** Серёжа допивает свой капучино и, стараясь сильно не шуметь, складывает посуду в посудомойку. Он подходит к кофе машине и делает Олегу эспрессо, ведь тот, скорее всего, скоро проснётся и попросит сделать ему кофе. В спальне слышится возня, до Разумовского доносятся обрывки диалога. — Или… пойдёшь… просто могу… — Да не… иди… Серёжа… кофе… Серёжа садится в дальний угол стола и начинает просматривать корпоративную почту. Раздаются шаги. В коридоре появляется сонный Игорь в шортах и с полотенцем на плече.  — Доброе… утро-о, — в попытке подавить зевок говорит он. — Доброе! Разумовский улыбается и кивает в ответ, наблюдая за закрывающейся дверью ванной. Через некоторое время, чуть разминая плечи, в кухню заходит Олег. Серёжа ухмыляется.  — Что так и не дождался, пока он вылезет из душа? — Ага, сделаешь мне кофе? — Да, конечно, — Серёжа подходит к кофе машине, где уже стоит наполненная чашка. — Какие планы сегодня? Шум воды в ванной затихает, Олег недовольно пялится на дверь. — Сегодня наверное надо в два оставшихся собора съездить, посмотреть что там вокруг, — Разумовский ставит перед Олегом кофе. — Мы уже этих соборов и церквей видели за три дня… Дверь ванной распахивается и слегка ударяется о стену. Слышится блаженный вздох Игоря и последующий за ним шум воды в раковине. — Ну или можно в парк какой-нибудь сходить. — По прогнозу дождь вроде как будет, — раздаётся из ванной. — Угу, 60% вероятность в приложении показывает, — бурчит в кружку Олег. — Может тогда зоопарк? — Серёжа устало подпирает голову рукой. — До-о-ождь, — вновь голос из ванной. — Так там есть вольеры под крышей. — Ну они ж явно не все под крышей, а малая часть, — говорит Олег. — Ну тогда остаются музеи, — с бóльшим энтузиазмом продолжает Серёжа. В ванной перестаёт шуметь вода. Из прохода появляется Игорь, с его лица капает вода, на плече висит полотенце. — А вариант посидеть в тепле дома вообще не рассматривается? Ну или хотя бы в уютной кафешке? — Мы приехали сюда всего на неделю, это время нужно потратить с пользой. В кафешках мы и дома насидимся, а пока мы в другом городе надо смотреть, изучать, кто знает, когда мы сюда ещё вернёмся… с твоей-то работой, — как бы невзначай добавляет Разумовский. — Не ну образовываться мы всегда "за", ты ж знаешь. Да, Волче? Игорь пихает кулаком в плечо Олега и с ухмылкой смотрит на него. Из кружки на стол проливается пару капель кофе, а Олег в ответ бурчит что-то нечленораздельное в кружку, но это что-то ясно даёт понять, как ему "нравится" образовываться. Серёжа недовольно цокает, пряча в ладони ухмылку, а Игорь посмеивается. — Может в какой-нибудь военный муз… — Олег, нет, я чувствую, что вам хочется нырнуть с головой в искусство в этот дождливый и пасмурный день, — с издёвкой, нарочито манерным тоном прерывает его Разумовский. — Прям так и чувствуешь? — Гром подходит к нему сзади и треплет рыжие волосы, Серёжа недовольно морщится, — Ну раз так чувствуешь, то ладно, окунёмся в искусство да, Олеж? — Мы так окунёмся, Серёжа, потом только удочками вылавливать. Олег вытирает салфеткой стол и улыбается парням. Серёжа поднимает голову на Игоря, упираясь затылком ему в живот, тот звучно чмокает его в лоб. — Я тут уже посмотрел картинные галереи поблизости… — Я не сомневался, — Олег тянется к печенью в тарелке Разумовского, тот шлёпает его по руке. — Так, цыц! Там между прочим очень интересная выставка сейчас. «Неоэкспрессионизм: эмоции в цвете и форме». Можно туда сходить. Олег и Игорь скептично переглядываются, но оба утвердительно кивают в ответ. — Если вам интересно. — Очень, — синхронно говорят парни. — Отлично! Тогда доедаем и собираемся? — Ну да. *** Парни осматривают экспозицию уже полчаса. Серёжа ходит медленно, вдумчиво осматривая каждую картину и, иногда фотографируя особо понравившиеся. Игорь и Олег всегда находятся чуть поодаль, так как проходят зал быстрее и ждут Разумовского. Изредка они возвращаются, чтобы сфотографировать Серёжу на фоне картин. Естественно это занимает много времени, ведь: «Олег чуть левее, чтоб я вот так стоял», «Олег вот тут некрасиво, ракурс не тот», «Олег ты чё криворукий что ли? Вот так, я же показал референс»  Сначала парни проходили всё довольно быстро, мельком глядя на картины, в надежде хотя бы за час пройти более 30 залов экспозиции, но вспомнив, что это невозможно из-за Серёжиного созерцания, решили получать удовольствие от обсуждения ассоциаций, возникающих при виде той или иной картины.  Серёжа в очередной раз оборачивается на смешки парней. Он видит, как Олег, наклонившись к Игорю, что-то ему говорит, при этом делая неопределённый жест рукой. Игорь кидает взгляд на Разумовского и, видя хмурое лицо парня, пихает Олега локтем и старательно делает вид, что восторгается картиной, хоть его и выдаёт дёргающийся от смеха кадык. Волков в свою очередь прикусывает нижнюю губу, дабы не выдать смех и отворачивается к другой картине. Серёжа недовольно скрещивает руки и подходит к ним. — Я не пойму, вам поржать больше негде? Посмотрите как та женщина смотрит на вас, нас отсюда выгонят такими темпами, — гневным шёпотом обрушивается он на парней. — С какого хрена? Мы деньги заплатили, пусть свои обязанности выполняет и следит за другими посетителями, мы тут самые адекватные между прочим. — Игорь! Ну вот скажите, что тут смешного? — Серёжа показывает на картину, ставшую объектом насмешек. — Просто это очень похоже на то, что я тебе в тетрадках в седьмом классе рисовал, я описал Игорю твою реакцию на мои шедевры искусства того времени, — отвечает за него Олег. Разумовский устало опускает лицо в собственную ладонь, средним и большим пальцами массируя веки. — Вы неисправимы. — Серёж, ну правда, ну какую реакцию ожидали люди, написавшие это? — Игорь склоняет голову набок, исподлобья смотря на парня. — Как минимум восхищение. — Мы восхищаемся, просто по-своему. Волков не сдерживает свою иронию и упрямо продолжает гнуть свою линию. Серёжа вновь недовольно скрещивает руки. — Мда, нужно было плавно погружать вас в искусство. — Не ну правда, показал бы нам что-то более… кхм… простое в понимании, — пытается подобрать слова Игорь. — Я так понимаю, вам выставка не нравится? Олег и Игорь переглядываются. — Нет ну… — Ну-у она… своеобразная… в ней есть своя идея, — пытаясь быть убедительным, говорит Олег. — Ну ясно. В таком случае будете меня фоткать на фоне картин, пошли.