Таблетки

      Светловолосый сидел на диване, запрокинув руку на своего любимого человека, на что тот прислонил голову к плечу Парадеева. Они могли просидеть так ещё очень-очень долго, если бы не звонок, который нарушил их идиллию.       — Сань, привет. Пойдёшь сегодня в парк в 18:00?       Это был Ермолаев. Давний друг Парадеева. Ермолаев постоянно докапывался с обвинениями в сторону друга. Мол, постоянно сидишь дома. Правда, было ещё одно. Самое нелюбимое, неправдивое для Саши и для его любимого Лёши.       — Кто это? — с недоумением спрашивает брюнет, сидящий рядом с Сашей.       — Санёк, — мельком отвечает светловолосый.              — Ты с кем там? Саша, только не говори, что таблеток не выпил опять.       — Слушай, Сань, сегодня не пойду. У меня дела с Лёшей.       — Но, Сань., — Саше не дали договорить и сбросили трубку.       — Что-то слишком часто тебе звонит этот Саша.       — Ну, он же мой друг, — заметив сердитый взгляд брюнета, Саша убирает руку с плеча и зарывается в объятия к Лёше, кладя свою белую макушку на его грудь, — А ты мой парень, моя судьба. Я тебя люблю, Лёш.       — Точно? Точно любишь? Саша, ты же помнишь про обещание? Ты никогда. Ни к кому. Помнишь? — злобно говорил брюнет.       Парадеев в такие моменты боялся Лёшу, он не мог ему сопротивляться. Он любил Лёшу. Правда любил. Находил в нём отдушину, когда возвращался с работы. Когда брюнет с полотенцем в руках подходит к входной двери и с улыбкой встречает Парадеева. Когда они ночью лежали в обнимку. Когда Лёша всячески поддерживал Сашу. Может, даже когда Лёша был так груб. Саша, ну извини, я правда не хотел, ты же знаешь. Знаю, поэтому и терплю.       Опять звонок от Ермолаева. Опять эта мелодия, которая сердит Лёшу и надоедает Саше.       — Что ещё? — спрашивает Парадеев.       — Сань, выпей таблетки, пожалуйста.       — Слушай, Сань, ты, конечно, мой друг, но сейчас пойдешь к чёрту со своими таблетками. Я не болен! Это вы больны, если заставляете меня пить таблетки от болезни, которой у меня нет!       — Но, Сань. Они же помогают, ты перестаёшь видеть галлюцинации.       — Сашенька, сбрось, — тихо сказал брюнет.       Парадеев сбросил. Он не мог ослушаться. Не мог ничего ответить ни Ермолаеву, ни Лёше.       — Достал уже со своими таблетками, — бросил Саша и быстро пошёл за аптечкой, — Ну выпью я одну и что? Что будет?! Бесполезно! — пока Саша жаловался на Ермолаева, он уже успел зайти на кухню и налить себе стакан воды. Вот он положил таблетку в рот, вот поднес стакан воды к губам, вот не успел сделать глоток как его схватили за запястье и с силой сжали.       — Не пей, Саша, — хмуро приказал брюнет, — Они же не помогают. Зачем их пить? Не верь им. У тебя нет никаких галлюцинаций, — уже две чужие руки с силой сжимали одну Сашину. Светловолосый пытался выбраться, но его не отпускали.       — Лёш, мне больно, — Парадеев метал тревожные взгляды с руки на Лёшу, который вот-вот и убьёт Сашу.       — А знаешь как мне больно. Знаешь? Все говорят, что у тебя какая-то болезнь. Знаешь как мне от этого больно? — его ногти вонзились в Сашину кожу. Мелкие капельки слёз выступили на глазах у светловолосого.       — Лёш, отпусти, — отчаянно просил светловолосый. Брюнет убрал руки и молча ушёл в спальню.       Саша не выпил таблетку.

***

      Телефон звякнул от приходящего уведомления. Это был Ермолаев.       «Нужно встретиться. Когда и где тебе удобно?».       Светловолосый кинул быстрый взгляд на закрытую дверь. Лёша всё ещё зол.       «Давай сегодня в нашем кафе через час».       Ермолаев с Парадеевым часто собирались в кафе неподалеку от Сашиного дома, поэтому оно приобрело название «Наше».       — Леша, мне надо отойти по работе, — уведомил того Саша. Упоминать Ермолаева он не осмелился. Ответа не последовало и Саша пошёл собираться на встречу с другом.

***

       — Сань, это не дело. Ты не пьёшь таблетки, — начал Ермолаев.       — Какая вот вам всем, блять, разница?! — раздражённо ответил Саша, — Пью или не пью. Вас это волновать не должно никаким боком. Я не болен сука!       Сидящие рядом люди уже начали с опасением поглядывать на Парадеева.       — Саша, но галлюцинации… — Ермолаеву не дали договорить и послали на три буквы. Темноволосый лишь с печалью смотрел на уходящего Парадеева.       Сейчас Саша придет домой, поднимется на пятый этаж, откроет скрипучую дверь, а там его Лёшка. Уютный, домашний, свой Лёшка. Неважно, что происходит за стенами этой квартиры, ведь за её пределами большие и давящие проблемы. Зато в этой маленькой, но уютной квартире можно от них спрятаться, если самому не получится, то спрячет Лёшка. Да, Лёшка, ты же спрячешь? Спрячу, Сашенька, ведь мы с тобой против всего мира.       — Лёша, я дома! — крикнул Саша, смотря на кроссовки, которые сейчас окажутся рядом с ковриком.       — Зачем же так кричишь, — нервно спрашивает Лёша, выходя из-за угла. Светловолосый без слов подходит к брюнету и крепко того обнимает, — Зачем по работе вызывали?       — Да там ничего особенного, просто начальник недоволен чем-то. Как и всегда, — Саша проходит на кухню где уже готов обед.       Остаток дня проходит как обычно. Пара смотрит что-то на телевизоре, потом Лёша уходит готовить ужин, а Саша принимается работать на компьютере. Всё, как у обычных людей.       — Саша, давай пораньше сегодня ляжем? — брюнет ложится на скрипучую кровать. Светловолосый раздевается до трусов и пристраивается рядом.       Они слышат глубокое дыхание друг друга. Саша шеей чувствует горячее дыхание брюнета. Оно согревает, успокаивает, заставляет веки тяжелеть.       — Саша, я тебя люблю, — тихо говорит брюнет, но светловолосый уже не слышит. Он уже проваливается в сон.

            

***

      «Выпьем сегодня вина у меня дома?».       «Окей».       От вина Парадеев отказаться не может. Уж слишком он устал на работе. И вот вечером Саша опять врёт Лёше про работу и идёт к Ермолаеву.       — Что-то часто тебя по работе вызывать стали, — высказывает Лёша, — Изменять, чтоли, бегаешь? Да? Нашёл кого-то?       — Ну что ты за чушь несёшь? Я только тебя люблю, — светловолосый надел последний кроссовок и начал выходить из квартиры, — Буду поздно, — он получил злобный фырк и закрыл входную дверь.

***

      Саша удобно разместился на диване в гостиной. Он ждал, пока Ермолаев нальёт им вина и они спокойно посидят, обсуждая важные и незначительные темы.       Ермолаев же купил таблетки, которые должен пить Парадеев. Он хотел кинуть одну в бокал и подождать, пока та растворится. Так он и сделал. Кинул. Подождал. Проверил. Всё просто.       — Вот, держи, — Ермолаев поставил бокал с красно-темной жидкостью перед светловолосым. Они ударили бокал об бокал и начали разговаривать о чём-то незначительном.

***

      — Лёша, — весело протянул пьяный Парадеев, — Лёшенька, я дома, — светловолосый прошёл всю квартиру, когда не получил ответа. Нигде не было его Лёшеньки, — Лёша, это не смешно! Где ты? Лёша!       Парадеев бегал и метал тревожные взгляды по всем комнатам. Где его брюнет. Если бы он ушёл, то точно бы предупредил. Та и уходить ему некуда. Саша, ты же меня никогда не бросишь? Никогда, а ты меня, Лёш?       Саша трясущимися руками достал из кармана пальто телефон. Еле как его разблокировал и принялся писать смс Лёше.       «Где ты?»       Ответа не последовало и Саша набрал знакомый номер.       — Саша, Лёши нет. Лёша… он будто испарился, — по голосу было понятно, что Парадеев на грани истерики.       — Сань, всё будет хорошо. Хочешь я приеду? — спокойно спросил Ермолаев.       — Я встречу тебя на лестничной клетке. Лёша будет сердиться, если увидит тебя у нас дома, — светловолосый сбросил.

***

      Саша стоял и курил в окно на лестничной клетке. Если посветить на его лицо, то можно было увидеть засохшие дорожки из слёз. Он услышал шарканье по ступеням и повернулся в сторону звука.       — Где Лёша? — быстро спросил Парадеев. Ермолаев подошёл и крепко обнял друга, потушив его сигарету об пепельницу, — Сань, не пудри мне мозги. Где, блять, Лёша? Это ты с ним что-то сделал? — не получив никакого ответа, светловолосый оттолкнул друга, — Я так и знал! Лёша говорил, что с тобой лучше не дружить. Где? Где Лёша?       — Саша, нам лучше пройти в квартиру. Соседи сейчас полицию на шум вызовут,— Ермолаев повёл Парадеева за локоть на этаж выше. Саша, громко фыркнув, откинул руку Ермолаева.       — Ты просто тварь! — кричал оскорбления Саша, но всё же поднимался. Они дошли до квартиры и зашли внутрь. Ермолаев быстро снял ботинки. Тоже самое сделал и Парадеев, — Тебе не поздоровится, если тебя увидит Лёша.       — Лёша меня не увидит. Лёша никого больше не увидит. Лёшу больше не увидят, — хмуро ответил Саша, присев на диван в гостиной.       — Да как ты можешь такое говорить, ублюдок! Где мой Лёшенька, — светловолосый схватил брюнета за шкирку, но его быстро откинули на другой край дивана.       — Нет никакого Лёши! Лёши никогда не было! Ты больной ублюдок, который себе его придумал! — резко закричал Саша, что некоторые слюни из его рта полетели в Парадеева, который сжался в подлокотник дивана, — Я положил таблетку в твоё вино. Лёша — это твоё воображение. У тебя диссоциативное расстройство личности. Ты должен был пить таблетки, но ты просто не хотел жить без Лёши.       Саша, никогда? Никогда, Лёш, никогда.       — Верни мне Лёшу, — тихо проговорил Саша, смотря сквозь Ермолаева и всё также вжимаясь в диван, — Верни. Верни. Верни, — светловолосый медленно подносил руки к волосам, — Никогда, Лёш. Я никогда тебя не брошу. Лёша! — прокричал он имя возлюбленного, начиная расшатываться и вцепившись в волосы.

***

      — Как он там, доктор? — спросил Ермолаев, поднимаясь с металлического кресла, которое располагалось в коридоре психиатрической больницы.       — Чтоже, сейчас состояние пациента более менее улучшилось. Этот месяц дался ему тяжело, но он справился. Ни на что не жалуется, признаков агрессии не проявляет, не занимается самоистязанием, не видит галлюцинаций. Месяц в больнице пошёл ему на пользу, — проговорил доктор, смотря в свои записи на листе а4.       — Я рад. Пожалуй, тут и ему и правда лучше. Он не вспоминает о Лёше? — тихо спросил Саша.       — Только ночью. Видимо, снятся кошмары с его участием. Скоро это пойдет, уверяю вас.       — Хорошо, я приду на следующей неделе спросить как он.       — Да, конечно, — мужчины взаимно попрощались с друг другом и пошли в разные стороны. Саша домой, а доктор в палату Парадеева.

***

      — Ну как Вы себя чувствуете, Александр, — спросил доктор, садясь на стул, который был напротив Парадеева.       — Не жалуюсь.       — Вот и правильно. Сейчас надо будет выпить таблетку и вам вколят успокоительное. Лучше не дергайтесь, — доктор подал светловолосому красную таблетку круглой формы и поспешил покинуть палату.       Парадееву же ввели успокоительное и он провалился в сон. Саша любил спать. Там он видел Лёшу.

***

      — Лёша, ты тут? — тихо спросил Саша, идя в гостиную.       — Да, где же мне ещё быть, — ответил Лёша, хмуро смотря на Сашу, который сел рядом и положил голову на плечо брюнета.       — Ты всё ещё сердишься? Лёша! — крикнул его имя Саша, когда не получил ответа.       — Не ори на меня, ублюдок! — рявкнул Лёша и светловолосый сразу же умолк, опустив взгляд, — Я застрял здесь, понимаешь? Ты живёшь, а я уже нет. Я умер.       — Нет, Лёша, ты не умер, — пробормотал Саша и взял чужое лицо руками, — Ты же со мной. Ты же помнишь обещание? Никогда. Я никогда тебя не брошу.       — Обещаешь? — кивок, — Люблю тебя.       — Я тоже тебя люблю, Лёшенька.

***

      — Александр, подъем, — светловолосого толкнули в плечо, но не получили ответа, — Александр, — его толкнули грубее, но также безрезультатно. Два пальца потянулись к лучевой артерии на внутренней стороне кисти. Пульса нет, — Доктор! Доктор! — сотрудник мигом выбежала в коридор на поиски глав. врача. Найдя его, она запыхавшись начала: — Александр из 5-ой палаты умер.