Новое прошлое - 2: Настоящее

- Вашу ж мать, - набивая себе рот мясом с хлебом и запивая это крепким алкоголем, усмехнулся Территориальный Канцлер. – Вы как будто бессмертные. Он подошёл к двери, отодвинул стул, который подпирал ручку и открыл её настежь. - Велите подготовить ужин на пятерых, - выкрикнул он, а затем хлопнул дверью и обернулся на Ияри. - Ты знаешь город? – с прищуром спросил он. - Только рыночную площадь, - ответил тот. - Вот и отлично! Канцлер приобнял его за плечи и утянул за собой к окну. - Вот за тем домом, - он указал пальцем вперёд, - как раз начало площади. Зайди в любую лавку и купи там флаг. Метр на два. Отпустив Ияри, он вернулся к стулу, к которому был привязан и собрал с пола обрывки предыдущего флага. - А это надо сжечь, пока дурные вопросы не возникли. - Господин, но… Ияри робко замер за пороге. - Да не тронет тебя никто, - отмахнулся Территориальный Канцлер. – В этом городе штаны не успеешь снять, все уже знают, кого ты собираешься трахнуть. Думаю, весть о приезде моих столичных друзей уже разлетелась по улицам. Тем более, такой конфуз. Юнан полез в карман и выудил несколько купюр. Ияри робко взял деньги и несмелой поступью вышел из кабинета. Покинув здание Канцелярии и провождаемый почтительными взглядами её сотрудников, он прошёл по указанному ему пути и уже вскоре оказался на рыночной площади. По собирающейся в одном из её углов небольшой толпе, он сразу догадался, что там сейчас либо скандал или драка торговцев, либо экзекуция преступника или раба. Хорошо знакомый ему свист, а затем вскрик заставил Ияри вздрогнуть. Сомнений больше не оставалось. - Будешь знать, как сметь мне отказывать, - на злобной усмешке прорычал мужской голос. - К нам её разверни! – весело выкрикнул кто-то из толпы. - Лицом к нам, - добавил другой такой же смешливый голос. – Ну, то есть, сиськами. Они у неё так и пляшут на каждом ударе. - И пусть попрыгает, - добавил кто-то и толпа гнусно рассмеялась. На фоне пошлых шуток женский плач был почти не слышан, но Ияри все равно сжался, опустил голову как можно ниже и ускорил шаг. Он шёл вперёд, шепча про себя благодарность Провидению, что ни ему, ни Хилини никогда не приходилось проходить через такие унижения. Зераббаель был строгим хозяином и, хотя Ияри так и не понял, за что именно тот рассердился на него так сильно, но он помнил, что пока он жил на вилле, Хилини никогда не говорила, что хозяин был с ней жесток, наказывал или пытался домогаться. Да, Зераббаель часто посылал за ней в барак поздно вечером или даже ночью, и потом она возвращалась с красными, как она говорила, от вечного недосыпа, глазами, но ей повезло, и хозяин хотя бы не заставлял её с ним спать. Даже плотно прижав ладони к ушам, Ияри все равно слышал ритмичные удары и вскрики. Он отошёл достаточно далеко чтобы выкрикиваемые из толпы слова было уже не разобрать, но хохот, сопровождающий их, был все так же омерзителен. Заметив лавку с вывешенными на её фасаде флагами разных размеров, Ияри зашёл, быстро купил нужный ему товар и вышел, стараясь как можно быстрее миновать импровизированное место казни, но его глаза не удержалась, и метнулись в ту сторону. Толпы уже не было. Только что высеченная девушка стояла на ступеньках лавки. Её руки были высоко привязаны к верхней перекладине. И как бы низко она не наклонила голову, длинны её волос не хватало на то, чтобы полностью скрыть обнаженную грудь. Содранная кофта тряпкой видела на перилах, но на девушке оставалась хотя бы юбка в пол. Больше всего на свете Ияри сейчас хотелось перерезать верёвки и забрать её с собой, но он осознавал, что это не спасёт её и повлечёт ещё кучу проблем на головы тех, с кем он пришёл. Зажмурившись, он ускорил шаг. Молодой раб прекрасно понимал, что девушке придётся смириться с судьбой. Добровольно или же через побои, но хозяин найдёт способ её принудить. Как показал его собственный опыт прямо сейчас, когда ему в лицо ткнули листовку с его собственной фотографией, шансов на побег у неё почти не было. Да и после начала войны, когда Верховная Канцелярия издала указ о том, что пойманные после побега рабы теперь не просто становятся государственными и отправляются на самые тяжёлые общественные работы, как это было ранее, но с их господ будет взиматься дополнительный штраф за халатное отношение к имуществу, охота на беглых рабов стала просто прибыльным делом. Отчаянные головорезы из свободных бедняков в частном порядке предлагали свои услуги по отлову рабов, принимая в оплату меньше половины того штрафа, который пришлось бы платить хозяину государству. Кроме того, раб снова возвращался его владельцу. Понятно, что при всех этих обстоятельствах судьба беглеца или беглянки была ещё более незавидной, а наказание за побег становилось изощренно показательным и назидательным. - Провидение, будь к ней милосердным, - прошептал Ияри, покидая площадь и сворачивая к зданию Территориальной Канцелярии. Когда он подошёл к воротам, его сразу же впустили, и один из работников вызвался сопроводить его в ту часть здания, что служила резиденцией Территориального Канцлера. Открыв дверь в столовый зал, сопровождающий покинул Ияри, и тот последовал в глубину комнаты. Территориальный Канцлер уже сидел во главе щедро накрытого стола. Рядом, по правую руку от хозяина дома находился молоденький миловидный юноша, а по другую сторону стола – Саргон и Юнан. - Садись туда, - Территориальный Канцлер кивнул ему на место рядом с незнакомцем. Ияри присел и бросил недоумевающий взгляд на Саргона, но тот уже сосредоточился на еде. - Как забавно получилось, - рассмеялся Территориальный Канцлер, - рабы напротив господ. Вроде за одним столом, но все равно по разные его сторону. Ияри бросил мимолетный взгляд на юношу. Тот был слишком хорошо одет, слишком ухожен, слишком выспавшимся и слишком сытым для любого из канцелярских рабов. По сравнению с наказанной на площади рабыней он казался не просто свободным, но господином. - Мой мальчик сегодня молчалив, - Территориальный Канцлер протянул руку и погладил своего раба по щеке, словно котёнка. Юноша прильнул к его руке, но глаз так и не поднял. Ияри же словно уловил в голосе хозяина раба некий скрытый смысл, но отбросил свои догадки сосредоточившись на словах Саргона. - Тем лучше, - проговорил тот, бесцеремонно выкладывая еду из общего блюда на свою тарелку. Затем он протянул его Юнану, и тот в той же манере, что и Саргон, приступил к самообслуживанию. - Вы определённо нравитесь мне, парни, - рассмеялся Территориальный Канцлер. - Сочувствую, - ответил Саргон. - Мы женаты, - передавая блюдо смутившемуся Ияри, будничным тоном добавил Юнан. Раб взял блюдо и, помешкав, положил немного еды себе, а затем протянул её сидящему рядом парню. Тот поднял взгляд на хозяина и, уловив его кивок, поднял руки, которые до этого держал под столом. Звон металла прорезал тишину и все заметили, что руки и ноги юноши скованы одной золоченной цепью. Раб вернул блюдо на центр стола, а затем взял нож и вилку и стал резать и без того небольшие кусочки мяса на ещё более мелкие. Затем он подцепил один из них вилкой, но поднёс её ко рту так, будто попытался отправить кусочек сразу за щеку. Ияри опустил взгляд, чтобы не смущать его ещё больше и принялся за свою порцию. Ему показалось, что он ещё никогда не ел ничего более вкусного, чем этот неожиданный ужин. Мельком Ияри улавливал суть разговора Саргона и Территориального Канцлера, которые обсуждали будущую сделку, но не вдавался в детали. Всё, что он понял, так это то, что они сговорились на некой фиксированной сумме за возможность спокойно покинуть город. Также Территориальный Канцлер должен был получать некую определённую сумму ежемесячно взамен на что обязывался сообщать достоверную информацию о передвижения армии и готовящихся военных операциях. Кроме того, он гарантировал, что при штурме, если тот состоится, подвластные ему территории сдадутся без сопротивления. Взамен Саргон гарантирован ему его полную неприкосновенность, а также сохранность права на имущество, принадлежавшее тому на момент штурма. - Теперь самое главное, - Территориальный Канцлер отодвинул от себя тарелку и снова наполнил свой бокал. – Деньги за вас нужны мне уже утром. - Тогда нам уже стоит отправиться за ними, - вставая из-за стола, произнёс Саргон. - Он, - Территориальный Канцлер кивнул на Юнана. – За деньгами пойдёт он. Ты останешься тут. Он протянул бокал с виски Саргону. - Как я и говорил, вы мне нравитесь, но не на столько, чтоб я позволил вам меня поиметь. Саргон принял бокал, но так и не отвел взгляд от своего собеседника. - И ещё, - улыбнулся тот, - думаю, я заслужил бонус. Подарите мне его, - он кивнул на Ияри. Саргон бросил на него мгновенный взгляд и по ужасу в глазах Ияри понял, что парень явно не счастлив такой перспективе. - Рад бы, - пожал плечами Саргон, - только реалии таковы, что с недавних пор мой брат за него, - он указал пальцем на Ияри, - скорее заплатит, чем даже за меня. Знаменитый Командир Джераб питает к нему… некую, скажем так, слабость. Даже несмотря на свой скоропалительный брак. - Ах вот оно что, - поджав губы, вздохнул Территориальный Канцлер. – Ну вот видишь, сладкий, - он оглянулся на своего раба, - твои жертвы были не даром. Не побывать в моей спальне уже никому, кроме тебя, видимо. Затем он обернулся к Саргону. - Я провожу тебя в твою комнату, - проговорил он, отбирая у того уже пустой бокал. – Сбежать не пытайся, никто не может покинуть здание после шести вечера без подписанного лично мной пропуска. А его я подпишу только для них. Он кивнул на Юнана и Ияри. - Как мы можем тебе доверять? – ступил вперёд Юнан. – Саргон не останется тут один. - Он не в моем вкусе, хоть и красавчик, - сально усмехнулся Территориальный Канцлер. – Мне нравятся помоложе. Он перевёл многозначительный взгляд на Ияри. - Я останусь, - вдруг проговорил он. – Саргон не будет один. - Охренеть, защитник, - Саргон закатил глаза, но Ияри уже встал позади него, давая понять, что не оставит его одного. - Ну тогда, тебе скучать всю дорогу, - Территориальный Канцлер подмигнул Юнану. – Я бы послал с тобой его, - он кивнул на своего раба, - но после того, как я велел удалить ему язык, чтобы он никому не мог растрепать о моих делах, собеседник он так себе… больше слушатель… Ияри почувствовал, как внутри него все похолодело. Он почувствовал себя словно в ловушке, понимая, что если Территориальный Канцлер упрется, то все равно заполучить его. Но благодарность к Саргону, который хотя бы попытался спасти его от этой участи, перевешивала естественное желание убраться отсюда как можно скорее. Территориальный Канцлер выписал Юнану пропуск, а затем сопроводил Саргона и Ияри в одну из спален. - Ненавижу спать в одежде, - проворчал Саргон, сокрушенно качая головой при звуке запиравшего их снаружи ключа. – Как будто я её одним плечом ни вышибу. Пройдя к кровати, он плюхнулся на постель поверх одеяла. Ияри прошёл к небольшой тахте в углу комнаты и начал снимать выданные ему перед походом ботинки. - Не советую, - бросил прикрывая глаза рукой Саргон. – Пламя его знает, какая предстоит ночка и как и когда нам понадобиться бежать. - Понял, - кивнул Ияри, снова натягивая уже снятый ботинок. - Чего ты вообще остался? – выдохнул Саргон, сдвигаясь к краю кровати. - Ну… - потянул Ияри. – Может вам понадобиться моя помощь… - Помощь? – усмехнулся Саргон. - Так ведь Пламя его знает, какая предстоит ночка, - ответил Ияри. - Иди сюда, - Саргон похлопал по постели. – Ложись. Как вытянешься, услышишь, как кости захрустят. Ияри робко подошёл к постели. - Свет приглуши только. Он снова встал, выключил общее освещение, а затем приглушил светильники на прикроватных тумбочках. - Только не приставай ко мне, - поворачиваясь к нему спиной, проворчал Саргон, но затем вдруг резко подскочил и сел на коленях, пристально глядя в испуганные резкостью его движений глаза Ияри. - А как ты читать-то научился? – почти вскрикнул он. - Хилини научила, - выпалил растерявшийся Ияри, но тут же побледнел и почти захлебнулся вздохом, понимая, что проговорился. - Хилини? – переспросил ошарашенный Саргон, но тут же хлопнул себя открытой ладонью по лбу. – Конечно же! Хилини! Ты ведь раб Зераббабеля. И видимо тот самый раб, которого он сослал на виноградники и велел бесконечно сечь из-за того, что он обнял его Хилини. - Его Хилини? – теперь почти вскрикнул уже Ияри. - Ну он же считал её своей, - Саргон снова откинулся на подушки. – Мучал и насиловал почти каждый день, - проговорил он, закрывая глаза. – Пытал так, что не могу поверить, что она после этого выживала. Даже не знаю, почему она не покончила с собой. И что только держало её на этой земле? Ияри замер, не в состоянии сказать ни слова. Он впервые физически почувствовал что такое разбитое сердце. Миллионы осколков пронзили его грудь, и ему стало трудно, почти невозможно дышать. Хилини. Его, именно его, а не какого-то там ублюдка, Хилини. Его Хилини. Этого не могло быть. Просто не могло. Горячие слезы потекли по его щекам, и он был благодарен приказу Саргона приглушить освещение. - Какой она была? – вдруг спросил Саргон. - Что? – пытаясь унять дрожь в голосе, переспросил Ияри. - Какой была Хилини? – повторил Саргон. - Невероятной, - после долгой паузы, выдохнул Ияри. – Она была невероятной. И, кажется, я только сейчас это понял, - добавил он почти неслышно. - Он написал о ней почти целый роман, - усмехнулся Саргон. – Неужели, ты этого не замечал? - Меня сослали меньше, чем через пол года, как он приехал, - будто попытался оправдаться Ияри. - Так он начал насиловать её уже через пару дней, как приехал, - не замечая ужаса своего собеседника, Саргон отвернулся в противоположную сторону и поправил подушку. – Ей ещё шестнадцати не было. Но ты, видимо, был не домашним рабом и редко с ним сталкивался. - Я следил за садом, - Ияри поднялся с постели, подошёл к окну и украдкой стёр слезы. Огни торговой площади поблескивали где-то вдали, напоминая ему о увиденной днем сцене. - Он прям помешан на ней был, - не осознавая своей жестокости, продолжил Саргон. – Видимо, она и в правду была чудесной. - Самой лучшей, - проговорил Ияри будто самому себе. – Самой доброй, самой отзывчивой, самой чуткой и заботливой. И самой красивой. В мире нет и никогда не будет человека лучше моей Хилини. - Твоей Хилини? – Саргон оглянулся на него, но Ияри продолжал стоять к нему спиной. – Ты что,.. - Саргон будто только сейчас стал осознавать все, что только что произошло. – Ты что… Ты любил её? - Больше всего на свете, - не удержавшись, всхлипнул Ияри. – Больше всего на свете! Слезы безудержное потекли по щекам, а через секунду он почувствовал, как рука Саргона легла на его плечо. - Я не знал, - дрожа всем телом, произнёс Ияри. - Я не знал… - Ты бы все равно не мог ей помочь, - попытался оправдать его Саргон. – Он был её хозяином и имел на неё все права… - Неужели… - Ияри оглянулся на Саргона, и в его глазах ещё теплилась надежда. – Неужели это правда? Может… может… - Ромина сказала, что правда, - рука Саргона соскользнула с его плеча. – Хотя потом стала отрицать то, что было написано там о ней самой. - Ромина? – Ияри замотал головой, будто отгоняя мысли. - Странно, что она тебя не узнала, - удивился Саргон. – Хотя, возможно ей было плевать на… - Госпожа не узнала меня, потому что я сильно изменился, - Ияри пришлось напрячься, чтобы его ложь вышла более менее складной. – Раньше меня всегда брили налысо. Не знаю почему. Надсмотрщику так нравилось больше. Он не трогал волосы только у женщин и у самого себя. Мужчинам всегда весел бриться налысо. - Думаешь, поэтому? – Саргон скептически пожал плечами. - Та, кого вы зовёте госпожой, - Ияри подобрал наименее лживое определение, - никогда бы не причинила вреда ни одному рабу или рабыне. Она всегда была добра ко всем. Даже к тем, кто этого вовсе не заслуживал. Саргон смутился и, отойдя, вернулся к кровати, сев спиной к Ияри. - Ты мог и не знать, - возразил он. - Это я знаю точно, - твёрдо ответил Ияри. – Госпожа бы никогда не поступила плохо. Саргон с минуту хранил молчание, затем лёг на постель и закрыл глаза. - Сейчас дежуришь ты, - проговорил он. - Ближе к четырём разбуди меня, и засыпай сам. - Хорошо, - кивнул Ияри, снова отвернувшись к окну и вглядываясь в огни торговой площади. Стрелки часов на дальней стене медленно полезли вперёд, но Ияри даже не думал о сне. Зарево, поднявшееся с Востока, стало медленно освещать небо. Часы давно миновали четвёртый час, но Ияри не видел никакого смысла в бодрствовании двоих и давал Саргону выспаться. В конце концов тот был прав, Пламя знает, что ещё ждёт их в этот день. Ближе к шести утра Ияри заметил, как в ворота заходят Юнан и Ашур. Ашур при этом нёс спортивную сумку, которую небрежно перекинул через плечо. - Госп… - осекся Ияри. – Саргон! Поспешно подойдя к кровати, он потряс его за плечо. - Вставайте скорее! – проговорил он и через секунду уже был повален на кровать. Саргон навис над ним, прижимая невесть откуда взявшийся нож острием к его глазу. Ияри дёрнулся и от этого острие царапнуло скулу, но Саргон лишь крепче придавил его к постели. - Твою мать, Ияри! – выдохнул он через секунду и, отпрянув назад, подал ему руку, чтобы парень поднялся. - Кто ж так будит! Саргон отступил назад, взял со стола салфетку и окунул её в стакан с водой, стоявший на прикроватной тумбочке. - Благодари Богов, что ты ещё жив! Он протянул мокрую ткань Ияри и тот прижал её к царапине на лице. - Надеюсь, шрама не будет, - Саргон вылил остаток воды себе на ладонь и умыл лицо, капая прямо на пол. - Ваши друзья тут, - проговорил Ияри. – Кажется, принесли деньги. - Отлично, - Саргон поправил мятую одежду и присел, чтобы перешнуровать ботинки. В этот момент ключ в замочной скважине сделал два оборота и дверь открылась, а за этим последовал уже знакомый звон цепей. Раб поклонился и кивком головы указал на то, что они могут выйти из комнаты. Саргон шёл по коридору уверенным размашистым шагом, а Ияри старался смотреть в пол, чтобы не столкнуться взглядом с рабом. Ему почему-то казалось, что тот очень хотел бы сказать ему что-то, но… причина его молчания была очевидна. Раб сопроводил их обоих в обеденный зал. На этот раз стол был накрыт только на половину, а на свободной части столешницы лежала карта. - Бери чай, - не здороваясь, произнёс Территориальный Канцлер и прошёл к карте, - и какой-нибудь бутерброд. Саргон быстро схватил первое, что попалось ему под руку и последовал за хозяином дома. - В ближайшую неделю три диверсионные группы планируют пересечь линию фронта вот тут, - он ткнул пальцем в мост, который группа Юнана обошла стороной, - а ещё тут и тут. Его пальцы блуждали по карте, а Саргон, Юнан и Ашур внимательно следили за каждым его движением. - Всё они хорошо знают язык и их главная задача затесаться среди местного населения, произвести разведку, несколько диверсионных акций и скрыться. Короче, - он с усмешкой оглядел офицеров Консулата, - сделать то, что вам так и не удалось. - Ой ли, - съёрничал Ашур, кивнув на сумку в дальнем углу. - Когда именно они планируют начать операцию? – Саргон снова вернул всех к теме разговора. - Приказа ещё не было, - Территориальный Канцлер тоже решил проигнорировать выпад Ашура. – Но он может быть отдан в любую минуту. - Сколько их? - задумчиво глядя на карту, уточнил Юнан. - Пока в город прибыло 48 человек, - ответил тот. – Но сколько из них пересекут линию фронта – ещё не известно. Сейчас Верховный Канцлер так боится предательства, что приказы отдаются непосредственно перед их выполнением. Ашур снова хмыкнул, но никто не обратил на него внимания. Ияри, старавшийся держаться в стороне, но волей-неволей прислушивавшийся к их разговору, вдруг вздрогнул от прикосновения чьей-то руки к своему плечу. Оглянувшись, он увидел раба, который протягивал ему чашку с чаем. - Спасибо, - едва слышно произнёс он. Раб сочувственно посмотрел на него и коснулся своей скулы. Ияри машинально потянулся рукой к своей и почувствовал запершуюся кровь. - Не больно, - он постарался улыбнуться. – Случайно вышло. Раб попытался объяснить что-то ещё, но Саргон уже окрикнул Ияри и тот был вынужден вернуть чашку. - Думаешь, он говорит правду? – тихо произнёс Юнан, когда они сбегали по ступенькам. - За те то деньги, что ему прислали? – ухмыльнулся Ашур. – И тем более, за каждый новый донос ему заплатят мое полугодовое жало… - Ну не ной ты! – Юнан похлопал его по плечу. – Иди, поплачься госпоже, авось и за тебя заплатит… - Что? – Саргон вдруг резко остановился перед самыми воротами здания. – Что ты сказал? Юнан на мгновение опустил глаза, а затем резко поднял голову. - Ты не сказал мне, что Командир… то есть Военный Комендант не знал о том, что ты уходишь с нами! – жёстко произнёс он. – Я хотел оставить этот разговор на тот момент, когда мы переберемся к своим, но ты начал первым! Джераб сотрёт меня в порошок, если узнает, что я взял тебя без его на то разрешения. По факту, ты дезертир, покинувший расположение и перешедший линию фронта. Я же – пособник! Юнан сверлил Саргона взглядом. - Если бы Джераб узнал ещё и о том, что ты тут в плену… - Я не был в плену, - прошипел Саргон. - Конечно, - растянулся в улыбке Юнан. – В гостях ты был! Саргон опустил голову. - Так вот, если бы Джераб узнал об этом, в этот раз меня бы уже не строевая порка ждала, а дай Провидение, чтобы не расстрел. - Пошли отсюда! – напомнил Ашур, скептически оглядывая окна зданий. - И я не придумал ничего лучше, чем обратиться к госпоже, - отворачиваясь от Саргона и следуя на Ашуром, продолжил Юнан. – Она дала мне денег и помогла не попасться на глаза Военному Коменданту. А Ашура я встретил по дороге, и он вызвался пойти со мной. Остальные ребята ждут в лесу с ночи, чтобы Джераб не задумался, почему одни уже вернулись, а другие – ещё нет. - Пойдёмте, - Ияри коснулся руки Саргона и тот словно только очнулся. Прибавив шаг, он нагнал Юнана и Ашура, но шёл на шаг позади них. Ияри видел, как он смущен и, казалось, полностью поглощен своими мыслями, и старался идти как можно тише. Выйдя на площадь, которая в столь ранний час была ещё пуста, Ияри скорее машинально, чем осознанно, оглянулся в сторону лавки в дальнем углу. Девушка все ещё стояла на ступеньках, а её руки все ещё были привязаны к верхней перекладине. Хозяин не сжалился над ней и не отменил наказание даже на ночь. Её голова была опущена вниз, но это уже не были попыткой прикрыться – это было бессилие. Ияри горько усмехнулся, вспоминая, как ещё несколько часов назад он просил у Провидения милосердия к бедной истерзанной рабыне. Теперь все было иначе. Судьба Хилини, правда о бесчеловечности Зераббабеля, позвякивание цепей и немой взгляд раба Территориального Канцлера – все сплелось воедино. - Проведение да дарует тебе быстрое избавление, - неслышно прошептал он, будто впервые осознав всю безнадёжность её судьбы. - И пусть душа твоя обретет новую жизнь или покой, - договорил он ритуальную фразу. Мужчины покинули пределы города тем же путем, что и попали сюда. По лесу шли в полнейшей тишине. Так же, не сговариваясь, но абсолютно синхронно перешли реку. Выйдя к своим через несколько часов, они, наконец, позволили себе расслабиться и немного передохнуть. - По машинам, - наконец, произнёс Юнан, и нарочито сел не в тот автомобиль, к которому направился Саргон. - Ещё одна обиженная неженка, - выдохнул тот, забираясь во внедорожник, в который, следом за ним, сел и Ияри. Дорога на виллу показалась ему короче, чем когда они ехали в лес вчера. То ли водитель вёл быстрее Ашура, то ли Саргону очень хотелось оттянуть момент встречи с братом. Но рано или поздно, ворота виллы распахнулись, и автомобили въехали в парковую зону. Припарковавшись около ступенек, Юнан соскочил с подножки и стал раздавать быстрые распоряжения. Отпуская часть солдат поспать, другим веля отогнать машины прежде, чем отправиться на отдых, он так же отпустил и Ашура. - Только не болтай, прошу тебя, - напомнил он тому напоследок, и Ашур кивнул в ответ. - Господин Военный Комендант ждёт вас с кабинете, - проговорил молоденький солдат, вышедшей из дома. Юнан кивнул, а затем бросил через плечо. - Вы! Оба! За мной… - Ни фига себе он раскомандовался, - недовольно пробурчал Саргон, но последовал за Юнаном, слыша позади себя шаги Ияри. Когда они вошли в кабинет, Джераб окинул их хмурым взглядом, никак не среагировав на приветствие своих офицеров, прижавших кулаки к сердцу. Ияри стоял позади них, сложив руки чуть ниже живота и покорно опустив голову, как и полагалось рабу в присутствии господина. - Господин Военный Комендант… - начал было Юнан, но Джераб остановил его жестом. - Минутку, - попросил он. – Ещё не все собрались. Саргон и Юнан удивлённо переглянулись, но никто из них не знал ответа на безмолвный вопрос. В этот момент раздался тихий стук в дверь, а затем она отворилась и на пороге появился Аран, пропускавший вперёд себя Ромину, на плече которой сидела птица. Саргон заглянул в дверной проем, который становился все уже из-за того, что Аран снова закрывал дверь, и заметил в коридоре Лилит, которая тоже высматривала его в кабинете, и по всему её виду было заметно, как сильно она нервничает, кусая губы. Дверь затворилась, он потерял её из виду и снова оглянулся на брата. - Ты звал меня? – удивлённо спросила Ромина. Джераб на улыбке, которая впрочем не сулила ничего хорошего, указал ей на кресло рядом со столом, за которым он сам сидел, и она последовала его приказу. - Теперь слушаю, - Военный Комендант перевёл взгляд с жены на Юнана. - В ходе операции, - затараторил тот, - нами было установлено, что в прифронтовой зоне на данный момент концентрируется военный контингент противника, специально обученный для проведения диверсионных операция. Всё они хорошо знают язык. Дата начала операции неизвестна, однако доподлинно установлено, что враг планирует пересечь линию фронта в трех точках – по контролируемому ими речном мосту, в также в трех и десяти километрах севернее него . - И сколько их? – Джераб откинулся в кресле, краем глаза наблюдая за тем, как Ромина не может скрыть своего недоумения от того, что она тут делает. - На данный момент в городе находится контингент из сорока восьми человек, однако источник сообщает, что решение о переброске конкретного количества ещё не принято. Таким образом, будет ли их больше или меньше… - Их будет меньше, - перебил его Саргон. – Большая группа привлечёт слишком много внимания и… - Заткнись! – совершенно спокойно проговорил Джераб, а затем снова перевёл взгляд на Юнана. – Продолжай! - Основной целью групп является максимальное внедрение в массы местного населения, разведка, а также проведение диверсионных акций. - И ты говоришь, что дата начала неизвестна? – уточнил Джераб. - Наш источник утверждает, что приказ может быть отдан в любую минуту. Он также подчеркнул, что Верховный Канцлер опасается утечки информации и отныне все, в том числе и этот, приказы отдаются непосредственно перед началом той или иной операции. Джераб опустил голову и замолчал. Проведя несколько минут в глубокой задумчивости, он, наконец, встрепенулся и обратился к Арану. - Пожалуйста, забери Ияра и отнеси его в клетку. Аран кивнул, снимая птицу с плеча госпожи. - Затем сообщи всем, что Совет состоится через сорок минут. Аран снова кивнул и покинул кабинет, бросив пристальный взгляд на стоявшего позади всех раба. - Теперь ты, - Джераб указал пальцем на Ияри, который был уверен, что господин Военный Комендант даже не замечает его присутствия. – Что с твоим лицом? Ромина вздрогнула, впервые решившись посмотреть на него. - Я поцарапался, господин, - проговорил он. - Я осмотрю рану, - Ромина поспешно вскочила со своего места, но Джераб холодно и чётко произнёс ледяное: - Сядь! Ромина опешила, отступила и опустила голову, едва удерживая себя на месте. - Не стоит волноваться, госпожа, - поспешно проговорил Ияри. – Вы всегда так помогали всем нам. Ромина с удивлением подняла на него глаза. - Я как раз рассказывал офицеру, - он кивнул на Саргона, - как вы всегда были к нам добры. - Вы знакомы? – Джераб удивлённо приподнял брови. - Госпожа не помнит меня… - Ещё бы ей помнить какого-то раба, - закатил глаза Саргон. - Что не ясного в приказе «заткнись»? – Джераб смерил его взглядом, а затем снова обернулся к Ияри. - Но я служил садовником у господина Территориального Канцлера Зераббабеля, - закончил Ияри. - Ах вот оно что, - Джераб потёр переносицу. – Юнан, от него был толк? - Он провел нас так, что они ни разу нас не заметили, - проговорил тот. - Отлично, - теперь Джераб потёр виски, будто его мучала головная боль. - Ияри, - проговорил он. – Тебя ведь так зовут? - Да, господин Военный Комендант, - проговорил он. - Так вот, Ияри, сходи на кухню и попроси, чтобы тебе обработали рану. Затем поешь и иди спать. - Да, господин, - кивнул раб и поспешно вышел. Едва дверь за ним захлопнулась, как Джераб снова перевёл взгляд на Юнана. - Ты знал, что он ушёл самовольно? – спросил Военный Комендант. - Нет, - покачал головой Юнан. – Но я не спросил об этом, хотя должен был. - Отлично, - кивнул Джераб. – А когда ты пришёл к моей жене за деньгами, ты уже знал? В кабинете воцарилась тишина, а, не подчинившаяся приказу мужа и стоявшая все это время на ногах, Ромина буквально рухнула в кресло. - Из сейфа пропали деньги, - проговорил Джераб. – Деньги Зераббабеля, а значит купюры Канцелярии, которые, если кому и пригодятся, то только по ту сторону от фронта, - размеренно продолжил он, внимательно разглядывая свое отражение в полированной поверхности столешницы. – Так как код знали только я, мой отсутствующий тогда уже несколько часов брат и моя жена, я сделал логический вывод о том, кто все же его открывал. Джераб поднял взгляд. - Но для начала вернёмся к вопросу, - он кивнул на Юнана. – Вернувшись за деньгами, ты уже знал, что Саргон ушёл самовольно? Иначе ты бы пришёл за деньгами ко мне, верно? - Господин Военный Комендант, - Юнан не выдержал его взгляд и опустил глаза в пол. – Когда я вернулся на виллу, я увидел девушку… Ли… Ли… Он поморщился, вспоминая имя. - Лилит, - подсказал Саргон, усмехнувшись. - Она плакала и просила меня ответить, почему я вернулся без Саргона, - продолжил Юнан. – Она боялась, что с ним что-то случилось, а потом добавила, что, даже вернись он живой, вы его все равно прибьете, так как он покинул виллу, не получив от вас приказа или позволения. Тогда я понял, что идти за деньгами к вам… Юнан замолчал. - И ты решил втянуть в заговор против меня мою жену? – Джераб поднялся со своего месте и подошёл к Юнану, встав перед ним. - Виноват, господин Военный Комендант, - тихо произнёс он. Джераб замер, словно не решив, что именно он сделает со всеми участниками этого сговора. Затем он развернулся к ним спиной и вернулся к столу. - Юнан, - стоя к нему спиной, проговорил он, - я жду тебя на Совете через сорок минут. Но прежде сопроводи Саргона в его спальню, велев ему не покидать её. - Джераб, я… - попытался заговорить Саргон. - Заткнись! – в третий раз выдохнул Джераб.