возвращение

      ветер подбирает твои волосы с плеч, когда ты открываешь двери балкона своей детской комнаты. прошло уже больше пяти лет, как ты уехала из родительского дома, в начале это была старшая школа в другом городе, а потом на ее место пришел университет. если в школьные годы ты еще проводила каникулы дома, то с поступлением в ВУЗ, в родной город приезжала крайне редко, да и всего на пару дней. одноклассники, друзья и подруги остались здесь, вместе со всеми теплыми воспоминаниями, которые проносятся перед глазами каждый раз, когда ты все-таки возвращаешься. одно такое воспоминание больно кольнуло где-то в груди, когда ты увидела пустой соседский балкон. глупо было надеяться, что он тоже вернулся домой сейчас, что он тоже захотел выйти на балкон в эту секунду. ты не видела его с летних каникул после выпускного, а то, что вы учились в одном городе не спасало. хотя ты более чем уверена, что холод между вами появился еще раньше, когда он не смог смириться с твоим переводом в другую школу. игнорировал все сообщения неделю, обижался, как ребенок. и только сейчас понимаешь, что может он и был им тогда, впрочем, как и ты.       смотреть на этот балкон становится совсем невыносимо и ты отворачиваешься, теперь прожигая взглядом солнечный диск, уходящий за горизонт розовым закатом. невольно вздыхаешь, поджимаешь руки ближе к себе, поежившись от прохладного ветерка. и все-таки ты скучаешь по нему. по его заинтересованным во всем, что ты говоришь, глазах, по его детской и невероятно милой улыбке, по смеху, который заставлял и тебя смеяться даже в самые грустные моменты. не удивительно, что именно он был твоей первой любовью. а может и единственной? ведь все отношения в старшей школе и университете заканчивались быстро. каждый из твоих бывших так и норовил изменить в тебе что-то, подогнать твои настройки под свои, сделать удобной. именно в этот момент все чувства испарялись, как по щелчку пальцев. благо ты была достаточно осознанной, чтобы распознавать манипуляции еще в самом начале. кажется, только он принимал тебя такой, какая ты есть и любил. да, ты уверена, что он тоже любил тебя, это всегда было нечто большее. больше, чем дружба, больше, чем просто общение и ты все еще надеешься, что это станет чем-то большим, чем воспоминания из детства. но похоже не в этот раз.              становится совсем холодно и ты заходишь обратно в комнату. ты не успела сесть на кровать, слышишь стук в дверь и почему-то удивляешься, когда видишь маму на пороге. ожидала кого-то другого?       — мы уезжаем и вернемся только завтра, твоя тетя просит помочь ей с прорвавшим краном, так что это надолго, — она подходит ближе и целует в голову, где-то в районе макушки, — ты приехала отдохнуть, поэтому тебя с собой брать не будем. выспись, еда в холодильнике, — она приобнимает тебя и выходит из комнаты.       слышишь громкий звук захлопнувшейся входной двери и наконец-то ложишься на кровать. такие поездки должны расслаблять, но в первый день ты всегда ощущаешь себя уставшей то ли от длительного пребывания в пути, то ли от непривычного присутствия родителей рядом. резкий глухой звук, будто что-то на балконе тяжелое упало, заставляет тебя вздрогнуть и ты тут же принимаешь сидячее положение. кто-то проследил, что твои родители уехали и решил пробраться в дом? одной рукой хватаешься за лампу с прикроватной тумбы, попутно выдергивая ее из розетки, а второй прикрываешь рот, чтобы не закричать. ты миллион раз представляла, как подобное могло бы произойти в общежитии, но точно не ожидала встретить грабителя здесь. нервный ком застревает поперек горла, когда ты слышишь тяжелую подступь, он уже совсем рядом. из-за балконной двери показывается голая ступня преступника и мысль почему же на нем нет обуви успевает только быстро промелькнуть в голове, как тут же в проеме появляется его голова и знакомые глаза начинают бегать по комнате. встречаетесь взглядом и сердце пропускает удар.              — Чонгук? — от волнения голос дрожит и ты все еще с ужасом в глазах смотришь на парня.       — прости, напугал? — он, немного улыбаясь? указывает на лампу в твоей руке, его похоже эта ситуация забавляет, — дверь твоего балкона была впервые открыта за эти годы, я не смог сдержаться.       — я, конечно, скучала, но скажи мне, ты придурок?! — ты повышаешь тон, — я так испугалась, ты же знаешь, я всегда боялась, что кто-то сюда заберется!       — да, поэтому ты приказывала мне по ночам следить за твоим балконом, — теперь он улыбался шире, той самой теплой улыбкой.       оттаиваешь под его пристальным взглядом, а он подходит ближе, перекладывает лампу из твоих рук обратно на тумбу и садится на кровать рядом с тобой. секунду молча смотрите друг другу в глаза, но он разводит руки и ты тут же бросаешься к нему в объятия. прижимаешься так тесно, что от хватки самой становится больно, но только так ты можешь убедить себя в том, что он реальный и правда сейчас сидит перед тобой. его большая теплая ладонь обжигая спину, поглаживает, вторая устроившись на твоей талии, прижимает тебя еще ближе. ты слышишь, как он глубоко вдыхает, носом зарываясь в твои волосы и повторяешь за ним, тянешь его запах, касаясь кончиком носа шеи, заставляя парня вздрогнуть.       — ты что, пользуешься тем же шампунем, что и пять лет назад? — ты слышишь, как он улыбается, ощущая родной запах спустя долгое время, — я скучал, — он говорит тихо, сильнее сжимая тебя в объятиях.       а ты без слов даешь понять, что чувствуешь тоже самое, крепче стискивая парня в своих руках. вы обнимаетесь до неприличного долго и когда неловкость все же тебя настигает, ты первая отстраняешься от него. его рука, все еще покоящаяся на твоей талии, притягивает тебя, заставляя сесть поближе, плечом к плечу.       — наши расписания, кажется, еще ни разу не совпадали, — говорит Чонгук, кладя свою голову на твою, — я рад, что мы наконец-то встретились. кажется, мы виделись в последний раз год назад, но я тогда уезжал, а ты только вернулась.       — я тоже очень рада, — рукой зарываешься в густых волосах парня.       — да? а судя по твоим постам в инстаграм, ты обо мне даже не вспоминаешь! — резко выпрямившись, возмущается он, обиженно надувая губы.       — у меня не было друзей ближе тебя, Чонгук, — сразу зарывая все сомнения, говоришь ты, смотря парню в глаза.       но он все равно остается не доволен таким ответом, что даже убирает руку, которой приобнимал тебя все это время.       — мне очень тебя не хватало, правда! — тебя задевает такая реакция, потому что ты и правда очень скучала, буквально страдала без него, — когда я видела зайцев, неважно где и в каком виде, живых, плюшевых, на иллюстрациях в книжках, я всегда вспоминала тебя! каждый раз, когда я пью бабл ти, я вспоминаю, как пробовала его с тобой в первый раз! про фильмы марвел я вообще молчу, это ведь ты мне их показал, и на каждой премьере я думаю о том, что было бы так здорово, сиди ты за соседним креслом! — тараторишь ты, пытаясь убедить его в своей искренности.       вдруг останавливаешься, замечая, что его взгляд не такой, как был раньше. он все еще слушает тебя очень внимательно, его глаза все также горят, но сейчас он смотрит куда-то ниже твоих глаз. смотрит так пристально, что ты будто ощущаешь тепло на губах от этого обжигающего взгляда.       — я искала тебя в каждом человеке, которого встречала все это время, — тише говоришь ты, будто боясь его отвлечь, хочешь, чтобы он продолжал смотреть на тебя именно так.       — а я не искал, — он все равно переводит взгляд на твои глаза, хихикает, когда видит в них каплю разочарования, — мне нужна только ты, другие не подойдут.       в этот момент ты забываешь, как дышать, не в состоянии даже выразить удивление, которое вызвала его последняя фраза. и что это должно означать?       — ты правда думаешь, что мы друзья? — он снова возвращается к рассматриванию блеска на твоих губах, — будь мы ими, общались бы даже на расстоянии. договаривались бы вместе ездить домой, мы учимся в одном городе, ты это помнишь? — начинает он тот самый разговор, которого ты так боялась, — разве ты не избегаешь меня? — ты растерянно машешь головой в отрицании, — почему тогда не позвала меня на «войну бесконечности»? ты боишься встречи, да? — он вдруг отворачивается, — как давно ты поняла, что нравишься мне? ты ведь просто не хочешь разбить мне сердце и поэтому не выходишь на контакт? — спрашивает он, с такой грустью в глазах, что внутри все переворачивается.       черт, как же получилось такое недопонимание? ты с трудом перевариваешь полученную информацию. заветное признание не входило в твои планы для этой поездки. собираешься с мыслями из последних сил и остатков разума, лишь бы не облажаться.       — ты дурак, — это точно не то, что ты хотела сказать, что за защитные механизмы, чувства должны были взять вверх в такой ситуации, — я хотела сохранить дружбу. да, видела твои чувства, но не видела действий. поэтому решила, что ты не хочешь таких отношений, — старалась правильно подобрать слова, но звучит так, будто обвиняешь его в собственной неуверенности, поэтому пробуешь еще раз, — ты слишком сильно нравишься мне, чтобы потерять с тобой хотя бы такую связь.       теперь зрачки от удивления расширяются у Чонгука, он несколько раз хлопает глазами, в голове прокручивает то, что ты только что сказала и уже сам сомневается в реальности происходящего.       — то есть, мы отдалились от того, что нравились друг другу? — спрашивает он, а ты улыбаешься, потому что он всегда делал самые неожиданные, но в тоже время совершенно точно правдивые выводы.       — знаю, звучит, абсурдно, но… — закончить фразу не получается, ведь он стремительно приближается к твоему лицу, забирая способность разговаривать.       он смотрит на тебя из-под приспущенных ресниц и этот взгляд ты не узнаешь. идеально круглые, всегда любопытные зрачки вдруг потемнели и теперь готовы были поглотить тебя своей глубиной. они блуждают по твоему лицу, задерживаясь на твоих, раскрытых из-за таки несказанных слов, губах. рукой обхватывает твой подбородок, слегка приподнимая голову и давит большим пальцем, раскрывая губы еще больше. не успеваешь осознать к чему все это было, как его губы тут же накрывают твои. неожиданно для тебя самой, Чонгук целует требовательно, наваливается всем телом, заставляя тебя опуститься спиной на кровать. отрывает твои ноги от пола и закидывает их позади себя, устраиваясь так, чтобы удобнее было целовать. рукой упирается в кровать возле твоей головы, поглаживая второй твои порозовевшие щеки. если до этого момента ты еще как-то справлялась с процессом дыхания, то сейчас буквально задыхалась и уже даже была не против умереть от нехватки кислорода из-за его поцелуев. его губы слишком мягкие, слишком сладкие, не дают тебе оторваться даже на секунду. таким настойчивым, но при этом нежным, ты видишь и чувствуешь Чонгука впервые, смущаешься, когда очень вязкие, быстро проскальзывающие в голове мысли заставляют почувствовать напряжение где-то внизу. сводишь ноги от возбуждения, когда он полностью забирается на кровать и, подминая тебя под себя, отрывается от твоих губ, но лишь для того, чтобы одарить поцелуями шею и ключицы. тебе кажется, что даже его горячее дыхание оставляет ожоги на твоей коже, что уж говорить о поцелуях. но когда их сменяют укусы, которые он тут же заботливо зализывает, ты уже не в силах сдержать стоны. чувствуешь, как он расплывается в довольной улыбке прямо в поцелуе, оставленным за ухом, и наконец-то возвращается к твоим губам.       — постой, а твои родители, они же нас услышат, — напоминает он, но не отстраняется, ожидая, когда ты наберешь достаточно воздуха для следующего раунда.       — они уехали, их не будет, как минимум, до завтра.       и его ожидание быстро заканчивается в момент, когда ты, положив руки вокруг его шеи, тянешься за новым поцелуем. у него будто срывает крышу, он целует так жарко, требовательно и глубоко, пока его рука медленно скользит вверх по твоему бедру. останавливается на середине, сжимает, оставляя красные следы от пальцев, а у тебя вырывается приглушенный стон. не чувствуешь боли от его крепкой хватки, кажется, слишком увлечена растегиванием пуговиц на его рубашке. его ладони жаром проходятся выше, он цепляется за край шорт и в одно мгновение снимает их, оставляя тебя в уже намокшем белье.       он дышит быстро, горячим дыханием обдавая твои губы, снова целует и в том же темпе сплетает языки, что ты едва поспеваешь за ним. и больше не сдерживаешься, стонешь ему в губы, заставляя его нервно подергиваться от нарастающего неудобства в штанах. обмякшими пальцами расправляешься с последней пуговицей и наконец-то снимаешь рубашку, не без помощи ее обладателя. в этот момент тебе открывается вид на его прекрасно сложенное тело. похоже, за то время, что вы не виделись, он стабильно и усердно посещал спортзал. да так, что теперь ты не можешь отвести взгляда, хочешь без остановки касаться его торса, ни в коем случае не теряя физического контакта. ладонями поглаживаешь его грудь, ведешь вверх по плечам, не выдерживаешь и выгибаешься в спине, прижимаешься максимально, чтобы ощутить тепло его разгоряченного тела.       ткань твоей футболки между вашими телами мешает прочувствовать приятные прикосновения кожа к коже, поэтому Чонгук кладет обе руки на твою талию, пропуская их под надоедливый атрибут одежды и быстрым движением снимает его, отбрасывая куда-то на пол. возвращается к талии, аккуратно приподнимает тебя, подстраховывая спину и наконец-то прижимается всем телом к твоему. зарывается головой в шею, вдыхает твой запах и снова теряет голову. прикрывает глаза, оставляя засосы, по традиции, не забывая зализывать. неужели верит, что это облегчит эффект завтра утром? а ты, все еще прогнувшись в спине, чтобы ощущать рельефы его тела на своей коже, чувствуешь, как его возбуждение касается тебя через ткань джинс.       Чонгук отпускает тебя, на время оставляя твое тело без своего тепла, присаживается на коленях и задерживается в таком положении, чтобы получше рассмотреть тебя. его глаза превращаются в щелочки, он кусает губу и с нескрываемым желанием скользит взглядом по твоему телу, мечтая поскорее избавиться от остатков одежды на нем. но перед этим он освободит себя от уже довольно долго раздражающей его пах джинсовой ткани. растегивает пуговицу, а следом и ширинку, стягивая штаны с себя вместе с нижним бельем. такие незамысловатые действия, но они заставляют тебя снова свести ноги вместе, разжигая возбуждение внизу живота с новой силой. оставшись без единого лоскутка, который мог бы скрыть хотя бы малую часть его тела, Чонгук подползает ближе к тебе. раздвигает твои ноги, смотрит тебе в глаза и ладонью проводит по половым губам, заставляя тебя прогнуться в спине. улыбается похотливо то ли от твоей реакции, то ли от ощущения твоего уже насквозь промокшего белья. круговыми движениями ведет по клитору, а ты теряешь связь с реальностью, сжимаешь простынь с обоих сторон от себя, так сильно, что перед глазами появляются звездочки. он не спешит избавляться от белья и продолжает дразнить, то совсем мягко касаясь возбужденного места, то перекладывая руки на колени, разводя твои непослушные ноги в стороны. замечая твой просящий взгляд, он все же решает перейти к более активным действиям.       наконец, путаясь в собственном белье от нетерпения, ты снимаешь его, также отбрасывая в неизвестном направлении. он чувствует, как ты толкаешься ему в ладонь, когда проводит между ног в последний раз перед тем, как погрузиться с головой в твое возбужденное лоно. поглаживает внутреннюю сторону бедра и начинает ласкать, медленно посасывая клитор. от таких ярких ощущений у тебя закладывает уши, жмуришься так сильно, будто вот-вот потеряешь зрение, а желание внутри тебя только нарастает.       борешься с собой, приподнявшись на локтях, оттягиваешь его за волосы, а он в недоумении смотрит на тебя: готова? ты быстро киваешь и рукой тянешься к его половому органу. проводишь ладонью по всей длине и из уст Чонгука вырывается приглушенный стон. проводишь вверх-вниз по члену еще несколько раз, прежде, чем терпение у парня заканчивается, он откидывает тебя на спину, нависая сверху. накрывает твои губы своими, которые уже длительное время пустовали и были рады снова слиться в глубоком поцелуе. проводит своим возбужденным органом по твоему клитору, спускается ниже и тормозит на входе. отрывается от губ и смотрит на тебя, безмолвно спрашивая разрешения. вместо ответа ты одной рукой прижимаешься к парню, а другой направляя его член, наконец-то вводишь его в себя.       внутри тебя оказывается так тесно и жарко, что вызывает у Чонгука стон, сдержать который он уже был не в состоянии. он двигается медленно, растягивая удовольствие. сжимает талию обеими руками и входит глубже. теперь стонешь ты, раздвигая ноги еще шире, полностью принимая парня в себя. толчок, ты подрагиваешь под ним, а он тяжело дышит и начинает целовать твою грудь, которая все еще оставалась прикрытой. быстрым движением руки, он разрывает ткань, а ты ахаешь, похоже, он даже не думал пробовать решить дело через застежку. толчки становятся чаще, в их такт он посасывает твои затвердевшие от возбуждения соски. ты обвиваешь его ногами, руками царапаешь широкую спину, а он будто не замечает.       ускоряется, быстрее, быстрее, еще быстрее. мокрые шлепки, ваши громкие стоны, уже ничего не может смутить тебя сейчас, ведь он буквально выбивает из тебя навязчивые мысли, вдалбливаясь в твое тело с новой силой. он ведет дорожку поцелуев от груди к животу, а ты только и можешь, что шептать его имя снова и снова, прося больше, быстрее, грубее. из последних сил прогибаешься в спине, чувствуя его горячие грудь и пресс на себе. он рычит тебе на ухо, тоже приближаясь к завершению.       ты кончаешь первая, обмякаешь в его крепких руках. вместе с приятным удовольствием, по телу проходит дрожь из-за сильной чувствительности после окончания, но вы продолжаете целоваться, не размыкая губ.       он еще несколько раз практически полностью выходит из тебя, тут же толкается сразу во всю длину и наконец кончает на простынь слева от тебя, падая на другую сторону кровати рядом с тобой. вы оба громко и быстро дышите, и ты готова поспорить, что можешь слышать стук его сердца. он рукой подтягивает тебя к себе, целует в висок часто-часто и улыбается в поцелуи.       — ты же больше не убежишь, да? — спрашивает он, но понимает, что вопрос скорее риторический.       в ответ получает множество маленьких поцелуев по всему лицу и твою самую теплую улыбку, которая предназначена только для него.