Летняя исповедь

Время 9:00 Ощущение, что алкоголь все еще стоит мне по горло. Мне холодно, меня трясет. Забавно, на дворе ведь разгар июня. Небо в окне ослепительно голубое, но мне слишкам холодно, чтобы встать и открыть окно. Завернувшись в одеяло, я сжимаюсь в клубок, пытаясь согреть самого себя. Время от времени из меня вырывается кашель, и после очередного приступа я выбегаю в ванную и блюю прямо в раковину. Всматриваюсь в кусочки пищи, которые не понимаю, откуда взялись во мне, ведь я не ел уже два дня. Из рта тянется сгусток густой слюны. Я поднимаю взгляд вверх, чтобы взглянуть на свое лицо. Засаленные пряди падают на лоб, а рассеянный взгляд устремился словно в никуда, хотя я прямо сейчас смотрю на себя в зеркало. Может, мне просто тяжело принять, что человек в отражении - это я. Я смыл беспорядок и вновь лег на кровать, пытаясь собраться с мыслями. Плохо помню события вчерашней ночи, но точно знаю: Ближе к вечеру выпил от скуки, ради развлечения. По крайней мере убеждал себя. Звонил всем подряд, сначала приятелю. Даже не заметил момент, когда голос в трубке сменился на совершенно иной.  Я достал телефон, чтобы проверить историю звонков. Как и ожидалось, спустя двадцать три минуты болтовни со мной он сбросил трубку, а я сам того не понял, как набрал Дарка. Он тогда был не дома, как обычно задерживался в своей мини-лаборатории недалеко от водоема. Дом же, в котором мы живем, находится ближе к лесу. Расстояние немалое.  Начал я вроде как непринужденно: спрашивал, как дела, когда вернется, ужинал ли. Он, в свою очередь, терпеливо отвечал, не задавая встречных вопросов. Хотя обычно я не звоню ему без весомой на то причины, и также обычно не болтаю без умолку. Как правило, из меня слово не вытянешь, а Дарк вытягивал. С ним мы могли разговаривать сутками без перерывов, но в последние четыре месяца наше общение сильно сократилось. Помимо время от времени перекидываемых фраз, как пожелание доброй ночи или просьб подать соль со стола, мы практически не разговаривали. Ничего драматичного, просто два человека, каждый со своей жизнью. У него свои друзья, у меня мои. Не хочу вдаваться в подробности, но Дарк всегда был чересчур гулящим. Водился с тысячью одновременно, несмотря на то, что всех до единого презирал. Так было всегда. Он вечно жаловался мне на то, какие они никчемные, глупые, откровенно высмеивал и ставил себя выше них. В этом мы полные противоположности: пусть я быстро устаю от общества и стараюсь избегать большие скопления, я не ненавижу людей. И пока я проводил свои будни в четырех стенах, изредка выбираясь из логова только с целью поесть, Дарк проводил все свободное время, если не за грабежом и разрушением, то за посиделками с "друзьями". После одной из которых он подошел ко мне с глупым выражением лица, чтобы поинтересоваться, не нравлюсь ли я ему. От шока я моментально сплюнул всю жидкость из рта прямо на пол. Мы стояли молча около минуты, прежде чем я максимально серьезным и презрительным тоном ответил короткое "нет". До этой нелепой теории его подтолкнул наш общий друг, который на жалобы Дарка о том, что я, видите ли, краду его друзей, как в случае с ним (ведь они познакомились раньше), этот самый друг объяснил мотивы моих действий ревностью. Мне до сих пор неясно, как Дарк поверил в эту небылицу. Кстати говоря, на тот момент он уже встречался с кем-то. Это был не первый и не последний его партнер, он менял их как перчатки. Не знаю, зачем они вообще ему нужны, когда большую часть времени его мысли заняты не романтикой, а разработкой сумасшедших планов по порабощению мира. Он одержим собой, а окружающие люди для него скорее способ самоутвердиться. Однажды он часа три рассказывал мне о каком-то сообществе, которое он когда-то основал, где все до единого беспрекословно подчинялись ему. Он распустил его от скуки, и был не прочь поделиться со мной наставлениями на случай, если я захочу когда-нибудь пойти по его стопам. Разумеется, я отказался. Но факт наличия в нем природного лидерства поражает. В шкуре предводителя он чувствовал себя как никогда комфортно, словно был рожден для этой роли. Этот парень поистине сумасшедший, и, к несчастью, я — друг этого сумасшедшего. Именно поэтому в час ночи, будучи в стельку пьяным, я говорил с никем иным как с Дарком, подозрительно растягивая последний слог каждого слова, болтая вплоть до тех пор, пока он резко не прервал меня. Странно, что он вообще терпел меня столько времени. — Почему ты выпил? — Его голос был спокойным, даже утешающим.  — М-м-м? Просто, от скуки. — От скуки? — От скуки. К слову, это далеко не первый раз, но Дарк об этом не знал. Перед ним я откровенно осуждал алкоголиков, и, случись, что он предлагал мне пропустить рюмку, я еще час читал ему нотации о том, как это вредно и мерзко, а за спиной выпивал в гордом одиночестве. Потому немудрено, что он не повелся на мое нелепое "от скуки". Свято верил, что я против алкоголизма. — Что случилось? — Уже более встревоженно произнес он, а может, мне просто показалось.  Я молчал. Хотелось бы сказать, что я думал над ответом, но на деле в моей голове не было ни единой мысли.  — Ты встречаешься. — Под конец фразы голос подозрительно задрожал и я уткнулся лицом в подушку, чтобы заглушить предвещающий всхлип. Безуспешно. За ним последовал еще, а за ним еще и еще больше. Сквозь плотную ткань подушки вырвались прерывистые вздохи и достигали динамика рядом лежащего телефона. Возможно, он молчал, возможно, успокаивал. Я бы хотел сейчас знать, но в тот момент я не обращал внимания на окружающий мир, полностью погрузившись в подушку и лицом и сознанием, словно искал там спасение.  Не знаю почему меня вообще волновал факт его отношений. Это ведь не в новинку.  — Я ненавижу тебя. — Едва успокоившись, я растягивал слова сильнее прежнего, чтобы удостовериться в их ясности. — Я люблю тебя...  Не помню, его ответ. Ненавижу себя за это. Мне стоило вникать в каждое его слово.  — Всегда любил. Я ненавижу тебя. Ненавижу просто до смерти, прошу тебя, Дарк, умри. — Абсолютно серьезно и при этом так отчаянно, я говорил, совершенно не фильтруя речь. Впервые так искренне, впервые так честно. — Мне никогда не удастся жить спокойно, пока ты жив. Поэтому прошу тебя, умри. Только так мне станет легче... На контрасте с моей былой заторможенностью, я буквально задыхаясь протараторил эти слова:  — Нет... Прости меня, Дарк. Никогда не умирай. Я умру за тебя, обещаю. Я люблю тебя, очень люблю. Не умирай, пожалуйста. Мне так жаль... Что я творю? Я ненавижу себя. Неудивительно, что ты не любишь меня. Во мне нет ничего хорошего, но ты подожди немного. Я стану лучше. Только дождись меня. Наверное для него мои запутанные мысли звучали как бред сумасшедшего. В тот момент из нас двоих Дарк казался более вменяемым, нежели я.   — Успокойся, я не умру. Я не собираюсь умирать ради кого-то. — Его голос впервые звучал так нежно и ласково. — Если ненавидишь меня, пусть будет так. Только не ненавидь себя. Можешь проклинать меня сколько душе угодно. Это так нелепо. Так комично. Мы поменялись ролями. Я никогда прежде не позволял своей слабой стороне проявляться перед Дарком. Ведь это я его опора. Я его лучший друг, советчик, вечный слушатель рассказов о его увлекательной жизни. Не мог я позволить ему видеть себя таким, да и он вряд ли бы захотел слушать. По его мнению, его жизнь гораздо интереснее и важнее, чем жизнь всех его знакомых. А я не перечу и позволяю ему без умолку рассказать все безумные вещи, что творятся в его жизни. Мне нравится его слушать. Пусть мы во многом несогласны и часто расходимся во мнениях. Эти ссоры и драки часть нас. Никто никогда не заставлял меня чувствовать себя так, как это делал Дарк. Казалось бы, создатель, который обрек меня на мучения с самого рождения, должен был вызывать во мне шквал эмоций, но рядом с чувствами к Дарку, они блекнут и теряются подобно капле в море. — Я ненавижу тебя. Ненавижу, ненавижу, ненавижу... — прошептал я, переворачиваясь на спину и пряча лицо в ладонях. — Ты мне нравился. Мои руки опустились, и я поднял взгляд на телефон, не веря своим ушам. — Что?... — Ты мне нравился. Совсем недавно. — Когда? — Слезы хлынули с новой силой. Я даже не вслушивался в его слова. А его голос такой спокойный, совсем не присущий ему. Казалось, по ту сторону телефона сидел вовсе не Дарк. — Избранный, ты меня не слушаешь. Давай завтра поговорим, когда ты протрезвеешь. — Нет... — Ну да, завтра ты мне ничего не расскажешь. Как всегда нацепишь маску серьезности и будешь делать вид, что сегодняшнего разговора не было. Оказывается, я тебя совсем не знаю. — Да... Я тебя люблю. Очень. — Повторять одни и те же слова глупо, однако после стольких лет молчания, хочется сполна удовлетворить эту давнюю потребность. — Я знаю. Теперь точно знаю. — Я люблю тебя. За тебя умру. — Не умрешь. Только попробуй. — Я люблю тебя. Если тебе это приносит дискомфорт, я перестану. — Избранный, хочешь честно? Но я не слушаю его и в очередной раз прерываю. — Я классно дерусь. — С этими словами огненный шар из моих рук полетел в стену, отчего на ней с громким взрывом появилась огромная дыра. — Ты... что?! Стой! Не ломай наш дом!! — Слыша его смех, так близко к уху, по телу прошлась волна тепла и мне стало легче дышать. Я прислонил телефон ближе, чтобы улавливать каждый его звук. — Поэтому присмотрись ко мне, — с самодовольной ухмылкой я победно усмехнулся.  — Я не буду ничего обещать, Избранный. Ты же знаешь меня, я не как ты, я не то что постаскун, я толком любить нормально не умею. — Хорошо. Я это знаю. Я же тебя столько лет знаю. — По крайней мере меня радует, что ты наконец-то сам позвонил и сам признался во всем. — Ненавижу. Честно. — Понял уже. — Наверное, ему надоело слушать это из раза в раз, а я всё никак не унимался. — Хочу, чтобы ты умер. Только так забуду о тебе, или сам умру. Водишься с кем попало, а ведь я люблю тебя больше и дольше. Я всё для тебя сделаю, Дарк. Не ищи никого, я стану всем, что тебе нужно, просто подожди. — Это ты подожди, я уже в пути домой, и за такие вот слова я тебя при встрече туда сюда отчитаю! На всю жизнь точно запомнишь. — Я тебя никогда не забуду. — Идиот. Серьезно, ты идиот. Измученные под властью времени, глаза уже давно слипались. Бороться, будучи давно под градусом, я был не в состоянии, и промямлив на прощание пару ласковых пожеланий смерти и тут же следующих за ними извинений, я уже собирался сбрасывать, как вдруг Дарк начал говорить. — Избранный... почему меня? Ты же знаешь, что даже если со мной встречаться, я остыну через несколько дней или неделю. Мне это прекрасно известно. Сто отношений за год, и ни одних продолжительностью дольше месяца. Большинство даже неделю не продержались. Пару лет назад он признался, что абсолютно со всеми друзьями он хотя бы недельку встречался. Со всеми, кроме меня. — Я всё равно люблю тебя. — Я тебя тоже люблю, Избранный. — Врёшь. — Нет, я бы проигнорировал, знаешь же. — Я тебя люблю. Не расстраивайся со своим парнем, пусть он тебе наскучит через неделю. Если нет — я его убью. — Не говори такие вещи. Я тебя не понимаю, и как оказывается, ужасно знаю. — Да. Ты меня не знаешь. — Я тебя не знаю. — Да. — Но когда я смогу? — Скоро, совсем скоро... — Когда это скоро? Сколько мне ждать? И я отключился.