Сезон дождей

      Чарли Батлер всегда отличалась от обычных художниц. Выставки ее картин сильно пользовались спросом и в залах были толпы людей. На аукционах их продавали не за маленькую сумму. Да и внешность у нее была привлекательная. Парни так и стремились познакомиться, взять номер телефона и поддерживать связь, хоть и удавалось не многим. Чарли всегда можно сравнить с радугой. Эффектно появляется, освещает всех своей улыбкой и тут же удаляется, оставляя приятный привкус… Но несмотря на это, жила она в обычной однокомнатной квартирке в недалеком от центра районе. «Я никогда не смогу отсюда переехать. Когда родители сказали мне, что без их поддержки я ничего не добьюсь, я ушла из дома. И эта квартира, если ее можно так назвать, была единственной, которую я могла себе позволить снимать на тот момент. Мои сбережения не были большими, но когда спрос на мои картины поднялся, я выкупила ее у хозяйки. В ближайшее время я не собираюсь переезжать из этой квартиры, она стала для меня местом вдохновения, местом, где рождаются новые картины.» — сообщила молодая художница репортеру. Внешность девушки, как творческой личности, ей подходила. Волосы цвета колосьев ржи в поле торчали в разные стороны, завивались, и вообще не поддавались законам физики. Глаза яркие, как голубое небо за городом, сияли и манили. Хотелось подойти ближе, рассмотреть их и в конце концов оставить их себе. Плечи казались хрупкими, а гордая ровная осанка указывала на то, что у девушки есть чувство собственного достоинства. В тот вечер была неприятная пасмурная погода. Небосвод закрывали тучи, не давая возможности солнечным лучам пробиться сквозь них. Но блондинку это не смущало, наоборот. Городскую грязь и пыль капли прибывали к асфальту. Хоть иногда хотелось вдохнуть в городе запах чистого воздуха. Наверное поэтому Чарли шла неторопливой походкой. Между домой мрачные тени всё сгущались, а горизонт становился всё туманнее. В руках у художницы был пакет с масляными красками, покупка определенно вселяла чувство уверенности девушке. Дойдя до своего подъезда, дом которого находился не в самом благоприятной для жилья состоянии, девушка, недолго порывшись в сумке, приложила ключ-карту, по форме похожий на монету. Дверь с характерным писком и лязгом приоткрылась. Чарли приоткрыла дверь и зашла, придерживая, чтобы та с грохотом не закрылась. Соседи между собой договорились закрывать ее осторожно, а то звук невыносимый по всему подъезду. Пройдя мимо неработающего лифта девушка пошла в сторону лестницы. «Черт, опять лампочка перегорела!» — про себя подумала Чарли, поежившись и сильнее сжав ручку пакета. Если около лифта она была и радовала светом, то лестницу покрывал мрак. Девушка ступила на первые несколько ступенек и остановилась. Сначала кромешная темнота казалась непроглядной, но после глаза привыкли и можно было разглядеть очертания перил и лестницы. Не то, чтобы она боялась темноты. Но кому же понравится идти по лестнице, когда на улице уже вечер? Вдохнув в себя побольше воздуха, Чарли продолжила подниматься по ступенькам. Темнота обволакивала, множество рук из нее так и хотели ущепнуть за плечо. Все предметы, стоящие на этажах казались мрачными и неприветливыми. Наконец поднявшись на свой этаж, девушка подошла к входной двери. — Да где эти чертовы ключи.?! — тихо про себя возмущалась девушка, но уже через мгновение, когда та вытянула связку ключей с брелком в виде рыжего кота, лицо прояснилось, и на нем заиграла легкая улыбка. Поскорее открыв дверь, девушка зашла в небольшую квартиру, сразу же закрывая за собой дверь. Повернувшись, девушка оглянула квартиру. Теплого оттенка обои радовали глаз намного больше, чем потрескавшийся бетон в подъезде. Стены были завешаны картинами, а некоторые стояли около у стены, закрывая друг друга. На столе творился «творческий беспорядок». В банках, стаканах и кофейниках была налита окрашенная красками вода. В некоторых местах маленький диванчик, стоящий посреди комнаты, был запачкан красками.       Не в силах разбирать свои покупки, Чарли упала на диван. «Спа-ать… Хочу спать…» — тихо проговорила Чарли. Сон, настолько сладкий манящий, тянул к себе.       Следующее утро не задалось с самого начала. Сон девушки прервался резко и бесцеремонно. Ну и кто это так шумит? Девушка подскочила с дивана, резко приняв сидячее положение. Спустив ноги в тапочки, та прошлепала к входной двери. — Кто там? — Чарли, это я — Лилия Павловна! — раздался из-за двери женский возрастной голос. Открыв дверь с характерным скрипом, Чарли осторожно выглянула из квартиры. За ней стояла пожилая соседка, Лилия Павловна. На голове волосы были закручены бигудями. Слегка полная фигура была одета в домашних китайский халатик. — Доброе утро, Лилия Павловна. Что-то случилось? — Чарли, здравствуй. Ты сегодня хорошо спала? — А-ам… Ну, не просыпалась, а что такое? — Под утро кто-то дверью в подъезде хлопнул. А ведь я сплю плохо, ты же знаешь. Вот я и проснулась. Подошла к окну, смотрю — не наш! Шатен какой-то вышел. Я вот сейчас подумала, может это гость чей-то был? — Оу. — девушка задумалась, переминаясь с ноги на ногу. — Я его не знаю, если он и приходил в гости, то точно не ко мне. — А, ну мало ли… К тебе же много кто за портретом приходит, вот я и подумала. — Ничего страшного, Лилия Павловна. — Ладно, извини, дорогая. — До свидания! — закончила разговор Чарли, закрывая дверь. Из-за двери послышалось приглушенное: «До свидание, досвидание.» Интересно. Гости в этом подъезде приходят редко. Однако девушка не стала слишком долго заострять свое внимание на мысли об этом незнакомце. Быстро позавтракав, девушка немного навела порядок и села писать картину, как вдруг ей позвонили. Неизвестный. Скорее всего клиент? — Алло? — Здравствуйте, Чарли Батлер? — послышался мужской голос из трубки. — Здравствуйте! Да, это я. Вы бы хотели заказать картину? — Именно, наш скромный коллектив решил устроить боссу подарок. Однако мы хотим что бы это был сюрприз. — Я понимаю. — такие предложения поступали к девушке не редко. Обычный подарок. Девушка стояла и наблюдала за изредко проезжающими машинами на улице. — У вас есть его фотография? Только, пожалуйста, достаньте её высоко разрешения. — Конечно, достанем всё, что потребуется. — Хорошо. Отправьте фотографию на этот номер телефон. — сказала девушка и сбросила звонок. Ещё одна картина на заказ.       Оставшийся день ничем не привлек к себе внимания. Девушка продолжила писать картину, отдала покупателю другую и занималась обычной рутиной. Вечером Чарли заметила, что фрукты для натюрморта закончились. Решено — надо сходить в магазин!       Выйдя из квартиры и закрыв дверь на замок, блондинка торопливо спустилась по темной лестнице. «Интересно, когда починят свет на лестнице?» — подумала художница, выходя из подъезда. Успешно дойдя до ближайшего магазина и купив фрукты, Чарли вышла из здания. Чувство дежавю не покидало её. Та же погода, что и вчера… В Нью-Йорке начался сезон дождей, скорее всего продлится недели две. А потом ещё столько же дороги и тротуары будут залиты водой. Хм, надо бы достать те желтые галоши.       Успешно дойдя до своего дома, девушке стало не по себе. Чувство дежавю резко сменилось плохим предчувствием. Сердце девушки забилось быстрее. Перед тем, как зайти в подъезд, та обернулась и обвела взглядом улицу. Никого. В таком районе нежелательно гулять в такое время, поэтому многие сидят дома. Чарли постаралась не обращать внимание на это дурное чувство. Она зашла в подъезд, как обычно придерживая дверь. «О, надо же! Лифт починили!» — эта новость не могла не радовать. Чарли зашла в лифт и, нажав на номер нужного этажа, встала в ожидании того, когда двери кабины закроются и лифт двинется с места. Как и в многих старых домах этого криминального района, лифты были старыми и потому, у них не было кнопки закрытия дверей. Вскоре лифт со скрипом закрылся и двинулся с места. Было слышно, как тросы в шахте лифта работают и поднимают кабину на нужный этаж. Человека, живущего в новомодной многоэтажке, обязательно смутил бы этот звук, однако художнице не привыкать. Девушку вытащило из мыслей то, что лифт приехал на ее этаж и медленно открыл двери. Чарли вышла из него, достала ключи и, подойдя к темной двери своей квартиры, вставила ключ в отверстие замка. Ключ с характерным звуком повернулся и послышался щелчок замка. Блондинка собиралась уже было отворить квартиру и зайти, как вдруг грубым движением её прижали к двери. Сердце ушло в пятки, а на шее Чарли почувствовала холодное лезвие ножа. Девушка сглотнула и ей показалось, что даже при таком малейшем движении лезвие порезало её шею до крови. Но оно лишь неприятно надавило на кожу. — Это твоя квартира? — спросил басистый мужской голос. Несмотря на ситуацию, девушке показался он приятным, бархатным. Она всегда смущалась своего голоса. Неосознанно девушка говорила на повышенных тонах, а его голос был низким и не резал слух. — Д-да. — Чарли даже не заметила, насколько сильно задрожал её голос. — А вы тот шатен, шумевший прошлой ночью?       Ответа девушка не услышала. Незнакомец оттянул её за воротник от вертикальной поверхности и, открыв дверь квартиры, затолкнул её туда. Чарли, оказавшись в квартире, чуть не споткнулась о порожек входной двери, но всё же смогла устоять. Послышался звук означающий то, что квартиру закрыли. Развернув девушку лицом, ее прижали за шею к стене спиной. Взору Чарли открылся на удивление молодой парень. На вид он не слишком сильно был старше самой художницы. Яркая внешность одновременно и пугала, и завораживала. Черные, как уголь, волосы явно были специально зачёсаны и зафиксированы лаком. По-другому нельзя объяснить то, как они лежали и сохраняли свою форма. Хотя, даже не это привлекло в его внешности Чарли. У нее самой была подобная шевелюра, однако у нее пряди сами так поднимались в этот творческий беспорядок на голове. Взгляд девушки прошелся по острому подбородку и тонкой линии губ. Глаза шатена привлекли её внимание намного больше, чем что либо. Яркие, как артериальная кровь, они пронизывали тело насквозь. Не хотелось глядеть ему прямо в глаза больше трех секунд. Черные длинные ресницы больше подошли бы к девушке, однако они делали выразительными форму глаз. На одежду девушка даже не посмотрела, настолько был силен её страх и притягательность глаз. — Вы убьёте меня, д-да.? — проговорила девушка. Такой конец ее явно не устраивал. — Если ты не будешь меня слушаться, то да. — взгляд юноши быстро прошелся по внешности Чарли, после чего вновь заглянул прямо в глаза. Это точно всех его жертв, и он об этом знает. — Я буду жить в этой квартире и если хоть кто-то узнает об этом.       Парень сжал шею девушки сильнее, от чего образовался неприятный комок в горле. В знак согласия девушка слабо закивала и, тогда хватка ослабилась. Шатен выпрямился и слабо улыбнулся, хотя это был больше оскал, чем улыбка. Два острых белоснежных клыка показались на губах.