Последнии моменты любви

Прощание–это всегда сложно. Особенно когда ты прощаешься с важным для тебя человеком. Что нужно делать Алексу, когда его возлюбленного берут на основной Майншилд? Что чувствовать? Чувствовал он, определённо, много. Особенно одновременно. Нагибайка прошёл чуть ли все стадии принятия:от отрицания до принятия...Нет, врёт, принять он всё ещё не смог. И, слава Неодаптеру, до депрессии всё не дошло. Хотя,может быть, отняв у него Гельмо чуть раньше–кто знает, чтобы стало с прозванной Академией.Что уж точно очевидно:Винкса бы уже не было на этом свете, ибо нечего донимать человека, когда он уже на грани того, чтоб взорвать весь Арасака бич. Гельмо точно заслужил пойти туда, на основной мир, и получить, наконец-то, не только чат—животное-путеводник—, вместе с новыми способностями, но и пути в другие миры. В те миры, в которые Наги пытался попасть чуть ли не всю свою жизнь. Реальные. Здесь, в всё ещё не полностью сформировавшимся мире, разум по-тихоньку разъедает пустота. Так что если ты всё таки не понравишься Майншилду, всё, что тебя ожидает–это последующая гибель мозга,а дальше и всего организма. Этот день настал слишком быстро. Ещё дня четыре назад Нагибайка пытался успокоить себя тем, что у них двоих есть время. Времени не оказалось. Гельмо, кажется, был очень занят бегоднёй на собрания основного состава вышестоящих. Потом достраивал неизвестно для чего дом... А теперь стоит перед ним, весь из себя виноватый—хотя ещё не понятно из-за чего чувствует себя таким. —Может, прогуляемся? — задаёт вопрос рыжеволосый, сам явно понимая очевидность ответа. Да. Он пойдёт куда угодно, даже на базу к Дельте, главное–провести последние время вместе. Главное–это запомнить всё настолько, чтобы по ночам вместо сна видеть только его улыбку и слышать родной голос в закоулках памяти. На случай чего, у него всегда есть запись его голоса и фоток за тысячу с чем-то. —Алекс?—неуверенно начал собеседник, понимая что его уж точно не намеренно игнорируют. —Пообещай, что придёшь на конец. —В привычно утомлённом тоне ответил парень. Вокруг них кружится ветер, ломая причёску. Хотя, сейчас точно не до неё. И не до окружающего их спавна, где все кто захочет может их заметить. —Я...обещаю.—и хочется обмануться, хочется поверить этим словам и слепо ждать любимого человека на конце этого мира, при переходе на другой,но...Нагибайка не привык врать самому себе. Он понимал, что это последний их мир связанный с Майншилдом. Они стали ненужными, и всё, что их ожидает–скитание по пустоте. И ещё повезёт если они попадут на корабль Наги, ведь если нет–это окончательная смерть. Где-то вдалике слышен чей-то голос, окликивающий их двоих. Впервые за столько времени Алекс не знает что сказать. Не находится слов, чтобы описать эмоции переполняющие его изнутри. Так что он выбрал действие. Несуразное, конечно, ведь та же Вмутя которая их ищет в любой момент может просто наткнулся на них. Но какое дело сейчас двум влюблённым до этого? Они увлечены друг другом и, очевидно, поцелуем. Тот выходит не полноценный и смазанный, но явно выдаёт все чувства насквозь. До неприличия громкий свист, исходящий от оказавшегося рядом с Вмутей Винкса отвлекает их обоих. Нагибайка что-то раздражённо поясняет парню за то, какой тот урод, явно не понимающего такое слово как "уединение", ведь если бы и знал, то ушёл бы вслед за скрывшийся девушкой. Гельмо же просто наблюдает за ним, не скрывая улыбки.

На конец Академии никто из ушедших, кроме Санчеза, не пришёл.

Он ждал ровно до того момента, пока не увидел что Санчез в спешке прощается с женой.