virgin

***

Все мои малышки, как молодая Бритни Но ты свежее их, ты пахнешь эвкалиптом С появлением в стенах школы Руслана Тушенцова, новенького из 10Б, жизнь Данилы Кашина – одного из самых популярных мальчиков школы и, по совместительству, капитана баскетбольной команды сильно изменилась. Даня ежедневно получал кучу женского внимания и, конечно, порой пользовался этим: – Ой, Анют, добавишь мне на алкашку? Я скину позже обязательно. – Ох, Маш, дашь парилку? Свою дома забыл. Постоянные вписки, беспорядочные половые связи там же – всё это было практически рутиной. До одного дня.

***

– Бля, Слав, буду, ещё спрашиваешь, – рыжий общался в столовой со своим другом, разговаривая про очередную тусовку. Машнов был, кажется, самым близким. Одиннадцать лет общения дают о себе знать, всё-таки. К ребятам подходят Илюха с Максом из компании десятых классов, пожимая руки и смеясь. Быстро перекидываются парой фраз и бегут к буфету, чтобы не стоять в этой огромной очереди. – Руслан, идём, – Коряков машет рукой, начиная догонять Максима, а за ним хвостиком семенит высокий шатен. Симпатичный высокий шатен. – Дань, алё, – рыжий моргает и видит перед собой Славу, активно жестикулирующего. Чёрт, он засмотрелся. – Че, залип? Несомненно да. Кашин провожал взглядом некого Руслана, кажется, чуть приоткрыв рот. – Че за чел с ними ходит? Новенький что ли? – отворачивается, начинает засыпать вопросами Славу. – А, Тушенцов? – на его лице появляется лёгкая улыбка. – Пару дней назад перевёлся, крутой чувак, ток зашуганный маленько ещё. Данила лишь задумчиво кивает, снова поворачивая голову и ловя чужой взгляд. Тот тоже пялился. – Нароешь инфы, лады? – направляется в сторону туалетов, ему явно надо покурить. – Без б, Дань. Нет татуировок, не сделан первый пирсинг Татуировки были, пирсинг тоже. Может, поэтому Руслан так цеплял. На алгебре в тот день он так и не появился, курил в туалете все сорок минут.

***

Все предметы в школе он знает на отлично. Спустя пару дней, проведённых в достаточно подвешенном состоянии, Даня получает сообщение от Славы, в котором на первый взгляд нет полезной информации. Получается, зря ждал. Пацаны из его прошлой школы сказали не сильно много. 1) он – отличник (что, в принципе, он узнал ещё вчера от Ильи, когда тот боготворил Руслана за четвёрку по самостоятельной). 2) приятный и интересный в общении. 3) отношений нет и не было, девственник, – Даня даже хихикнул, читая это. 4) гей. Оп, это уже хорошо. Дай Бог, чтобы слухи подтвердились. Мне нужен девственник, мне нужен девственник.

***

Ты так непорочен, имидж безупречный Вокруг столько девчонок, мне они не интересны. Уже через пару недель Даня свободно общался с Русланом – да, тот был действительно классным. Они часто гуляли, как оказалось, жили в соседних домах. Руслан привлекал теперь не только внешностью, но и душой. Постепенно раскрывался, даже пускал достаточно грязные шутки, но сохранял в себе безгрешность и неиспорченность, что манило больше всего. От внимания девочек Даня теперь отшатывался, даже раздражаясь. Многое обсуждал со Славой и тот явно догадался, почему друг ведёт себя так несвойственно для него самого. На уроки раньше всех придёт, после них — домой Признать было довольно сложно, но да, Даня менялся. Теперь он, как и Руслан, приходил в школу к семи сорока пяти, а не к восьми десяти, как раньше, опаздывая. После школы парни часто ходили к Дане. Много разговаривали, играли в игры, смотрели видосы, а порой вместе делали домашку на следующий день – по инициативе Руслана, естественно. У Тушенцова Даня не был ни разу. Тот не звал, видимо, на то были какие-то причины.

***

Его комната в плакатах, кровать в мягких игрушках В шкафу все полки в грамотах, наградах и кубках Гордость семьи. – Дань, пойдём сегодня ко мне? – Серьёзно? – на лице расплывается глупая улыбка. – Погнали, конечно, че бы нет. После физики, что была последней в расписании Тушенцова, он спустился вниз, ожидая своего одиннадцатиклассника с биологии. Последнее время Кашин не прогуливал совсем, и Руслан очень гордился им. В голову лезло много мыслей, потому что, естественно, шатен не глупый. Он прекрасно замечал все эти взгляды и казалось случайные касания Данилы, против которых он, собственно, и не был. После уроков парни зашли в магазин и, купив энергетики, двинулись к Руслану. – Мать как зовут? – Даня видит непонимание в глазах напротив. – Ну, поздороваться чтобы. – А, блин, – покрывается лёгким румянцем от стыда, как можно было не понять. – Дома нет никого. Вот оно как, ладно. Комната Руслана была буквально вылизана, не было ни пылинки – Дане сразу вспоминается свой творческий беспорядок. Она была достаточно просторной. Множество плакатов на стенах, две плюшевые игрушки на кровати, застеленной покрывалом и стеллаж с многочисленными грамотами и наградами за успехи в учёбе и из различных секций. Кашин присаживается на край кровати, головой упирается о стену, боясь пошевелиться. Словно всё, что он сейчас видит – это иллюзия, которая исчезнет, если сделать лишнее движение. И Руслан тоже. – Че делать будем? – сидит с закрытыми глазами, явно расслабляясь после тяжёлого дня, но моментально открывает их, с испугом смотря на сидящего на его коленях, до жути смущённого шатена. – Ты чего.. – Я думал, ты хочешь меня...ну.. – не договаривает, делая паузу. Краснеет ещё сильнее. – Выебать? – Даня усмехается. – Да, ты прав, хочу, – подаётся вперёд, падая вместе с шатеном на кровать и нависая над ним. Руки сразу перемещаются на талию, чуть сжимают футболку. – Ты-то уверен? – лёгкий кивок, чужие ладони на плечах. Делая голос тише, спрашивает: – Руслан, а слухи – правда? – Блять, – Тушенцов закатывает глаза, ещё больше краснея. – Да, девственник. – короткая пауза, выдох. – И да, даже с девочкой не было. – По красоте всё сделаю, не боись, – Кашин подмигивает, сползая ниже, к торсу. Снимает футболку, открывая себе полный обзор на подтянутое тело. Проходится невесомыми поцелуями по торсу, через раз покусывает, оставляя блеклые отметины. Слыша судорожные вздохи и чувствуя руки, сильно сжимающие его волосы, улыбается, начинает целовать чаще. Языком припадает к ареолам сосков, обводя по контуру и прикусывая, немного скручивает пальцами. Добирается до ключиц и шеи, широко проводит языком, оставляя мокрый след и тут же прислоняется губами, чуть втягивая и кусая мягкую кожу, оставляет засосы. Ведёт языком по линии челюсти до мочки уха, прикусывая её. – Расслабься, пожалуйста, больно не будет, Русь, – поглаживает бока и шепчет в самое ухо, пытаясь немного сбавить напряжение своего партнёра. – Обещаю. Прислоняется к покусанным и таким манящим губам, чуть оттягивает нижнюю, слушая тихие всхлипы. Затягивает в чувственный поцелуй, поочерёдно сминая. Ведёт языком по кромке зубов, чуть давит пальцем на подбородок, заставляя открыть рот, и углубляет поцелуй, переплетая языки. Тянется руками к ширинке шатена, ловким движением расстёгивает, снимает его брюки и стягивает свои спортивки. Нижнее белье летит в кучу к остальной одежде. Большим пальцем собирает крупную каплю естественной смазки с розоватой головки, растирает её по всей длине. С лёгкой усмешкой и мимолётной мыслей: «готовился» принимает из дрожащих рук тюбик смазки. Щёлкает крышкой, выливает обильное количество на свои ладони и распределяет между ними. Проводит пару раз вверх-вниз по органу, выбивая первые стоны. Подставляет пальцы к отверстию, распределяет смазку вокруг, не входя. Сгибает чужие ноги в коленях, проходится поцелуями по голени, чуть успокаивая. – Готов? – получая уверенный кивок, сплетает руки в замок, поглаживает тыльную сторону ладони Руслана большим пальцем. Медленно вводит указательный палец на две фаланги, поглаживает стенки изнутри. Совершает несколько фрикций и, чувствуя, как тело партнёра расслабляется, добавляет второй, даёт время привыкнуть и начинает движения. Массирует, разводит пальцы на манеру ножниц, двигает уже тремя, сгибает, попадая по комочку нервов, слушая громкие стоны. Чувствуя, как Руслан самостоятельно насаживается и подмахивает бёдрами, высовывает пальцы с хлюпаньем. Сверху раздаётся разочарованный вздох. – Ты всё ещё уверен, Русь? – спрашивает, поглаживая впалый живот, целует бёдра. – Да, – шатен только крепче сцепляет руки. Данила трётся органом около прохода, не входя и немного мучая Руслана, вновь получает всхлипы. Плавно вводит только крупную головку, даёт немного времени привыкнуть. После одобрительного кивка входит до основания, замирает на несколько секунд и медленно начинает двигаться. – Нормально? – заглядывает в глаза, покрывает поцелуями торс. В принципе, тело Руслана говорит само за себя: спина выгибается, а бедра подмахивают толчкам Дани. Руки все ещё в крепком замке, в уголках глаз пара слезинок, которые рыжий успешно сцеловывает. – Да-а, – тянет гласную, на что Кашин усмехается и ускоряет движения. Берёт Руслана под коленями, закидывая его ноги к себе на плечи, оказывается ещё ближе к нему. Смотрит в карие глаза, покрытые пеленой возбуждения, утягивает в нежный поцелуй, кусая губы Тушенцова. Кладёт свою ладонь на его орган, стимулирует и доводит до конца. Сам выходит из утомлённого тела и изливается на чужой живот. – Всё хорошо? – поглаживает непослушные волосы, зарывается пальцами, целует в макушку. – Да, – ощущает дыхание чужое где-то в районе ключиц, чувствует, как пальцы татуированные скользят по торсу. Все мои малышки, как молодая Бритни Но ты свежее их, ты пахнешь эвкалиптом.