Дай мне второй шанс

Четвертый день.. —она не призналась?- грубый, хриплый голос раздался в тишине. —молчит, партизанка. Ни слова про Орочимару, не признается, сволочь. Никакие пытки ей не страшны,— ответил низкий голос. Как он противен ей. Почему? Кто это? Она открыла глаза, жадно глотая воздух. Пульс участился. Сколько она в сидячем положении? -Идемте, Фууко. Вас ждут,— Ибики сегодня явно был не в лучшем состоянии. Хриплый голос, синяки под глазами. Ни один день он промучился с ней. И оказалось, что зря. Ярости у него сейчас не занимать. Девушка, что раньше пахла уверенностью и ненавистью к людям Конохи, сейчас сидела с бледным лицом, синяками под глазами и низко опущенной головой. До чего же жалкое зрелище, видеть члена одного из самого влиятельного и уважаемого клана в столь омерзительном виде. Хотя мужчина всегда считал Фууко надутыми индюками, которые только и умеют, что строить недовольные морды и считать денежки. Деньги.. Все, что им надо в этой жизни. Небось, контракт о союзе с конохой подписали дохода ради. Хотя отрицать нельзя, в этом клане урождаются и вправду талантливые шиноби. Да чего уж там, главная ветвь родниться с самими Учиха. Не ему про их силу и мощь рассказывать. -Так ты собираешься вставать или мне тебя за волосы таскать? Он оглядел ее. Без того худое тело стало тоще, словно у мертвеца, из-за отсутствия пищи на протяжении долгих четырёх дней. Лишь тихие вздохи и судороги напоминали окружающему свету, что она живая. Что она не сдалась и не погибла в мучительных и унизительных пытках. Хинацуру не произнесла ни слова. Как он и говорил. Фууко люди упрямые, как бараны. Вздохнув, он схватил ее за шиворот и грубым толчком оторвал со стула. -Пошла,— приказал он. Омерзительные унижения в сторону одного из Фууко могли бы стоить ему его, и без того побитой жизнью, головы. Но не в случае с ней. Лишь единицы знают о ее пребывание и состоянии в конохе. То была прихоть Лорда Третьего. Сарутоби издал приказ: все, кто знает о успешной поимки нунекена, некогда являвшимся союзником Орочимару, Хинацуру Фууко хранить гробовое молчание до тех пор, пока не будет определённо решение о наказании и способности продолжить службу на благо конохи, прорвавшейся шесть лет тому назад. Ее и без того слабые руки связали. Она хотела бы усмехнуться, всё-таки, она шесть лет травила отряды АНБУ без капли сожаления из-за чего ее сейчас побаиваются,но ее положение давало ей понять, что сейчас не она доминирует, а над ней. Девушкой она была не глупой, знала, что нужно вести себя подобающе своему положению. -Куда мы?— тихий, робкий голос был криком в кромешной тишине, которая продолжалась уже минуты три? Может больше. Это мой голос.. Как жалко. -Не мы, а ты. Возрадуйся, мои пытки прекращены. Пока. Хокаге лично проведёт с тобой беседу,— прекрасно. По его голосу было видно, что он все же рад, что прекращает проводить пытки над ней, как никак, все же жалко девочку. «и в таком случае в данной ситуации лучше вс..» карандаш упал с руки, не дав закончить запись. Черт, далеко укатился. Присмотрелся. Его одноклассница, с которой он до сих пор не говорил. Она робко взяла карандаш и осмотрела его. Покрутив пару раз головой, она не обнаружила никого, кто мог потерять карандашик. И когда ибики уже хотел было позвать ее и оповестить ее тем, что он хозяин, хина обернулась. Без лишних слов, она аккуратно встала и медленно, будто боясь чего-то, может кого-то, прошла к мальчику, во много раз больше, чем она сама. А.. Это она его боится. Он взял карандаш из протянутых к нему рук и кивнул в знак благодарности. Он еще раз глянул на нее. Не изменилась. Вообще. Ее все те же глаза, что смотрят на мир так, словно он жаждет и грезит лишь одним — загрызть ее. В общем-то, некоторые очень даже хотят этого. Не суть. Она по прежнему кроткая и тихая, даже, когда она молила его прекратить и поверить в ее утверждение, что она ничего не знает, звучала она конечно так, что он засомневался в исправности своего слуха. -дальше Вас проведет личный АНБУ, отобранный мной,— четыре минуты спустя. Голубая макушка должна скоро показаться. -Вами?.. Разве.. -знаю,—ответил он быстро, не дав ей продолжить— но этого не твоего ума дело, почему. Она ничего не ответила. Услышав тихий звук, но громкий для шиноби, она медленно повернула голову и посмотрела прямо перед собой. напряжённый, она может сказать это по его языку тела. Вены на руках вздулись, спина слишком прямая, а кулаки сжаты очень сильно. Его голубая макушка, короткостриженных волос что-то сильно ей напоминала. Или кого-то. Она недоверчиво глянула на Ибики. -Это он.. И..,— он повернулся к ним спиной, собираясь уходить,— давай без фокусов. Думаю, ты не скоро по мне соскучишься,— скрылся.. Будто она могла бы выкинуть что-нибудь.. Руки связаны, без еды была четыре дня, состояние не из лучших. -а я вот тоже не скоро соскучусь по его угрюмой заднице.. ,—хина медленно обернулась, молодой человек снимал с себя белую маску с рисунками, напоминающими кота. Эти глаза.. Добрые глаза, слишком добрые для члена отряда АНБУ, которые сопровождают Хокаге на важных встречах и миссиях. -Кто бы мог подумать, что наша следующая встреча будет при столь печальных обстоятельствах. Хина-чан,— его глаза резко похолоднели. Пронзительный взгляд впился в душу, вцепившись когтями в ее существо. Что там Ибики говорил про фокусы? Оо.. Не в его смену.