Собеседование

Цинхуа с удивлением смотрит на письмо. Белая, чистая бумага, пахнущая чернилами и явно чем-то богатым. Или у него уже ехала крыша от бессонных ночей и бесконечных переработок. Ещё немного пощупав шершавый конверт, он осматривает его со всех сторон и замечает красивую тёмно-синюю печать. Таким пользовались не часто, всё же век технологий, да и сургуч нынче поднялся в цене, но каким же эффектным он был. Он обводит рельефную печать, завороженно наблюдая за переливами тёмно-синих оттенков. В голове проносится один сумбур вместо мыслей, и ни одной дельной идеи, кто это вообще мог быть. — Тебя опять заклинило, что ли? — врывается внезапно голос Цинцю, и он понимает, что простоял около пяти минут, просто пялясь на конверт в руках. — Ты хоть спать пытался? Для разнообразия. — Нет, всё в порядке. Я в порядке, — Цинхуа кивает для уверенности, но Цинцю всё равно внимательно всматривается, прищурившись, неприятно проходясь по нему взглядом. — Что это? — друг кивает на конверт. — А, это… Пришло мне, — растерянно говорит Цинхуа, никак не собираясь с мыслями. — Это я уже понял. Так от кого оно хоть? Выглядит дорогим, — интересуется тот. Цинхуа подозрительно прищуривает глаза, осматривая друга — тот никогда не проявлял к его бумажкам интереса, своих было завались, если это, конечно, не новый рассказ или новелла. — Э-э, я не смотрел пока. — и в подтверждении своих слов переворачивает конверт, изумлённо выпучивая глаза. — А, от них. Я уж думал, ответ не придёт, — пожимает плечами Цинцю, будто знает чуть больше, чем сам получатель, и от этого Цинхуа хмурит брови и окидывает друга недовольным взглядом. Цинхуа аккуратно, почти благоговейно распечатывает конверт, наслаждаясь качественной бумагой, однако сам текст внутри ставит в не меньший ступор, чем поведение Цинцю. — И что это вообще значит? — слегка смущённо спрашивает Цинхуа, не обращаясь ни к кому лично. — Что там? — кричит Цинцю из кухни, звеня посудой. — Приглашение на собеседование. «Г-н Шан, мы рассмотрели вашу заявку на вакансию руководителя отдела логистических работ в нашей компании. Вы подходите нам под заявленные критерии, так что мы приглашаем вас по этому адресу для следующего этапа: собеседования тет-а-тет с главой компании Северные Пустоши для проверки ваших личных качеств. Надеюсь, у вас всё получится, желаем успехов…» Что… Как вообще?! — Что-то не так? — слегка безразлично спрашивает Цинцю, входя в комнату с кружкой свежего кофе. — Что волнует?! Ты издеваешься, что ли? Я же даже не подавал никуда свою заявку, да и у кого вообще могли оказаться мои документы… Цинцю молча отпивает из кружки, пока Цинхуа борется с сонливостью и настраивает себя на мыслительный процесс. Однако, потеряв бдительность, вскоре обжигающий и такой вкусный кофе оказывается на чистой футболке Шэня. — Ты что вообще творишь?! — еле выдавливает из себя парень, отставляя уже полупустую кружку на стоящую рядом тумбочку. — Это ты! Это всё ты! — не то яростно, не то горестно кричит Цинхуа, схватив его за плечи. — Эй, эй, да хватит тебе уже, — недовольно шипит Цинцю. — И что тебе не нравится? Наконец уволишься с этой поганой печати, как ты ныл об этом уже несколько лет, и начнёшь уже работать по специальности. Я твои мечты исполняю, так что, может, хватит трясти меня как куклу? — Я работал по специальности! — обиженно возражает Цинхуа и скрещивает руки на груди, отходя от друга на несколько шагов, чтобы снова не вцепиться в него в порыве эмоций, однако спотыкается об диван и падает на него спиной, панически размахивая руками. Цинцю тяжело вздыхает, обводя обречённым взглядом футболку и кофе, и снова идёт на кухню. — Ага, работал, а потом тебя выгнали оттуда со скандалом. Потом, конечно, признали твою невиновность, простили-забыли, но это навсегда попортило твою репутацию молодого и хорошего специалиста в торговой бирже. И в итоге ты здесь: сидишь и редактируешь чужие похабные романы, получая сущие копейки, которые еле хватает на эту берлогу и нормальную еду. Поэтому ты ешь всякую дрянь. — Ну, ты тоже тут живёшь, — хмыкает Цинхуа, лежа спиной на диване и смотря в потолок. Это было бы его любимым занятием, если бы не моторчик в одном месте, заставляющий его вставать и что-то делать. Что ж, он и вправду был законченным трудоголиком, получая за свой труд гроши. — Я здесь из братской солидарности, а если короче, то просто спасаю твою жопу от выплаты арендной платы в полную сумму, — язвит Цинцю, слегка обжигаясь о горячий кофе, но всё равно с наслаждением прикрывает глаза от вкуса. — Получилось ещё длиннее, — ворчит Цинхуа, подскакивая с дивана и кидая другу новую футболку. — Ну, тогда выбирай первый вариант, — пожимает плечами тот, быстро переодеваясь и снова хватаясь за кофе. — Но мы с тобой не братья, — скулит Шан, смотря на него, как побитый щеночек. — О боже, просто возьми и приди туда. Компанией управляет друг Бинхэ, он только недавно занял пост директора фирмы из-за смерти отца и меняет старых людей, которые не готовы принимать поправки и новую власть, — раздражённо говорит Цинцю. — То есть ты впутал туда ещё и своего щеночка? — недоверчиво спрашивает Цинхуа. Они с Бинхэ никогда особо не ладили, и чаще всего это проявлялось из-за их отношений с Шэнь Цинцю. Хотя Цинхуа воспринимает друга исключительно как брата, оттого и многое позволяет. Он всегда был тактильным, а Цинцю просто было пофиг. Бинхэ же видел здесь разврат и чуть ли не соблазнение. Цинхуа тогда хотел показать ему настоящий разврат, показав некоторые записи со студенческих вечеринок, где главную роль играл Цинцю, но так подставлять друга не позволила ещё не засохшая совесть, хотя сам Цинхуа причислял её к сорнякам. В конце концов, Цинцю поговорил с Бинхэ, но тот навсегда заработал прозвище «ревнивый щеночек». Что как бы не далеко от правды. — С того случая, когда ты помог ему, он перестал так сильно ненавидеть тебя, так что перестань его так называть, — строго, своим учительским голосом (как называл это Цинхуа) просит Цинцю и идёт в ванную. — Неа! Он заслужил! И вообще, каким боком он тут замешан? — кричит Цинхуа вслед другу. — Ну, с тех пор, как он взял тебя консультантом для переезда главного филиала фирмы в этот город, он неоднократно рекламировал тебя среди своих знакомых. Не понимаю, почему ты всё время отказываешься, — ворчит Цинцю, заходя в комнату и неодобрительно сверля взглядом валяющееся на диване тело. — Не нужны мне ваши подачки! — самоуверенно вскликивает Цинхуа, пытаясь сесть, но только больно падает с дивана. — Да? — иронично подняв бровь, переспрашивает парень. — Ты просто боишься перемен, признай уже это. — качает головой он. — Самураи не признают слабостей! У них нет недостатков! — воинственно кричит Цинхуа. — Тогда руки в ноги, и найди в своём гардеробе что-то поприличнее твоего обычного оверсайза, — морщится Цинцю и указывает на шкаф. — Но… — Никаких «но», самурай, покажи мне всю свою силу воли!

━━━ ◦ ❖ ◦ ━━━

— Чтоб я ещё раз слушался этого поганого… Его еле слышное ворчание под нос прерывает звон колокольчика на стойке регистрации. — Шан Цинхуа, пожалуйста, подойдите сюда, — слышится ровный голос из динамиков, заставляя его слегка подпрыгнуть. Панически проверив все документы и пришедшее письмо, обрадовавшись, что это не было просто очень злой шуткой со стороны Цинцю, Цинхуа вскакивает и торопливо подходит к стойке, нервно улыбнувшись девушке за ней. — Здраствуйте, господин Шан, положите вот сюда все нужные документы и идите к третьему лифту. Там будет мужчина, который доставит вас до нужного этажа и укажет дальнейший путь. А я пока отсканирую ваши документы, чтобы отправить их прямиком к Главе. К концу сего мероприятия вы сможете забрать свои документы. Даю вам своё слово, что они не попадут в чужие руки, — раздаётся мелодичный голос девушки, и Цинхуа с ужасом понимает, что всё пропустил мимо ушей. Он кивает, складывая документы на стойке, и на негнущихся ногах идёт в сторону третьего лифта. По крайней мере, так было написано сверху. А точно ему к третьему? Или она сказала ко второму? Цинхуа с ужасом чувствует, как нарастает паника внутри него, а ладошки начинают потеть, когда он осторожно входит в лифт и с сомнением осматривает его, натыкаясь взглядом на мужчину. — Здраствуйте, вы на собеседование? — вежливо интересуется тот. Цинхуа кивает, понимая, что кроме писка страха не сможет выдать ничего нормального, и проходит дальше в железную коробку, мысленно прося бога, чтобы трос внезапно оборвался, и нашли бы его хладный труп в шахте лифта. — Чё, волнуешься, да? — внезапно слышится весёлый голос за спиной, а в следующую секунду на плечо панибратски ложится рука. — А, это ты, — мрачно заключает Цинхуа, чувствуя, как лифт начинает подниматься. У него есть чуть меньше минуты, чтобы попытаться успокоится и не забыть, как складывать буквы в слова, а слова в предложение. — Что, совсем не рад меня видеть? — нарочито-расстроенно спрашивает Бинхэ, склонившись к нему. — Убери от меня свои руки, щеночек. И что ты вообще тут забыл? — хмурится Цинхуа. — Ну, я приехал на собеседование, — важно говорит Бинхэ, сложив руки на груди. — На главу логистическим отделом? — насмешливо выгибает бровь Цинхуа, осматривая официальный стиль, в котором он не часто видит Ло Бинхэ. — Нет, посмотреть, как оно идёт. Да и я как бы твой непосредственный начальник, имей уважение! — громко заявляет тот, но Цинхуа только закатывает глаза. — Пусть у вас и есть несколько совместных дочерних компаний, материнской компанией управляет единолично Цзюнь Мобэй, так что просто отстань от меня. Внезапный звоночек остановки лифта чуть пугает Цинхуа, снова возвращая его в состояние бесформенно-паникующей лужи, в которой он был всю дорогу до встречи с Ло Бинхэ. — Не беспокойтесь, я его проведу, — благодарно кивает Бинхэ мужчине и выходит вместе с Цинхуа на этаже. — Да чё ты такой напряжный? Специалист вроде хороший. — Ты меня сейчас успокоить пытаешься? — удивлённо поднимает голову Цинхуа, отвлекаясь от проигрывания внутри себя возможных диалогов и не лажовых ответов на предстоящие вопросы. — Ну, ты всё-таки друг Цинцю, да и мне помог, когда было необходимо. Ты справишься, — без привычной насмешки говорит Бинхэ, кивая в его сторону. — Ну, легко говорить тебе, щеночек, когда оказываешься тайным сыном многомиллиардной компании, — язвит Цинхуа, просто банально не зная, что ответить на это. — Ты сейчас серьёзно? — Нет, и на твоём месте я бы не хотел быть. Уф, как ты ещё ходишь без охраны, щеночек, — ёжится Цинхуа, взволнованно смотря на тёмную дубовую дверь. — Оу, ты за меня волнуешься, как мило. Цинцю в жизни бы не поверил! — веселится Бинхэ, чуть подталкивая его в спину. — О, стой! Пока мы не зашли, пробегись быстренько глазами по этому контракту, хочу услышать твоё профессиональное мнение. — он быстро всовывает ему небольшую стопку бумаг. — Там первым листком я всё кратенько написал. — Эй, я тебе не бесплатный робот, который может на раз-два тебе всё сделать. Или хотя бы плати за работу! — возмущается Цинхуа, игнорируя первый лист и всматриваясь в условия контракта. — Если бы у нас было больше времени, я бы дал тебе этой стопкой бумаг по голове за твоё «кратенько». И вообще, какую ты дрянь мне подсунул? Тут даже неустойки не указаны, ты всерьёз хочешь подписать этот контракт? Я был о тебе лучшего мнения. Надо сказать Цинцю, чтобы он расстался с тобой. Он заслуживает всего самого лучшего, а не будущего банкрота и уже идиота. Впихнув обратно бумаги, Цинхуа переводит взгляд на наручные часы и обливается потом, осознав, что он уже как пять минут должен сидеть в этом самом кабинете и отвечать на вопросы. Не дав Бинхэ даже возмутиться, он стучит и открывает дверь, тут же склоняясь в извинении. — Э-эм, здраствуйте, Глава Цзюнь, я приношу свои извинения за задержку, этого больше не повторится. За спиной раздаётся фырканье, и Цинхуа еле сдерживается, чтобы не пнуть этого наглеца в колено. — Проходите, господин Шан, присаживайтесь. И ты, Ло Бинхэ, — отзывается его будущий начальник, и Цинхуа с удивлением разгибается, с трудом заставляя себя двигаться в сторону кресла. Напротив него за столом сидит, без спору, самый красивый человек, которого он видел в своей жизни. Он на пару секунд залипает на длинные тёмные волосы, изящную жилетку поверх белой рубашки, которая явно стоит больше всей его одежды, и тонкие запястье, которых не скрывают закатанные рукава. — Ты только рот закрой, — неприятно смеётся Бинхэ, и Цинхуа тут же смотрит на него, нахмурившись. — Заткнись, щеночек, ты только-только мне милым показался, — недовольно шипит он, уже сожалея, что встретил этого человека по пути. — Вы..? — непонятливо нахмурившись, спрашивает Мобэй, смотря на них по очереди. — А, эм, у нас есть общий… Друг, через которого мы часто общаемся, — уклончиво отвечает Цинхуа, замечая, что волнение внутри, которое до этого почти вырывало его сердце с корнем, понемногу отпускает, и вместо него растёт безмерное желание не отрывать глаз от своего будущего босса. — Ага, друг, — хмыкает Бинхэ и с радостной мордочкой лезет в телефон, теряя весь интерес к происходящему в кабинете. — Что ж, — смерив партнёра подозрительным взглядом, Мобэй обращает своё внимание на пришедшего человека. — Я многое о вас слышал, господин Шан. И в частности от Ло Бинхэ. Бинхэ махает рукой, услышав своё имя, но так и не отрывает своё внимание от телефона. — Также и от других компаний. И наткнулся на любопытный скандал, датированный всего четыре года назад. Вы можете это прокомментировать? — риторически спрашивает Мобэй. — Э, я, да, да, могу. Тогда… Я только выпустился с университета, и мне сразу же предложили вакантное место в этой компании. Я без раздумий согласился. Но, по мере продвижения по карьерной лестнице, одному человеку, чьё имя я не буду называть, не понравился мой быстрый подъём, и он подделал документы, из-за которых я судился с компанией, пытаясь доказать свою невиновность. Логистика компании — это очень кропотливая и ответственная должность, все люди в этой цепочке важны. Один ошибся, другой не проверил, и вот уже компания, а не эти люди несёт огромные убытки. В итоге я достал доказательства, что через мой стол документ прошёл в надлежащем виде, а дальше — ответственность вышестоящего. Мне выплатили компенсацию, но второй работой всегда является репутация, так что меня мало куда могли взять, — спокойно рассказывает Цинхуа, смотря на свои ладони. Он давно уже не ощущает гнева по этому поводу, но знает, что лёгкая досада никуда не денется. — Ясно. Что стало с тем человеком? — Я не знаю. Да, и не смог бы сказать. Это всё — личные дела каждой компании. — Понятно. Цинхуа отрывает взгляд от ладоней, замечая паузу, и сталкивается прямо с чужим взглядом. С виду хоть и не вообразимо красивый, но холодный человек, словно снег, его взгляд, кажется, передаёт все нужные эмоции. Цинхуа облизывает внезапно пересохшие губы, и следит, как человек напротив крутит печатку на большом пальце. — Так же я бы хотел отметить ваше портфолио. Оно действительно впечатляет. Думаю, если не эта ситуация, вы бы составили огромную конкуренцию на рынке, господин Шан, — кажется, Цзюнь Мобэй даже слегка доволен, что произошла такая ситуация, и теперь Цинхуа будет работать у него. Несмотря на некоторую странность всего происходящего, Цинхуа краснеет такому вниманию и смущённо опускает взгляд, чувствуя, как горят уши. — Спасибо большое, — тихо говорит он. — Для меня это большая возможность наконец работать по профессии и… — Цинхуа поднимает взгляд и слегка улыбается человеку напротив. — Завести новые знакомства. — Думаю, в нашей компании вы сможете встретить много интересных людей, — кивает Мобэй, удивлённый тому, как плавно идёт диалог и своему желанию не поскорее закончить этот бесполезный обмен любезностями, а, наоборот, затянуть его как можно дольше. — Что ж, тогда я буду рад принять ваше предложение и найти интересную для себя компанию, — смущённо говорит Цинхуа. — На самом деле, я с самого начал хотел нанять вас. Мне просто было интересно послушать другие кандидатуры и увидеть вас в живую, господин Шан, — заканчивает Цзюнь Мобэй, разглядывая человека перед ним. Кто же знал, что знакомый Бинхэ окажется таким красивым? Не своей лощёной красотой, выверенной до блеска, а домашним уютом в милом свитере поверх рубашки вместо пиджака. — Д-да, спасибо. — Цинхуа гулко сглатывает, будто загипнотизированный, и крепче сжимает подлокотники кресла. — Воу-воу, полегче ребята, у вас тут напряжение все двести двадцать вольт, что я аж сейчас вспыхну, — внезапно вскакивает со своего места Ло Бинхэ, широкими шагами двигаясь в сторону двери. — Думаю, Цинцю не будет против двойного свидания. А вы, ребятки? Хотя чего я спрашиваю, я не удивлюсь, если вы прямо тут потрахаетесь. — Эй! О твоём поведении точно узнает Цинцю, — негодующе шипит Цинхуа, понимая, что вся атмосфера была разрушена. — Я не против, — быстро отзывается Мобэй и краешком губ улыбается удивлённому взгляду. — Вот видишь, бери пример с уверенных личностей, — поддакивает Бинхэ, показывая два пальца Мобэю. Тот в ответ только фыркает. — Иди уже отсюда, — недовольно ворчит Цинхуа, махая на него рукой. — Вы против? — как только захлопывается дверь, интересуется Мобэй. — Нет, я просто… Этот Бинхэ всегда такой несносный, — устало выдыхает Цинхуа. Ло Бинхэ выматывает одним своим присутствием. — Но… если вы серьёзно, про свидание, я имею ввиду, то я не против, совсем. Цинхуа краснеет, под конец слегка сбиваясь, но Мобэй только посылает ответную улыбку. — Что ж, тогда, господин Шан, я буду рад, если вы будете у нас работать и также провести некоторое время вне компании, — чинно говорит Мобэй, поднимаясь и протягивая руку. — Д-да, я тоже, — ярко улыбается Цинхуа, пожимая руку. Однако его ладонь мягко перехватывают и переворачивают, неожиданно прикасаясь горячими губами к запястью. — Г-глава Цзюнь, — мямлит на прощание Цинхуа, буквально чувствуя, как полыхает его лицо, и быстрым шагом покидает кабинет, не готовый к этой буре эмоций. — Ну как? Понравилось? — весело спрашивает Ло Бинхэ, который, оказывается, ждал его, прислонившись к стене. — Хотя не отвечай, я по твоему лицу вижу — понравилось. — Заткнись, щеночек, — недовольно говорит Цинхуа, не пряча на губах улыбку, и толкает его в плечо.