Кто был до Гражданина?

      Луна в окне кажется бесконечно большой и одинокой. Темноволосый мальчик укладывает голову на подоконник, ковыряя и без того обшарпанную краску. В соседней комнате раздаётся грохот. Ребёнок вздрагивает, но продолжает сидеть тихо. Ему всего лишь пять, а он уже научился не издавать ни звука, когда это происходит. Быть незаметным, делать вид, что его вовсе не существует. Когда ему особенно грустно в такие ночи, он разговаривает со своим единственным другом. Так же, как и сейчас:       - Луна, почему они опять кричат? Почему дома не может быть просто тихо? - Он немного помолчал. - Я видел, как других ребят забирают с садика. Они улыбаются, обнимаются. А меня мама опять ударила. Я был слишком громким! Представляешь? Но в следующий раз я буду тише. В следующий раз она тоже улыбнётся мне и обнимет!       Мальчик радостно подскакивает на месте и бьёт кулачком по подоконнику, будто закрепляя свои слова. Только сейчас он замечает, что дома тихо. Слишком тихо. Дверь в комнату приоткрывается.       - Олег, ты ещё не спишь?       В проёме показывается мужчина высокого роста, с тёмными волосами и глазами - Александр Волков.       - Папа? А где мама?       И без того всегда строгое лицо становится просто непроницаемым. Глаза отца как будто темнеют, а губы сжимаются в тонкую линию.       - Тебе надо спать, Олег. Завтра я отведу тебя в садик. - Слова резкие, бьют наотмашь.       Маленький мальчик слышит звук колёсиков. Совсем небольших, но кажется, что они везут что-то тяжёлое. Похоже чем-то на мамин чемодан...       Олег срывается с места и мимо отца бежит в коридор. Там его мама, высокая статная женщина, надевает пальто. Её чемодан и впрямь стоит рядом.       - Мама? Мамочка? Куда ты?       Большие глаза наполняются слезами. Он совсем ничего не понимает. Может, она уходит купить что-то? Но зачем чемодан?       - Олег? - Серые глаза, холодные как сталь, смотрят безразлично. Ей всё равно. Опять. - Я ухожу.       Мальчик замер. Он мог бы остановить её. Мог бы вцепиться в такое родное пальто, упасть на колени и умолять её остаться. Мог бы рыдать, обещать что сделает всё, что она попросит. Он мог бы попроситься уйти с ней! Олег знает, отец бы не остановил его. Отец принял бы любое его решение. Но мальчик стоит. Он просто смотрит на неё, на свою любимую маму. Именно сейчас он чувствует, как на его плечи сваливается вселенская усталость, не давая сделать и шага вперёд. Ей всегда было всё равно, каким бы тихим он ни был, как бы ни старался и ни умолял.       На плечо Олега ложится рука. Отец стоит рядом, но его взгляд направлен не на сына. Он смотрит на жену с тихой ненавистью.       - Уходи. Не возвращайся больше в этот дом.       Мама холодно усмехается.       - Это не мой дом. А это... - Она указывает пальцем на Олега, и, кажется, он впервые видит там что-то кроме безразличия. В прекрасных серых глазах плещется презрение. - Это больше не мой сын.       Она разворачивается и молча уходит. Мальчику кажется, что удаляющийся звук каблуков и треск колёсиков навсегда врезаются ему в память.       ***       Яркие лучи пробиваются сквозь шторы и падают на глаза мальчика. Он нехотя разлепляет веки. Мягкая кровать, тёплые подушки и плед так и манят обратно заснуть. Интересно, мама и папа тоже уже проснулись? Олег подскакивает на кровати. «Мама и папа!» Он бежит в родительскую комнату. Может, ему всё приснилось? Может мама сейчас сидит на кровати, а когда он придёт, она, наконец, улыбнётся ему...       Мальчик замирает в дверном проёме. Комната пуста. Даже больше чем обычно. Пропали все вещи из шкафа, фотографии в рамках убраны с тумбочек, а кровать идеально заправлена. У окна стоит отец.       - Олег? Проснулся?       Он оборачивается. Сейчас папа выглядит как никогда взрослым. Даже старым. Олегу кажется, что он разглядел несколько новых морщин на лбу, но видение быстро прошло.       - Мама.... - Он неспокойно переминается с ноги на ногу и только сейчас замечает одну из рамок, что раньше стояла на полке, у отца в руках. На ней мама с папой. Они обнимаются и счастливо улыбаются друг другу. Самого мальчика тогда ещё не было.       Александр спешно убирает рамку в сумку, стоящую на полу.       - Я подумал, что пора переезжать. Эту квартиру любила твоя мать. Нам здесь делать нечего. Я думал дать тебе поспать подольше, но раз ты встал, то пошли собирать вещи.       Олег лишь кивнул. Мир показался пустым и безжизненным.       ***       Черноволосый мальчишка смотрел в окно машины. Ему была незнакома эта часть города, как и новый мир вокруг.       - Олег.       Он впервые за всю поездку взглянул на отца.       - Да, пап?       - Как ты себя чувствуешь? - Этот вопрос показался таким неестественным из уст отца. Кажется, он и сам это почувствовал.       - Я... Я не знаю. В порядке, наверное. - Олег неловко заёрзал на сиденье, ожидая подвоха.       - Ты любишь маму? - Голос как треск стекла.       - Да.       Олег ни минуты не думал. Он любил её всегда, несмотря ни на что. И сейчас, когда она ушла, мальчик её любит.       - Ты бы мог уйти с ней. - Александр нахмурился, будто сам сомневался в том, что сказал. А вот Олег не сомневался:       - Она бы меня не взяла. Я ей не нужен, мама не любит меня.       Казалось, он понял это уже давно, хотя оформленная мысль пришла только вчера. Она его просто не любит. Вот почему были все эти побои. Вот почему она так холодного на него смотрела. Вот почему она его ни разу не обняла.       - И ты всё равно её любишь?.. - Лицо отца стало белым, как полотно.       - Да.       И снова ни минуты сомнений.       - Прости меня. - Раскаяние тяжело легло на их плечи.       - За что?       Но отец молчал.       ***       - Это твой новый садик.       Александр сжал плечо сына и присел перед ним на корточки.       - Я знаю, что это всё тяжело. Но это наша новая жизнь. Теперь счастливая.       Олег смотрел на землю. Ему хотелось сбежать отсюда. Как можно быстрее. Отец потянулся к своей шее и снял с неё что-то. На солнце сверкнул волчий профиль.       - Этот клык дал мне твой дед, когда ушёл на войну. Сказал, что пока он со мной, то и отец рядом. И я сейчас говорю тебе это. Ничего не бойся и никогда не отступай. А я буду с тобой, Олег.       Он повесил чёрный шнурок на шею сына. Глаза мальчишки заворожённо смотрели на серебряного волка. Как только клык коснулся его груди, Олегу показалось, что его вновь наполнили силы. Теперь ему всё по плечу.