В городе, который

***

– Нам нужен был кто-то ответственный. Резиденция Богов Катастроф – то ещё мрачное местечко. Похоже на старинную лабораторию с кучей отсеков для изучения новых видов неприятностей. Ведь нужно же богам шагать в ногу со временем – узнавать всё о созданных людьми устройствах и опасностях от них. Феликс семенит следом за провожатым – по совместительству его руководителем практики на ближайший год. Бросает опасливые взгляды за прозрачные двери: жидкость в пробирке вспыхнула и едва не перекинулась на рукава экспериментатора. Он мгновенно подхватил языки пламени и вернул своей волшебной силой обратно в пробирку. Дальше разглядывать было некогда. Пришлось увеличить шаг, чтобы не отставать. Да, после проведённой экскурсии Феликс вполне мог признать, что в нём проснулось любопытство к вверенной ему должности. До интереса там было далеко, но, по крайней мере, желание мгновенно унестись прочь и провести год отшельником отпало. Здесь, конечно, не хоромы, и за окнами слишком много клубящихся туч, не исчезающих в любое время дня и года. Но, судя по рассказам, Бог Катастроф помогал поддерживать в мире равновесие и порядок. – Не познав тьму, человек не познает и света. Мы ответственны за тьму. Не ту, которой владеют демоны, но ту, что будет помогать миру, – вещал учитель, идя по коридору, изрисованному старинными иллюстрациями, показывающими, чем именно должен заниматься Бог на должности Чумы. Ураганы, потопы, пожары, тонущие корабли, столкновения колесниц. Чем дальше они шли, тем современнее становились сюжеты. Если с природными катастрофами всё осталось почти как прежде – изменились лишь внешние виды зданий, то остальные опасности расширились и довольно масштабно. Прибавились авиакатастрофы, колесницы сменились автомобилями и считались на данный момент одними из частейших возможных катастроф. В современном мире один плюс – корабли теперь тонули реже, им выделили лишь самый уголок в фреске. Коридор свернул влево. Учитель скрипнул дальней дверью и щелкнул светом. Тусклая лампочка высветила рабочий стол, заваленный книгами и окружённый множеством компьютерных экранов. Стеллажи терялись под потолком, потому прилагали к себе в компанию и лестницу, чтобы можно было добраться до содержащихся внутри сокровищ. Но самое главное находилось в середине помещения – макет города с многоэтажками и крошечными домами, дорогами, светом фонарей, мигающими вывесками на улицах. Город был совсем как настоящий, разве что люди по улицам не ходили. – Это один из наших тренажеров, – пояснил мужчина, приобнимая застывшего в дверях Феликса за плечи и подводя к городу поближе. – Твоя задача на данный момент – изучить существующие катастрофы, разобраться, как работают твои силы. Пусть мы и считаемся среди богов злодеями, но не калечим и не убиваем всех подряд. Следуем указаниям изучающих людские судьбы – наша миссия в создании переломных моментов в жизнях людей или устранении тех, кто свой долг в мире уже выполнил. Никого лишнего, потому нам нужно делать всё чётко, быстро и без ошибок. У тебя есть книги. Реквизит к городу в ящике под столом. Всё, что ты сделаешь на макете, отразится на экране – как и насколько правдоподобно отразились бы твои действия в реальности. Помни, что для хорошей работы, в первую очередь, ты должен дружить с логикой. Иначе люди о чем-нибудь догадаются, а это нежелательно. Думаю, на этом пока всё. Я загляну попозже. Настоящий Бог Катастроф удалился. Феликс поставил сумку с вещами на пыльный столик. Вгляделся в зеленоватый экран, показывающий ему будто изображения камер видеонаблюдения, а на деле всего лишь виды города-макета. Полистал хрупкие книжные страницы. Если бы он сказал, что не заинтересовался, то соврал бы. Если бы сказал, что ему всё же понравилось его предназначение, то тоже сморозил бы чушь. Тренажёр – это хорошо, но мучить людей в реальности, даже если так твердит их судьба... А мир уверен, что он, Феликс, попал куда нужно? Любовь ведь тоже та еще катастрофа, почему он не какой-нибудь Амур? Но здесь, кажется, правда ничего не сделаешь. Феликс закатал рукава чёрного пиджака. Достал из кармана очки, нацепил на нос и пробежался пальцами по пыльной клавиатуре. Свет на тренажёре сменился на сумеречный. По земле прошлась рябь – небольшое землетрясение, только штукатурка снаружи зданий слегка осыпалась, да пару машин придавило ветками. Феликс выделил повреждённые объекты мышкой и нажал "enter". Всё вернулось к прежнему нетронутому виду. Ну, что ж... этак забавляться можно сколько угодно. А через год... он подумает. Возможно, всё действительно не так плохо?

***

Но если даже не плохо, то всё равно не так просто. Разрушительную силу создаваемой катастрофы нужно было регулировать. От её большого количества макеты домов и "игрушечные" машинки рассыпались у Феликса под пальцами и приходилось ждать их восстановления. А созданный им ураган и вовсе смел город на пол, оставив летать над доской лишь маленькие тучки. Удача шла за неудачей, прямо намекая Феликсу, что он занимается не тем, чем должен. Но Феликс продолжал стараться. Читал книги слипающимися от сна глазами. Засыпал прямо за столом и просыпался от раскатов грома за окном. И от предгрозовой духоты. От неё тоже. Распутывал неизменно душившую цепочку. Сжимал замок в пальцах. И продолжал корпеть над собиравшимися его предшественниками знаниями. Сначала Феликс вычеркивал в календаре дни до конца стажировки. И, как думал, до конца своей жизни. Но потом оказалось, что мрачные на вид типы в резиденции Катастроф на деле очень добродушные. Они приходили к новому студенту пожелать удачи, приносили сладости. Кое-кто даже присаживался на свободный стул и начинал делиться своим опытом в грамотном создании несчастий. Феликс и сам не заметил, как привязался к здешним обитателям, а потом и вовсе подружился с ними. А однажды, спустя всего четыре месяца с начала стажировки, произошёл случай, после которого Ликс смог ходить с высоко поднятой головой не только по резиденции, но и по улицам Небесного Города. Слава о нём расползлась даже среди уже состоявшихся опытных богов. В тот день Резиденцию Катастроф потрясло поступившее от Резиденции Судеб задание. Катастрофа должна была случиться с президентом одной из крупных стран. Пострадать он должен был сильно, но не насмерть. Казалось бы, задание привычное, но в той стране как раз были политические беспорядки – пострадай этот человек слишком сильно, и могло вспыхнуть восстание, чтобы потом плавно перетечь в войну. Причина же наказания для этого человека – слишком халатное отношение к своему народу. Никто не мог придумать для него ничего достойного, чтобы случай стал для него поучительной историей и при этом в мире не случилась большая беда. Боги Катастроф спорили, но никто не желал выходить вперёд и взять на себя ответственность. Кроме Феликса. Который предложил вариант. Перед ним расступились, и он использовал свои силы уже на доске реального мира. Президент шёл по мосту и увидел, что в реке тонет маленькая девочка. Он ринулся в воду и смог вытащить малышку, но его самого унесло быстрым течением. Мужчину спасли. С множеством переломов и переохлаждением, он долго восстанавливался, но в итоге в глазах народа из негодяя превратился в героя. Но президент изменился не только внешне, но и внутренне. После этого случая он стал совершенно другим человеком. Стажёр же Феликс – легендой. Самым юным Богом за всю историю. А ещё осознал, что, возможно, действительно находится на своём месте. Ведь катастрофами можно не только творить несчастья, но и менять людские души. Нести в мир добро. Однако с приходом популярности за спиной Феликса прибавилось множество шепотков. Злобные среди них были, но больше над ним вздыхали. Ведь боги приходят в том возрасте, в котором умирают. Радоваться, что такой талант присоединился к богам, можно, но нельзя при этом ещё и не сожалеть. Умирать молодым ужасно. Ещё хуже, когда из жизни уходят такие как Феликс. Талантливые, с огромным сердцем и широко раскрытыми на мир глазами. У таких, говорят, самые трагичные смерти. В общем, пока одни завидовали, а другие сожалели о его нелёгкой судьбе, Феликс продолжил обучение в комнате с тренажером. Перед началом настоящей работы, ему ещё многому предстояло научиться. Свой мирок Феликс знал уже вдоль и поперёк. Когда и какая катастрофа в нём произошла, как это в итоге повлияло на его историю. Конечно же, он приходил в упадок от постоянных невзгод. Но Феликс в какой-то момент перестал стирать последствия своей работы автоматически. Давал городу возможность восстанавливаться самому. Самому, потому что Феликс был уверен – в городке не было жителей, чтобы его чинить. Откуда им взяться в созданной для тренировок силы игрушке? Не сразу, но город затягивал свои трещины. А Феликс наблюдал за этим, с умилением подперев щеку. Знал, что когда-то ему будет жаль расставаться с этим ненастоящим миром, историю которого он создал сам. Но до вручения ему ключа от силы оставалось всё меньше времени. Потому приходилось ценить каждый день.

***

Ключ. Ему отдали ключ. И это произошло.

***

Ладонь звонко хлопает по плечу. Пальцы на клавиатуре дрогнули и ударили не по тем кнопкам. На улицах города занялся пожар. Феликс глядит на произошедшее в панике. А его тем временем разворачивает к себе лицом руководитель практики. И машет перед глазами ключом. – Поздравляю, Феликс! Ты успешно прошёл стажировку! – Как так? Ещё же месяц впереди! – вскрикивает Феликс, но ключ уже летит к нему в ладони. – Думаю, все боги и так уже всё поняли. Ты отлично постарался. С завтрашнего дня работаешь в главном отделе. Феликс встаёт и сгибается в поклоне. Дверь скрипит за спиной мужчины. Ликс разжимает ладонь и разглядывает завитушки на ключе. – Ну вот и всё. – тяжко вздыхает он. Ответственность давит на плечи. Однако он понимает, что готов. О том, чтобы открыть замок на шее, даже мысли не проскакивает. Только немного грустно. Грустно, что Город Катастроф всё же останется без него, Феликса. Феликс привычно подошёл к доске. Вытащил из коробки машинку и прокатил её по горящей дороге. На экране компьютеров отразилась она же, в полную величину, мчащаяся на бешеной скорости. Феликс улыбнулся. Щелкнул пальцами, и над Городом Катастроф сгустились тучи. Засияли и забили в землю молнии. Затем Феликс достал из-под стола лейку и полил случайно утроенный пожар. Однако тот почему-то отказался затухать. Феликс непонимающе приподнял брови. Оглянулся на компьютер – неужели вылезла ошибка? И вправду – на главном экране светился восклицательный знак. Пришлось отставить лейку и идти разбираться, что не так со старой системой. Феликс щелкнул "ок" на сообщении. Но ему на смену прилетело такое же. Парень задумчиво осмотрел другие экраны. Всё, что он устроил – пожар, молнии, дождь, машина в огне, всё на месте и правдоподобно, тогда почему... – Может уже хватит? – вдруг слышит Феликс голос, а за ним счастливый заливистый смех. В панике оглядывается. Но он в кабинете один. А потом замечает на одном из экранов... человека. Смотрящего прямо на него. С очками на носу. В наушниках и белой рубашке с клетчатыми рукавами. Феликс потерял дар речи. Что происходит?! А неизвестный тем временем беззаботной походкой перекочевал из кадра с ливнем и бьющими молниями в другой, с пожарами. Примерно на этом этапе до Феликса доходит, что мир, над которым он ставил эксперименты всё это время, был настоящим. Пальцы в панике бьют по клавиатуре. Но проклятое сообщение об ошибке не исчезает, ему на смену приходит с десяток таких же. Феликс уже прописал кучу катастроф. И не мог их отменить. А этот беззаботный псих подбирался всё ближе к кадру с несущейся прямо на него машиной в огне. Все катастрофы должны быть обдуманы. А смерти от них подтверждены документально. Нельзя убивать всех подряд. Получается, всё это чушь? Феликс больше не хотел быть Богом Катастроф. Он хотел спасти этого психа от того, что натворил! Но ничего не мог сделать. До столкновения три... две... Ключ от силы выскользнул из пальцев. Зазвенел о плитку на полу. Одна... Свет вокруг померк, оставив Феликса одного в темном пространстве. Больше не было ни экранов, ни макета Города Катастроф, оказавшегося более чем настоящим. Был только он, Феликс. И бесконечно зацикленный звон ключа о плитку. Феликс поискал ключ и нашёл у своих ног. Проверил замок на шее – он всё так же был на месте, тогда почему... – Что вообще произошло? Но сколько ни оглядывался, Ликс видел только темноту. Темноту и ключ в своих руках. Может, это потому что он пошёл против своего предназначения? Или катастрофы обернулись против него или... Нет, у Феликса не было достойной идеи. Не зная, что ему теперь делать, он просто пошёл вперёд. Паника нарастала с каждым шагом, сердце глухо билось о рёбра. Цепочка безжалостно давила на шею. В какой-то момент Феликс понял, что ровная дорога под ногами сменилась ступенями. И он поднимается по ним вверх. Выше и выше. А вокруг загораются звезды. И разливается чей-то смех. А потом вдруг перед глазами вспыхивает вид на город. Секунда – солнце над ним заходит, сменяясь ночью. Загораются фонари, неоновые вывески. И золотые языки огня. Затем дорога под ногами Феликса заканчивается. И Феликс летит навстречу этому маленькому миру. Городу Катастроф.

***

Город Катастроф. Увядающий под знойным солнцем. Ржавый. Весь в пепле. Но счастливый и трепетный в своем очаровании. Так жаждущий не задохнуться, тянущийся к крохам доступной ему любви и ласки. В этом обгоревшем мире жил один беззаботный сумасшедший. Весёлый и счастливый. С туманом на сердце. И грустью на дне глаз. С него и начинается наша история.

***

Кап. Капелька падает в пруд. Расходятся круги. Один больше другого. Где-то от этой крошечной капли поднимается цунами. И тонут целые цивилизации.