отель, где временно живёт наша любовь

      Парадеев поглотил все напитки, которые были в мини-баре. Будет ли ему плохо? Очень. Надо ли ему завтра на работу? Да. Получит ли он штраф или его отчитают? Возможно частично, но, скорее всего, да. В любом случае, сейчас неважно. Сейчас он снимет этот костюм, который сильно давит на всё тело и ляжет на уже давно манящую кровать. Такую мягкую, чистенькую и очень-очень удобную.       Саша откидывает в сторону последний элемент рабочего костюма и уже чуть ли не в припляску идёт к своей ложе на сегодняшнюю ночь, но останавливается в последний момент.       — Точно, — он щёлкает пальцами и разворачивается на пятках, стараясь не упасть из-за головокружения. Кудрявый подходит к дивану и берёт подарочный пакет, доставая красивый ловец снов. Улыбка так и ползёт вверх по лицу. Теперь можно идти спать. Парадеев останавливается около кровати и смотрит на подарок в руках. — Куда эту штуку то присобачить? — он осматривает номер и видит картины над кроватью. — Туда, — мужчина неуверенно встаёт ногами на матрас и чуть проваливается. Еле-еле он ставит кольцо с декором на одно из произведений искусства и падает на кровать, молясь, что та не сломается. Он переползает к подушке и укрывается одеялом. Никаких стонов, криков, потрахушек и, Саша надеется, что кошмаров.

***

      Парадеев видит синий гараж и уже кричать от боли готов. Перед ним Деревяшкин, но только он уже больше не держится за живот и не говорит одно и то же. Брюнет просто стоит и смотрит на управляющего. Саша смотрит на свои руки и в них ничего нет. Нет никакого ножа.       — Что происходит? — спрашивает Парадеев и смотрит на Лёшу, тот лишь тихонько улыбается и ресницами медленно хлопает. — Алексей Викторович?       Лёша не слышит, поворачивается на 80 градусов влево и уходит, а Саша за ним. Брюнет всё быстрее и быстрее темп берёт, заставляя светловолосого на бег переходить.       — Алексей Викторович! — отчаянно кричит Парадеев и ускоряется, делая последний рывок.       Он даже не замечает, как открывает двери в отель и оказывается около ресепшен.       — Что? — спрашивает Саша, пытаясь отдышаться и смотрит на Лёшу, который наконец остановился и повернулся к управляющему лицом. Расстоние между ними составляет шагов десять. — Алексей Викторович, что происходит? — тот ближе подходит и сокращает дистанцию на половину.       — Вы спаслись, — он тепло улыбается и смотрит на светловолосого.       — Спасся? — Саша замечает, что Лёша смотрит куда-то за Парадеева, и поворачивается. Там ничего нет и, поэтому мужчина разворачивает голову обратно, но Деревяшкина уже нет.       — Александр Владиславович, — окликивают его откуда-то. Кудрявый смотрит по сторонам, но никого нет. Голос слышится где-то сверху. Зовёт Сашу снова и снова. Парадеев открывает глаза и замечает интерьер люкса вокруг. — Александр Владиславович, — зовёт его Амина, чуть нависая.       Голова раскалывается и трещит. Саша даже не сразу соображает, что говорит девушка.       — Сколько время? — мямлит он в подушку.       — Почти восемь утра. Мне сказали Вас разбудить и отправить домой.       — Кто сказал?       — Анна Юрьевна. Она сказала, что Вы ещё должны зайти в переговорную, когда соберётесь.       — Ну ладно. Амина, спасибо, — тёмноволосая кивает и уходит из номера.       Парадеев через силу встаёт и осматривается по сторонам. Он видит красивый декор над кроватью и вспоминает, что в люксах обычно такого нет. Откуда он взялся — Саша не помнит. Ну, вроде же, это ловец снов? Сегодня ещё и кошмары не снились. Надо его к себе домой забрать. Кудрявый залезает на матрас и достаёт красивое кольцо с перьями.

***

      — Здравствуйте, Анна Юрьевна, — Саша стоит в проходе и смотрит на владелицу.       — Садитесь, Александр, — мужчина слушается. — Итак, я же обещала Вам отпуск? Так как у Вас суббота и воскресенье — выходные, то я предлагаю сегодня написать заявление и спокойно идти отдыхать. Сегодня можете тоже устроить себе выходной, а то я вижу, что Вы не в ресурсе, — девушка осматривает чуть опухшего из-за алкоголя управляющего, тот лишь губы поджимает.       — Алексей Викторович точно справится? — Чернюк вздыхает.       — Теперь вот я не знаю, — тихо отвечает она и смотрит в сторону. Светловолосый на неё вопросительно смотрит. — У Вас же вчера день рождения был? — опомнившись, интересуется Аня. Саша кивает. — И Вы ничего не помните, верно? — ещё кивок. — Ладно, с прошедшим. Вот бумага, — она достаёт из выдвижного шкафчика листок и кладёт перед кудрявым, тот тянется за ручкой. — Пишите на месяц.       — На месяц? — удивленно переспрашивает Парадеев. Аня кивает. Саша выдыхает и принимается писать заявление.       — Вы заслужили такой отдых.       — Спасибо, Анна Юрьевна.

***

      Лёша заходит в отель с бутылкой минеральной воды и солнцезащитными очками на глазах. Сегодня он не самая лучшая версия себя и всё из-за вчерашнего празднования, половину которого он не помнит. Помнит только то, как подарил управляющему ловец снов и выпил первый стакан виски.       — Здравствуйте, Александр Владиславович, — приветствуется он с идущим к нему на встречу Парадеевым, который сегодня явно с хорошим настроением. Саша останавливается рядом с брюнетом.       — Здравствуйте, Алексей Викторович. Вы вчера тоже пили? — у кудрявого вырывается смешок.       — Так мы же с Вами вчера пили. Кстати, Вам помог подарок?       — Какой? — Лёша кивает на подарочный пакет в чужих руках. — А, этот? Да, спасибо Вам огромное. Ничего не помню из вчерашнего.       — Я тоже половину не помню. Вы чего такой радостный, кстати?       — Отпуск дали на месяц. Съезжу, отдохну где-нибудь, — Парадеев улыбается. — Пойду я. До свидания, Алексей Викторович.       — До свидания, Александр Владиславович, — кудрявый уходит, а Лёша направляется к лифту.

***

      — Привет, Ань, — он садится рядом с шатенкой, а та смотрит на него и щурится, хитро улыбаясь. — Чего с тобой уже? — брюнет хмурится.       — А с тобой?       — Со мной похмелье, — Лёша открывает бутылку и делает пару глотков.       — Помнишь что-нибудь со вчера? Как Вы с Александром праздновали, например.       — Помню подарил ему подарок, выпил стакан, а дальше ничего не помню.       — А я вот помню, как кто-то позвонил мне ночью и сказал: «Кажется, я с Александром Владиславовичем поцеловался». Отлично помню этот момент, — Деревяшкин на неё смотрит округлёнными глазами.       — Не помню, чтобы с нами кто-то ещё был.       — Лёш, ты тупой? Это ты мне позвонил!       — Что?! — удивлённо спросил брюнет. — Ты уверена, что я тебе позвонил?       — Твой голос я никогда с чужим не перепутаю, Деревяшкин.       — Ань, да я не мог его, — он не хотел говорить следующее слово. — Ну вот это самое.       — Ярика же поцеловал, — Лёша фыркнул.       — Он первый полез тогда. Вообще, это другое. Хватит уже Ярика вспоминать.       — Что делать будешь? Опять игнорить?       — А что я могу делать? Прийти к нему домой и заявить, что мы с ним целовались, когда и он и я не помним сегодняшнюю ночь? Да и он, тем более, в отпуске.       — Лёш, ну надо сказать ему. Потом вдруг вспомнит.       — Ань, вот если бы ты не рассказала мне, то вообще всё хорошо бы было. Мне вот теперь сидеть и думать что делать.       — Хватит просто бегать и не принимать себя. Ну да, тебе нравятся мальчики, и что?       — Чернюк, какие нахуй мальчики? Никто мне не нравится!       — Просто так с управляющим целуешься? По приколу?       — Может, я вообще с ним не целовался! Я же пьяный был. В общем, если я не помню, значит не было, — шатенка цокает.       — Какой же ты придурок.       — Реалист, — поправляет девушку Лёша и вздыхает. Правда, что ему делать? — Мне серьёзно надо с ним поговорить?       — Серьёзно.       — А, если он опять начнёт про субординацию на каждом шагу напоминать. Вторую волну я не переживу, — шатенка хихикает и Деревяшкин вместе с ней.       — Значит не судьба, — девушка пожимает плечами. — За месяц ты точно придумаешь что сказать. Хотя, можешь ведь и раньше к нему заявиться.       — Лучше месяц подумаю.       — Всё, Лёша, иди работай. Только работай, а не о Александре думай, — брюнет закатывает глаза и выходит из переговорной.       Лёша бы, конечно, поразмышлял над этим всем, если бы помнил, но провал в памяти не даёт абсолютно ничего. Пока было свободное время он пытался что-то вспомнить, рылся в воспоминаниях, но результатов ноль. Ещё и Парадеев только через месяц вернётся, хотя, может, это и к лучшему. Лёша точно успеет разобраться со своим внутренним миром и придумает что-нибудь.

***

      — Здравствуйте, можно мне записаться в Ваш санаторий? — сотрудница что-то уточняет, а Саша послушно отвечает. — Да, спасибо, буду завтра.       На телефон поступает вызов от Анны Юрьевны и Парадеев берёт трубку, прикладывая устройство к уху.       — Да, Анна Юрьевна.       — Александр, а Вы можете сегодня прийти в отель в 287-й номер? Вот в то время, когда у Вас смена заканчивается.       — Могу, а зачем?       — Нужно с Вами поговорить.       — Может по телефону? Мне просто надо вещи собирать.       — По телефону такие вещи не решаются, — кудрявый выдыхает.       — Хорошо, я приеду, — Аня благодарит сотрудника и бросает вызов.       Вроде только начало дня и Саша успеет собрать вещи. Смена заканчивается поздно, поэтому лучше не нервничать и спокойно собраться.

***

      Саша подходит к номеру и стучится в дверь. Никто не отвечает. Он аккуратно опускает ручку и толкает дверь. В номере пусто. Мужчина садится на стул и достаёт телефон, набирая Чернюк. Парадеев слышит большое количество гудков и вскоре сбрасывает, когда не получает ответа. В номер кто-то заходит и Саша видит выглядывающую макушку Деревяшкина.       — Алексей Викторович? — брюнет удивлённо на того смотрит.       — Александр Владиславович? А где Анна Юрьевна? — Лёша садится за соседний стул и нервно потрясывает ногой.       — Не знаю. Она Вас тоже позвала? — тот кивает. — Анна Юрьевна не берёт трубку.       — Я щас ей ещё раз попробую позвонить, — он набирает подругу и также не получает ответа. — Не берёт, — оба поджимают губы.       — Мне надо бы выспаться к завтрашнему дню.       — Может быть, тогда пойдём? Ей я объясню потом всё, — кудрявый кивает и они встают с мест. Слышится щелчок дверного замка и мужчины обеспокоенно на друг друга смотрят.       Лёша подходит к двери и дёргает ручку, но та не поддаётся. Их закрыли.       — Что за херня?! — кричит он в дверь. — Откройте! — ответа нет. — Сука! — он ударяет рукой по поверхности и отходит. Деревяшкин достаёт телефон и набирает Аню. До сих пор не отвечает.       — Что там? — подаёт голос Саша и метает взгляд с Леши на дверь и обратно.       — Нас закрыли, а Аня не отвечает.       — И что делать? Я завтра утром уже должен уехать.       — Откуда вот мне знать, Александр Владиславович? — Парадеев выдыхает и садится на кровать, закрывая лицо руками. Деревяшкин присаживается рядом. — Можем через окно.       — Конечно, всего лишь третий этаж, — брюнет фыркает.       — Ну утром уборка номеров, значит утром точно откроют.       — А до утра что делать? — Саша поворачивает голову на помощника.       — Ну можно страдать дальше и паниковать, а можно отдохнуть и поспать. Я вот устал на работе, — брюнет падает спиной на кровать. — Вы можете в санаторий попозже приехать?       — Наверное, — Парадеев пожимает плечами. — Так тут вообще не вариант оставаться. Даже еды нет.       — Орешки, — Лёша усмехается, а Саша глаза закатывает. Мужчины слышат стук в дверь и мигом оживляются, подбегая к ней.       — Алексей Викторович и Александр Владиславович, прошу отойти вас в другой конец номера, — это Ермолаев. — Если же вы это не сделаете, то меня уволят, — Деревяшкин смотрит на кудрявого и брови к переносице сводит.       — Саша, что за херня? — спрашивает он у официанта, забыв, даже на «Вы» обратиться. — Что это всё значит?       — Мне нельзя вам ничего рассказывать. Ещё раз прошу отойти. Я вам еду привёз.       — Я тебя сейчас сам уволю, — не успокаивается брюнет и чувствует чужую руку на плече.       — Алексей Викторович, давайте отойдём. Саша важный сотрудник.       — Вы хотите тут до утра сидеть?       — Не хочу лишать человека заработка, — Деревяшкин цокает и всё-таки уходит. Парадеев делает то же самое.       Дверь быстро открывается и официант, не заходя, одной рукой провозит сервировочный столик с ужином на двоих.       — Спасибо, что отошли. Приятного аппетита, — говорит тёмноволосый, прежде чем быстро закрыть дверь и уйти.       — И что это только что было? — вырывается у Лёши. Кудрявый пожимает плечами и направляется к еде.       — Ну хоть еду привезли, — Саша переносит тарелки с пищей на стол. — Приятного аппетита, — Лёша присаживается на стул рядом и кивает.       — Вам того же.       Они поужинали и перебрались на кровать, сидя на разных краях. Лёшу всё терзала мысль о том, что надо рассказать светловолосому правду, но это так тяжело. Вроде же и не обязательно, а вроде и надо.       — Александр Владиславович, — неуверенно начинает Лёша и поворачивается к Парадееву, который смотрел что-то в телефоне.       — Что?       — А Вы точно ничего не помните со вчера? — Саша отрицательно машет головой. Брюнет прокашливается. — Мне надо Вам кое-что рассказать.       — Слушаю, — кудрявый выпрямляется и увлеченно смотрит на помощника. — Вы что-то помните?       — Нет, но Аня рассказала мне, что я позвонил ей и сказал, — Лёша замялся, но надо же как-то продолжить. — Сказал, что хорошо с Вами провёл время, — брюнет нервно улыбается и смотрит на Сашу.       — Ну ладно. Видимо, хорошо отпраздновали, — Парадеев усмехается и опять начинает смотреть в телефон.       «Лёша, ну что ты, как тряпка» — думает брюнет и отводит взгляд.       — Нет, стойте, — Деревяшкин встаёт с кровати и смотрит на чуть удивлённого управляющего. — Я сказал Ане, что, — он вздыхает и прикусывает губу. — Что мы поцеловались.       — Мы, что? — Саша хмурится и кладёт телефон на одеяло.       — Не заставляйте повторять, прошу, — отчаянно отвечает Лёша и разворачивается к мужчине спиной.       — Вы уверены в том, что такое было? Может, из-за алкоголя придумали себе чего-нибудь. Анна Юрьевна, вообще, может врать.       — Нет, в таких случаях она бы не стала. В общем, лучше просто забыть, — он садится за стол и закрывает глаза ладонью.       — Ну я и так этого не помню. Не уверен, что я вообще мог что-то такое сделать.       — Вот именно, о каком поцелуе может идти речь, если мы с Вами до сих пор на «Вы» общаемся. Бред какой-то.       — Бред то, что мы соблюдаем субординацию или поцелуй?       — Всё, — Лёша смотрит на Сашу, лицо которого вообще ничего не выражает. Бесит.       — Ну давайте на «ты», — он пожимает плечами. Лёша вздыхает.       — Вам, что всё равно на всё это? На этот поцелуй? На то, что нас закрыли? — Деревяшкин уже чуть на взводе, но старается контролировать эмоции, как может.       — Да, может быть, и не было никакого поцелуя! — отчаянно кричит Парадеев и вздыхает. — Почему вот Вы сразу всем верите?       — Аня — не все! Это, может, Вы не хотите верить в этот поцелуй?       — А Вы хотите? Хотите верить в то, что мы напились и языками сцепились? Вы мне даже не нравитесь!       — А я вот Вас прям обожаю! — саркастично отвечает Лёша и размахивает руками в разные стороны. — Я тоже не хочу в это верить, ясно? Но, видимо, это правда и надо взглянуть ей в глаза!       — Вот зачем это всё? Мы друг другу не нравимся, значит надо забыть. Пускай будет, как раньше.       — Вам так легко говорить, я в шоке, — Деревяшкин поджимает губы и отводит взгляд. Почему ему обидно?       — Вам тоже должно быть легко. Вы, вообще, понимаете в какой мы стране? Тут так нельзя!       — Да похуй уже, — брюнет быстро идёт в туалет и громко хлопает дверью. Саша зачем-то идёт за ним.       — Алексей Викторович! — он стучится в дверь. — Ну просто отпустите это!       — Да хватит уже! Вы даже просто по имени меня назвать не можете. Всё со своим Викторович!       — Мы, в конце концов, коллеги. Я выше Вас по статусу.       — Александр Владиславович, отстаньте! Идите дальше сидите в телефоне и делайте вид, что ничего не было! — Парадеев фыркает, но всё же возвращается на постель. — Курить хочу, — на выдохе тихо говорит Лёша и прикусывает губу. Для того, чтобы покурить надо выйти, а выходить он не хочет. Брюнет смотрит на потолок. Пожарная сигнализация. Сука. Всё таки надо выходить.       Он аккуратно открывает дверь и подходит к окну, открывая форточку. Парадеев даже не смотрит на него. Ещё больше бесит. Лёша достаёт пачку и вытаскивает из неё сигарету, зажимая губами и поджигая.       — Нам ещё спать вместе, — уведомляет его Саша, не отрываясь от экрана телефона. Деревяшкин не отвечает. — Теперь будете игнорировать меня? — опять без ответа. — Хотите узнать, что я чувствую? Вот мне сейчас не к месту этот поцелуй! Я неделю мучался с кошмарами, а сейчас только всё наладилось. Да и мы с Вами наконец-то нормально общаться стали.       — Если бы Вы не противились вначале, то мы бы сразу сдружились, — брюнет делает затяжку и смотрит на ночную Москву.       — Я уже говорил, что боялся потерять работу! — кудрявый быстро встаёт с кровати и тычет в того пальцем. — Откуда я мог знать Ваши намерения? — Лёша глаза закатывает.       — Спросили бы. Точно, Вам же сложно хоть раз нормально поговорить!       — Не врите. Мы с Вами много раз нормально разговаривали, — светловолосый хмурится.       — По работе.       — А зачем нам общаться не по работе? — Лёша, честно, не знает. Ему просто захотелось поспорить, раз уж начали. — Вот именно, не за чем!       — И вот Вы даже можете спокойно смотреть на меня? — брюнет быстро поворачивается на Сашу, заставляя того замолчать. — Смотреть на глаза, нос, волосы, губы? Можете? — Лёша щурится.       — Могу, — твёрдо отвечает кудрявый. — Потому что я не помню этого поцелуя.       — Какой же Вы всё-таки, — Деревяшкин тушит окурок и выкидывает в окно. Он подходит ближе к управляющему и хмурится. — Ужасный, — говорит тому прямо в лицо и смотрит в зелёные и, может быть, даже красивые глаза.       — Вы не лучше, Алексей Викторович, — зрительный контакт не прекращается и это начинает настораживать. — Так и будем смотреть на друг друга?       — А что Вы предлагаете? — взгляд мимолётно падает на губы, но возвращается к глазам.       — Сейчас не прокатит, — кудрявый замечает движение глаз и усмехается. Лёша цокает и отворачивает голову.       — Может это Вы первый полезли тогда, — буркает он и опять смотрит на управляющего. Тот головой машет в разные стороны, мол, ну точно нет.       — Точно Вы. Весь такой любвеобильный, что на всех хватает, — Деревяшкин брови вверх вскидывает.       — Да что Вы вообще знаете обо мне? — возмущается брюнет и продолжает смотреть в чужие глаза, которые хищно изучают его.       — Говорю то, что вижу. Ещё мы, кажется, заигрались, — брюнет поджимает губы, но не отворачивается, да и Саша тоже не собирается.       — Будете ли Вы потом отнекивается, если сейчас абсолютно трезвы?       — Алексей Викторович, — Парадеев щурится.       — Александр Владиславович, — передразнивает того мужчина и становится ещё ближе.       — Не надо, — твёрдо говорит кудрявый.       — А я собирался? — он хитро улыбается краешком губ. — Просто спрашиваю.       — В любом случае, добром это не кончится. Проверять не надо.       — Да не очень-то и хотелось. Вы вообще плохо целуетесь.       — Откуда Вам знать? — усмехается Саша.       — Догадываюсь, — ещё ближе и вот уже их лица друг от друга в сантиметрах десяти. Это, наверно, странно. Слишком странно. — Хотите на трезвую голову ошибку повторить?       — На одни и те же грабли не наступают, — кажется, что ближе уже некуда, но оказывается, что можно, ведь расстояние сокращается вдвое. — Мы будем жалеть и, бог знает, чем это обернётся.       — О чём? Мы же ничего не делаем, — из уст брюнета вылетает усмешка.       — Вы слишком близко.       — Вот ситуация, да? Между нами, дай бог, сантиметров пять, но мы до сих пор общаемся на «Вы».       — Потому что субординация, — Лёша смеётся.       — А если ещё ближе? — Деревяшкин поддаётся вперёд. — Это ничего не значит, ведь так? — Саша сжимает челюсть, заставляя выступить желваки.       — Так, — твёрдо отвечает он. — Думаю, стоит прекратить этот цирк.       — Думаю, стоит прекратить произносить слово «субординация» чаще, чем все остальные слова, как Вам идея?       — Так себе.       — Да что с Вами не так, — брюнет закатывает глаза и всё-таки кладёт руки на чужие плечи, чуть вставая на носочки. Сейчас или никогда.       Он цепляется за чужую нижнюю губу и оттягивает. Парадеев почти сразу отвечает, от чего сам в шоке. Когда перед тобой стоят и дразняться, то что угодно может случиться. Кудрявый обхватывает лицо брюнета руками и прижимает сильнее. Никто из них не решается запустить язык, будто это всё испортит. Хотя, куда хуже? Они пять минут назад орали друг на друга, а сейчас жадно поглощают друг друга. Не удержались? Мягко сказано.       Лёша первый отстраняется и рвано дышит, хмуро смотря в чужие глаза.       — Субординация, Александр Владиславович? — из уст вырывается усмешка.       — Ошибка, Алексей Викторович, — Саша делает шаг назад, отпуская брюнета.       — Серьёзно? Вроде так цеплялись за мои губы, — Лёша делает шаг к кудрявому, но тот останавливает того рукой.       — Нет, не подходите.       — А, уже вот так? Ну хорошо, значит Вы спите на полу сегодня, — брюнет садится на кровать и поджимает колени к груди.       — Цирк какой-то, — кудрявый присаживается на край постели и потирает лицо руками.       — Теперь Вы можете смотреть на меня? —спрашивает Деревяшкин, а Саша поднимает взгляд на скованного брюнета и вздыхает.       — Зачем Вы это сделали?       — Не знаю, — буркает он. — Но это не ошибка.       — Но это бессмысленно. Вы просто почувствовали мою слабость и решили воспользоваться ситуацией.       — Я, что экстрасенс какой-то? Что за чушь Вы несёте? — возмущается мужчина. Парадеева передёргивает и он встаёт, чтобы закрыть окно.       — Надо спать, — переводит тему кудрявый и начинает снимать верхнюю одежду.       — На полу холодновато будет без одежды, Александр Владиславович, — тот фыркает, но снимает кофту, оголяя накаченный торс. Штаны с носками тоже вскоре оказываются на стуле и Парадеев ложится под тёплое одеяло, укутываясь. — Вы ужасный, — повторяет недавние слова Лёша и тоже начинает раздеваться.