Моя Халазия

Закончил свой рассказ Сонхва кратким: — На меня напрыгнул Уён, как-то так, — пожал плечами. Перевертыши переглянулись между собой. В итоге тишину прервал Чонхо, кивая в сторону палубы. На ней сидел кот на том же самом месте, где Сонхва его и отпустил. — Это и есть тот самый спаситель? — капитан лишь кивнул. — А как вы поняли, что меня нужно искать именно в столичном порту? — А, это... — Сан усмехнулся, — мы просто кинули поплавок в воду и посмотрели на течение, куда могло тебя занести, а дальше уже Ёсан скорректировал курс. — Все с вами понятно, но будьте начеку. Мы не так далеко ушли, за нами уже отправлены столичные корабли, я уверен. — Пак дернул ухом, — так, что ещё... А, пока Кот с нами на борту, он считается частью команды. Уён, готовишь на восемь персон. — Есть, капитан! — Лис был как всегда громким. Юнхо первым подошёл к попутчику, попробовав подружиться с ним, но пушистый явно был против новых знакомств. Он шипел, выгибая спину, и не подпускал к себе. Спустя несколько ударов лапой (без когтей, что странно) Юнхо оставил свои попытки. Если бы Уён не убежал в камбуз готовить, так как время близилось к обеду, кота бы так просто не оставили в покое, потому что Уён достанет даже мёртвого. Парни быстро потеряли интерес к новому члену команды, разбредаясь по кораблю. Чонхо с Саном ушли в пороховой погреб, проверить запасы и почистить пушки, хотя обычно этим занимался Юнхо, но сейчас он был занят с капитаном на мостике. — Слушай, и как тебе этот кот? — Сан наклонил голову набок, встречаясь взглядом с гепардом. — Кот как кот. А что? Он все равно нас покинет на первом же острове, кошки не любят воду. — Но ты же с нами, хотя тоже кот. — Не сравнивай нас, я не просто кот. — Чонхо ударил по досками хвостом, явно недовольный сравнением друга. — Ладно, прости, я не должен был... Ляпнул, не подумав. — орел опустил голову, сосредотачиваясь на литом корпусе пушки. — Да ничего, не ты первый, не ты последний. Передай тряпку, пожалуйста, — попросил лекарь, взяв в руку саблю. — А почему ты решил, что кот не останется потому что не любит воду? Ёсан тоже воду не особо жалует, к тому же плавать не умеет, но тем не менее он часть команды, — все таки продолжил разговор Чхве, передавая тряпку. Чонхо с благодарностью принял тряпку, начищая ей слегка затупленное лезвие, надо будет заточить, в этом может помочь Минги. Сан уже и не надеялся на ответ, думая, что на этом разговор окончен, но так думал только он один: — Я так считаю, потому что все эти ваши кошки не любят воду. Я сейчас не говорю про все семейство кошачьих, а именно про тех, к кому относится наш кот. Их них нормально относятся к воде только мейн-куны, но они вымерли. — Чэнхо пожал плечами, откладывая саблю в сторону, и взял другую. — Мейн-куны? Опять твои легенды? Гепард лишь кивнул: — Опять мои легенды, именно. Странно, что ты её не знаешь. Про этих больших кошек знают все пираты или моряки. — Сан лишь плечами пожал. Он не обязан знать все эти ваши легенды, их слишком много. — ладно, слушай. Существует легенда о роде больших кошек. Они живут скрытно и их очень трудно найти, но один моряк, попав в шторм, случайно оказался на их острове. Кошки вели себя приветливо и всячески помогали попавшему в беду. Все было хорошо и моряк жил препеваючи, пока кошки не подумали, что моряку пора их покинуть. Они хорошо к нему относились, но все таки не любили чужаков на своём острове. Моряк согласился, чтобы один из мейн-кунов на лодке переправил его на материк. Всю дорогу моряк следил за изменениями в мимике и поведении своего проводника. Проводник вечно отвлекался, словно его тянуло куда-то, и сверялся с компасом. Моряку это показалось странным, потому что мейн-куна тянуло не на его остров, а куда-то в другое место. Тогда то мужчина и понял, что эти коты что-то скрывают. Прибыв к берегу, кот уже собирался возвращаться, но моряк не позволил. Он выяснил, что эти большие коты терпеть не могут боль и шантажом заставил его показать место, куда так тянуло кота. Этим местом оказалась сокровищница. Сами кошки называют это место Халазией. Вернувшись богатым, моряк рассказал всем на материке о Халазии и волшебных котах. Ой, что тогда началось... В общем, каждый второй захотел стать богатым, поэтому открылась охота на мейн-кунов. У кого-то удачно, у кого-то не очень, но в скором времени коты пропали и уже десятки лет никто не видел ни единого представителя их рода. Кто-то говорит, что они спрятались, а кто-то, что их всех уже прибрали к рукам. До сих пор ведётся охота на дневник того моряка, ведь именно в нем описан подробный маршрут до кошачьего острова. Под конец рассказа оба Чхве услышали звон колокола. Уён созывает всех, еда готова. Откладывая в сторону начищенное оружие, парни поднялись в камбуз к столу, куда медленно подтягивалась вся команда, в том числе и кот. На столе уже было все расставлено и от рагу, если это варево можно так назвать, ещё шёл пар. Нет, готовил Уён вкусно, но не на вид. На вид это выглядело как серо-коричневое варево, не очень съедобной консистенции. Так подумал и кот, который обнюхивал содержимое плошки, сидя за столом по правую руку от капитана. На его реакцию вся команда посмеялась и приступила к трапезе после того, как Сонхва отправил в рот первую ложку. Кот скептично посмотрел на этой действо, но сам есть не спешил, внимательно прислушиваясь к разговорам гибридов. В основном разговоры были про курс и дальнейшие действия, каждый вносил в разговор свои пять копеек, пока Сан не заикнулся про Халазию. Кот не вслушивался в их разговор до этого момента. Он не понял, почему промелькнула Халазия. Его раскрыли? Да, вроде нет. Навострив уши, он, чтобы не привлекать к себе внимания, решил попробовать уже остывший супчик. Ладно, это было вкусно. На вопрос Сана про Халазию Сонхва просто ответил, что его Халазия это Утопия. Без упоминания мейн-кунов и ещё хоть чего-то. Кот окончательно расслабился, доедая свою порцию. К концу трапезы тема Халазии больше не поднималась. Собрав всю посуду в одну кучку, все перевертыши, кроме Капитана, скинулись на камень-ножницы-бумагу, чтобы выяснить, кто будет мыть посуду сегодня, ведь определённого графика у них нет. Кот, как и Сонхва остался на месте, внимательно наблюдая за остальной командой. Глаза каждого горели азартом выигрыша. — Камень! Ножницы! Бумага! Раз, два, три! — все шестеро одновременно выкинули в центр правые руки. Уён, Сан и Ёсан выкинули камни, Чонхо и Минги - бумагу, а Юнхо - ножницы. — Ничья, ещё раз. Раз, два, три! — снова руки, но на этот раз у Юнхо и Ёсана были ножницы, а у остальных бумага. Эти двое выбыли. — Раз, два, три! — Уён показал камень, как и Чонхо с Минги. Сан вышел. В следующем раунде вышел Чонхо с бумагой, против камней. Остались Уён и Минги. Напряжение в комнате можно было потрогать. — Финальный раунд. — Уён от нетерпения махал в разные стороны хвостом. — Раз, два, три! — у Уёна бумага, а у Минги камень. Радости лиса не было придела. Он кричал, что выиграл и скакал, как ссаный веник, по всему камбузу, пока Минги осмысливал свой проигрыш. Отдышавшись, Уён подошёл к Сону и сочувственно похлопал его по плечу. — Ничего страшного, в следующий раз повезёт. Вода в бочке в углу, ведро сейчас принесу, — и с улыбкой удрал под взгляд Минги. Первым из камбуза вышел Сонхва, ещё до завершения игры. За ним поднялись и остальные, кроме Минги, Уёна и кота. Лис принёс медведю обещанное ведро, напевая что-то под нос. — Ну, могу поделать только удачи. Как помоешь - оставь на столе, дальше я сам разберусь. — Чон махнул хвостом, заметив кота на том же самом месте, где он сидел сначала трапезы. Прижав одно ухо к голове, он набрал полную грудь воздуха. — можно тебя на пару слов? Кот мяфкнул и они вдвоём прошли в каюту, где висели гамаки всей команды. Уён, как по щелчку пальцев, стал нервным и постоянно оглядывался по сторонам, нет ли за ними "хвоста". Только закрыв за собой дверь, Чон почувствовал себя снова живым. Коту не нравилось чужое поведение, но ничего сделать он не мог, только ждать. Пока он ждал действий со стороны кока, зевнул и запрыгнул на рядом висящий гамак, чтобы быть с Чоном примерно на одном уровне и не задирать голову, чтобы посмотреть парню в глаза. Несмотря на поведение Чона и запертую дверь, кот не чувствовал какой-либо опасности и был расслаблен. Повернувшись спиной к двери, Уён замер, ища взглядом кота по всему полу, пока тот не мяукнул, привлекая внимание. Лис облегченно выдохнул, когда заметил пушистого. — Проси, что хочешь, но, пожалуйста, только помоги! — взмолился Уён, прижав уши к голове. Не дожидаясь какого либо ответа от пушистого, он продолжил. — понимаешь, мне Хва голову оторвет, если узнает. Он не должен узнать, никто не должен. Только ты и я, маленькая тайна и всего. — покивал сам себе. — так вот. Ближе к делу, — встрепенулся. — тут крыса завелась, думаю, что одна, но это не точно. Так вот, а ты кот, ну помоги, пожалуйста, поймай ее, я что угодно сделаю. Кот молча сидел, выслушивая сбивчивую речь кока. Под конец разговора он не проронил ни звука, а у Уёна, казалось, остановилось сердце, пока он ждал ответа. В конце концов тишина надоела им обоим и кот кивнул, тихо муркнув в знак согласия. Уён просиял. Улыбка засияла во все 32 зуба, уши встали торчком. Не успел Уён нарадоваться как следует, следующая картина перед ним повергла в шок. На гамаке, где ещё секунду назад сидел кот, сейчас был мальчик, не больше пятнадцати лет на вид. Он сидел, чуть сгорбившись, боясь реакции лиса. Спутанные волосы, рваная и видавшая виды одежда, больше похожая на тряпье, чем на нормальную одежду. Хвост опплетает в несколько витков левую ногу без обуви, уши прижаты к голове. Ошибки быть не может. Сонхва привёл на корабль перевертыша. Уён открывал и закрывал рот, как рыба, не зная, что сказать. Парнишка несколько раз вдохнул и выдохнул, собираясь с мыслями, пока не заговорил: — Эм... Привет? — поднял взгляд с колен на притихшего Уёна. — Хе-хе, привет... — он несколько раз моргнул, а потом его будто подменили, — я так и знал! — от радости замахал хвостом, потом вдохнул, немного успокаиваясь, — так, это твоя просьба? Не говорить никому, что ты перевертыш? — Нет, не это, — кот махнул головой, дергая ушами, — сам решай, говорить Капитану Сонхва о том, кто я или нет. Просьба в другом, — опустил голову, собираясь с мыслями, после поднял её, смотря горящими глазами на Уёна, — научи меня быть пиратом! — Пиратом? Прости, но я не совсем понимаю... — Уён опустил уши. — Ну как же? Бои на мечах, хождение под парусом, вязание узлов. — А. Но погоди... Ты, конечно, не обижайся, но я не уверен, что наша работа подходящая для ребёнка, — голос был не уверенным. — Я быстро учусь, пожалуйста. Я не буду мешать, хотя-бы просто помогать тебе на кухне. Только не бросайте меня! — Стой, стой. — Чон положил руки на хлипкие плечи юнца, пытаясь посадить его громкий голос. Все таки у всех на корабле слух хороший и закрытая дверь не сильно помогает, — давай начнём сначала. Я кок этого корабля под названием "Фантазия", меня зовут Чон Уён. А ты? — он протянул перевертышу руку. — А я? А я Хонджун. Просто Хонджун. — парнишка кивнул сам себе и пожал протянутую руку Уёна. — Ну чтож, Хонджун, — лис с улыбкой потянул парнишку на себя, из-за чего ему пришлось спрыгнуть с гамака на пол перед Чоном. — добро пожаловать на Фантазию, юнга! — он запнулся, опустив голову. Когда Хонджун сидел на гамаке, он был примерно одного роста с Чоном, но на самом деле ребёнок еле кончиками ушей доставал Уёну до плеч. Ничего не сказав по этому поводу, кок просто повёл нового члена команды к двери, отпуская чужую руку, чтобы открыть дверь. Когда дверь была открыта, Уён замер, потому что ему на плечо прыгнул кот. Он был довольно лёгкий, что странно, так что легко мог заменить собой попугая. Чон лишь шикнул и дёрнул плечом, ведь кот, чтобы не упасть, выпустил когти. Неизвестно, сколько по времени они разговаривали, но когда вернулись в камбуз, Минги уже не было, а чистая посуда стояла на столе, как Уён и просил. — Сюда редко кто заходит просто так, можешь располагаться. — Уён пожал плечами, когда кот спрыгнул на бочку. — лапы на стол не ставить, ноги не класть. Помоги убрать посуду. Плошки на полку над раковиной, не забудь потом запереть дверки, вдруг шторм, а ложки вниз в ящик. Потом будем учить тебя грации, как кота, ведь большую часть времени ты все таки зверушка, а не человек. А во время моей вахты будем учить тебя вязать узлы. Как-то так, — ушами дёрнул, — есть возражения? — Никак нет, — лис и не заметил, как кот снова принял человеческий облик. — сколько у меня времени на уборку? — Хонджун наклонил голову набок, прижимая левое ухо к голове. — Чем раньше, тем лучше. Много времени это занять не должно. — А когда твоя вахта? — спрыгнул с бочки, шлепая босыми ногами по дереву к раковине, опустив уши, — у меня небольшая проблема... — задрал голову. Хонджун был настолько низкий, что просто не дотягивался до нужного шкафчика, даже в прыжке. Наблюдавший за этим Уён тихо посмеялся. Да, его ошибка, не взял в толк рост своего помощника. — Погоди. Давай тогда я, а ты разберись с ложками. А вахта моя сегодня ночью. Так что готовься. В четыре руки кот и лис быстро навели порядок в камбузе. Уён благодарно кивнул и хотел потрепать Хонджуна по голове, но он тактично умыкнул. Пришлось убрать руку, словно ничего не было. Спустя несколько минут к Уёну без стука кто-то вошёл. Хонджун в последний момент успел спрятаться под столом, становясь котом. Оставив обжимающихся Сана с Уёном, кот ушёл на верхнюю палубу, прошмыгнув в приоткрытую дверь. Солнечный свет больно ударил по глазам после потёмок камбуза. Кот отряхнулся, принюхиваясь к соленому воздуху. Что-то было не так, но что точно Хонджун не мог понять. Он встал на задние лапы, встречаясь взглядом с Сонхва на мостике. Недолго думая, кот оказался рядом с волком. Пак не обратил на него внимания, следя за линией горизонта и направляя Фантазию. Кот попытался привлечь к себе внимание, встав на задние лапы и мяукнув, но и это не помогло. Зато сам Хонджун понял причину своего поведения. Что с ним сделает Сонхва он узнает потом, а сейчас пушистый прыгнул на штурвал. Под весом животного деревянное строение выскользнуло из рук Капитана и, повинуясь коту, быстро завращалось, а следом повернулся и нос корабля. — Что ты-?! — не успел Пак что-либо сказать, как в то место, где секунду назад был нос Фантазии, прилетело ядро. Доски корабля не задело, но судно тряхнуло на волнах. Их догнали. — с тобой потом разберёмся. Пак быстро соорентировался и спрыгнул с мостика на палубу, воем созывая всю команду, готовую к бою.