Краска.

у Несса волосы приятные и мягкие, но от влаги становятся совсем неуправляемыми - колтуны видны то тут, то там, ибо Алексис не особо любит их вычёсывать, ему не до того. Кайзер очень старается исправить положение, равномерно нанося краску на тусклеющие от давнего покраса кончики, но ложится она всё равно неровно - плевать, Алексис оценит даже розовый хер на своей макушке, если его нарисует именно Кайзер. —я тебе уже щёки измазал в розовый, ты знал? —о, спасибо. — хихикнув от щекотливого ощущения, Алексис подставляется под кисть, искренне радуясь происходящему. во-первых - никакого Исаги. во-вторых - вообще никого, кроме нашумевшего дуо немцев. в третьих - Кайзер уже целый час трогает его лицо и волосы. этот день вполне легко занести в те, которые в народе зовут самыми-самыми лучшими. конечно, у Несса много таких дней, и все они поголовно связаны с Михаэлем. например, в сентябре Кайзер обнял его после тренировки и долго-долго хвалил, продолжая гладить по спине даже в постели. наверное, именно этот день у него всё же будет самым лучшим, самым прекрасным и самым хорошим - было бы неплохо как-нибудь повторить. —я вроде как закончил. теперь моя очередь мучаться? —именно так. — пустив Кайзера на своё место, Несс начинает разводить подходящую краску в миске, не в силах сдержать тёплую улыбку. Михаэль, на удивление, и сам слегка улыбался, через зеркало наблюдая за сияющим Алексисом. чем бы дитя не тешилось, лишь бы не рыдало в укромном уголке, пока никто не видит. Кайзер не из тех, кто любит на постоянной основе страдания близких - раз уж от него зависит настроение Алексиса, то он только за то, чтоб сделать его ярче и лучше. какая-то пара слов может заставить мальчишку громко хохотать и улыбаться – две секунды потраченного времени определённо стоят того. —покрась только кончики, окей? не хочу полностью разукрашеным ходить. — кивая на чужую реплику, Несс приступает к работе, причем весьма внимательно - едва ли задевает краской шею, аккуратно обходит кистью кожу и в целом идеально выполняет просьбу. ещё час приходится потратить на впитывание краски, и проходит он по итогу за игрой в слова; Кайзер заебался примерно после двадцатого слова с невероятным значением, понятным либо поехавшим, либо магам. —можно уже смывать? — дотянувшись губами до щеки Алексиса, Михаэль не замечает, как марает лоб яркой розовой краской. впрочем, эта тема всплывает уже после смывки, когда они поднимают взгляд друг на друга. —Кайзер, у тебя розовый лоб и немного голубая шея, ты теперь похож на пришельца. —поговори мне тут, выглядишь так, будто тебе сотку комплиментов наговорили на такие яркие щёки. —что, тоже не стирается? — подбежав к зеркалу, Алексис смеётся ещё громче со своего местами очень яркого лица. — ну и покрасил же ты меня.. —не нравится?—наоборот, очень даже. пойдём, теперь пора волосы сушить. — переплетая собственные пальцы с чужими, Несс с замирающим сердцем идёт к выходу из ванной, дабы забрать с кровати фен. он - романтик до корней волос. он - тот, чья аура ласки и обожания может задавить. он - катализатор нежности и любви, от которого убегать совсем не хочется