Ты похож на кота

      — Тебе нужен Разумовский, мне Хольт. Всё просто.       — Пока весь твой план не звучит просто.       — О, не волнуйтесь об этом. Я позабочусь о том, чтобы сбить полицию со следа.       — Хорошо, но если что-то пойдет не так…       — Не волнуйся, Разумовский достанется тебе, все-таки это уникальная личность. Тем более что мы уже поймали их на крючок.

***

      — Серый, идея — говно. — Олег смотрел, как Сережа пытается запихать в чемодан фиолетовую шубу. Места в чемодане явно не хватало, но Сережу было не остановить. Без этой шубы он не поедет. Услышав это, Олегу захотелось выкинуть шубу куда подальше и чтобы они остались тут, в Венеции, где все было спокойно. Что-то во всем происходящем не нравилось Олегу, но он не мог понять, что. Просто чуйка.       — Я знаю. Ты со мной? — Сережа, устав запихивать шубу в чемодан, выпрямился и посмотрел на Олега.       — С тобой. — А разве когда-то было иначе? Нет. Сережа сам понимал, что что-то во всем этом не так, но так же не мог избавиться от чувства, что ему нужно распутать этот клубок тайн. Даже решив все, они чувствовали, как каждый из них сомневался по поводу правильности этого. Было страшно, но отступать поздно.       — Нужно предупредить Хольта. — Олег медленно повернулся к нему, Сережа в этот момент отвел взгляд на шторы. Красивые, кстати, жаль, не леопардовые.       — Серый! Он по одной просьбе своего мента сдаст нас. — Олег видел переход из небесно-голубых глаз в желтые. Выглядело это и правда красиво и просто завораживало своей красотой.       — Олег, у его мента есть мозги. — Птица смотрел прямо в глаза Олега, слегка задрав подбородок.       — А ты вообще не лезь. О нашем возвращении не должна знать ни одна живая душа. — Птиц закатил глаза, как же его все достало, почему нельзя хоть иногда послушать его.       — Да, так будет безопасней. Ты прав, но подумай о другом. Маю все равно понадобится наша помощь. В дронах стоит система, установленная Сережей. Да, мы в бегах, но все равно туда едем, и ты на это согласился. Или ты думаешь, я не понимаю, как это опасно? Понимаю, причем лучше всех. А знаешь почему? Потому что я знаю, что будет. С Январем у нас есть хоть какой-то шанс. Да и Дмитрий не станет сдавать нас. — Птиц достал шубу из чемодана и, осмотрев ее, кинул на диван.       — Откуда такая уверенность? — Волков сложил руки на груди, Птиц всегда говорил так, будто знает все, что было, будет или прошло. Это порядком напрягало.       — Я просто знаю. Каждый имеет право на свои секреты. — Птиц нагло усмехнулся, а его глаза будто стали еще ярче.       — Делай, что хочешь, главное, шубу на место верни. — Олег смотрел на то, как Птиц собирается спрятать шубу куда подальше, а может и поджечь. Нет, вот что-что, а летать туда-обратно за шубой Олег не хотел, да и Сережа расстроится.       — Может лучше сожжем ее? — Глаза Птицы заблестели, как будто это была гениальнейшая идея.       — На место верни. — Волков знал, что Птиц вернет шубу, поэтому со спокойной душой пошел смотреть шоу про готовку. За его спиной раздалось недовольное цоканье, и Олег был готов поставить все свои деньги, что Птиц обязательно закатил глаза, а потом отдал контроль Сереже.

***

      У Димы невероятно болела голова, как же было сложно разогнать всех, кто пришел сюда, чтобы его вылечить. Вера ушла только после того, как он выпил все таблетки, на прощанье лишь тихо что-то сказав Хольту. Игорь уперся ногами и руками и сказал, что не покинет квартиру, пока Электровеник не уйдет. Одного взгляда на Августа хватало, чтобы понять, что он квартиру покинет только с Димой или ногами вперед. Возведя глаза к потолку, Дима тихо прошептал:       — За что мне все это? — В ногах тихо мяукнул котенок, опустив взгляд, он наткнулся на осуждающий взгляд голубых глаз. — Не смотри так на меня, сам попробуй их выгнать.       Видимо, Черныша все устраивало, или он не хотел идти к чужим людям, потому что он развернулся и отправился на диван спать.       — Предатель. — Черный комок меха развалился на диванной подушке, предварительно сделав себе ямку. Слова Дубина остались проигнорированы черным существом. Поняв, что гости через чур задержались, и пора бы уже самому лечь спать, Дима отправился на кухню, которую вновь оккупировали. Но достичь цели ему не позволил звонок телефона. Пришлось изменить маршрут и заскочить в спальню. Только зайдя в комнату, Дима понял, что мелодия телефона какая-то другая. Осмотрев комнату, он увидел сам телефон. Привычка подавать телефон Августу, когда тот оставлял его где-то, сработала отлично, поэтому, подхватив телефон, Дима вновь отправился на кухню. Звонок оборвался, но через какие-то три секунды продолжился вновь. Дима опустил взгляд на телефон с мыслью о том, кто такой настырный. Лучше бы он этого не делал. Звуки мгновенно пропали, все внимание Димы было сосредоточено на фотографии контакта.       Скорее всего, это было какое-то мероприятие богачей, судя по одежде людей на фото. На переднем плане стоял Разумовский с бокалом явно чего-то алкогольного, и, судя по снимку, это было селфи, на заднем плане стоял Август в черном костюме и явно хорошо проводил время, общаясь с Волковым. У них тоже были бокалы, но, судя по всему, напитки там были крепче.       Дима был в шоке, нет, он, конечно, не знал всей ситуации, и утверждать сейчас было бы глупо, но…       Ладно, ему нужно было успокоиться, может быть, ситуация на самом деле другая. Глубоко вдохнув и выдохнув, Дима выключил звук телефона и отправился на кухню.       — О, Дим, чай будешь? — Игорь стоял у столешницы и наливал кипяток в кружку. Юля сидела за небольшим столом напротив Хольта, а Отто подпирал собой подоконник.       — Нет. Думаю, нам стоит разойтись. Встретимся, когда я поправлюсь, и поговорим. — Дима обошел стол и встал рядом с Августом, смотря на Юлю и Игоря.       — Дим, я уже сказал… — договорить ему не дал резкий голос Димы.       — А я сказал, что нам стоит разойтись. Я сам разберусь с тем, что у меня тут происходит. — Все-таки нервы не выдержали. Дима обязательно попросит прощения за свой срыв. Они ведь не виноваты. Виновник сидит рядом и ничего не понимает.       — Игорь, я думаю, мы и правда засиделись. Дим, пиши, если еще что-то нужно будет, мы приедем. — Юля явно что-то поняла, поднявшись со стула, она подошла к Игорю и цепкой хваткой потащила его к выходу. Гром, совершенно не ожидавший такого от друга, просто пошел вслед за Юлей.       — Sunshine, что-то случилось? — Август положил руку на плечо Димы, но тот дернул плечом, смахивая ее. Как только послышался хлопок двери, Дима отошел от Августа и сел напротив него.       — Да, случилось. — Дима протянул ему телефон, который все это время держал в руке.       — Thank you, sunshine. Я думал, что забыл его в участке. — Дима не стал что-то говорить, он смотрел на реакцию Августа, тот, разблокировав экран и увидев пропущенные звонки, поднял взгляд на Диму.       — Отто, выйди. — Его голос был спокоен, он смотрел прямо в глаза Димы. Отто вышел за дверь, а после они услышали хлопок входной двери.       — Не знаешь, значит, смогут ли твои люди найти Разумовского. Понятно.       — Позволь мне всё объяснить?       — Мы взрослые люди, Август, именно за этим я к тебе и пришел.       — Я и правда не знаю, смогут ли мои люди найти Разумовского. Волков слишком печется о его безопасности, и Призраком его называют не зря.       — И когда ты собирался мне рассказать, что вы с ним закадычные друзья?       — Сразу же, как только ты задашь мне вопрос. — После этих слов тишину разбила мелодия телефона. — Мне нечего от тебя скрывать. Да, я общаюсь с Сергеем, он помогает мне с дронами, и это не он устроил взрывы.       Дима слушал Августа и все никак не мог в это поверить. Хотелось, но вся эта ситуация ощущалась как предательство, хотя когда бы он сказал, что общается с Разумовским? Вчера? Но ведь Дима не спрашивал про отношения Сережи и Августа, он задал совершенно другой вопрос.       Дима посмотрел на Августа, видимо, что-то на его лице выдало его чувства, потому что он встал со своего места, подошел к Диме и сел на колени прямо перед ним.       — Солнце мое, я не собираюсь скрывать от тебя что-то, но я не могу рассказать всего, пока ты не спросишь. И если быть честным до конца, то мне страшно. Разумовский. Даже зная, что творила его вторая личность, для меня он все равно остается хорошим другом, он очень помог мне в одно время, он не настолько плохой.       — Он убивал людей.       — А разве они не заслуживали смерти? Я согласен, в том, что он переборщил, причем сильно, я пытаюсь сказать, что он мой единственный настоящий друг. А ты - мое солнце, которому я ни за что не смогу отказать, и я просто боюсь, что…       — Что я упеку его в тюрьму или психушку? — Почему Диме в последнее время приходится додумывать за других людей, это немного утомляет.       — Да. Прости, солнце, я должен был тебе сказать, но в первое время ты не то что слышать, ты меня видеть не хотел. — Август все так же сидел в ногах Димы и держал его за руки. Взгляд Димы бегал по лицу Хольта, пытаясь найти хотя бы намек на ложь.       — Ты либо ответь, либо сбрось уже. — Телефон, о котором все забыли на какое-то время, снова напомнил о себе.       Август не двигался, лишь по-птичьи склонил голову, намекая, чтобы Дима сам решил, что делать. Переведя взгляд на телефон, Дима аккуратно освободился из капканов рук и потянулся за ним.       — Лейтенант Дмитрий Дубин слушает. — Дима ни на секунду не оторвал взгляд от глаз Августа. На слова Димы тот лишь улыбнулся.       — Вау, помирились что ли? Или вы, лейтенант, арестовали Января за превышение сексуальности? Он, конечно, не в моем вкусе, но вам, я так понял, такое нравится. — Дима с шоком смотрел на телефон, он был готов к чему угодно, но явно не к этому точно. Судя по выражению лица Августа, тот тоже не ожидал подобного.       — Птица, верни телефон Сергею или Олегу. — Август сразу же стал серьезным, мало ли что Птиц мог натворить.       — А еще что сделать? Отсосать? — Август нахмурился и уже хотел что-то сказать, как Дима ответил сам.       — Можешь, конечно, и отсосать, рот хотя бы займешь.       На том конце телефона стало очень тихо, собственно говоря, как и на кухне у Димы. Август выглядел настолько довольно, что еще немного и засветится от гордости. О, как же он любил своего Димочку, тот мог быть мягким и спокойным, а мог быть резким и совершенно не стесняться в выражениях. На том конце провода раздался смех.       — Так я не ошибся в тебе, зубки-то есть.       — А как их может не быть, когда приходится работать с такими, как ты.       — Я еще лапочка.       — Охотно верю.       — Ну ладно, я чего звоню-то, как там погода в Питере, а то этот психует, у него шуба не влазит в чемодан.