Очистители скверны

Рассвет. На стенах стоят стражники с  лёгкими деревянными шлемами и такой же деревянной бронёй. Вдруг, вдали послышался топот и шум, со стороны гор тоже что-то слышно. Некоторые солдаты, присмотревшись, увидели дым, но из-за густого тумана, увидеть его было сложно. Послышался шум механизма. Внезапно в башню полетел пылающий камень, угодив прямо в её верхушку. За ним ещё один камень и ещё. Повсюду стали слышны крики боли. Из тумана показались солдаты в чёрной форме с факелами…  Тронный зал. По углам, которого стоят гигантские каменные исполины, держащие своды помещения. У них густые бороды, крышу же они держат своими огромные руками. В зале не так много окон, два больших на вверху. По центру находится царский трон. На самом троне сидит  Сигизмунд  третий, потомственный царь из династии Лирков. Рост у него высокий. В детстве он застал настоящую эпоху войн: отец и  дед  его были не только царями, но и  полководцами армии своей. Для своего возраста он выглядит хорошо. Его короткие волосы и небольшая бородка на лице коричневого цвета. Одет он подобающе царю: дорогие меха и кожи. По левую руку от него сидит царица Жанна. Одетая в коричневое платье до пола, она ничуть не ступает своему мужу и тоже слывёт самой прекрасной во всём царстве. Дальше от неё сидят дочери царя и царицы, всего коих пять. По правую же руку от царя сидит единственный сын царской семьи, ему всего шесть лет. Все сыновья до него не выживали и умирали, либо при родах, либо при неблагоприятных стечениях обстоятельств. Но и неизвестно насколько долго проживёт и он, поскольку здоровье его очень слабое, а сам он хрупкий и хилый. В левом верхнем углу тронного зала стоит главный воевода армии Грэнска. Поговаривают, мол, он не просто человек, а один из магов, заключивший силу свою в огромную секиру, с которой он и не расстаётся никогда. Впрочем, подтверждений этому никаких нет, хотя его и побаивается сам царь. Безусловно, продолжай я перечислять и остальных слуг и придворных главного монарха, находящиеся в одном зале с ним, то сиё  действие растянулось бы надолго, ибо всех их весьма внушающее количество.  В зале же, само собой, полно и стражи для охраны царской семьи, одеты, подготовлены и вооружены они лучше, чем большая часть армии всей страны. У них есть мечи, а так же есть щиты и копья, ведь охраняют они ни або кого, а самого царя! Но вдруг, в тронный зал вбегает один из стражников. -Моё  высочество! –произносит он, вставая на колено. -К нашим вратам пришёл странник, одетый крайне странно: на голове у него цилиндр и маска, будто с птичьим клювом! Одет он во всё чёрное и мрачное, будто посланник Смертника! Требует увидеть вас. Впускать? -Хм… впускайте, раз просит, а там уже разберёмся с ним. – Ответил  Сигизмунд стражнику. -Он пришёл с чемоданом, что же делать с ним? -Прикажите оставить снаружи, там может быть и оружие. -Слушаюсь! – твердил стражник, удалившись из зала. Через несколько минут внутрь зашёл путник, который действительно был одет во всё чёрное, а за спиной у него развивался такой же чёрный плащ. Маска его напоминала клюв птицы, с тем лишь отличием, что клювы птиц были длиннее клюва маски.   На ногах и руках у него были кожаные перчатки и сапоги соответственно. – Здравия, вам и вашей семье! – Поприветствовал путник царя.  – И вам здоровья, путник. Что могло привести столько, кхм, странного гостя ко мне? И почему вы не назвали меня царём? Как ни как, но вы находитесь в моём царстве, более того, в моём замке. В данном замке я и только я являюсь царём и каждый гость, прибывший ко мне, обязан меня так называть!  -Ваши годы царствия сочтены. Это и привело меня к вам. -Поведай же мне, странник, как же мои годы царствия будут сочтены и почему? Неужто ты пророк и ясновидец, что знаешь об этом? -Нет, я не пророк, но если вы не выполните мой приказ, то не только ваши годы царствия, но и ваши годы жизни будут сочтены. – При последних словах лицо царя показало испуг, а десяток стражников вынули мечи из ножен. -И какой же твой приказ? -Вы должны присоединиться и присягнуть на верность Очистителям на западе.  – повисла тишина, которую прервал смех царя. -Ахахах, рассмешил, не будь я царём, рассмешил! – Засмеялся царь, после к его смеху присоединились и все присутствующие. Все, кроме странника. -Я даже готов простить твою дерзость, за такую  шутку: присягнуть на верность Очистителям! Сколько с их земель не было вестей? Пять? Десять лет? Насколько я помню, последнее упоминание о них было ещё  тогда, когда я был ребёнком!  – Вы пожалеете об этом. Ваш смех припомнится вам ещё потом, только потом вам уже будет не до смеха. - А что, если мы не присягнём? Что нам сделает изолированная нация, без ресурсов, без оружия, которая ни с кем не контактирует, мы даже до конца не знаем как они выглядят! – Вы будете жалеть об этом.  – Повторял странник в маске.   – Что ты всё заладил одно и то же? Стража, выпроводите-ка нашего гостя из  зала. Я не желаю больше видеть у себя грубияна и безумца, угрожающего мне.  А, и да. Вы только взгляните на его одеяния! Этот клюв. Откуда ты? Впрочем, это уже и не важно, стража, я всё ещё жду того, как вы покажите дорогу из тронного зала нашему гостю. После этих слов, двое стражников в кожаной броне с мечами схватили путника и вытолкнули  его из зала на улицу. Странник, отряхнувшись  и взяв  свой чемодан, стоящий около входа в зал, пошёл в переулок между домов. Оглядевшись, что никого рядом нет, он открыл чемодан, достав оттуда металлическую коробочку, что в этих местах редкость, ведь в этих местах железа мало.  Открыв металлическую коробку, странник в маске достал стеклянный шприц. Проверив, что шприц не повреждён никак и ничем, путник направился к выходу из-за стен, окружающие дворец Сигизмунда третьего.  Чем дальше странник с чемоданом удалялся от дворца, тем беднее и грязнее выглядела округа. В одной из небольших бедных деревень, он остановился на некоторое время. Найдя крысу, копавшуюся в грязи и мусоре, человек в маске поймал её, после чего воткнул в неё шприц, а потом отпустив на свободу. Крыса, казалось даже, не обратила внимания, что в неё только что ввели какую-то жидкость или сыворотку и побежала по своим делам. Странник же покинул Грэнское царство. После его визита в царстве начался полный ад. Уже спустя три дня, визит этого человека в чёрном, принёс свои плоды: та крыса, в которую он вколол нечто из  шприца, быстро распространила заразу среди других крыс, а те в свою очередь среди скота, тот же – среди  людей. Уже спустя неделю в столице   большая часть людей болела неизвестной болезнью. Её симптомами были: кашель кровью, бледность, высокая температура, сыпь на лице, позднее сильная рвота и волдыри по всему  телу. Даже членов семьи царя  постигла болезнь. Единственный его сын – Марек  заболел и спустя пять дней скончался в муках и страданиях. Сигизмунд третий  был в ярости и рвал волосы на своей голове, обвиняя докторов, которые не смогли спасти его сына, обвиняя и того проклятого странника, после визита, которого началась эпидемия.  Царя начинала охватывать паранойя. Он всё меньше и меньше доверял другим. Стал ещё более вспыльчивым и раздражительным. Позднее он издал указ о перебрасывание на границу с Очистителями сотни солдат. Конечно, он не думал о том, что они могли внезапно напасть на них, от них не было признаков жизни уже несколько лет, однако в такое тяжёлое время безопасность не помешает… Я работал фермером в одной из деревень на востоке Грэнского царства. Наших краёв не сильно коснулась эпидемия Чёрной Смерти, однако и в наших городах хватало болеющих. Одним я узнал, что меня призывают на границу с Очистителями для обеспечения безопасности. Ничего кроме согласия я сделать не мог, поэтому уже на следующий день меня и ещё несколько десятков юношей и мужчин отправили на самую западную часть нашей Родины. Через несколько дней мы прибыли на место, с нами было ещё несколько людей из других деревень и городов. Больных на границу не брали, поэтому, по крайней мере, не было боязни о том, что подцепишь заразу. Нам выдали вооружение и броню. Так как мы охраняли границу, да и ещё границу с Очистителями, которых не воспринимали ни как угрозу, ни как живых людей, то и броня была деревянная, а оружием представляло собой медные топорики. О том, почему нас сюда призвали, я немного слышал во время нашей переброски.  Якобы, какой-то странник в чёрном угрожал царю, вот он и решил обезопаситься и укрепить границу с Очистителями.  Некоторым из нас выдали луки и стрелы с десяток. Забрав всё то, что нам выдали, мы разошлись по своим позициям на стене.  Стоит сказать, что стена была выложена из камня. За счёт расположения между двумя горными хребтами на её постройку не особо потратились. Башен на стене было четыре, одна из них находилась повыше остальных. На каждой из таких башен был факел и парочка запасных стрел. На первый день ничего не произошло. Проснувшись на следующее утро, мы увидели густой туман, который окутал всю стену. Рассмотреть что-либо из-за него было нереально. Прошло несколько часов. Туман так и не разошёлся, все мы были сонные, но тут с границы Очистителей послышался какой-то шум, со стороны гор тоже было что-то слышно. Вдруг в нашу сторону полетел пылающий камень, за ним ещё и ещё. Слышались крики. Некоторые солдаты бежали к впуску со стены. Лучники достали стрелы, готовясь к битве. Я тоже подготовился, достав топор со щитом. Из   тумана показались люди в чёрном, подойдя ближе к стене, они подожгли стрелы и открыли по нам огонь. Лучники со стен, конечно,  пытались ответить им, но это не увенчалось успехом. Я спрятался за укрытием, сделать что-то я всё равно не мог, имея деревянный щит и медный топор, против горящих стрел. Кто-то закричал: - “Гонца, пошлите гонца за подмогой!” Внизу, кто-то действительно побежал к лошади и запрыгнув на неё, помчался от стены, но враг, как будто бы предвидел это: со стороны гор послышался ещё один выстрел чем-то тяжёлым, по всей видимости,  это была ещё одна катапульта.  Горящий камень попал слева  от гонца, тот загорелся вместе с лошадью. Несчастное животное, чувствуя боль, сбросило с себя своего наездника на землю, а само умчалось дальше от стены, визжа и вопя. Гонец же, упав на землю, даже не стал двигаться и больше не подавал признаков жизни.  Его бездыханное тело было объято пламенем и медленно сгорало. Оглядевшись, я увидел, что большая часть и без того нашего небольшого отряда стражи уже либо убито, либо тяжело ранено.  Некоторые трупы солдат горели, слышались крики о помощи. Некоторые лучники пытались стрелять из укрытий, но в ответ им сразу летел град горящих стрел противника. Я, не привлекая внимания, стал медленно ползти к лестнице,  ведущей к спуску. Доползя до неё, я стал спускаться по ней вниз. Спустившись, я тут же поднялся и побежал от стены, что было мочи.