Found family

Кей чувствовал, как силы быстро покидали его после разрыва с родителями. Он всегда знал, что так оно и кончится, что он уйдёт, что они так ничего и не поймут и любви между ними не будет. Но разве от этого сердце меньше болело? Нет. Грудь разрывали рыдания, которым он не давал вылезти наружу, глотал подступающий в горло комок, смаргивал слёзы, наклоняя голову наверх. Он шёл прочь из здания ZGDX, чтобы дождаться, когда эти люди, которых он когда-то звал своими папой и мамой, наконец оставят его в покое (уже навсегда), и чтобы никто не видел, как он сломается. Он надеялся, что за ним никто не пойдёт, но, конечно же, это невозможно. Такая уж у них команда. На удивление, это оказалась Тун Яо. Почему-то он ожидал кого угодно, но не её. Нет, она хорошая, просто пришла сюда только недавно, да и Кей поначалу недолюбливал её, включал свою язвительность и холод на максимум, потому что злился, что Мин уходит. Мин всё-таки был капитаном, светлым человеком, стал его опорой в тяжелой жизни киберспортсмена. По сути, он же его и пригласил в команду. Так что заменить его какой-то девчонкой казалось идеей совершенно идиотской. А сейчас... Сейчас Кей уже привык. Мин попросил его убавить холод. Да и Чен неровно к ней дышит, что уж тут говорить. А ведь они оба стали ему почти как братья за всё время в ZGDX. Всегда помогали, учили, тренировались допоздна. Чен спасал деньгами в самые тяжёлые дни. Мин утешал, даже если не знал причины расстройства. Так что Тун Яо пришлось принять в команду. Она оказалась не такой уж ярой одиночкой, хотя к командной работе пришлось привыкать. Но Тун Яо была доброй и открытой, как бы её ни пытались оклеветать в соцсетях, всегда старалась помочь. Даже Чена приструнила, хотя тот бы в этом ни за что не признался. Вот и сейчас она пришла помочь. Они проводили вместе взглядом падающую с обрыва симку. — Если выбросишь, то потом уже не вернёшь назад, — в её глазах плескалась жалость, и Кей бы раньше даже разозлился из-за этого и её слов, но сейчас внутри было пусто. — Некоторые вещи лучше потерять, — слова вязнут, дёгтем тянутся по горлу. Даже дышать тяжело. Но это пока. Освобождение никогда не бывает лёгким. Здесь наверху, над всем остальным миром, Кей вдруг почувствовал себя таким маленьким. Лишь один из миллиардов людей. И среди этих миллиардов он чувствовал себя потерянным. Он расковырял эту гноящуюся рану, которую так долго прятал ото всех, а сам пытался безуспешно залечить. Теперь, когда он наконец сорвал корку и вытащил весь гной, надежда на исцеление есть, но кровь течёт и течёт, и он не может остановить это. Это не просто ссадина, не просто ожог. Это разорванное сердце истекало кровью. Он никогда никому не говорил о прошлом. Пытался игнорировать. Избавиться от него. Даже... Даже Лао Мао, который всегда был рядом, не знал больше остальных. "Проблемы с родителями". Они не допытывались, что именно за проблемы, и Кея это устраивало. Но теперь некому было помочь ему залатать эту рану. Он наедине с этим ужасом, оцепенел перед ним. Разум твердил только одно: "Мне нужна помощь. Мне нужна помощь. Мне нужна помощь". — С самого детства каждый мой шаг был ошибкой, — вырвавшиеся слова отдались на языке с ещё большей горечью, чем как запечатанные мысли в голове. — Мой младший брат всегда и во всём прав. Когда я хотел продолжить учиться, мне сказали, что я недостаточно хорош, — среди пустоты пепел обиды поднялся со дна души его дыханием. — Хотели, чтобы я унаследовал навыки отца. Но я не хотел. Настоял на продолжении обучения в школе. Вот почему я так хорошо играю, — невеселая усмешка слетела с губ. — Зарабатывал деньги на учёбу прокачкой чужих аккаунтов, — с каждым вздохом он открывал эти шкафы со скелетами, и грохот их костей в голове разгонял проклятую тишину пустоты. — А знаешь, Тун Яо... я ведь на самом деле раньше не любил компьютерные игры. Просто думал о них, как о способе заработать. Если бы не Мин, я бы никогда не узнал, что такое киберспорт, — слёзы собирались в глазах, и он поднял голову к небу. Какая-то отчаянная радость стучала в висках, как будто он победил, но отдал ради этого всё, что имел. Так оно, может, и было. — После этого я влюбился в киберспорт, понял его суть. Но для моих родителей, — он сглотнул комок скопившихся в самом горле слёз, — я лишь ходячий кошелёк, — слова повисли в воздухе, как густой туман в утренние часы. Они улетели прочь от слов Тун Яо: — На самом деле, я понимаю. Мы должны больше пытаться наладить контакт со старшим поколением. Мои родители такие же, видел же их? — Тун Яо. Наши семьи разные, — он почувствовал терпкую печаль от этого глупого недопонимания. На что он надеялся, рассказывая свою историю той, которая не понимала пока, насколько сильно родители любят её? Не понимала, что все их порой обидные слова происходят не из желания ранить, а из желания уберечь их драгоценную единственную дочь. — Почему разные? — Твои родители замечательные, они любят тебя, — зависть и обида так и сквозили в словах Кея. — Но мои... И он недоговорил, потому что всё было и так понятно. Даже Тун Яо теперь, может быть, поняла, как она ошибалась. Но для него это ничего не изменит. — Теперь, кроме киберспорта, у меня ничего больше нет. — У тебя всё ещё есть мы. В пустоте появляется дерево. На каждой ветке воспоминания шелестят, словно листья. Как Мин обнимал его после кошмара. Как Чен вёл к врачу, когда у него заболела рука. Как Лао Мао смотрел с ним фильмы Марвел и они потом целую ночь говорили фразами оттуда и смеялись, пока их не заткнул Жуй, пригрозив лишить зарплаты, а потом они обнимались до рассвета. Как Толстяк приносил лекарства, когда он слёг с гриппом. Как Жуй отстоял его перед начальством и вызвал всех модераторов компании, когда группа хейтеров начала распространять слухи про его ориентацию и нашли номера его родителей. Как Лу Юэ расспрашивал его про моду и ходил с ним по магазинам, потому что остальные не понимали увлечение Кея всем этим. И вот теперь Тун Яо. Она улыбается ласково, как сестра, хотя у Лао никогда её не было. Тепло на душе щёлкает переключателем. Да, она не понимает его чувств, но она хочет поддержать его. Хочет, чтобы он не был одинок. Да и чем он её лучше, когда позабыл команду, которая стала ему роднее собственной семьи и любила его за то, каким он был, а не сколько очков и денег приносил? — Тун Яо, прости меня, — в ответ раздалось озадаченное "А?", поэтому он продолжает, — за то, что задирался раньше и недоброжелательно вёл себя, когда твои родители были здесь. — Это в прошлом. Зачем и вспоминать? Я уже давно забыла, — она выдохнула, словно бы давая ветру унести все плохие воспоминания между ними. — Кей, пошли на базу? — Угу. Сакура внутри расцвела, озарив черноту розово-белыми лепестками и наполнив пустоту ароматом безмерной любви. Впервые за всё время с момента приезда родителей Кей наконец улыбается вслед за "Smiling". У него есть семья, даже если они с ним не одной крови.