Когда дитя просит помощи, то он ее получит.

Тисовая улица, год 1988. Маленький Гарри сидел в своём тёмном чулане и тихо плакал. Он тёр кулачками покрасневшие глаза, на которых уже появились мозоли и следы от слёз. Мальчика переполняла обида на свою родную тётю, которая не любила его и позволяла своему мужу и сыну причинять ему боль. Гарри был очень умным мальчиком, и учителя его очень любили. Они защищали его от нападок Петунии Дурсль, которая считала, что её нелюбимый племянник списывает у её сына. А сын Петунии, к слову, даже не мог отличить Австрию от Австралии, не говоря уже о том, чтобы решить простые примеры на умножение и деление. Гарри интересовался историей и иногда сожалел, что цивилизация майя исчезла. Он думал, что если бы она существовала до сих пор, то его «добрые» родственники, возможно, были бы принесены в жертву богам. Такие мысли посещали ребёнка, который потерял надежду на любовь и заботу. Постепенно Гарри начал меняться и огрызаться в ответ на упреки своей тёти, которая только и знала, как портить ему жизнь. Вот и сейчас, едва солнце поднялось над горизонтом, дверь чулана отворилась. Петуния, уперев руки в бока, приказала ребёнку заняться тяжёлой работой. — Нет, тётя, я не уйду из чулана без представителя органов опеки! — сердито ответил ей мальчик. Сжав кулаки, он продолжил: — Я хочу есть! В конце концов, я имею право на нормальную жизнь! — Да что вы говорите! Сын алкоголика и наркоманки ещё смеет о чём-то просить! — недобро усмехнулась миссис Дурсль. — Позвольте заметить, тётя, моя мама вам родная сестра. И если я вам не нужен, не лучше ли было бы отдать меня в приют, чем пытаться сделать из меня узника? — сказал Гарри, пристально глядя на тётю. Его глаза, недавно полные слёз, теперь были сухими. Это была минутная слабость. — Вернон, этот Поттер разбил лобовое стекло твоей машины! — вместо ответа сказала Петуния. Она позвала мужа и соврала ему про Гарри, надеясь, что муж и сын причинят ребёнку боль. Хотя на самом деле лобовое стекло было абсолютно целым. Мистер Дурсль и его сын немедленно набросились на Гарри. Не теряя времени, Гарри успел спрятать нож за пояс за спиной. Когда его кузен попытался напасть первым, Дурсль-младший получил серьёзный отпор и тяжёлые ранения. — Ты убил моего сына! — воскликнула Петуния, увидев, что её любимый сын схватился за правый бок, из которого обильно текла кровь. — Нет, вы ошибаетесь, — безразлично ответил ей Гарри. Он посмотрел на кузена, лежащего на полу, и добавил: — Тётя, я советую вам вызвать врачей для вашего сына. Хотя, возможно, ему больше подойдёт ветеринар. Петуния Дурсль, услышав эти слова, пришла в ярость и уже замахнулась, чтобы ударить Гарри. Но в этот момент произошла вспышка, и все, кто находился в доме, мгновенно исчезли. Придвен, Бостонский аэропорт, другая реальность. Старейшина Мэксон произносил речь, когда раздался шум, и появились незнакомые люди, которые о чём-то спорили. — Знаете, тётя, я долго терпел унижения и побои от вашей семьи, — сказал Гарри, внимательно осматриваясь по сторонам и понимая, что он не дома. — Но теперь моё терпение иссякло, и пришло время платить по счетам. С этими словами Гарри подошёл к своему двоюродному брату, который корчился от боли, и ударил его. Он сказал, что никому не позволит себя обижать. — Гарри, ты с ума сошёл! — вскричала Петунья, впервые за всю свою жизнь назвав племянника по имени. Обычно она обращалась к нему не иначе как «мальчишка» или «этот». — Я могу быть жестоким по отношению к вам, но я не сумасшедший, тётя. Просто такие люди, как вы, портят жизнь тем, кто хочет спокойной и размеренной жизни, — ответил ей Гарри с абсолютно серьёзным лицом, без тени улыбки. — Улан, на нашем корабле посторонние! — произнёс в рацию старейшина, пристально наблюдая за людьми, которым не было разрешено находиться на судне. — Понял, сэр, — ответил капитан Келс, командир корабля «Придвен», в микрофон рации. Через минуту он уже был на мостике. Смуглый мужчина щёлкнул пальцами, и Гарри с его близкими оказались окружены. Мальчик внимательно наблюдал за незнакомцами. — Кто вы такие и что вы здесь делаете? Пожалуйста, отвечайте на мои вопросы, — сказал Улан, глядя на незнакомцев с недоверием. Гарри хотел что-то сказать, но тётя закрыла ему рот рукой. Вскоре она пожалела об этом, потому что мальчик укусил её, и довольно сильно. — Если вы ещё раз попытаетесь меня заткнуть, тётя, то вам не удастся отделаться одним укусом, — сказал Гарри, глядя на плачущего Дадли. Тяжело вздохнув, он продолжил: — Простите, сэр, меня зовут Гарри Поттер. А этих трёх людей, которые здесь присутствуют, зовут Петуния, Вернон и Дадли Дурсль. Я не знаю, как мы здесь оказались, потому что до этого момента я был вместе с ними на Тисовой улице, в доме номер 4. — Верится с трудом, — сказал кто-то из людей капитана Келса, который также не поверил словам маленького мальчика. — Я же говорил, что Поттер не в себе, ведь его родители такие же ненормальные, как и он, — сказал Вернон Дурсль, закончив оказывать помощь своему сыну. — А я смотрю, вы тут «нормальный», — ответил ему Гарри, изобразив пальцами кавычки. Не дав дяде и слова сказать, он продолжил: — Скажите, дядя, это нормально — морить ребёнка голодом? Или избивать его каждый раз за хорошую оценку? Нет, это ненормально. Капитан Келс, внимательно выслушав разговор Гарри и его дяди, решил, что мистера и миссис Дурсль следует допросить, а раненого Дадли — отвести к врачу. Он также предположил, что старейшина захочет поговорить с Гарри.