***
Вечером этого же дня, поменяв струны, мы с ребятами решили собраться на репетицию. Ах, да, забыла рассказать. У меня есть музыкальная группа, я — ритм-гитара и вокалистка. Да, да, прикиньте, это история от самого фронтмена группы. Джейкоб — наш басист. Не самый разговорчивый парень, но иногда выдаёт такие вещи, что мы все в шоке от того, как он к этому вообще пришёл. Типичный басист? Возможно. Делают ли их на одной фабрике? Предполагаю, что да. Мутит ли он с нашей барабанщицей? Ни в коем случае. Её, кстати, Ава зовут. Глядя на Аву можно сказать: «Отличный день, чтобы любить женщин». Вы бы видели как летает её белая чёлка во время того, как она играет. Невероятная девушка. Я даже не видела ни разу, чтобы она сбивалась. Иногда мне кажется, что она продала душу за навык игры на барабанах. О-о-о, ну и, конечно, наш самый главный гитарист. Соло-гитарист Итан. Почему главный? На каждом выступлении нашей группы девчонки из толпы просто визжат при виде его. Конечно, ведь у него голубые глаза, идеальный пучок из его черных волос, длинные пальцы и чудесный навык игры на гитаре. То, как он закусывает нижнюю губу во время сложных партий надо просто видеть. В какой-то степени я понимаю этих визжащих персонажей. Но есть у нас правило в группе. Я думаю вы понимаете о чём я. «Никаких отношений». Ну, я всегда говорила, что для меня это правило ни к чему. Хотя иногда я сомневаюсь в правдивости своих слов. Ава шикарная девушка. Ладно, на самом деле Итан правда интересная личность. Но иногда я его не слышу, хотя он не басист. Его рост почти два метра, а я всего лишь Полторашка Тёмного. — Давайте быстро прогоним все наши песни и я вам скажу кое-какую новость, — сказал Итан и посмотрел на Аву, — отстучи «Скрытую ложь». Девушка с длинными белыми волосами кивнула и подняла палочки вверх. Четыре стука и зазвучали первые аккорды ритм гитары. Сегодня я вижу сны в чёрно-белом, Сегодня снятся мои воспоминания, Размытые в голове потускнелой, Все исчезают из моего подсознания. Что-то словно попало в моё горло. Играя проигрыш, я попыталась откашляться. Вроде помогло и я продолжила петь песню, которую сама написала для нашего альбома. Вчера обрушились все силы на тело, Мои желания так просто не воплотить. Во мне тревога также плотно засела, Придётся душу в себе захоронить. Я отодвинулась от микрофона и сильно закашлялась. От спазмов в груди руки словно онемели. Я продолжала играть из последних сил. Бутылка воды на столе стояла так соблазнительно, я представляла как закончу петь и сделаю три священных глотка. Итан начал свою партию. Сейчас будет припев. Так много скрыто за твоей наглой ложью, Так много нужно просто забыть. Так много грязи, боли и лёгкой дрожи, Я не могу тебя просто простить. Так много скрыто за твоей наглой ложью, Так много нужно просто забыть. Так много грязи, боли и лёгкой дрожи, Я не могу тебя просто простить. Мой голос никогда не садился на первой же песне. Только когда я заболевала. Но сейчас я чувствую себя вполне хорошо. Надо доиграть песню.***
— Лия, ты в порядке?, — перехватив мою партию и ударив последний раз по струнам, Итан подошёл к столу и взял с него бутылку воды, — ты очень сильно хрипишь, — он протянул мне бутылку. — Как ни странно, я чувствую себя хорошо, но горло немного побаливает, как будто заболеваю ангиной, — я открыла крышку и сделала глоток, — как будто что-то мешает в горле, — я сделала ещё два глотка и закрыла бутылку. — Может на сегодня оставим репетицию?, — Прозвучал голос Авы, — а то ещё хуже станет, вообще петь не сможешь, — девушка сложила палочки на барабане и потянулась. Джейкоб сочувствующе посмотрел на меня и кивнул в подтверждение фразы Авы. — Наверное так будет лучше, — я снова взяла бутылку и сделала пару глотков. — А может это знак того, что пора перестать курить?, — Итан с ухмылкой взглянул на меня своими светло-голубыми глазами. Он снял с себя гитару, поставил её на подставку и плюхнулся в кресло. — Это точно не от этого, — я поставила бутылку на стол и села в кресло напротив Итана, — я думаю, мой голос просто устал. Мы неделю репетируем без остановки. — Возможно ты и права, но это нельзя исключать, — Ава облокотилась на стену спиной и прикрыла глаза. — А вдруг это рак, — Джейкоб незаметно для всех встал посреди репетиционной точки и выдал очередную невероятную фразу. Мы все покосились на Джейкоба. — Пиздец, — ещё одна волшебная фраза от Итана. — Ребят, — я вскрикнула, — давайте не будет так пугаться, это всего лишь голосовые связки, они восстановятся через неделю. — Точно, ребят, — Итан встал со своего кресла, — я хотел сказать, что через неделю нас зовут выступить в баре «Жёлуди». Мы посмотрели на Итана с подозрением. Бар «Жёлуди» славится тем, что там выступали такие группы как «Сосчитайте до десяти», «Электрический изюм» и «Женщины-королевы»! А нам до них ещё далеко. — Я не шучу, нам за это ещё и заплатят. Мы переглянулись друг с другом в недоумении и все снова посмотрели на Итана. — Я согласен, — пробубнил Джейкоб. Мы с Авой посмотрели друг на друга и удивлённо улыбнулись. — Пробуем, — высказала барабанщица.