Evil Sprits | Академия нечисти

— Туго, – ощутив дискомфорт на шее, возмутился Рафаэль. Тусклый свет от торшеров освещал просторную комнату каменного вампирского поместья. Молодой парень стоял на мягком фиолетовом узорчатом ковре напротив своего отца и смотрел на него так, словно сдерживал обиду и проглатывал злость. — Сегодня ты должен быть неотразим, – спокойно ответил седоволосый мужчина средних лет, и затянул галстук потуже, на что юноша издал сиплый стон. — По-моему, удушающий галстук мне с этим не поможет, - усмехнулся Рафаэль, и ослабил беспощадную хватку ткани. Прочистив горло, отец проигнорировал усмешку сына и принялся за нравоучения: — Рафаэль, давай повторим: ты отправляешься в Академию Ивл Спиритс, это лучшее учебное заведение во всём мире, тебя будут обучать лучшие учителя, сам граф Дракулариус будет твоим куратором. Принцы, принцессы, знатные дьяволы и твой кузен, кстати, тоже там будет. Пожалуйста, Рафаэль, умоляю, не опозорь меня. Отец говорил жалобно. Рафаэлю не нравилось, что отец думал, будто его сын его опозорит. Хотелось в ответ сказать что-то колкое, но слов, как это обычно бывает, не нашлось. Рафаэль снова проглотил обиду, потому что знал – если попытается ответить, будет только хуже, и правым перед отцом ему никогда не стать. Да и глупым показаться не хотелось. Поэтому Рафаэль лишь изобразил безразличный, уставший кивок. — Попасть в эту Академию – это подарок дьявольский. У тебя будет возможность обзавестись связями. Только в этой Академии обучают самым востребованным профессиям. Лишь только после образования в этой Академии возможно попасть на Землю. А такой шанс выпадает раз в жизни. Я хочу, чтобы ты всего добился сам, и добился того, чего хочешь. Не без моей помощи, конечно, но и не под моим крылом. Академия тебе с этим идеально поможет. — Да, да, я всё это уже слышал, – не выдержал Рафаэль ещё одного повторения. Отец Рафаэля же не оценил такого ответа. Синклер грозно посмотрел на сына, и по этому взгляду всё было понятно – отец точно убьёт Рафаэля, если тот его подведёт или скажет ещё хоть слово. Габриэлю было обидно, что в словах своего сына он не услышал ни нотки благодарности, но гордость не дала ему этой обиды показать, хотя, если логически подумать, итак её можно было заметить. Ведь Габриэль разговор этот оборвал, резко подошел к двери, бросив холодное: — Я займусь каретой, заканчивай сборы и спускайся. Отец ушёл, закрыв за собой дверь, оставив «неблагодарного» сына наедине со своими мыслями. Рафаэль же был недоволен тем, что его отец даже ни разу не спросил, хотел вообще Рафаэль в эту проклятую Академию, или нет. Рафаэль хотел, но то, что его отец никогда не давал ему свободы выбора – очень обижало и отбивало всякое желание учиться и желание добиться хоть чего-то.. Сын всегда всё делал под его диктовку, питая слабую надежду однажды освободиться из этой клетки. Рафаэль ослабил галстук ещё сильнее и глянул на себя в зеркало. Его отец основал компанию по производству вещей для вампиров, и зеркало в комнате Рафаэля как раз было одним из таких вещей. В серебряных зеркалах вампиры действительно не отражаются. Рафаэль рассматривал свой наряд: узорчатый чёрно-серый жилет, галстук жабо, на воротнике накидки с меховым воротником сверкал рубин. Рафаэлю нравилось его одеяние, он любил викторианский стиль и готику, впрочем ничего другого он никогда и не пробовал. Рафаэль много думал о том, как абсурдно его существование. Бесконечная жизнь дана, но позитивные чувства осуждаемы. Но если в жизни нет любви, радости, смеха, то каков же в ней смысл? Эти и миллион других вопросов вампир задавал себе уже много лет , не смея перечить в этом отцу и страшась последствий. Кто знает, может Академия даст вопросы на все ответы? Синклер в последний раз осмотрел свою фиолетовую комнату, прощаясь с ней: большая мягкая кровать с ситцевыми занавесками, мягкий ковёр, громоздкие шторы, кресла, обтянутые узорчатым атласом, а на стенах висели картины. Синклеру оставалось надеяться, что его комната в Академии будет ничем не хуже, хотя ничто не заменит отчего дома. Собрав волосы в хвост, Рафаэль вышел из своей комнаты. С мыслями о предстоящем учебном годе, Синклер спускался по широкой лестнице своего поместья, проходя картины и готические фрески на стенах, в самом центре фойе поместья висела большая картина, где было собрано семейство Синклеров вместе: отец, сын, дворецкий Теодор и чёрный конь Огастус. Лестница была уложена ковром. Внутри Рафаэля был небольшой намёк на чувство трепета и ожидания чего-то интересного, хотя он и не хотел этого признавать. Также он не хотел признавать, что будет скучать по дому, несмотря на его желание сбежать. На выходе его уже ждала карета, с запряженным в неё чёрным конём, дворецкий занял роль кучера. Стоя у кареты, Теодор поприветствовал хозяина, сообщив главе семейства о приходе сына. Дворецкий и конь были с Синклером с самого его рождения, они были настоящими членами его семьи, и порой, Рафаэлю казалось, более важными и любимыми, чем родители. К Теодору Рафаэль относился как к брату или дяде, тот всегда поддерживал Синклера в любых начинаниях, при любых передрягах. Благодаря Теодору Синклер чувствовал себя не так одиноко, как если бы его не было или вместо него был бы кто-то другой. Конь же был любимым питомцем. Рафаэль занимался конным спортом с юношества, он очень любил скакать на коне где-то в поле, где нет никого и ничего, где полная свобода и дышится полной грудью. Он любил это, потому что ощущал свободу в эти минуты, ведь в детстве Рафаэля часто этой свободы лишали. Войдя в карету, Рафаэль увидел отца, и сел напротив него. Когда карета тронулась, Синклер младший стал смотреть в окно, прощаясь со своим родным городом Гивтондом, в котором он провёл всю свою жизнь. Рафаэль наблюдал очертания мрачных вампирских поместий, вечную мрачную ночь, чёрные деревья и пролетающих мимо летучих мышей. А ещё тогда Рафаэль понял, что будет скучать по этой гробовой тишине, в которой лишь изредка слышались топот копыт лошадей и взмахи крыльев летучих мышей. Рафаэль почувствовал, будто случается нечто необратимое, словно ступив на порог Академии, он больше никогда не станет прежним собой, словно не вернется обратно домой, хотя он уезжает всего на девять месяцев. Синклер никогда не покидал дом на такой длительный срок, но пути назад не было, их карета уже заходила в портал, ведущий в Академию Нечисти. За всю поездку семья не обмолвилась ни словом друг с другом. Когда отец и сын вышли из кареты, перед их взором открылся безупречный вид на Академию. Это было самое большое здание в Этерион, а может быть и в целой Вселенной. Оно было выполнено в готическом стиле, крыши таких зданий стремились достать к небесам, а Академия Нечисти стала первым зданием, которое до небес всё же и вправду достало. Школа находилась на высокой горе, внизу был виден шикарный смешанный лес. Деревья в нём, подобно осенним: красные, жёлтые, зелёные и оранжевые. Рядом с Академией раскинулся сад. В нём можно было увидеть самые разные интересные диковинки каждого региона Этерион. Росли Батаглиссы – растения, питающиеся человеческой плотью, тэнэбрисские розы – чёрные розы, растущие на землях вампиров, они примечательны тем, что способны расти даже на самой неплодородной почве, словно цветы эти были мёртвыми, впрочем, как и сами вампиры. Эспириты – призрачные растения, они были прозрачными, а внутри них можно было разглядеть нечто, похожее на скелет, инфериты – цветы, пылающие огнём. В эпицентре сада, на окраине горы раскинулся толстый, величественный дуб. Он выглядел очень древним, словно ему было миллион лет или как минимум несколько тысяч. По бокам от тропы к Академии журчали фонтаны, вода стекала изо рта каменных горгулий. Чтобы подняться в заведение, нужно было преодолеть лестницу, довольно таки большого размера. По ней уже поднимались некоторые приезжие ученики и их родители. Рафаэль увидел семью суккубов и инкубов. Великолепные существа. Казалось, они в любой момент готовы сорвать с тебя одежду и воплотить все свои и твои грязные желания. Мать суккуб и отец инкуб выглядели подобающе: в откровенных нарядах, еле прикрывающих достоинства, но вот их дитя, скромная светловолосая девушка, была облачена в закрытое, скромное серое платье по колено, и это было странно, особенно на торжестве. А торжество было. В тот день проводилась Церемония посвящения - ежегодное событие Академиии, в день которого первокурсники знакомились со своей новой школой, со своими сверстниками, учителями, обустраивались в своей новой комнате, и конечно, наблюдали представление в начале дня для создания благоприятного, учебного настроя. Так сказать, немного надышаться перед трудными деньками, прийти в себя, адаптироваться, подготовиться и морально, и физически. А ещё представление, помогает зажечься желанием учиться именно в этом месте, осознать всю ценность. Войдя в Академию вместе со своими родителями, Рафаэль стал рассматривать архитектуру здания: над главным входом изображалась готическая роза, весь замок был выполнен из камня, потолки были высокими настолько, что до них едва смог бы дотянуться великан. Конечно, если бы они существовали. В фойе сразу же открылся вид на ещё одну большую лестницу, ведущая на второй этаж. «Сколько же тут лестниц?» – подумал Рафаэль, и стал рассматривать картины на стенах. Изысканная живопись была представлена на них, по крайней мере, Рафаэлю так показалось. Внутри замка Академии были чёрные цвета: на рамах картин и ножках торшеров, серые: на напольном и настенных покрытиях, красные: ковры и шторы. Школа была настоящим чудом света, ведь строили её несколько десятков лет. Все посетители Академии направлялись в центральный церемониальный зал, а на входе их приветствовала и направляла директриса, Мисс Ромьер. Она была вейлой: наполовину коза, наполовину птица, с человеческой головой и туловищем. Женщина среднего возраста, цвета в её облике были исключительно белыми. За спиной у директрисы порхали перьевые крылья, она шагала не ногах, а на козлиных копытах. Вейлы могут принимать облик как козы, так и птицы, вот только полностью в человека превратиться не способны, обычно они находятся в образе гарпии. — Добро пожаловать в Evil Spirits, Синклеры! Я безумно рада, что вы решили пройти обучение в нашей Академии. Уверяю вас, вы не разочаруетесь, – мисс Ромьер мило улыбнулась и указала, куда пришедшим направляться. — Я на это надеюсь, – сухо ответил Габриэль. Синклеры вошли в зал, перед ними открылся шикарный вид. Расположением сидений помещение не отличалось от классического театрального зала, и цвета были классически красными. Семья расположилась на бельэтаже. Половина зала уже собралась. Нужно было немного подождать. Рафаэль от скуки рассматривал концертный зал и собравшихся в нём существ. На высоте бельэтажа можно было разглядеть большую сцену, под сценой оркестр, а над зрителями возвышалась огромная хрустальная люстра. Синклер смотрел на всех свысока, и дело не только в высоком положении мест и положении в обществе их семьи, даже если бы граф был крестьянином, высокое положение его головы не изменилось бы. Осознанно или бессознательно, Рафаэль считал себя лучше всех прибывших гостей и будущих учеников. Хотя бы потому что он богат, потому что знает больше, да и лицом вышел не дурно. Смотря свысока на прибывших, он увидел графа Дракулариуса во плоти, на расстоянии нескольких десятков рядов сидений. Вечная жизнь его потрепала, его волосы окутала седина, а тело морщины. Даже бессмертные имеют предел. Хотя никто из вампиров ещё не умирал. Но омолаживал графа его утончённый готический костюм. Рафаэлю такой наряд пришелся по вкусу, а Дракулариус – его кумир, хотя Рафаэль, разумеется, признаваться в этом не собирался. Поодаль от графа Синклер увидел не менее важную персону, самого господина Сатану и его сына Люцифера, они о чём-то спорили, ругались, уж не о том ли, какое место лучше занять? С ними также была Лилит, жена Люцифера. Белокурая девушка невероятной красоты. Уж не от крови ли младенцев? Они были в своих человеческих обликах, но рога и тёмные перистые крылья рвались наружу и выдавали их истинные сущности. Вся семья их была светловолосой, оттенок кожи был немного красноватым. Лилит была в длинном чёрном платье с глубоким декольте и вырезом на бедре. Люцифер и Сатана были одеты в красные костюмы. С ними ютился странный паренёк в милейшем зелёном свитере с изображенными на нём оленями. Паренёк был в обычных джинсах с подворотами и в разрисованных кедах. Светлые волосы “украшали” разноцветные заколочки, на шее розовый чокер и кулон-подвеска в виде луны. А ещё на его эльфийские ушах было множество серёжек в виде скрепок. Со спутниками парня объединяли только рога и крылья. Ну что за фрик? У них тут торжество, вся знать собрана, а он явился как непонятно кто. Переведя свой взгляд ниже, ближе к первому ряду партера, Рафаэль увидел короля подводной страны Нэнмундии, Роберто. Главенствующим цветом в его образе был бордовый. Его волосы были седыми. Он был в классическом костюме с мантией позади. А на голове красовалась золотая корона. Да, от него веяло властью, а вот девушке, что была рядом с ним, было явно не по себе. Вероятно, это была его дочь. Волосы её были длинными, серебристыми, а из под них виднелись ушки-плавники, что объединяло девушку с отцом. На ней было надето белое длинное платье, за спиной также красовалась мантия. На голове сверкала серебряная диадема. Девушка выглядела потеряно. Синклеру подумалось: «На свадьбу она что ли пришла?» Рафаэль мог бы вечно разглядывать прибывших гостей и перемывать им косточки, но свет погас, а это означало, что шоу начиналось. Лица публики осветил свет прожекторов, заиграла музыка, это было классическое произведение с примесью рока. Звучание Рафаэлю понравилось, а затем на сцене, в самом её центре, появился парень в белом костюме, с белыми волосами. Каково было удивление Рафаэля, когда он узнал в выступающем своего кузена Николаса. И не было предела зависти, потому что Рафаэль с кузеном всегда соревновался. Николас запел ангельским голосом, стиль музыки оставался прежним. И пусть Рафаэлю нравилась музыка, признаваться себе в этом он не хотел, и тогда он чётко для себя решил, что обойдёт брата и в этом! После песни Николаса сменила директриса мисс Ромьер. Зрители восхищённо открывали рты, наслаждаясь нарядом вейлы. Она начала свою речь: — Дорогие ученики и их уважаемые родители! Меня зовут Луиза Ромьер, я являюсь директрисой этой академии и вашим верным слугой. Я рада приветствовать вас на этом скромном празднике: Церемонии посвящения! Я надеюсь, вы хорошо добрались и вовсю вкушаете наши приготовления к вашему визиту. Мы действительно старались и надеемся вас немного поразить и задать позитивный лад на предстоящий учебный год. Сегодня вы подробно ознакомитесь с этим местом, узнаете о преподаваемых факультетах, сможете выбрать для себя подходящий, вы сможете познакомиться со своими будущими одноклассниками и учителями. Цель окончания нашего заведения: стать полноправным обладателем своей сущности. Наша Академия надеется вам искренне с этим помочь, а я, вместе с нашими учителями, будем оберегать и сопровождать вас. После представления вы сможете выбрать для себя факультет из списка, который вы найдёте в ваших комнатах. После этого я попрошу вас разойтись по аудиториям данного вам факультета, где вы сможете познакомиться с вашим куратором и одноклассниками. А вечером, в девятнадцать ноль ноль вас ждёт вечеринка в зале напротив. У нас сегодня настоящий праздник, наше пространство приняло новых учеников. В качестве напутствия я дам вам несколько советов: никогда ничего не бойтесь, будьте открыты к знаниям и осознайте свою свирепость. По любым вопросам и в любое время я всегда жду вас в своём кабинете. Ну а шоу должно продолжаться! Приятного праздника. С этими словами директриса удалилась под бурные овации. Краем уха Синклер уловил шёпот сидящих рядом существ, они переговаривались о том, что директриса “очень крутая”. В Рафаэле же слова директрисы вызвали улыбку и предвкушение этого года, но он, конечно, сразу же сделал каменное лицо и постарался отгородить себя от всего позитивного. Зря он что ли, так яро выражал своё недовольство по поводу этого места? — Полный бред, - пробурчал Рафаэль себе под нос, и продолжил смотреть на представление. Далее в программе несколько песен, танцев, стихотворений, театральных постановок о студенческой жизни, демонастрация сверхъестественных сил каждой расы: вампиры показали скорость и силу во всей красе, для сирен подготовили огромный аквариум, где они показали подводный номер, тёмные маги показали магическое представление. С помощью волшебной палочки они превратили белого милого пушистого кролика в настоящего огромного монстра-мутанта и обратно. Оборотни показали своё перевоплощение в волков. Зал заморозили глацисы – существа из льда, разморозили всё игнисы – существа из огня, а затем показали огненное шоу. И на этом представление было окончено. Зрители восторженно похлопали, Рафаэль лениво последовал их примеру. Некоторые зрители даже встали и закричали “браво”. Рафаэль посчитал, что они перегибают палку, пока не увидел за этим занятием Теодора. Он поморщился. А затем была непростая задача выйти из зала такому большому количеству народа. Благо там было несколько выходов. Настало время прощаться. Рафаэль и его семья стояли возле входа в Академию за оградой. Рафаэль провёл рукой по носу своего коня, слегка улыбнулся и тихо сказал коню: — Я буду скучать. К Рафаэлю подошёл дворецкий Теодор, и нежно ему сказал, хлопая по плечу: — Трудный год тебе предстоит, да, Рафаэль? Но не переживай, я знаю, что ты справишься. — Конечно, я справлюсь. Спасибо, Тео, - Раф ответил сдержанно, но вежливо. Теодор был для него вторым близким существом. Первое - конь. Синклер был почти готов посмеяться над этим, как его прервал отец. — Не подведи меня, сын, – холодно приказал Габриэль, садясь в карету. Теодор выдал протяжное “но”, ударив по лошади поводками, и карета двинулась с места. Теперь Рафаэль остался совсем один в этом огромном новом мире.