Рождество на острове

      Стол был завален историческими книгами и свитками пергаментов, в которых Гермиона утопала с самого утра. Джону удалось получить для нее доступ в местную библиотеку, где хранились все материалы, среди которых предстояло найти возможные варианты для приостановки застройки. Из прочитанного она узнала легенду создания острова.       Согласно древним магическим свиткам, Розей был островом, созданным в давние времена первыми магами, стремившимися защитить свой мир от преследования маглов. Но Розей был не просто убежищем для волшебников – он стал домом для существ, которых даже маги считали воплощением чистоты и магии: единорогов.       Говорят, что когда древние маги подняли остров из глубин океана, они услышали тихий шепот природы. Это были голоса единорогов – существ, живших на границе миров, которых океан до этого скрывал в своих недрах. Розей стал убежищем для магов, но и пристанищем для этих волшебных созданий. Единороги стали символом острова, его стражами и воплощением его магической силы. Их серебристые копыта, ступающие по траве, наполняли землю магией, а рога служили источником исцеления и процветания. Жители острова почитали единорогов как священных существ. Группа магов, изучавших природу, считали, что магия единорогов, защищавшая остров, связана с древней магией.       Легенда о создании острова и единорогах стала мифом, который передают из поколения в поколение. И хотя никто ещё не смог подтвердить её правдивость, каждое упоминание наполняет сердца местных жителей ощущением надежды и магического чуда.       Гермиона очень прониклась, открывшейся ей историей, которая в очередной раз подтвердила догадки о том, что без единорогов остров может быть потерян, но она также понимала, что не может ссылаться лишь на легенду, этого недостаточно. Нужны дополнительные доказательства, проливающие свет на преступления Малфоя.        Грейнджер перешла к изучения сводки местных законов. Формулировки звучали очень размыто и без какой-либо конкретики, кроме одного пункта, подчеркивающего запрет на любое вмешательство в магию единорогов. Вот и ответ. В самом низу была небольшая сноска, которая ссылалась на еще один свиток документа.        Пожилой мужчина, работающий библиотекарем, ответил, что данного документа у него нет, что казалось весьма странным и наводило на мысль о неслучайной пропаже.        Ей точно нужно заполучить чертежи проекта застройки, которые Джон, к большому сожалению, не смог достать. Без них не получится остановить постройку гостиничного комплекса. Грейнджер была уверена, что они хранятся в кабинете мистера Грейсона, но как туда попасть, она пока не знала. 

***

      Когда Гермиона наконец-то закончила свои изучения и вышла из библиотеки, то обнаружила, что солнце уже село, но это оказалось не единственное открытие. Посреди площади была шумная ярмарка, заполненная людьми. Везде стояли ларьки со свежей выпечкой, развлечениями и глинтвейном, терпкий аромат которого витал в воздухе. Радостные дети вместе со своими родителями участвовали в различных активностях, наполняя своим смехом пространство вокруг. Повсюду сверкали декоративные огни, а в самом центре площади стояла большая рождественская елка, украшенная разноцветными игрушками. Справа от нее Грейнджер заметила миссис Уинслоу, которая с улыбкой на лице раздавала кусочки пирога местным жителям. Заметив ее взгляд, женщина помахала рукой, подзывая присоединиться к толпе. Девушка сначала замешкалась, но решила позволить себе отдохнуть в такой прекрасный вечер.       Гермиона в последний раз чувствовала похожую атмосфера в Хогвартсе, потому что после окончания она полностью окунулась в работу и совершенно забыла, какого это быть частью общего веселья.        Миссис Уинслоу протянула ей кусочек шоколадного пирога с корицей, который просто таял во рту, Грейнджер закрыла глаза от удовольствия.   — Маргарет, пирог восхитительный,  — похвалила она старания хозяйки, получив в ответ еще одну улыбку.  — Спасибо, дорогая, это фирменный семейный рецепт, каждый год я готовлю его на ярмарке, что стало своего рода традицией для всех местных, которые набрасываются на него, словно не ели весь год. Не успеешь оглянуться, тарелка уже пустая,  — словно по команде, около них образовалась новая толпа, желающая отведать свой кусочек.  — Перед таким пирогом сложно устоять.  — Ну что мы все о пирогах. Выглядишь уставшей, иди повеселись на ярмарке вместе с остальными, хватит сидеть за своими книгами, так вся жизнь пройдет мимо,  — недовольно проворчала Маргарет.  — Ну что вы, я просто серьезно отношусь к своей работе,  — аккуратно подчеркнула Грейнджер.  — Работа тебя ночью не согреет, моя дорогая,  — женщина смерила ее таким теплым и материнским взглядом, который она часто получала от Молли Уизли.        Гермиона понимала, что Миссис Уинслоу не хотела ее задеть, но почему-то эти слова отзывались болью от чувства одиночества, давно пожирающего внутри. Среди этой огромной толпы, она все равно ощущала себя потерянной маленькой девочкой. При виде семей с детьми сердце сжималось от тоски, а воспоминания подкидывали обрывки из детства и моменты, проведенные с родителями, которые до сих пор оставались для нее одними из самых счастливых и теплых. Жаль, что их нельзя вернуть и пережить заново. На глазах навернулись слезы. Грейнджер поспешила скрыться из поля зрения Маргарет в толпе, где можно было затеряться, чтобы побыть наедине с собой.        Вдруг кто-то потянул ее за руку. Она увидела перед собой маленькую девочку, лет семи, с длинными русыми волосами и большими голубыми глазами, которые словно смотрели ей в душу.   — Мисс, вы можете мне помочь?  — девчушка с надеждой смотрела на нее, ожидая ответа.  — С чем помочь?  — вопрос немного сбил с толку.  —Выиграть большого мишку,  — она кивнула в сторону одной из лавок, где висело большое количество игрушек.  — Ох, конечно, помогу,  — неожиданная  и такая детская просьба вызвала на лице Гермионы улыбку.  — Спасибо!  — малышка радостно обняла ее и потащила в сторону лавки.  — А где твои родители, милая?   — Они работают на ярмарке и не могут выиграть для меня мишку,  — в ее глазах читалась грусть.   — Я постараюсь сделать это для тебя,  — заверила Грейнджер. Меньшего всего ей хотелось расстроить эту прекрасную малышку.       Они остановились около лавки. Гермиона внутри заметила какую-то странную игру с кольцами разных размеров и шариками разных диаметров. Хозяин лавки объяснил ей правила. Суть игры заключалась в том, чтобы попасть разными шариками в каждое из пяти колец. Задача казалась простой, но не для нее. Грейнджер еще в школе поняла, что не сильна в физических активностях, но ей не хотелось показывать свою уязвимость перед девчушкой.        Мужчина протянул шарики и велел отойти на несколько шагов назад на нужное расстояние. Первая попытка оказалась неудачной, она не попала ни в одно из колец. Гермиона попробовала еще несколько раз, но лучшим ее результатом было попадание только в два самых больших кольца. После каждой попытки глаза малышки наполнялись грустью и разочарованием.        Дав себе слово, что постарается еще один раз, Грейнджер сделала шаг назад и резко замахнулась шариком. Спустя мгновение она поняла, что начала терять равновесие и заваливаться назад. Она была готова встретиться с асфальтом и зажмурилась, но чьи-то сильные руки подхватили, не дав ей упасть. Все еще не веря счастливому стечению обстоятельств, Гермиона открыла глаза, намереваясь поблагодарить своего спасителя.  — Аккуратней, Грейнджер, в следующий раз меня может не оказаться рядом,  — раздался такой знакомый насмешливый голос.        Тут настигло осознание того, что ее прижимает к себе никто иной, как Драко Малфой. Грейнджер поймала себя на мысли, что ощущала себя комфортно в его руках, но быстро постаралась выкинуть такие запретные умозаключения.       Он с интересом рассматривал, пробегая взглядом по ее лицу. Она почувствовала себя неловко, находясь так близко к своему давнему врагу. Заметив ее растерянность, Драко аккуратно поставил девушку на ноги, но все также остался рядом на расстоянии вытянутой руки.       Его черная мантия развевалась от ветра, открывая взору идеально выглаженную белую рубашку и черный пиджак. Внешний вид Малфоя кардинально отличался от того домашнего образа, в котором она застала его дома.   — Что ж, спасибо, что спас меня,  — в голосе Гермионы звучала неловкость.  — Пожалуйста, Грейнджер,  — он поймал ее взгляд. Она почувствовала себя странно, на щеках вспыхнул едва заметный румянец, выдавая неловкость.  Вдруг между ними появилась копна русых волос, а после возникла малышка, которая с надеждой смотрела на Малфоя.  — Мистер, можете помочь мне выиграть большого мишку?  — в ее глазах читалась мольба. Драко был озадачен ее внезапным появлением и вопросом.   — Эм, хорошо,  — он перевел взгляд на девчушку.   — Мисс очень старалась, но у нее не получилось. Я очень надеюсь, что вы сможете попасть во все пять колец,  — произнесла она со всей своей детской наивностью, совсем не понимая, что ставит Гермиону в еще более неловкое положение.  — И сколько попыток было у мисс?  — Драко точно издевался над ней.  — Шесть, сер.   — Ох, как жаль, что у мисс не получилось. Уверен, что смогу тебе помочь выиграть самого большого медведя,  — Грейнджер заметила в его глазах проблеск веселья.  — Ура!  — воскликнула малышка и протянула ему пять шариков.       Конечно же, у него получилось, Драко отдал радостной девчушке такую желанную игрушку. Гермиона успокаивала себя тем, что он выиграл только со второго раза, а не с первого, но какое это имело значение, если Малфой смог сделать ребенка счастливым.   — Не расстраивайся, Грейнджер, в следующий раз получится,  — сделал он попытку подбодрить ее или может снова издевался.  — Не обольщайся, Малфой,  — огрызнулась она,  — Что ты здесь делаешь?  — Отдыхаю на ярмарке,  — Гермиона почувствовала себя глупо от своего же вопроса.       Она вела с ним беседу исключительно ради работы, но с другой стороны ей искренне было интересно, почему он ведет себя с ней обычно, не огрызаясь и не стараясь задеть. Такое поведение кардинально отличалось от того, к чему она привыкла в школе, оно было несвойственно Малфою, но также Грейнджер никак не могла побороть любопытство в том, чтобы узнать о нем больше. Конечно же это исключительно научный интерес, успокаивала она себя.  — Стоит отметить, что пирог Маргарет великолепен,  —  ее размышления прервал голос Драко.   — Да, неплохой,  — растерянно ответила она.  — Всего лишь неплохо? Ты явно была от него в восторге, уплетая за обе щеки,  — усмехнулся он.  — Ты что следил за мной?  — Гермиона только осознала, что не взяла в расчет, что Малфой мог находиться на ярмарке с самого начала, а она попросту не заметила его, а если быть честной с собой, то просто не думала о том, что он здесь появится.  — Наблюдал. У меня нет привычки шпионить за кем-то и караулить около дома, в отличие от тебя,  — неожиданный выпад в ее сторону, но вполне в стиле старого-доброго Малфоя. Ну хоть это не изменилось.  — Я не шпионила за тобой, а просто гуляла в лесу!  — воскликнула Гермиона, поддавшись на его провокацию.   — Да, конечно,  — он выглядел серьезным.  — Не знала, что ты страдаешь манией преследования, думаю, тебе стоит обратиться в Мунго, они смогут решить твою проблему,  — она не позволит, чтобы последнее слово оставалось за Малфоем.   — В данный момент моя проблема - это одна вездесущая Зазнайка, которая сует свой нос не в свое дело. Поверь мне, Грейнджер, я выясню, что ты здесь делаешь.  — Ты мне угрожаешь?  — Гермионы удивленно вскинула брови.   — Всего лишь даю дружеский совет.   — Как жаль, что мы не друзья,  — отрезала она, бросив ему вызов снова.   — Ранишь в самое сердце, Грейнджер. Думаю, стоит прикупить пару круглых очков, чтобы ты могла изменить свое мнение,  — Драко явно не хотел ей уступать.  — Как остроумно, хорек,  —  Гермиона понимала, что выглядит жалко, опускаясь до школьных прозвищ, но ей очень хотелось его задеть.  — Хорошая попытка, Золотая девочка,  — в его глазах плясали искорки веселья, а взгляд был прикован к ней. Теплые карие глаза столкнулись с холодными серыми, и по телу пробежали мурашки.       На секунду Гермиона позволила себе залюбоваться им и забыть о том, кто стоить перед ней. Слегка заостренные черты лица с четко очерченными скулами, платиновые волосы и пронзительные серые глаза. Сложно отрицать, что Малфой красив собой. Будучи на первом курсе, она помнит, как обратила на него внимание, потому что впервые видела мальчика с такой привлекательной внешностью, но это длилось ровно до того момента, пока Драко не открыл свой рот.        Теперь они уже не в Хогвартсе и больше не дети. Оба прошли через ужасы войны и смогли собрать себя по кусочкам заново. Хочется верить, что Малфой и правда изменился, но нотка сомнения все еще жила внутри девушки. Прочитав возникшую на ее лице эмоцию, Драко выжидающе встал в оборонительную позицию, готовясь к новому выпаду в свою сторону, но Грейнджер не чувствовала от него реальной опасности, лишь небольшое напряжение, витающее в воздухе. Почему-то не хотелось снова его задеть.   — Что ж, спасибо за чудесную беседу,  — Гермиона капитулировала первая.  Ей срочно нужно было побыть одной, чтобы проанализировать случившееся, особенно свою реакцию на присутствие бывшего слизеринца.  Драко выглядел растерянным из-за резкой смены градуса их общения, на его лице читалось удивление.  — Приятно было увидеться, Малфой,  — она сделала шаг в сторону, намереваясь уйти.  — Эй, Грейнджер,  — окликнул он девушку. Гермиона обернулась, внутри нее тлела маленькая надежда на то, что он попросит ее остаться.  — Что, Малфой?  — она застыла в ожидании ответа.  — Доброй ночи,  — уголки его рта поднялись в улыбке.  Чертов Драко Малфой ей улыбнулся.   — И тебе,  — кивнула она ему и поспешно направилась в сторону гостиницы, останавливая себя в желании обернуться.