В гнезде

В гнезде душно. В нем нет окон, за двери нельзя выходить без разрешения. Каждый раз, стоит Джуд сделать шаг за порог гнезда, она останавливается на несколько секунд, делая пару жадных вдохов. Эндрю гнездо душит тоже - она замечает это в мимолетных заминках новенького, когда он выходит из гнезда, и перед тем, как заходить обратно. Он иногда остаётся перед дверью гнезда на пару минут дольше, потому что курит, и Джуд ловит себя на том, что понимает, почему он это делает. Он зависим не от никотина, а то свежего воздуха. В гнезде темно. Тут вновь виновато отсутствие дневного света и окон в принципе. Джудит привыкла щуриться, читая учебники и записывая конспекты. Она постоянно включала свет в команде, в ванне, светильник на столе, даже когда, казалось бы, это совсем не нужно было. Джуд постоянно пыталась оставить свет на подольше и сделать его ярче. Эндрю тоже темноту не любил. Джуд как-то, совершенно случайно, заметила, как он менял батарейки в фонарике. Он был небольшим, черным, его было легко спрятать. Миньярд тогда лишь посмотрел на нее с предупреждением, но Джуд и не собиралась его сдавать. В гнезде холодно. Оно под землёй, что выигрышно летом и совсем не выгодно зимой, при практически не работающем отоплении. Джуд постоянно одевает кофты, свитера, шерстяные носки. Берет горячий чай, и сидит в обнимку с обогревателем. Эндрю тоже холодно, хоть он и ходит в своих обычных тонких черных футболках, и повязках, мурашки по коже и синие губы не скроешь. Джудит невзначай, говорит ему, что у них есть теплый комплект формы, и что ему стоит поискать свою в шкафчике или кладовой. Миньярд лишь зыркает на нее злобно, а на следующую тренировку приходит в утепленной форме. В гнезде нельзя выходить за рамки. Джуд носит только черное и красное, а цветные банданы, повязки и украшения прячет в глубине шкафа, и одевает только если уверена, что ее никто не увидит. Там же она прячет диски и книги, привезённые из дома. За рамки сторого выверенных диет выходить нельзя тоже, но Джуд замечает у Миньярда в карманах фантики от конфет и чеки на мороженное из магазинчиков студ. городка. Она тихо говрит ему об этом на ухо, и предупреждает быть осторожнее. В гнезде больно. Джуд свою боль запивает алкоголем, из их мини-бара, и заедает таблетками, рецепты на которые командный врач выписывает не глядя. Джуд предпочитает не сопротивляеться, чтобы не было еще больнее. Эндрю предпочитает не показывать своих чувств, эмоции, и быть причиной боль у других. И он всегда вырывается до последнего. В гнезде кровь. Джуд, даже видя ее в очередной раз в этом месте все равно не может сдержать страха, и отвращения от ее вони. Эндрю, равнодушно вытирая ножи об повязки, относится к крови, как к самой естественной вещи в мире, и криво улыбается, смотря на порезанного Грейсона. В гнезде можно спать с кем угодно. Скрыть это почти невозможно, да никто и не пытается, потому что на это всем плевать. Джуд понимает, что все знают, чем она занимается с Эндрю, когда впервые приводит его в свою комнату после тренировки, а ее напарница уходит. В гнезде тонкие стены и чуткие уши. Эндрю игнорирует комментарии от Грейсона, который до сих пор зол после того случая, и присвыстывания Зейна. Ему тоже плевать на то, что все знают, на шепотки за спиной. Это секс, не более. В гнезде нельзя любить никого. Джудит понимает это слишком явно, и все равно незаметно сует сладкий батончик в карман Миньярда. Она осознает, что Эндрю она навряд ли интересна - в этом плане, а если о ее чувствах узнают в гнезде, то им обоим не жить, и все равно кладет в его шкафчик каталитическую грелку для рук. Эндрю о любви не думает в принципе. Он не знает что это такое, он не может ее испытывать. Но он явно осознает, что делает, когда обещает Грейсона все же убить, если он еще раз полезет к Джуд. Он понимает свои действия, когда отбирает ее книги и диски у Зейна, решившего покопаться в ее вещах, и забрать их. Он не совсем понимает, что чувствует, когда пропускает волосы спящей Джуд через пальцы после секса, и ловит себя на том, что хочет дать ей все. Свет, кислород, тепло. И свободу.