Ярче и теплее

Каждый турист согласится, что Петербург в декабре — это красиво: заснеженные деревья, Нева, покрытая льдом….предновогоднее настроение, а центр горит, как Москва в тысяча восемьсот двенадцатом.   Каждый житель этого великолепного северного и культурного города дивным-давно забыл про существование солнца. Шоссе уже утром сбросило с себя белоснежный ковер, оставляя лишь грязь и слякоть.  На улице холодно, мороз, но людей с каждым днём всё больше. Взрослые куда-то спешат, а маленькие детки держат родителей за руки, оставляя за собой цепочку следов на снегу.  На часах еще нет 16:00, а уже темнеет, окутывая Питер разноцветными огоньками. Где-то играют новогодние песни, голоса вокруг обсуждают столь чудесный и семейный праздник. Мужчина забегает в парадную, перепрыгивая ступеньки и заходит домой, закрывая дверь.  — Горь, привет! — Дубин подходит к возлюбленному и чмокает его в губы, забирая небольшой пакет, где оказались любимые эклеры блондина и шаверма.  Гром снимает обувь, бросая свою кожанку куда-то на комод в прихожей и заглядывает на кухню, замечая потрепанную жизнью коробку. Где-то он ее уже видел.  — Димк, это что?  Младший подходит к Игорю и открывает находку, тихо говоря:  — Думаю, это твой отец хранил. Тут сочинения из школы, написанные детским почерком.  И правда. И носки с размером в пальчик тоже имеются, соска-пустышка, а также рисунки, где изображен Константин Гром…Прокопенко с тёть Леной…и даже маленький Игорь.  — Предполагаю, что это все твоё, — шепчет Дима, кладя голову на плечо любимого, и начинает рассматривать внутренности коробки.  Дубин, начиная читать сочинение на тему «кем я хочу быть в будущем» смеется в голос, зачитывая вслух некоторые строки:  «я мечтаю создать ядерную бомбу и скинуть ее на всех плохих людей»  «я всегда буду уступать девушкам и старым»  «я буду слушаться закон и не нарушать его»  «хочу стать таким же крутым, как мой папа…. хочу стать полицейским».  Они до самого вечера разбирали это, перечитывали и обсуждали. И тогда Игорь понял, что единственное, чего он желал на самом деле — это найти любовь всей его жизни. И нашёл. Причем не только любовь, но и смысл жизни. Нашёл саму жизнь. Он не знает, как смог, но смог. И он благодарит за это Диму, его Димку Дубина. Парня со светлыми волосами, очками, что подчеркивают его глубокие зелёные глаза. Его детская наивная привычка верить всем. А, когда он работает допоздна, то засыпает, забывая снять очки. Во время готовки блондин постоянно подпевает песни, танцуя бедрами. Кстати говоря, о бёдрах. Ох уж эти нереальные, будто модельные бёдра. Гром их просто обожает. Он обожает всё в Диме.  — Я люблю тебя, — слишком громко сказал мужчина. Младший повернулся в его сторону и несильно улыбнулся, чтобы четко и также громко (если не громче) сказать:  — Я тебя тоже, Горь. Больше всего на Свете. *** Игорь спешил домой, с неба сыпал снег, а новый год наступит через несколько часов. Он немного задерживался, явно не успевая ко времени, к которому обещал прийти Диме. Но раз тот ничего не писал еще и не звонил, значит всё в порядке. Гром весь день бродил по городу в поисках самого лучшего подарка для своего парня. И он нашёл! Два обручальных кольца.  Двое мужчин в России не могут заключить брак, ясен пень. Но символично же можно? Можно.  Игорь быстро заходит в квартиру, отряхивав снег с себя. Единственное, чего он желает — это поскорее упасть и согреться в объятиях лучей своего солнца.    На удивление, везде выключен свет. Будущий Гром Дубин уснул что-ли? Мужчина проходит внутрь жилища, замечая, что все вещи лежат там же, что и утром.  — Димк? В ответ лишь тишина.  Наверное, он задержался на смене. Игорь решил, что может порадовать Диму. Он приготовит ужин. Безопасно ли это? Однозначно, нет! Стоит ли попытаться? Однозначно, да!  Он умеет включать плиту. Спасибо Диме.  ***  До нового года полтора часа, а Димки всё еще нет. Гром звонил и не раз, но трубку тот не брал. Вскоре бесконечные гудки превратились в:  «Абонент временно недоступен, пожалуйста, перезвоните позже»  «Абонент временно недоступен, пожалуйста, перезв…» «Абонент временно недоступен, пожал…» «Абонент временно недоступен…» Недоступен.  Недоступен.  Недоступен.  Недоступен.  Недоступен.  Недоступен.  *** — Фёдор Иванович, здрасьте, простите, что так позд… — Привет, Игорёш! С новым годом! — Уже наступил? — удивлено спросил Гром, а настроение упало куда-то вниз вместе с сердцем. Хотя казалось, что ниже некуда.  — А вы чего, с Димкой не празднуете? — где-то на фоне послышалось приветствие от тёть Лены.  — Он не вернулся с работы. — Странно. Спроси у Ксюши, она в ночь сегодня.  По второй линии звонила Юля.  — Ладно, спасибо, дядь Федь, с праздником вас, — Игорь скидывают трубку, принимая видеозвонок от подруги.  Да, он научился пользоваться современными технологиями, спасибо Пчёлкиной.  — Тебе Дима не писал сегодня вечером?  — И тебя с новым годом, Игорь.  Грому на секунду становится стыдно, ведь он забыл поздравить Юлю с праздником, который наступил у нее как час назад. Но это чувство быстро пропало.  — Нет, Дима не писал, — добавляет девушка, сверкая пейзажем ночной Бурдж-Халифы на фоне.  — С новым, перезвоню.  — Бывай.  Телефонный разговор завершается.  *** — Ало, Ксюш, Дима давно ушел с работы? — чуть позже Гром добавляет:  — С новым годом.  — Привет, Игорь! И тебя с праздником! Димка ушёл в часов девять, может быть десять. Беспокойство мужчины нарастало, не давая возможности расслабится. Страх окутывал с ног до головы. И единственное, что оставалось Игорю — пойти и искать Диму на улицах. Вдруг, он где-то лежит с переломами ног и рук.  *** Через несколько дней, Прокопенко вызвал Грома к себе в кабинет, с сочувствием смотря на него.  — Игорёшь, присядь, пожалуйста.  Гром удивлён. Обычно Фёдор Иванович на работе использует лишь деловой стиль общение с Игорем. Но он решил сесть.  — Игорёшь, Диму нашли.  Гора с плеч упала, дышать будто стало легче, а в голове мысли светлеть. Теперь свободнее в движениях.  — Мёртвого Диму, — Прокопенко не дал возможности нарадоваться, как можно быстрее сваливая эту ношу, скорее на себя, чем на Игоря.  — Что? — на автомате спрашивает Гром, переводя взгляд куда-то за Фёдора Ивановича, можно сказать, сквозь него.  Что там дальше говорит человек, заменивший его отца, Игорь не слышал, он лишь переводил взгляд туда-сюда. Старался осознать сказанное, пытался сделать хоть что-нибудь. Думал о том, что это не может быть правдой. Его Димка Дубин. Самый счастливый, умный, красивый, так по-детски наивный  умер?  — Чт…что случилось? — Гром даже не понимает, когда это спросил. Не понимает зачем.  Фёдор Иванович кладет руку на плечо Игоря, чуть сжимая для поддержки.  — Предполагаем, что избиение. Его нашли всего побитого и закопанного в сугробе.  Слёзы предательски полились по щекам, мужчина попытался убрать их рукавом кожанки, но это не помогло, он плакал и плакал, а лицо становилось более мокрым и липким. Не сдержавшись брюнет падает на грудь Прокопенко, а его прижимают к себе всё сильнее.  *** Кто такой Игорь Гром? Полицейский с огромного раскрываемостью, даже Москва нервно курит в сторонке. Человек, не каждым уважаемый, но каждым узнаваемый. Любящий человек и кем-то любимый. Хороший друг и сын. Но кто такой Игорь Гром без Димы Евгеньевича, бывшего стажера? Никто.   И сейчас мужчина смотрит на крест, который через год заменят памятником. Фотографию выбрали хорошую. Дубин там особенно красив. Его улыбка сразу внушает доверия, она всем нравится.  В улыбку Диму невозможно не влюбится.  Игорь продолжает смотреть на фотографию. Он потерял не просто смысл жизни, он потерял саму жизнь. Душа пропала вместе с Димочкой.  Гром закрывает глаза, чтобы сдержать слезы, но до него доходят тихие голоса, словно в тумане или проходящие через толщу воды:  — Игорь!  Это Ксюша?  Да, точно Ксюша.  — Гром!  Цветков.  — Дед в твидовой кепке!  Юля.  — Горь…. Димка? Его Димка? Мужчина открывает глаза, в момент сверкающие жёлто-оранжевым цветом и видит Диму перед собой.  Что? — Димк? — оглядывается.  Вокруг много людей, а они сами на пляже.  — Горь, пошли купаться, — Дубин тянет руку, чтобы помочь Игорю встать.  И тогда старший  встал, следуя за возлюбленным, и вспомнил:  Сочи, лето, море, плавки, рок-н-ролл.