Другая мультивселенная

Медблок гудел приглушенными звуками, но стоило двери закрыться за последним из любопытных, как в воздухе повисла тишина, густая и осязаемая. Микаэла, бледная и уставшая, смотрела на Бамблби, чьи оптические сенсоры излучали мягкий, обеспокоенный свет. — Бамблби! — Её голос был едва слышен. — Можешь отвезти меня домой? — Трансформер, не задавая вопросов, кивнул. Его корпус плавно трансформировался, превращаясь в знакомый желтый автомобиль. Микаэла, с трудом поднимаясь, подошла к открытой двери и села на сиденье. Мягкая обивка казалась чужой, как и весь мир вокруг. Путь домой был долгим. Несколько часов они ехали в молчании, нарушаемом лишь ровным гулом двигателя и редкими, неуверенными попытками Бамблби развеселить девушку. Он включал радио, переключал станции, надеясь уловить мелодию, которая могла бы вызвать улыбку. Он даже пытался имитировать звуки птиц, издавая тихие, мелодичные трели, но Микаэла лишь сильнее сжимала руки, её взгляд был устремлен куда-то вдаль, сквозь лобовое стекло. Бамблби чувствовал её боль. Он знал, что Сэм, её друг, её близкий человек, только что очнулся после тяжелого испытания. Он представлял, как Речет, с его привычной деловитой суетой, осматривает Сэма, пытаясь понять, насколько серьезны полученные им травмы. Эта мысль, вероятно, и терзала Микаэлу. Наконец, они оказались у дома Микаэлы. Знакомый фасад, освещенный тусклым светом уличного фонаря, казался одновременно и утешением, и напоминанием о том, что мир продолжает жить, даже когда твоя собственная жизнь кажется остановившейся. Бамблби остановился, его дверь плавно открылась. — Спокойной ночи, Микаэла! — Прозвучал его голос, теперь более глубокий и проникновенный, чем обычно. В нем не было обычной игривости, только искреннее сочувствие. Микаэла кивнула, её губы дрогнули в слабой, почти незаметной улыбке. Она вышла из машины, чувствуя, как холодный ночной воздух касается её лица. С тихим гулом, он развернулся и поехал прочь, оставляя Микаэлу одну на пороге её дома. В его оптических сенсорах, пока они не скрылись за поворотом, читалось невысказанное обещание быть рядом, когда она будет готова. А пока, он возвращался на базу, к своим собратьям, неся в себе тихую печаль и надежду на скорое выздоровление их общего друга. Девушка стояла на крыльце, слушая удаляющийся звук двигателя. Тишина, которая раньше казалась ей спасительной, теперь давила своей пустотой. Она знала, что Бамблби сделал все, что мог, чтобы поддержать ее, но слова и действия не могли заполнить ту пропасть, что мог, чтобы поддержать ее, но слова и действия не могли заполнить ту пропасть, что образовалась в ее сердце. Она закрыла глаза, пытаясь унять дрожь в коленях. В голове проносились обрывки воспоминаний: улыбка Сэма, что они вместе пережили, первый поцелуй Сэма и первый секс конечно же Сэма и многое другое! Она чувствовала себя опустошенной, словно из нее вытянули всю жизненную силу. Внезапно, из кармана её куртки раздался тихий, мелодичный звук. Это был сигнал от Бамблби. Микаэла достала телефон. На экране высветилось сообщение: “Я знаю, что тебе сейчас тяжело. Но помни, ты не одна. Мы все здесь, рядом. Если тебе что-нибудь понадобится, просто позвони. Я приеду.” Слабая улыбка тронула ее губы. Это было именно то, что ей было нужно. Не громкие слова утешения, а простое, искреннее заверение в поддержке. Она написала короткий ответ: “Спасибо, Бамблби. Я ценю это.” Микаэла глубоко вздохнула, чувствуя, как в ней зарождается крошечная искорка надежды. Буря еще не утихла, но она знала, что сможет пройти через нее. Ведь у нее были друзья, которые готовы были разделить с ней эту ночную тишину, и которые верили в нее, даже когда она сама в себя не верила. Она повернулась и вошла в дом, оставив позади холодный воздух и тишину, которая теперь казалась не такой уж и пугающей. Она достала из сумочки ключи из дома, открыв дверь, она сразу почувствовала мертвую тишину. Непривычную, густую, словно вата, забившую. Обычно в это время отец уже гремел посудой на кухне или смотрел новости, бормоча что-то себе под нос. — Пап, ты дома или ты снова куда-то пропал и потом оказывается залог неделю назад надо было внести? — Прокричала девушка, её голос эхом разлетелся по пустому дому, но ответа не последовало. — Значит, второе! — С горькой усмешкой пробормотала Микаэла, закрывая за собой дверь. Этот дом, казалось, тоже вздыхал вместе с ней, погруженный в ту же мертвую тишину. Она пошла на кухню, её шаги звучали неестественно громко. Подошла к холодильнику, открыв его, она увидела небольшой ящик бутылок пива. Не то чтобы это было чем-то новым, но сегодня это казалось особенно символичным. Взяв ящик, она закрыла за собой холодильник и поднялась на второй этаж, в свою комнату. Там, на кровати, она начала пить пиво. Одна бутылка ушла сразу, затем вторая, потом третья. Холодная жидкость обжигала горло, но приносила лишь временное облегчение, заглушая нарастающий ком в груди. Микаэла мучила совесть. Не за то, что пила, а за то, что ей предстояло сделать. Как начать разговор с Сэмом, чтобы расстаться с ним? Эта мысль, как червь, точила её изнутри, делая каждый глоток пива еще более горьким. Она представляла его лицо, его улыбку, его глаза, которые всегда смотрели на неё с такой нежностью. Как сказать ему, что всё кончено? Что больше нет "нас"? Что она больше не может? Каждое слово казалось предательством, но молчание было ещё хуже. Четвертая бутылка. Пятая. Голова начинала кружиться, но мысли оставались ясными, как осколки стекла. Она должна была это сделать. Ради себя. Ради него. Но как найти в себе силы, чтобы разрушить то, что когда-то было таким хрупким и прекрасным? Микаэла откинулась на подушки, глядя в потолок. Мертвая тишина дома, казалось, проникала в неё, становясь частью ее самой. Она знала, что сегодня вечером ей предстоит еще один бой, и этот бой будет самым трудным. Бой с собственным сердцем и с человеком, которого она когда-то любила. И пиво, которое она пила, было лишь слабым попыткой заглушить боль, которая уже готовилась нанести свой удар. Микаэла проснулась от жуткой головной боли. Комната плыла перед глазами, а во рту ощущалась пустыня Сахара. Вчерашнее вино давало о себе знать. Она попыталась сесть, но тут же рухнула обратно на подушку, застонав. Школа? Ах да, школа. Презентация, к которой она готовилась целую неделю. Но сейчас ей было абсолютно плевать. Все, чего она хотела – это, чтобы мир перестал вращаться. Прошло несколько дней. Микаэла не выходила из дома. Она валялась в постели, пересматривая старые фильмы и заедая тоску чипсами. В голове царил хаос, а в сердце – пустота. Внезапно телефон завибрировал. Сообщение от Бамблби: "Сэма и Лололошку наконец-то выпустили из логова Речата". Микаэла прочитала сообщение и швырнула телефон на кровать. Сэм… Логово Речата… Она знала, что он ввязывается во всякие опасные истории, но чтобы настолько… Она перевернулась на другой бок, пытаясь прогнать навязчивые мысли. Прошло еще несколько часов. Тишину комнаты разорвал звук уведомления. Микаэла неохотно потянулась за телефоном. Неизвестный номер. "Это Дилан!” — Микаэла нахмурилась. Дилан? Откуда у него ее номер? "Ты как? Я понимаю, что тебе тяжело говорить, что ты хочешь расстаться с Сэмом. Вы столько вместе пережили.” — Микаэла почувствовала, как к горлу подступает ком. Слезы непроизвольно потекли по щекам. Расстаться с Сэмом… Она и сама об этом думала, но произнести это вслух, тем более получить такое сообщение от кого-то другого, было невыносимо. С трудом она набрала ответ. "Более-менее". — Снова ожидание. Каждое мгновение казалось вечностью. Наконец, пришло новое сообщение. "Даже не хочу задаваться вопросом, как ты нашел мой номер, но это не важно! Знаю, что ты автоматон и ты можешь что угодно сделать.” Микаэла отправила сообщение, чувствуя, как в ней закипает гнев. Дилан знал слишком много. Ответ пришел мгновенно: "Микаэла, чтобы тебе стало легче, лучше расстанься с Сэмом. Я видел, как тебе плохо! Ты же сама мне говорила, что ты с ним столько пережила, что просто хочешь обычной жизни.” — Микаэла застыла. Обычной жизни… Она действительно этого хотела. Но как можно просто так взять и бросить человека, с которым прошла через столько испытаний? Сэма, который всегда был рядом, даже когда мир рушился вокруг? Слезы хлынули с новой силой. Дилан был прав. Ей было плохо. Она устала от постоянной опасности, от борьбы с десептиконами, от жизни на грани. Она хотела нормальной жизни, но понимала, что с Сэмом это невозможно. Каждое слово Дилана было как удар, но в то же время оно отражало ее собственные, глубоко спрятанные желания. Но эта любовь была пропитана болью, страхом и постоянным напряжением. Она хотела простого счастья: утренний кофе, прогулки в парке, смех без оглядки на опасность. А с Сэмом, с его судьбой, с его борьбой, это было недостижимой мечтой. Она посмотрела на фотографию Сэма, которая была установлена на заставке телефона. Его улыбка, его глаза, полные решимости и доброты… Как она могла причинить ему такую боль? Но как она могла продолжать жить так, разрываясь между любовью и собственным желанием мира? Микаэла закрыла глаза, пытаясь унять дрожь. Она знала, что должна сделать выбор. Выбор между любовью, которая приносила ей столько страданий, и мечтой о той самой, обычной жизни, которая теперь казалась такой близкой и такой недосягаемой. И в этот момент она поняла, что выбор уже сделан. Она просто боялась признаться в этом самой себе. Страх причинить боль Сэму был сильнее, чем страх продолжать жить в постоянном напряжении. Но теперь, когда Дилан озвучил ее самые сокровенные мысли, она больше не могла отрицать правду. Она открыла глаза, вытерла слезы и набрала сообщение: "Я... я думаю, ты прав. Мне нужна обычная жизнь. Но я не знаю, как сказать ему". Ответ Дилана пришел почти мгновенно: "Не торопись. Подумай, что ты хочешь сказать. Главное, будь честна с ним и с собой.” — Микаэла отложила телефон. Честность… Это было самое сложное. Она знала, что Сэм заслуживает правды, но как найти слова, чтобы не разбить ему сердце? Как объяснить, что ее любовь к нему не исчезла, просто она больше не может жить в постоянном страхе? "Би, это срочно! Надо, чтоб ты подъехал за мной! Я хочу поговорить с Сэмом!" — Написала Микаэла, отправляя сообщение и с тревогой ожидая ответа. Сердце колотилось в груди, предчувствуя, что этот разговор может изменить всё. Через несколько долгих минут пришло сообщение от Бамблби: "Микаэла, я скоро буду. Примерно через полтора часа". Полтора часа. Целые полтора часа ожидания, который казался вечностью. Она встала с кровати, подошла к окну. Солнце заливало улицу ярким светом, люди спешили по своим делам, погруженные в свои обыденные заботы. Микаэла смотрела на них, чувствуя острую тоску по той простой, нормальной жизни, которая ей, казалось, никогда не будет доступна. Она пошла в душ, чтобы смыть с себя остатки вчерашнего вечера и усталость. Ей нужно было выглядеть собранной, сильной. Она должна была быть готова к любой реакции Сэма, к любым его словам или молчанию. После душа она перебирала одежду, пытаясь найти что-то, что отражало бы ее внутреннее состояние, но в то же время выглядело бы уверенно. Мысли роились в голове, словно пчелы, пока она не услышала знакомый, низкий гудок. Бамблби. Быстро одевшись, схватив сумку, она заперла дверь и бросилась к машине. Бамблби уже ждал, его фары приветливо мигнули. Он открыл дверь, впуская ее внутрь, и Микаэла, закрывшись в знакомом салоне, почувствовала легкое облегчение. Они тронулись, направляясь на базу. Она откинулась на спинку сиденья, закрыв глаза. В голове, словно старый фильм, прокручивались обрывки воспоминаний: их первая встреча, когда он был просто желтым "Шевроле"; первая битва с десептиконами, где страх смешивался с адреналином; их первый, робкий поцелуй, который казался таким нереальным. Все это было частью ее жизни, частью ее истории, переплетенной с судьбой этих удивительных машин. Но теперь… теперь ей предстояло перевернуть эту страницу. Начать новую главу, где, возможно, не будет места трансформерам, но будет место для нее самой, для ее собственных решений и ее собственного будущего. И этот разговор с Сэмом был первым шагом на этом пути. Воздух на базе был наполнен привычным гулом и запахом машинного масла, но для Микаэлы это место теперь ощущалось иначе. Несколько часов в пути, и вот они снова здесь, на этой земле, которая стала свидетелем стольких невероятных событий. Это место было связано с прошлым, с приключениями, которые изменили ее жизнь навсегда. Но она не могла позволить прошлому определять ее будущее. Бамблби остановился, его желтый корпус блестел под тусклым освещением ангара. Он открыл дверь, выпуская Микаэлу. Девушка ступила на знакомый бетонный пол, чувствуя, как под ногами дрожит земля от приближающихся шагов. Бамблби начал трансформироваться, его механические части с характерным щелчком и скрежетом складывались, превращаясь в его привычную, более гуманоидную форму. Через несколько минут к ним подошли Симмонс и Леннокс, их лица выражали смесь усталости и облегчения. — Привет, Микаэла, как вы доехали? — Спросил Леннокс, его голос звучал тепло и дружелюбно. — Нормально? — Ответила Микаэла, оглядываясь по сторонам. — А где Сэм? Я хочу с ним поговорить. — Парнишка с Оптимусом разговаривает. — Ответил Симмонс Микаэла почувствовала легкое волнение. Она знала, что Сэм тоже изменился после всего, что произошло. Их пути разошлись, но теперь, когда они снова оказались рядом, ей хотелось понять, как он себя чувствует, и, возможно, найти общий язык, который позволит им двигаться дальше, вместе или по отдельности. Она немного нервничала, предвкушая эту встречу. — Тогда приведите к нему, — сказала она, ее голос стал чуть более решительным. — Я хочу с ним поговорить! — Леннокс улыбнулся, его глаза блеснули пониманием. — Хорошо, милая. Пойдем, он наверняка будет рад тебя видеть. — Микаэла кивнула, чувствуя, как напряжение немного спадает. Леннокс повел Микаэлу через лабиринт ангаров и коридоров, мимо механиков, копошащихся вокруг огромных автоботов, и солдат, занятых своими делами. Симмонс шел рядом, не умолкая ни на минуту, рассказывая о последних новостях и планах. Микаэла слушала вполуха, ее мысли были заняты предстоящим разговором с Сэмом. Наконец, они подошли к открытой площадке, где стоял Оптимус Прайм, возвышаясь над всем вокруг. Рядом с ним, запрокинув голову, стоял Сэм, что-то оживленно рассказывая лидеру автоботов. Микаэла остановилась, наблюдая за ним. Леннокс кашлянул, привлекая их внимание. Сэм обернулся и, увидев девушку. — Сэм, может, отойдем ненадолго? Нам надо серьезно поговорить. — Проговорила девушка, ее голос был тихим, но в нем звучала сталь. — Хорошо! — Ответил Сэм, его взгляд был прикован к Микаэле. Он чувствовал, как напряжение нарастает в воздухе, словно перед грозой. Что-то в ее глазах, в том, как она сжала губы, говорило ему, что это не просто обычный разговор. Микаэла и Сэм отошли к дальнему углу базы, туда, где тени сгущались, а шум других трансформеров и людей приглушался. Они искали уединения, места, где их слова не будут подслушаны. Пока Оптимус, Бамблби, Леннокс и Симмонс ожидали их, обсуждая последние детали загадки про JDH и всего останого к ним подошли Джаз и Айронхайд. Джаз, как всегда, излучал спокойную уверенность, его синий корпус блестел в тусклом свете. Айронхайд же стоял чуть поодаль, его внушительная фигура излучала готовность к действию, а его взгляд был острым и внимательным. — Что-то не так с этими двумя? — Проворчал Айронхайд, его голос был низким и хриплым. Он кивнул в сторону угла, где скрылись Сэм и Микаэла. — Айронсайд ты же был на задание потом мы тебя информируем…. — Я смог поговорить с ней она хочет расстаться Сэмом! — Ответил Дилан. Все посмотрели на него и были шокированы что сказал автоматон. — Это кто? — Ответил автобот. — Говорю же расскажем всё что ты не знал! — Ответил Леннокс. Сэм смотрел на нее, слова застряли в горле. Слезы блестели в ее глазах, отражая тусклый свет углу базы. Ее голос дрожал, но в нем была стальная решимость, которую он никогда раньше не видел. — Сэм… Я хочу с тобой расстаться! Я больше не могу… Я хочу жить как обычный человек, а не бегать от десептиконов! И всего этого дерьма! — Проговорила она, и ее плечи сотрясались от беззвучных рыданий. Он сделал шаг к ней, протягивая руку, но остановился, чувствуя, как его собственное сердце сжимается от боли. — Я… тебя понял. П-прости, что во что тебя в… — Он не мог закончить фразу. Как он мог извиниться за то, что втянул ее в этот ад? За то, что ее жизнь превратилась в бесконечную гонку на выживание? — Хорошо. И давай останемся друзьями, или просто забудем друг о друге… — Ее голос стал тише, почти шепотом. Она не стала ждать его ответа. Быстрым шагом, словно пытаясь убежать от собственных слов, она направилась к остальным. Среди знакомых лиц, которые теперь казались такими далекими, она увидела Дилана. Его взгляд был полон понимания, и она благодарно кивнула ему. Он был тем, кто помог ей принять это решение, кто напомнил ей о том, чего она действительно хочет. — Джаз, отвези меня домой! — Произнесла она, ее голос обрел новую твердость. Джаз, всегда чуткий к эмоциям людей, услышал в её голосе не только просьбу, но и глубокую печаль. Он трансформировался в элегантный спортивный автомобиль, и она, не теряя ни секунды, села внутрь. Они выехали с базы, оставив позади Сэма и войну, которая отравила её жизнь. В салоне автомобиля царила тишина, нарушаемая лишь тихим гулом двигателя. Девушка смотрела в окно, наблюдая, как мелькают пейзажи. Она не плакала, но внутри неё бушевала буря эмоций. Она чувствовала облегчение, но и огромную пустоту. Она оставила позади часть своей жизни, часть себя Джаз, чувствуя её состояние, включил тихую музыку. Он не говорил ни слова, зная, что сейчас ей нужно просто побыть одной со своими мыслями. Он понимал её желание жить нормальной жизнью. Он видел, как война меняет людей, как она отнимает у них надежду и мечты. По дороге домой она вспоминала моменты, проведенные с Сэмом. Их первое знакомство, их приключения, их любовь. Но все эти воспоминания были омрачены постоянным страхом и опасностью. Она больше не могла так жить. Когда они подъехали к её дому, она глубоко вздохнула. — Спасибо, Джаз! — Сказала она, поворачиваясь к нему. — За всё. — Джаз слегка наклонил фары в знак понимания. Она вышла из машины и направилась к дому. Она знала, что впереди её ждет новая жизнь, полная неизвестности, но и надежды. Она заслуживает счастья, и она намерена его найти.