убей меня.
23 ноября 2025 г., 02:05
«не знаю, чего я боюсь больше - увидеть тебя ещё раз или не увидеть вообще»
Боль от только что собственноручно вправленной ноги после очередного падения давала о себе знать. Но я бежала. Не оглядываясь. Я должна поговорить с мамой.***
- О чем ты говоришь, черт тебя возьми, Дашков?! - вопил Юсупов, закрыв лицо рукой. - Найди мне её. Дмитрий Дашков, хоть и ненавидел новообращенных вампиров, совсем не понимал, зачем и для чего князю нужна девчонка. Ну, схожесть есть и есть. Причем, довольно таки, большая. И что с того? Несколько дней после обращения, а уже сколько проблем.***
Будучи вампиром, оказывается, можно бежать без устали. Именно так и думала Катерина, пока не подбежала к своему дому. Её ноги стали ватными. В окне она видела свет. - «А что я скажу? Мам, я жива? А я… на самом деле жива? У нее слабое сердце… Но я не могу оставлять её в неизвестности.» Катя заглянула в окно. Её мама сидела подле камина. Сколько седых волос появилось за несколько дней на её рыжих золотых волосах. Потерять дочь… Какого это? А какого потерять мать? Себя? У матери Катерины не было трех пальцев… Производственная травма на заводе, неисправность, безразличие начальства, перебрасывание ответственности на женщину. Она осталась работать на заводе от безысходности, чтобы прокормить себя и дочь. Нестабильная зарплата. Протест рабочих. Выстрел. Вот так всё и закончилось. Мать Екатерины не унывала (или только пыталась) со своими дефектами, однажды шутила, мол, «нет у меня трех пальцев, но без тебя, Катюша, не будет десяти». А сейчас она сидит около камина, поседевшая, постаревшая словно на несколько десятилетий за пару дней. «Она видела меня мертвой… Какого это держать на руках покойницу, считавшую тебя матерью?» Она не знает ничего. Ее мысли, что её дочь глубоко под землей, она не догадывается, что её дочь стоит под окном, приложив ладонь к нему и не решаясь войти. Должна ли она знать правду? Что хуже: думать, что твоя дочь мертва, или знать, что она жива, но стала монстром. - Я… монстр? - прошептала сама себе со скупой слезой Катерина. Вспомнив вчерашний инцидент, как её глаза почернели от жажды крови. Монстр. А Иван? Она для него тоже монстр? А стоит ли ему знать все? Или остается только помолиться за него, чтобы он нашел свою любовь и забыл Катерину навсегда? Я останусь в их памяти, как смелая девушка, которая была всегда готова защитить мать и сильно любившая Ивана? Или быть в их настоящем мире, но кем? Катерина снова положила ладонь на окно. «Мама… Ты осталась совсем одна…Иван… Вы живете в неизвестности, это не для справедливых людей. Единственное, что обязан знать человек - это правду. Какая бы она не была» Последнее, что я слышала, - это хруст моей собственной шеи.***
Я открыла глаза в знакомом месте. «Мне свернули шею? Я вновь проснулась живой, к сожалению. Мама?! Что с ней?!» Катерина подскочила и только сейчас заметила, что над её кроватью стоят Юсупов и неизвестный ей мужчина с бородой. - Молодчина, постарался. Никто не видел? - обратился Феликс к мужчине - Если кто и видел, то теперь они уже не увидят. Ухватившись за волосы, Катя бросилась к Феликсу. - Успокойся, неприятная девчонка. Я с ней по-хорошему, а ты вон как. Придется действовать по-плохому. - Он одним движением снова отбросил ее на кровать. - Я могу? - спросил Дашков - Не трогай ее своими грязными ручонками… - брезгливо фыркнул князь Катерина не помнила, что именно произошло, но догадывалась. - Ты свернул мне шею? - Догадливая пташка. Но будь в следующий раз поаккуратнее, Дмитрий. Не собаку лапаешь. Девушка облизнулась, у нее начинала побаливать голова совместно с болью в зубах и жжением в горле. Это чувство было ей знакомо. Снова жажда. Ведь она не пила кровь сутки. - Запомни, милая. - протянул сквозь зубы Феликс. - Ты скоро станешь членом Вампирского Негласного комитета. Ты теперь собственность его. Не твори глупостей, подумай о родных из прошлой жизни. Если не хочешь, чтобы от них избавились другие вампиры. Сердце Кати ёкнуло, до нее дошло только сейчас. Что теперь им непосредственно угрожает опасность. Феликс покинул её комнату, но оставил с ней Дмитрия, который, по всей видимости, и нашел её, и свернул шею, притащив сюда. Она взглянула на него, навернулись слезы. Дашков, в одно мгновение оказался возле нее и сжал ее лицо в своей ладони. - Дрянь. Не делай глупостей. Понимаю, что похожа на нее, но не понимаю, зачем ты нужна комитету. Безделушка. - он отпустил хватку. - На кого? О ком вы все говорите? - закричала сквозь слезы она. «Щёлк.» Снова свернутая шея. Очнулась она через пару часов, за окном уже было темно. На балконе стоял Дашков. Видимо, Юсупов заставил охранять. Тихонько, поднявшись, она снова ухватилась за голову и гортань. Жажда… - Успокоилась? - не оборачиваясь спросил Дашков. Продолжая держаться за голову, она прорычала: - Убей меня. Дашков обернулся. Из глаз Катерины снова брызнули слезы. Когда она успела стать такой ранимой? После смерти? - Ты меня недолюбливаешь, ты сделаешь это с радостью. Или скажи мне способ… Только способ… Я сделаю это сама…
