Глава 8. День 6
26 января 2025 г., 01:05
На следующий день за завтраком я была одна. Меня это порадовало, так как появилось время разработать некий план, обдумать, как правильно выстроить разговор с супругом, чтобы докопаться до истины.
Конечно, мои любимые Гвинет и Дори заметили при утренних сборах, что со мной что-то не так, но видимо списали перемены настроения на тоску по герцогу, а потому с расспросами лезть не стали.
Я же, сидя молча перед туалетным столиком, пыталась упорядочить все, что узнала раннее. Ощущалось, что в истории уж слишком много черных пятен, а потому пазл совсем не собирался.
Да, я не видела свет, но разве друзья, знакомые герцога, сама корона в конце концов не заинтересовалась тем, что у него теперь новая жена? Об этом ведь писали в газете… Неужели никому кроме меня не важно, что стало с Асторией?
Не ясно и то, почему Драко позволил себе нарушить траур по отцу, это вопиющее неуважение и даже статус не смог бы защитить его от череды осуждений…
В конце концов, как миссис Малфой позволила подобному случиться и где она обитает со дня нашей свадьбы?
Шестеренки в моей голове крутились с невиданной скоростью, но пока была лишь череда вопросов. Казалось бы, что имело место просто задать их супругу, но… Его реакция для меня слишком непредсказуема. Возможно все эти поцелуи в саду, ласка и доброта лишь игра. В конце концов, я не могу отделаться от ощущения, что я нахожусь рядом с человеком, о котором ничего не знаю… Увы, его любимая игрушка и рассказы о детских забавах не могут мне подарить чувство безопастности рядом с ним…
— Миссис Малфой, миссис Малфой, — настойчивые обращения вырвали меня из пучины размышлений, — Все в порядке? — спросила стоящая передо мной служанка, ее имя я еще не знала.
— Да, я просто задумалась, — я была весьма вежлива, правда моя кисть начала немного дрожать. Ну что за глупая особенность организма, вечно этот тремор доказывает всем, что я далеко не в порядке.
Женщина предпочла не делать на этом акцент, благодарю ее за это.
— Доставили от герцога, только что, — она протянула мне поднос с конвертом и ножом для бумаги, а после стремительно удалилась.
Письмо возможно было и не очень содержательным, но мне захотелось его сохранить. Спрячу в этом дневнике, все же это первое послание от супруга… Да, он пугает меня, но моя женская сущность мечтает о том, чтобы все эти опасения были пустыми и мы смогли бы построить отношения достойные быть запечатленными на бумаге. Может и мы могли бы стать героями французского романа?
Письмо Драко Люциуса Малфоя
18 мая 1857 год
Милая,
Я знаю, что ты недовольна моим отъездом, но никак не мог уклониться от череды дел, что свалились на меня по велению семьи. Не серчай, я вернусь завтра и порадую тебя небольшим презентом. Может он сможет растопить твое сердце и ты осчастливишь меня своей нежной улыбкой?
Весь вчерашний день я не мог отделаться от мысли, что время поодаль от тебя ощущается теперь таким пустым и бессмысленным. Ты вдохнула жизнь в холодный Мэннор, в меня, и теперь мне не хочется покидать дом. Ты ведь тоже скучаешь?
Надеюсь, по приезде я смогу вновь прогуляться с тобой по саду, желательно по самым укромным его уголкам. Или может экскурсия по поместью была слишком короткой? Мы могли бы ее повторить, если на то будет твое желание…
Все же слов недостаточно, дабы описать все те чувства, что ты во мне вызываешь. А потому я просто хочу, чтобы ты знала - я не могу перестать думать о тебе.
Навеки твой любящий супруг, Драко.
Да, оно было безумно романтичным. Мне ведь еще никогда не присылали любовного письма, может от того так волнительно? Или все от того, что это именно Драко его написал...
После завтрака я отправилась в свою (в нашу?) спальню и приступила к разработке плана. Очевидно, изначально необходимо получить больше информации. Пока я не знаю все целиком, судить о допустимости поступков моего мужа будет неуместно.
Казалось, миссис Кюббе не расскажет мне больше. В прошлый раз я видимо застала ее врасплох своим напором, а потому возлагать надежды, что она способна на большую откровенность, бесполезно…
Написать отцу? Глупейшая идея, он уж точно не останется безучастным и может наворотить таких дел... Писать мне больше некому, а значит никакой помощи из вне не будет.
Гвинет и Дори все бы сделали для меня, но рисковать их нахождением в этом доме я не посмею. Да и не в их возрасте играть в шпионов.
Оставался последний способ. Он пришел мне в голову, когда я в десятый раз перечитывала письмо супруга. Раз он написал мне даже после одного дня отсутствия, значит вести переписки для него не в новинку.
Мой отец всегда хранил каждое полученное письмо, и, честно говоря, если бы хоть кто-то получил бы к ним доступ, мы бы были как на ладони. Если у Драко была супруга, то ведь должны быть и письма от нее? От отца? От матери? Оставалось только их найти.
Да, затея была рискованная. Если за ненужные вопросы я и могла бы впасть в немилость, то за чтение писем… Он может и не простить меня, но… но я буду осторожна, а потому думать о возможных последствиях излишне.
Мне было необходимо узнать с кем я сосуществую, с кем возможно разделю постель, кому подарю детей.
В доме было больше 80 комнат, но никто не хранит личные документы в столовой или гостиной. Самыми логичными мне казались его спальня и кабинет.
Я приняла решение начать со спальни, ведь добраться до нее незамеченной было проще. Герцог обитал в соседних покоях, его обитель также включала гардероб, личную ванную, но была чуточку меньше моей.
Как только я захлопнула за собой дверь, окунулась в мир воспоминаний:
*
— Тут я и обосновался, тебе нравится? — Драко прошел в центр весьма просторной комнаты и зажег с десяток свечек, что располагались на столе, у камина и окна.
Был уже вечер, мы целый день носились по поместью будто дети и его комнаты, кажется, должны были стать последними внутри нашей ознакомительной экскурсии.
— О, конечно. Тут… очень мило, — я не знала, куда себя деть и потому направилась к окну и попыталась разглядеть звезды.
— Может мне дать указ перевезти сюда твои вещи? — он подошел сзади и положил голову мне на макушку, — Ладно, я понимаю, что всему свое время. Мне бы хотелось, чтобы у нас все получилось.
После он ничего не сказал, мы просто стояли и смотрели, как уходит день.
*
Это было приятно - заглянуть в череду счастливых моментов, но я там была с другой целью. Мне показалось правильным начать с рабочего стола. Первый ящик был заперт, но остальные два поддались легко. Я нашла какую-то деловую документацию, несколько писем от товарищей, что содержали информацию о погоде и пустые сплетни, а также небольшой блокнот.
Пролистав парочку страниц, я поняла, что не одна я в этом доме веду записи. Вот только если мои содержательны как исповедь, то его скорее напоминают обычные списки дел.
Я отметила, что записи велись с 1856 года. У моего супруга оказывается была весьма насыщенная жизнь, все чуть ли не по минутно расписано… Он служил при дворе, ходил на различные культурные мероприятия и много времени тратил на обучение.
Никогда не думала, что кому-то необходимо вести расписание… по сравнению с герцогом я будто и не знала занятости… Даже в годы, когда отец нанимал для меня учителей, я находила время на отдых, игры в нашем маленьком саду и озорство.
Мои претензии по поводу его отъездов теперь казались глупыми. Я ощутила себя капризным ребенком, что убеждал родителей бросить все дела и отправиться прыгать по лужам.
Я присела на его стул и принялась читать каждую страницу, все же я пришла сюда не восхищаться трудолюбием Драко, а найти больше информации о его прошлом.
Мне удалось узнать, что иногда он ездил в гости к своей бабушке, что вечер четверга был занят игрой в карты, что по какой-то причине он планировал встречи с отцом заранее.
Блокнот содержал распорядок каждого дня, много, что повторялось, но с апреля прошлого года появились упоминания и об Астории. Их не было много, но я попыталась запомнить все:
27 апреля
17.00 - 17.15 Чаепитие в саду с Асторией Гринграсс
4 мая
18.00 - 20.00 Ужин у Гринграссов
31 мая
10.00-10.15 Поздравить Асторию Гринграсс с Днём Рождения
9 июня
9.00-18.00 Церемония с Асторией Гринграсс
Долистав до этой записи, я вздрогнула. Мне стало весьма очевидно, что это был за день. Да, у герцога была до меня супруга и 9 июня год назад у них состоялась свадьба.
Мне почему-то стало очень тяжело и обидно от этой мысли, будто он изменил мне, будто был кто-то еще с кем он также гулял по саду, кого целовал в тени деревьев, катал на самодельных качелях.
Это отвратительное желание быть особенной, самой лучшей захватило меня. Он даже не соизволил мне о подобном сообщить. Я взяла себя в руки и принялась читать дальше. В конце концов, что у герцога была жена я уже знала, просто надеялась, что все это ложь и дешевая провокация. Увы, мне не повезло… Теперь надо было понять, куда она исчезла.
После 9 числа записей о ней стало больше, но они по прежнему были излишне формальны. Я вчитывалась в каждую строчку, но ничего стоящего найти не могла. Вот он пишет, что должен помочь ей с ремонтом комнат, выпить чай. Интересно, он и наши чаепития вносил в блокнот? Разве такое вообще есть необходимость планировать?
Последняя запись о ней была сделана 5 мая 1857 года. Там он писал о том, что необходимо вывезти из поместья оставшиеся вещи Астории. Но никаких подсказок касательно ее участи, даже намека.
Помимо упоминания Астории была и череда встреч с кем-то, кто обозначался просто латинскими буквами. Госпожа R, S, V… Видимо Драко с легкостью закрывал недовольство супружеской жизнью при помощи череды других женщин.
Я долистала и до дня нашей встречи. По какой-то причине мою фамилию он не упоминал, писал только «ужин», «церемония», «поездка». Неужели я не достойна даже упоминания в его блокноте? Зато встречи с теми, кто получил хотя бы букву после нашего брака не прекратились. Я бы даже сказала участились.
Я почувствовала, как по моей щеке побежала слеза. Что стоит его письмо, все эти сладкие речи, если при первой же возможности он сбегал к каким-то профурсеткам другим женщинам ?
Я облокотилась на спинку стула и устремила свой взгляд в окно. Кажется все должно было быть проще? Мой брак не был ужасен, но в нем совсем не было никакой определенности. То он говорит, что любит и мы всегда будем рядом, то пропадает. Пишет любовные письма, но сам сегодня уехал к Госпоже N, как стало понятно из последних пометок.
Я прочла блокнот еще несколько раз в надежде отыскать хоть что-то, что могло бы меня обрадовать, но ничего кроме вечных встреч с другими женщинами, отсутствия упоминания моего имени и череды нескончаемых дел.
Смахнув скупые слезы и спрятав все найденое обратно в ящики стола, я осмотрела все оставшиеся элементы мебели, покинула комнату и направилась к кабинету. Не имело смысла останавливаться на обнаруженном.
Маски летят ко всем чертям, да, мой любящий муж? Замечательно завести себе карманную женушку, чтобы она «наполнила Мэннор жизнью», чтобы не было скучно в перерывах между женщинами и созданием новых секретов.
Посмотрев по сторонам и убедившись, что останусь незамеченной, я пробралась в кабинет. Мне нравилась эта комната, она была наполнена огромным количеством разных занимательных вещиц. Только на то, чтобы их осмотреть могла бы уйти неделя, настоящий выставочный зал.
Но самое интересное для меня сегодня — это содержание бюро и шкафов с документами. Интересно, что он хранил в этом огромном столе. Может ключ от темницы, где обитают его бывшие супруги, или стопку писем от любовниц?
Я была крайне разочарована, мне хотелось вновь запереться в своей спальне и отдаться жалости к себе. Однако инстинкт самосохранения кричал, что необходимо узнать больше, чтобы быть подготовленной, чтобы понимать, есть ли у меня шанс покинуть этот чертов дом.
Я принялась рыться в ящиках, было много счетов, какая-то специальная документация, назначение которой мне не было известно. Потом я в общем-то и позабыла, что успела обнаружить, ведь услышала щелчок замка, а после почувствовала обжигающий взгляд.
Попалась. Так глупо и просто. Так жалко и бессмысленно. Картина, что никогда не покинет моей памяти: я, стоящая на коленях у нижнего ящика бюро, мой супруг в полнейшем замешательстве и зловещая тишина.
Вроде как мой мозг был должен подобрать какое-то оправдание, причину, по которой я могла бы рыться в бумагах главы семьи, но вместо этого там с огромной скоростью проносились мысли о том, что расплаты не избежать.
Драко все также молчал, внимательно изучая меня. Он закрыл со собой дверь и повернул в замке ключ. Теперь я была заперта.
— Я так понимаю, тебе многое сейчас будет необходимо мне разъяснить, не так ли? — он старался сохранять спокойствие, но я видела, что по его венам циркулирует чистая ярость.
Он прошел в глубь комнаты и расположился в кресле для посетителей в паре метрах от меня, все еще не сдвинувшейся с места.
— Я жду, милая. Что-то мне не верится, что ты искала здесь чернила, — он наклонился, уперевшись на локти.
Я была в панике, так глупо попасться. От его взгляда хотелось скрыться, как и от всей этой ситуации. Мое сердце билось о ребра.
— Кто надоумил тебя рыться в моих документах и что ты должна была тут обнаружить? — он не кричал, но от этого мне было только хуже, — Не молчи, кто тебя сюда подослал?
— Я… никто не отправлял меня сюда, — произнесла я дрожащим голосом и принялась засовывать документы обратно в шкафчик.
— Я хочу знать, что ты искала, и мое терпение почти закончилось, — о, он не обманывал меня.
— Письма, я искала письма, — проговорила я на одном дыхании, стараясь подняться, чтобы не быть в столь уязвимом положении.
— Чьи письма, Гермиона? — он встал около меня, схватив за локоть.
— Я не знаю, любые чертовы письма. Может от вашей бывшей супруги, от коалиции любовниц, к которым вы отправляетесь при каждой возможности, хоть от кого-то, кто знает вас получше моего, — я говорила яростно, но по щекам текли слезы.
— Нашла мой ежедневник? Какого черта, Гермиона?! — он схватил мой подбородок, заставляя смотреть ему в глаза.
— Да, и видимо не зря. Вы не собирались мне все это сообщать так? Где ваша жена? Почему мы не соблюдаем траур из-за кончины вашего отца? Зачем я вообще была вам нужна, если в расписании нет перебоя от походов по проституткам?! — я перешла на истерический крик и совершала попытки отдернуть руку. Безуспешно.
Он удивился моей пламенной речи, я даже отметила как он нахмурился и несколько раз пытался мне что-то сказать, но по итогу отпустил, отошел на несколько метров и стал мучительно медленно расхаживать по комнате.
— Что это за блядский день, милая? — обратился он ко мне, остановившись. Что-то мне подсказывало, что это был риторический вопрос.
— Знаешь, ты часто спрашивала меня, почему я женился на тебе, ведь так? — в ответ на его слова я кивнула, — Помимо чарующей красоты, огня, что плещется в твоих глазах, во время того нашего столкновения я заметил, что ты знаешь, что такое секреты. У тебя они были, и я это принял. Мне показалось, и ты признаешь тот факт, что я могу желать скрывать какие-то вещи, — он был суров.
— Конечно, — я глубоко вздохнула, — вы ожидаете, что я приму эту вечную недосказанность, других женщин? — из глаз по прежнему падали слезинки, — Это не парочка книг, что и так по праву должны быть мне доступны! И от вас, заметьте, у меня секретов нет, я бы никогда не позволила себе так оскорбительно поступить по отношению к мужу!
— Я полностью тебе верен, те встречи… предполагают иной характер, — он подошел и попытался меня коснуться, — Мне нужна только ты, не думаю, что я бы мог желать кого-то еще, даже после твоих обысков и череды колкостей.
— Не касайтесь меня! Это все пустые слова! Почему вам бы просто не рассказать мне все? — я направилась к окну, в попытке сбежать от его компании.
— Это мое прошлое, оно уже не касается нас, — герцог подошел ко мне.
— Ваши отъезды есть часть нашей нынешней жизни, — парировала я.
— В ближайшее время их больше не будет… — он стал крайне мрачен, — Я допустил ошибку и нас ждет проверка.
— Проверка? — я понятия не имела, что может стоять за этим словом.
— Да, меня… подставили, и потому корона отныне не верует, что я живу согласно новым ценностям и законам, так что через пару дней нас ждет визит, а после череда летних балов, — он усмехнулся, — которые я обязан посетить в компании супруги, что не верит моим словам, устраивает штурмы документации и совершенно не похожа на униженную и оскорбленную… Все это видимо нас потопит.
Я осознала, что он не шутит. Боже, я была совершенно бесталанная в вопросах притворства. Я не справилась даже с поиском вещей в собственном доме, не смогла скрыть от герцога ни единой мысли и мотива.
— И что теперь с нами будет ? — я собралась и стерла дорожки слез.
— Я не знаю, что будет с нами… Я не должен был утаивать от тебя подробности моей жизни, но не могу не злиться за то, как бесцеремонно ты решила выяснить все сама, — он одарил меня многозначительным взглядом, — А если ты касательно проверок, то нам предстоит большая работа… Нам необходимо подготовить тебя ко всем этим событиям. Не волнуйся, я сделаю все, чтобы защитить тебя. Хотя большая часть из этого тебе не понравится.
— Подготовить каким образом? — я все же направилась ближе.
— Голод, пытки, насилие. Это ведь привычные методы твоего мужа, не так ли? Кажется ты в этом полностью уверена, — он смотрел на меня сквозь ресницы.
— Если методы иные, почему я не могу знать, что случилось с Асторией? Вашим отцом? — я сложила руки.
— Потому что это мои секреты. Докажешь при дворе, что способна сохранить хотя бы свои собственные, я приоткрою тебе частичку личных тайн.
— Это уговор? — мне хотелось определенности.
— Милая, какие уговоры, учитывая то, что ты творишь? Скорее жест доброй воли. Я не буду злиться долго, но забыть этой шалости не смогу. К тому же, если ты не справишься то скорее всего будешь вместе со мной сослана или казнена на площади, что больше нравится?
Он подошел к графину и плеснул себе в бокал виски.
Мне стало стыдно, стало тяжело от того, что предала его, что его ждет череда проблем… Я не понимала, как себя вести. С одной стороны он скрывает свое прошлое, ездит к каким-то женщинам, но с другой стороны похоже случилось что-то очень страшное и мне бы стоило его поддержать, ведь так поступают хорошие жены?
Я медленно подошла сзади и попробовала слегка его коснуться, он повернулся и я, собрав всю оставшуюся за день смелость, обняла его, зажмурив глаза.
— Знаешь, это удивительно, — он накрыл мою поясницу ладонью, — Я не могу долго на тебя злиться, ты словно самый милый котенок, не иначе. Разрываешь все вокруг в клочья, но делаешь это с особым шармом… Ладно, мы со всем справимся. Ты не должна страдать или переживать на этот счет, просто постарайся слушаться меня до тех пор, пока мы с этим не разберемся.
Мы долго стояли молча, он гладил мои волосы, спину.
— Я могу спросить, что именно случилось? — я прервала тишину.
— Один мой друг осмелился высказываться против короля. Знаешь, обычная пьянка университетских друзей. Напился, его занесло и он начал трепаться о том, что вся эта новая политика не стоит выеденного яйца, что любой из нас руководил бы империей куда лучше, — он ненадолго замолчал, я почувствовала, как напрягалась его рука, — Сегодня утром его казнили на наших глазах… Кто-то из присутствующих на том вечере написал донос вчера, нас всех опрашивали, пытались понять, предатели ли мы тоже. Я был на хорошем счету, но отныне видимо нет. Мы под подозрением, я должен доказать, что полностью следую всем заветам современности и ты, котенок, тоже.
— Я все сделаю, — пообещала я, смотря ему в глаза.
— Я хотел другое начало для нашего брака, но… это все сложно, милая, — он поцеловал меня в щеку, — Давай сегодня отдохнем и ляжем спать пораньше, завтра нужно много сил.
— Вместе? — мне почему-то стало страшно его отпускать.
— Не сегодня, — он усмехнулся и мы покинули кабинет, отправившись каждый в свой уголок.
Сейчас, сидя в своей спальне, я не могу понять, что я ощущаю… Мне страшно? Драко выглядит надежным, он не наказал меня за серьезный проступок, но он будто непредсказуем. Нас ожидает череда проверок от самого короля. Если я подведу супруга, то нас ждут ужаснейшие последствия. Я злюсь? Да, я зла на мужа за то, что он держит меня в неведении, что он ездит к непонятным дамам, пусть и сказал, что там нет романтических чувств. Мне стыдно? Да, я не должна была рыться в чужих вещах, не такому меня учила мама.
Я молюсь и надеюсь, что мы справимся со всем этим, что наш брак станет полным любви, честности и понимания, что ничто не будет угрожать нашему благополучию, жизни…
