Нет, ты теперь (не) один.

Дождь тарабанил по крыше. Струйки теплых капель наперегонки стекали со стекла, образовывая мокрые дорожки. Такие же, как и на лицах четырёх ребят, сидящих кучкой друг с другом. Со всех сторон слышались всхлипы, кто-то дрожал, а кто-то уже не сдерживал слёз отчаяния. Все были так дружны, так близки, и лишь один парень оставался поодаль, в темном углу комнаты. Вспышка молнии озарила комнату холодным, серым светом. Компания вздрогнула, кто-то выпустил судорожный выдох, кто-то вскрикнул от неожиданной волны грома. Парень закрыл глаза. Он не мог, не мог просто подойти к ним. Он чувствовал себя ненужным, лишним, одиноким. Он боялся, что окажется таким. Глаза начало щипать, к горлу покатился ком. В который раз он один, и никто не спросит как он– всем плевать. У каждого свои проблемы, а он... Он лишь тот, кого по случайности прихватили в чужой мир. Эта компания вместе уже давно, а он появился меньше недели назад, и попросту не успел достойно вклиниться в колею. Руки предательски задрожали. Нет, он должен держаться. Не привлекать внимание, это что, так сложно? Со стороны послышалось тихое сопение и одинокие, редкие всхлипы отчаяния. Да. Терпеть сложно. Он устал. Пара малиновых глаз металась по комнате, пытаясь сфокусироваться на одном предмете. Он не может, не может привести свои чувства в порядок! Слишком много всего произошло. В голове каша. Мозг делает салат из мыслей, добавляя спутанные нити воспоминаний, догадок, простых суждений. Парень сильнее вжался в одеяло. «Держись, держись! Вспомни, как ты жил в замке? Ты же легко перен.... Жил.... В замке....» Лучше бы эта мысль не появлялась. По щекам предательски потекли ручейки солёной боли. Свежие царапины взвыли болью, шрам на щеке тоже отозвался вспышкой отрезвления. Он быстро вытер слёзы перчаткой, решив спуститься вниз. Тихие шаги слышны на лестнице, после переходят в коридор, а потом и в кладовую. Дверь запирается на щеколду, и уставшее тело с грохотом падает на пол. Колени разбиваются в кровь, но парень не может больше держать боль в себе. Не может. Пусть он даже не человек, а кусок дерева с камнем вместо сердца... Всё же, у него почему-то есть чувства. «Интересно, откуда?» усмехается про себя парень, и нервная улыбка переходит в немой крик. Реки слёз текут по щекам, он хватается за голову. «Почему всё это происходит? Чем, чем я так провинился? За что? Если я даже дома чувствую себя чужим? У меня нет никого, кому я мог бы открыться! Да что же...» Голова начинает кружиться, всхлипы становятся всё сильнее и сильнее, как бы он не пытался их заглушить. Боль рвётся наружу, мысли сплетаются в петлю, готовую вот-вот затянуться на шее мученика. Кажется, он был бы не против. Дышать становится тяжело, нечто похожее на "сердце" начинает стучать всё сильнее и сильнее. В ушах звенит, он не слышит обеспокоеных вопросов за дверью. Он не слышит ни стука, ни собственного имени. Он отдаленно слышит вопрос «Ты как?». Как мило, вспомнили о том, что он есть. Темнота медленно подкрадывается, застилая пеленой глаза. Он тяжело дышит, громко и быстро дышит. Его трясёт, он склоняется к полу и шипит: —Уходите... Я в порядке.... Получается весьма рвано, слова обрываются на всхлипы и тяжёлое дыхание. Нет, Хантер, ты не в порядке. Он хватается за волосы, пытаясь успокоиться. Не помогает. Он не слышит звука открывающегося замка, не слышит быстрых шагов, не слышит как его зовут- он ничего не слышит из-за звона в ушах. Он пытается разглядеть силуэт перед собой- не выходит. Его не отпускает. Он чувствует нежные руки на своём лице, мутный взгляд встречается с глазами, полными материнским беспокойством. Всюду вопросы «Хантер, что случилось?»... Как жаль, он не может ответить. Он не знает. Его приподнимают- парень еле сопротивляется, сил нет. Темнота полностью поглощает глаза. Он провалился в пропасть под названием "обморок". Его несут в постель. Сегодня вся компания будет рядом с ним. Они не уйдут от него, они БОЯТСЯ и ПЕРЕЖИВАЮТ за него. Хантер, ты не один. У тебя есть семья.