Безопасный keks

1

На то, чтобы что-то предпринять, есть ровно несколько минут. Ебаный Зоро, будь ты неладен, мысленно орет Луффи, подрываясь с места; как же жестко его сейчас обламывают; он никогда еще не был так разочарован; он и слова-то такого не знал — разочарование, а оно вот, завалилось в коридор и как слон в посудной лавке ехидно перекатывается, планируя испортить всю малину. Они начинают действовать, пока Эйс пытается вести неравный бой со шнурками; Луффи натягивает свои трусы, Ло сползает с дивана вслед за ним и подхватывает валяющуюся комом на полу одежду; шкафа, чтобы спрятаться, нет; ебаный Трафальгар Ло, ебаный горе-любовник; какая же абсурдная ситуация, впору расхохотаться, но им не смешно. — Куда? — шипит Ло; про Эйса он наслышан от Луффи в школе по фразам: «У меня брат пиздатый и охуенный»; в первом случае скорее «припезднутый», чем «пиздатый», но Эйс драчлив, и это Ло знает уже не от Луффи, а от людей, которых тот отпиздил. — В окно, — шепотом отвечает Луффи и указывает на шторы; балкона нет, второй этаж, но все равно идея — какая-то залупа; Ло смотрит на него неверяще: «Да ты бредишь!»; тут и его рюкзак, и его обувь, и если Эйс не догадается, что здесь произошло, то он слепой. Привет всем, так сказать, кого не видел. Но дело не в том, что его брата совращает какой-то жмых, а в том, что это — Ло, и Эйс наслышан от самого Луффи о том, какой тот пидорасина. Разборки неизбежны; шанс, что Ло останется цел, сиганув из окна, выше, чем если он встретится лицом к лицу с Эйсом. — Он ебанутый! — шепотом продолжает Луффи. — Даже я не знаю, что он предпримет. — Луф??? — зовет Эйс. — Я же вижу, что ты дома, свет-то горит. Все это происходит за десяток секунд; Ло, взглянув на Луффи красноречивым «хуй с тобой», в одних трусах кидается к окну; в какой-то момент ему приходит в голову остаться за шторой, как в дрянной комедии, и будь что будет, но он почти сразу отказывается от этой мысли. Распахивает окно, а под ним — ни хуя; ни деревьев, ни кустов, ничего, что смягчило бы падение; из уроков биологии Ло знает, что нужно сгруппироваться и расслабить мышцы; приземляться на ноги, слегка согнув колени; это его вообще не успокаивает, потому что до сегодняшнего дня теорию не доводилось проверять практикой, но что еще остается? Его точно убьют, а потом замуруют в стене. — Луф! — Эйс начинает беспокоиться, потому что Луффи долго не отвечает, хотя из спальни слышен шум; в квартире жарко, и Эйс думает, что, возможно, Луффи хватил тепловой удар; опасения Зоро были не напрасны; забив на вежливость, Эйс широким шагом идет в комнату. Ло атеист, иначе бы перекрестился; Луффи мечется по помещению, не зная, куда себя засунуть; он весь потный от волнения со своим дурацким стояком; спасибо хоть, эрекция от страха начинает уменьшаться, иначе, если финт с окном проканает, он не знает, как это внятно объяснить. Что он Эйсу скажет? Что дрочил? И все же это лучше, чем правда. — Ебаный в рот, блядь, — говорит Ло, залезая на подоконник. — Погнали, нахуй, — и спрыгивает вниз; лишь бы башку себе не свернуть; Луффи отчего-то думает, что его горе-любовник приземлится и, как ниндзя, сделает перекат, а после скроется в тени, оставаясь для всех незамеченным, но нет, бабки у подъезда теряют дар речи. Из открытого окна дует жаркий ветерок; Луффи упирает руки в бока, когда Эйс появляется в дверном проеме. — Привет, — сконфуженно говорит Луффи и обводит спальню руками. — А я тут пресс качат, бегит, турник, анжуманя… — Типа спортом занимаешься? — скептически спрашивает Эйс, ни капли ему не веря, а после пялится с прищуром на окно. — У тебя кто-то был? Почему оно открыто? — Жарко, блядь, — говорит Луффи и нервно посмеивается. — Вот и открыл. — Не верю, — говорит Эйс и идет в сторону окна; Луффи пытается выиграть время, но тщетно; остается надеяться, что этих жалких наносекунд хватит, чтобы Ло успел хотя бы забежать под козырек подъезда; как же дико, но при этом красноречиво он выглядит там, сверкая трусами и со своей одеждой в руках, но что-то неуловимо меняется в лице Эйса, и тот недоуменно моргает, застыв на месте. — Йес!!! — радостно орет Луффи, когда Эйс падает рожей в пол, уснув прямо на ходу. — Ебаная нарколепсия, я люблю тебя!

2

Пока у брата сладенький sleep со слюнями на полу, Луффи на ракетной тяге носится по квартире, собирая все, что может напоминать о Ло; его обувь, которую Эйс если и заметил, то пока не прокомментировал, и его рюкзак, который остался на кухне, — все это безжалостно вылетает из окна; Луффи переваливается через раму, чтобы увидеть, где Ло, но того под окнами нет. Раз съебался, значит, цел, облегченно думает Луффи, даже не замечая, как сильно он переживает за этого придурка. Вторая кружка быстро моется и ставится в шкаф; пачки с чаем ныкаются в ящик; Луффи оставляет все так, будто он просто испек кекс и попил чаек, а потом пошел заниматься спортом, и неважно, что ему это несвойственно, но пока везло — Эйс не проснулся. Луффи моет красное лицо и глядит на себя в зеркало; он взъерошенный и дикий; похуй, что мокрый от пота — жарко же, лишь бы Эйс не встал раньше времени. Обычно он засыпает ненадолго, и когда Луффи, одевшись, присаживается перед ним на корты, его братец с «бруаблуе» резко поднимает голову от пола; Луффи даже не боится, что он поранится — у Эйса в башке все равно ничего нет. — Опять вырубился, — говорит Луффи, а сердце стучит быстро-быстро; всего пять минут назад здесь был ад, но вроде буря миновала; Эйс смотрит на него непонимающе и виновато, а после говорит: — Че я тут забыл? — Ты сказал, что Зоро попросил тебя проведать меня. — Да, он сказал, что у тебя происходит что-то странное, но не уточнил, что, — Эйс садится и трет ушибленный лоб. — Бля, мне такой сон приснился… типа я захожу, какая-то обувь в коридоре стоит, а ты тут отжимаешься, короче, говоришь, спортом занимаешься, и у тебя хуй стоит… Луффи присвистывает. — Ты что, дуешь? — Да блядь, — Эйс корчится. — Заебала эта нарколепсия. Тем не менее от сердца Луффи будто отлегает. — Закрой это окно ебаное, все равно не делается прохладней, — просит Эйс, и Луффи выполняет эту просьбу; хватаясь за ручку рамы, украдкой смотрит, есть ли внизу рюкзак или обувь, но ни того, ни другого уже нет.

3

До татуировки Эйс доебывается с завидным упорством; сначала не замечает ее, хотя она яркая, но у него — мыло в глазах после внезапного сна, да и перед тем, как завалиться в спальню, он больше беспокоился, что с Луффи что-то стряслось, но потом... ...он ее заметил и затряс кулаком в воздухе, типа «ъуъ, блядь!» — Это что такое?! — Лягушка! — Когда ты успел?! — Утром! — Пиздец! — Пиздец! Они орут друг на друга, как долбоебы, и соседи начинают стучать в стену. — Пошли на хуй! — кричит Эйс. — Я тут брата воспитываю, нехуй мне мешать! Стук прекращается, Эйс хмурит ебало. — Маленький ты еще татухи бить! — Я пью пиво! — Это другое! — На себя посмотри! — И правда, — Эйс затихает и задумчиво скребет ногтями свои буквы на плече; Луффи его озадачивает своим тейком, и парировать нечем; Эйс глубоко вздыхает, как затраханный жизнью родитель, и говорит уже нормально: — Хуй с тобой. — Самый лучший брат на свете. Эйс моментально тает и расплывается в дурацкой улыбке. — Иди сюда, — тянет он Луффи, чтобы обнять, а тот ехидно посмеивается ему в футболку. Эта хуйня с «самым лучшим» всегда срабатывает.