Шутник

Билли тот ещё шутник. Это Бутхилл подметил первым делом. Конечно, тяжело было не заметить шутки, которые составляли большую часть его речи. Парень напоминал мультяшного, гротескного персонажа, что, в целом, не могло не подкупать. Единственная проблема – вся эта весёлость быстро начинает казаться слишком странной, когда раз за разом он и его -слишком- кибернетическое тело сталкиваются лоб в лоб с какими-то повседневными "человеческими" делами. "Человек", может, и не заметит ничего странного в голосе Билли, когда тот неловко сожмёт руку в кулак, глядя на то, как ты глотаешь вискарик. Он скажет "Ха-ха! Куда ты мне это пить предлагаешь?", его пластины на лице сдвинуться так, чтобы было видно все кривляния в попытке отшутиться. Но Бутхилл не посмеётся, грустно опуская поплывший взгляд ему на лицо. Билли как будто очень смутно помнит, каково это. Пить, играть с помутневшим сознанием. Чувствовать тело. Нет-нет, конечно, даже дураку-механику будет понятно, что конкретно этот киборг оснащён детекторами разной степени чувствительности, и касания он как-никак ощущает. Это модель нового поколения, на которую у самого Бутхилла пока что просто не хватает деньжат. Или желания. В прочем, когда этот парень в очередной раз удивлённо осматривает царапины на корпусе Бутхилла, тот молчит. Позволяет. Билли очень много шутит. А Бутхилл не понимает, отчего он к нему так прицепился. И "кто" к "кому" – вопрос тоже хороший. *** Он находит себя в гостинице, на диване перед телевизором, рядом с Билли. Бутхилл медленно, изучая, проводит пальцами по ладони парня, улавливая в дыхании того волнение. У самого от такого в голове приятно отдаёт жаром. Он не понимает, отчего хотелось заставить перестать постоянно отшучиваться в ответ на тему всего на свете. Касаний? Еды? Чувств? "Ты не неполноценный, парень, просто механики ещё не могут выполнить нормально все хотелки". Мысли роются. Мысли плывут, но губы не шевелятся, а глаза цепко продолжают следить за эмоциями, когда Бутхилл поддевает пальцем пластину посередине груди и с тихим щелчком её снимает. Билли не удивлён, но на его лице забавно начинает светится неоново-розовый румянец. – Воу-воу, только сердце мне оттуда не достань! – Восклицает он, инстинктивно прикрывая щёки руками. Бутхилл наклоняется вперёд, к месту, где установлены датчики звука, и медленно, растягивая каждое слово, шепчет: – Твоё сердце уже давно не на месте, парень. И плевать уже на шутки. Только идиот на его месте не заметил бы, как тот на него смотрит. Только идиот не захотел бы... Бутхилл дрожащей рукой проникает в грудной отсек, нащупывая там разные провода. Сеть питания, импульсы, датчики тепла... и, наконец, заветный узел. Одного лёгкого касания достаточно, чтобы синтез речи Билли выдал что-то похожее на томный выдох. Плавно перехватить проводки, чуть пережать в нужном месте – и он уже смущённо откидывает голову назад, сжимая руки в кулаки. Бутхилл плавно проводит пальцами по длине узла, не отрывая взгляда от лица. Киборг знает, что и как должно ощущаться. Киборг знает, какого будет киборгу. Билли выгибается. Звук его дыхания становится всё более тяжёлым, и Бутхилл удерживает себя от резких движений. Второй рукой начинает аккуратно расстёгивать ремень. А Билли – чёрт возьми, Билли! – понятия не имел, что это тело вообще способно воспроизводить такие ощущения. Его перетряхивало от накатывающего удовольствия с каждым уверенным движением вверх-вниз, хотелось податься вперёд. Хотелось, какого-то чёрта, погладить волосы Бутхилла, потрогать острые зубы, хотелось... – А-ахах, что ты делаешь? Смех не получился, Билли почти что простонал свой вопрос, когда Бутхилл уже отцеплял пару пластин снизу спины, запуская руку и туда тоже. Горячий шепот опалил "уши" в следующую секунду. – Можешь развернутся? Бутхилл прижал его лицом к стенке дивана, заламывая руки за спину. Провода внутри натянулись. Он двигался так, будто делал подобное уже много раз. Угол, натяжение, интенсивность и точность движений. Следующие касания вызывали уже звёзды в глазах, а невозможность нормально перетряхнутся – резвые вспышки электричества. Внутри всё горело. Ощущения заводили, начиная от такого одновременно правильного и абсолютно невозможного чувства наполненности, натянутости всех датчиков, прижимающегося сзади Бутхилла, заставляющего нетерпеливо постанывать от каждого движения руки. Он почувствовал, как чувства волной начинают накатывать, и вместе с тем темп аккуратного дёрганья за нужные проводочки всё нарастал, пока наконец не дошёл до максимума. Феерия. В глазах плясали звёзды, а электричество мощной волной прошибло сразу обоих. Бутхилл удивлённо поморгал, мотая головой после разряда. – У тебя последняя вспышка помощнее всех моих будет, знаешь? И аккуратно стал ставить пластины обратно на место.