Ухищрения

. Затея терпела полное фиаско с самого первого дня, когда едва прибывшего на чуждую планету Пола сразу же сопроводили к наследнику, которого, согласно заданию Бене Гессерит, Полу предстояло соблазнить и женить на себе в течении полугода. Представитель молодого поколения правящего рода Харконненов на тот момент находился в купальнях. Место, как нельзя лучше подходившее для цели. - Пол Атрейдес из Бене Гессерит. - он слегка поклонился своему будущему мужу. - Прибыл на Гьёди-Прайм в качестве вашего наложника. Дальше произошло странное. На-барон Фейд-Раута Харконнен, по сведениям Бене Гессерит, натура решительная, жестокая и агрессивная, тут же схватил полотенце и прикрылся. * * * * В том, что что-то здесь не так, Пол окончательно убедился в первую неделю жизни на Гьёди-Прайм. Его господин в объятия своего первого наложника не стремился. Фейд-Раута Харконнен его избегал всеми силами и средствами. Единственный, кому пребывание Пола на Гьёди-Прайм доставляло заметное удовольствие, был разве что нынешний правитель Гьёди-Прайм барон Владимир Харконнен, прожигающий Пола похотливым взглядом и подчас, слишком много выпив за совместными семейными ужинами, позволяющий себе всякие туманные намёки о способах применения неинтересных его неблагодарным племянникам наложниц(в спальне самого барона). Разумеется, ни о каких наложницах речь не шла. Барон слыл известным любителем хорошеньких юнош. К счастью Пола, старый хитрый барон Гьёди-Прайм давно вышел из возраста, в котором мог бы заинтересовать Бене Гессерит в качестве генетического материала или молодой супружеской партии, отлично поддающейся тонкому контролю. * * * * Шёл третий месяц пребывания Пола на Гьёди-Прайм. Пол преуспел в соблазнении многих: на него капали слюной сам барон, его нелюбимый старший племянник, ментат их Дома, лекари Дома Харконнен и добрая половины дворцовой стражи, но только не тот, кого требовалось соблазнить. Разодетый в полупрозрачное и броские золотые украшения, Пол каждый день ловил на себе похотливые взгляды окружающих. Единственный, чей похотливый взгляд ему требовался, не смотрел на Пола вовсе, несмотря на любые его ухищрения! Однажды на регулярное вечернее собрание местного верховного гадюшника, именуемое семейными ужинами, Пол пришёл, надушившись духами с феромонами. Пробрало всех присутствующих, кроме одного. Намёки барона в тот злополучный вечер были до неприличного прямолинейны. Глоссу Раббан, забыв про еду, выглядя ещё тупее, чем обычно, во все глаза пялился на наложника своего младшего брата. Стража и рабы, напряжённо вытянувшись во фрунт, смотрели прямо перед собой - им не положено желать благородных. Только Фейд-Раута увлечённо впивался чёрными зубами в полусырой кусок мяса на своей тарелке, полностью увлечённый едой, напрочь игнорируя своего же, всеми силами добивавшегося его внимания, наложника. * * * * Причину всех своих неудач Пол узнал только на четвертый месяц жизни во дворце Гьёди-Прайм, однажды случайно застав объект своей заинтересованности с раздвинутыми ногами под воином Дома Харконнен. Проклятие! Он выбрал не тот типаж! Три месяца строил из себя томную нежную наложницу, воздушные ткани и обилие крупные драгоценностей, - эдакий нежный цветок с Каладана! А необходимо было продемонстрировать мужественность и силу! Кто бы мог подумать: устрашающего вида на-барон Фейд-Раута Харконнен, весь из себя такой мужественный, агрессивный и опасный, в постели со своим полом предпочитает отдаваться. * * * * Всеми словами всех языков галактики, забытых и пользуемых ныне, не передать, с каким удовольствием Пол Атрейдес снимал с себя тяжёлые золотые украшения, натёршие везде, где они носились, затем вызывающие полупрозрачные тряпки и переоблачался в нормальную одежду - удобный тёмно-зелёный военный китель своего Дома. В соблазнении на-барона Пол преуспел в тот же вечер. Просто заявился к нему в покои и решительно взял то, что смели брать безродные слуги, но не благородный будущий муж.