Bad Blood

      – Оставьте его! – громкий властный голос эхом прокатился по залу, постепенно рассеиваясь в высоких сводах готического замка. В ответ раздалось резкое недовольное шипение. Медленно, но вампиры подчинились приказу, нехотя оставив свою добычу.       Кармилла не сдержала самодовольной усмешки. Ей определенно льстило такое беспрекословное повиновение. Впрочем, будто бы у жалких остатков армии Дракулы был выбор.       План сработал безупречно: великий Граф Дракула уничтожен, его замок, его армия, вместе с ночными тварями – все полностью в ее распоряжении. Даже не верилось, что военный совет, точнее то, что от него осталось, так легко принял нужную сторону. Всего-то стоило слегка намекнуть на неравный расклад сил, что повлекла за собою смерть Графа – испугавшись, что последуют за своим владыкой, быстро приняли верное решение. Наблюдать за паникой вампирской элиты было невероятно забавно. Они выглядели жалко. Как затравленные псы, потеряв хозяина, искали спасения. И Кармилла дала им то, что они так отчаянно искали. Ох, одна только мысль о новоприобретённой власти и открывающихся возможностях опьяняла сильнее, чем самая свежая юная кровь, не познавшая греха.

Да. К слову об этом.

      Теперь, помимо прочего наследия, оставленного Владом Цепешем, в ее руках оказался, пожалуй, один из самых ценных: сын Графа, собственноручно отправивший своего папашу прямиком в преисподнюю. Иронично, но мальчишка, кажется, даже не понял, какую важную роль сыграл в минувшем перевороте. Так прилежно, с головой угодил в расставленную Кармиллой ловушку, сделал все в точности так, как она хотела. Хороший мальчик. Вне зависимости от его желания, он обязательно получит свою награду.              Вампирша придирчиво осмотрела пленника и недовольно цокнула языком. Ничто не ускользнуло от ее пристального взгляда: новые подчиненные порезвились на славу – кажется, на теле Алукарда не осталось живого места. Мальчишка и впрямь выглядел очень плохо. Бледная кожа была испещрена укусами и исцарапана когтями в торопливой борьбе за самое удобное место. Какая пошлая, неаккуратная и грубая работа. Кармилла скривилась, мысленно четвертуя виновников. Кровь полукровки, в особенности такого благородного происхождения – слишком ценный ресурс и делиться им она была не намерена. Такой ценный экземпляр ни в кое случае не стоило оставлять без внимания. К сожалению, вспомнила она об этом достаточно поздно, когда мальчишку уже успели изрядно потрепать. Стоило помнить, что не все из ее новообретенных подданых обладают железной выдержкой и научены манерам. Впрочем, тем хуже для них. Но, в отличие от Принца, поиск и наказание причастных могло и подождать.       Воздух разрезал изящный жест тонких и острых пальцев. И в то же мгновение, будто сотканные из вязкой темноты сводов замка, рядом возникло несколько высоких мрачных фигур.       – Кажется, мы совсем забыли о манерах. – свет факелов сверкнул в бледном хищном взгляде, прикованном к одинокой фигуре, распростертой на полу. – Окажите достойный прием. Отнесите наследника в его покои и выставите охрану.       Очевидно, Алукард был не в состоянии бежать. Эти меры принимались исключительно из соображений его сохранности. Кармилла хотела быть уверена, что никто не тронет мальчишку до тех пор, пока она сама им не займется. Учитывая какое многочисленное отродье сейчас наводнило замок Дракулы, доверять она могла лишь собственной свите.       – Что касается Бельмонта и магички… – медленно и задумчиво протянула вампирша, наблюдая как двое солдат поднимали обессиленного полукровку. Она прекрасно знала, что ее услышат, но не смогут ответить, а потому намеренно издевалась, смакуя каждое свое слово.       – Бросьте в темницу. И постарайтесь, чтобы от них хоть что-то осталось. Они еще могут пригодиться. – продолжила она после выразительной паузы, смотря вслед растворяющейся во тьме процессии.       Вампирша самодовольно хищно усмехнулась собственным мыслям. В отличие от своего друга, эти двое не представляли большой ценности, но все-таки нужны были живыми. Бельмонта нужно еще допросить, а вместе с девчонкой они составят хороший, располагающий к сотрудничеству, тандем для Алукарда. Но пока, несомненно, выступят в качестве приятной награды для ее свиты. Те наверняка порезвятся с ними на славу, так что на их месте, она не питала бы никаких иллюзий относительно своего будущего.

***

      Бледная тень неспешно прошлась по широкому коридору и, спокойно минуя охрану, ловко скользнула прямиком в покои Принца. Кармилла зашла тихо, еле слышно прикрыв за собой дверь. Взгляд сразу приковала согнутая фигура под ногами, застывшая, словно бы и не живая. Сполз ли с кровати в попытке добраться до двери или охрана, особо не церемонясь, оставила его прямо здесь – оставалось загадкой.       Возможно, она даже могла проникнуться к сыну Дракулы сочувствием, если бы не ее холодное, черствое и давно окаменевшее мертвое сердце.       Она аккуратно, словно боясь разбудить, опустилась рядом с чрезмерно бледным, казалось, оцепеневшим телом, не подававшим явных признаков жизни. Этот вид мог бы сбить столку, но только не вампира. Кармилла прекрасно чувствовала его неровно бьющееся сердце. Крови осталось мало, и бедное обескровленное сердечко трепыхалось, отчаянно и весьма аппетитно борясь за жизнь. Выкарабкается. В этом нет никаких сомнений. Несколько укусов низших созданий тьмы – ничто для сына Дракулы. Но как бы ни были сильны его регенеративные способности, Кармилла была не намерена ждать долго.       Вампирша мягко коснулась чужой щеки, убрала золотую прядь с лица, медленно повернула голову Алукарда. Его взгляд был затуманен. Мальчишка был в сознании, пускай и вряд ли до конца понимал происходящее. Не сводя пристального взгляда, Кармилла одним резким и быстрым движением рассекла острыми ногтями собственное запястье. Черная густая кровь тут же брызнула из раны, окропив лицо пленника.       – Не упрямься. Тебе нужно поесть. – с несвойственной и оттого пугающей мягкостью в голосе вкрадчиво проговорила она, тем не менее довольно грубо заставив разжать челюсть. Но Алукард не сопротивлялся. Мертвая кровь стекала по губам прямо в рот, он инстинктивно сделал первый глоток. Второй. Третий. Четвертым был уже укус. Столь резкий и неожиданный, что Кармилла успела лишь испуганно выдохнуть. Несмотря на то, что все шло как задумывалось, такое стремительное оживление стало неожиданностью даже для нее.       От былой слабости не осталось и следа. Полукровка впился в руку стальной хваткой, жадно глотая вампирскую кровь. И Кармилла слукавила, если бы сказала, что это ей не нравилось. Легкая, победная усмешка тронула губы. С каждым глотком мальчишка все сильнее увязал в ее путах.       И чем больше она слабела, тем больше сын Дракулы набирался сил, одновременно с тем теряя собственную волю.       – Шшшш... Тихо. – она ласково провела свободной рукой по длинным светлым волосам, по-матерински успокаивая опьяненного кровью Адриана. Даже спутанные, его волосы были прекрасны. Их хотелось трогать, хотелось путаться длинными тонкими пальцами в крупных кольцах струящихся золотом локонов.

Так близко.

      И без того обострённые чувства сходили с ума. Такое противоестественное и редкое явление как полукровка было для вампиров сродни самому изысканному деликатесу. А высшая кровь, смешанная с человеческой, была особенно ценна. Кровь наследников высших вампирских кланов могла наделять силой, властью. По этой же причине бастарды редко когда доживали до совершеннолетия. Но при жизни Дракулы завладеть таким почти не представлялось возможным. Оттого Адриан был особенно ценным и желанным экземпляром. И теперь.. Рот наполнялся слюной от одной только мысли, что сын Дракулы целиком и полностью принадлежал ей, что он находится так близко, полный жизни, полный силы. И даже не догадывается об уготовленной ему почетной участи. Искушение было велико, но, в отличие от того сброда, что сейчас наводнила весь замок, Кармилла умела держать себя в руках.

Нет. Еще не время.

      Теперь, когда мальчишка зависим от ее крови, можно было не беспокоиться. Он никуда не денется. И, когда восстановится, у нее будет еще достаточно возможности не раз испытать наследную кровь на вкус.              Оглушительный раскат опередил первые капли дождя. Неуверенно стукнув по черепице и стеклу, они почти сразу ритмично набрали силу, всего за несколько мгновений обернувшись единым непрерывным потоком.       Яркая вспышка окрасила комнату белым, очертив две почти неподвижные фигуры. Отголосок разбушевавшейся стихии гулял по замку, вторя завыванию ветра. Но они были слишком пьяны друг другом, что заметить это.