jealousy, jealousy

Райли упала на кровать и потянулась. Тут же у неё вырвался зевок, выдающий усталость, которая, тем не менее, была приятной. Выходной день прошёл по всем меркам хорошо: она встретилась с Бри и Грейс, с которыми теперь виделась реже, чем раньше, из-за разных мест учёбы, вместе они поели пиццу и немного прошлись по магазинам, где как раз была сезонная распродажа. Подруги простили её, и вот уже несколько месяцев они продолжали общение, переписываясь, периодически гуляя вместе и делясь новостями. Райли ощущала себя чуть спокойнее теперь, когда исчезла потребность выбирать между старыми и новыми подругами, с нуля завоёвывать доверие Вэл и «Жар-птиц». — Что за день, что за день! — жёлтая светящаяся эмоция в голове Райли чуть ли не пританцовывала, глядя на такие же жёлтые шарики. — Наконец-то мы потусили с Бри и Грейс! Райли перевела взгляд со светящихся звёзд на потолке на пакеты с покупками. Сегодня она купила на распродаже лонгслив в полоску, на место того любимого радужного джемпера, который больше не по размеру, а ещё милые серьги-гвоздики в бижутерном магазинчике. — Одноклассницы Райли могут даже не стараться, всё равно им не превзойти наше чувство стиля. — зелёная эмоция довольно ухмыльнулась при виде пакетов. Могло показаться, что магазины больше нравились Брезгливости, всё время следящей за внешним видом Райли и своим собственным, но и Радость любила витрины, блеск и шум торговых центров и включала комбинацией кнопочек состояние лёгкой эйфории от покупок. — Народ, мы просто молодцы! — и, наконец, заключительная фраза, которой знаменовался каждый хороший день Райли. Остальные тоже выглядели вполне довольными, даже Стыд в кои-то веки не прятался под капюшоном. Неожиданно пульт поменял цвет, и задвигался один рычажок, но никто уже этому не удивлялся — все знали о смартфоне Хандры. Сама Хандра, повернувшись на другой бок, пробормотала что-то о чрезмерной активности в выходной день. Райли удобнее устроилась на кровати и по привычке полезла в телефон. Перед её глазами тут же замелькала лента социальной сети с тысячами постов, коротких видео, на которых легко можно залипнуть минимум до двух ночи, а ещё сторис… Бесконечные кружочки, напоминающие соревнование «Чья жизнь ярче?», где никогда не будет победителя. Радость напряглась, но, кажется, сегодня Райли не собиралась листать сторис селебрити и блогеров. Вместо этого внимание Райли привлёк пост Мэг. Их дружба уже давно не была такой близкой и крепкой в силу расстояния между Миннесотой и Сан-Франциско, а ещё возраста, разных компаний. Но они всё ещё были друг у друга в подписках и периодически обменивались лайками, как бы соглашаясь с расставанием на хорошей ноте. На новых фото Мэг, однако, была хорошо знакомая компания — старая хоккейная команда, за исключением одного лица, которое Райли уже видела в других постах, но не вживую. Все они выглядели очень счастливыми на посиделках в чьём-то доме. Райли приблизила фото двумя пальцами и задумалась, кому могла бы принадлежать эта огромная светлая комната со стильной мебелью, большой двуспальной кроватью с горой мягких игрушек и подушечек. Она бывала в гостях у девочек из команды, и ни одна из них не имела такую комнату, так неужели этой девочке, что заменила Райли два года назад? Маленькая бирюзовая эмоция залезла на пульт, окружённая светящимися частицами. — Наконец-то моя очередь. О-о, какая шикарная кровать! В огромных глазах Зависти появился блеск и сильнейшее желание заполучить увиденное. Райли листала фотографии, а её маленькая эмоция восхищённо вздыхала, видя комнату с разных ракурсов: на полу рядом с зеркальным шкафом лежали спальные мешки, а на стене висела плазма, на которой подруги смотрели какой-то новый сериал, поедая начос и попкорн. — Вот это комната, уж намного получше нашей. — Брезгливость скривилась и взмахнула ресницами. — Даже декор не спасает от этой тесноты и темноты, а кровать так вообще полный отстой. — Мама с папой давно должны были купить нам кровать побольше вместо этой койки! — присоединился Гнев, отложив свою газету с новостями разума. Радость заметила, как на полку воспоминаний скатились бирюзовые шары, затем зелёный и красный, и почувствовала неприятный укол. Да, не им решать, какой должна быть Райли, но в глубине своей души, если таковая вообще была, Радость всё ещё старалась создавать для своей девочки по-настоящему счастливые дни. Или хоть один ничем не омрачённый выходной день. И пусть Радость старалась признавать свои промахи и больше не мешать другим эмоциям выполнять их работу, а её абсолютно лидерские позиции начали сдавать, всё же она не могла полностью отпустить контроль. — Эй, ребят, зачем же вы так? — Радость подлетела к пульту. — Мама с папой и так много работают, чтобы у нас были все эти вещи, еда, одежда. Мы должны быть благодарны за то, что у нас есть! — Радость права. — неожиданно тихо произнесла Печаль. — Помните, на уроке нам рассказывали о странах, где до сих пор существует проблема голода. Дети голодают, у них нет хорошей одежды, игрушек, как это грустно! — она всхлипнула так, словно вот-вот прольётся поток слёз. — И очень страшно. — добавил вдруг Страх. — Да тебе от всего страшно! — вспылил Гнев. — Палец покажи — ты уже дрожишь! Хандра что-то проворчала о том, что ей никогда не дадут нормально поспать, а Брезгливость раздражённо закатила глаза, предвещая очередной гвалт. Зависть всё это время стояла на пульте в недоумении, а затем всплеснула ручками. — Послушайте, в мире много чего творится, но это же не означает, что мы должны перестать чего-то хотеть и стремиться к большему. — маленькая эмоция заговорила так уверенно, что её глаза засияли. — Это ведь такой стимул для нашей Райли! Ей стоит смотреть на тех, кто круче, а не довольствоваться малым! — Абсолютно согласна! — вклинилась Тревожность и открыла на панели свой прогнозатор. — Знаете, я тут недавно прогнозировала, к чему может привести стагнация, и прогнозы не из лучших… Райли остаётся в этом городке, работает в круглосуточном магазине, у неё трое детей, и она одинока, как соседка Бернис, а от хоккея теперь только воспоминания и старая клюшка в кладовке и… — Стоп-стоп-стоп! Тревожность, может, тебе присесть в твоё волшебное кресло? — натянуто улыбаясь, предложила Радость и усадила Тревожность, сразу включив режим массажа. — Напоминаю, что Райли ещё только тринадцать… Ну, почти четырнадцать, но всё равно у нас масса долгих лет, чтобы избежать таких исходов! Мы ведь это уже обсуждали, когда смотрели короткое видео про семнадцатилетнего миллионера! — Но время идёт так быстро! — заволновался Страх. — По крайней мере, мама с папой всё время об этом твердят. Что мы не успеем оглянуться, как закончим школу, а потом и университет! — на всякий случай, Страх оглянулся, просто чтобы слегка успокоиться тем, что ничего не поменялось. — Страх, это же просто выражение! — попыталась успокоить Радость. — Мы проживём эти годы весело и насыщенно, и у нашей Райли всё-всё будет замечательно! Я в этом уверена. — Конечно! — согласилась Зависть. — Пока я с ней, у неё будет стремление ко всему самому лучшему. И я предлагаю посмотреть страницу этой девочки. — она нажала на кнопочку на панели, а Райли тут же перешла по отметке на страницу Кайли, как её звали. — Даже зовут идеально… — Но наши имена отличаются всего одной буквой. — не понял Гнев. — В чём идеальность? — Пф, ничего-то ты не понимаешь. — махнула ручкой Зависть. — Бросай эти старомодные газеты и переходи на смартфон… О-о-о, какие шмотки! — Да, у этой девчонки определённо есть вкус… — Брезгливость восхищённо прилипла к панели, разглядывая розовый твидовый костюмчик, по которому было трудно сказать, что девочка — хоккеистка, но он определённо хорошо сидел. — Зависть, ты кое-что понимаешь в стиле. Или мне просто так кажется на фоне остальных. Маленькая эмоция, которая даже небольшой намёк на похвалу от Брезгливости воспринимала сродни подарку, восхищённо вздохнула и посмотрела на Брезгливость своими большущими глазами как на восьмое чудо света. Зелёная эмоция была объектом почти что нескрываемого восхищения и обожания, и Зависть искренне считала, что у той и волосы на вид более упругие и мягкие, и платья наряднее, и рост идеальный, и макияж в любое время суток превосходный, в то время как Зависть иногда забывала про свои любимые румяна. А ещё она умнее, на язык острее, харизматичнее, в общем, всё в ней было, чего так недоставало Зависти, по мнению… самой Зависти. Как и все эмоции, Зависть действительно любила Райли и желала ей добра, однако была уверена, что девочке просто необходимы такие же «кумиры». Ведь именно Брезгливость побуждала маленькую эмоцию каждый вечер накручивать волосы на большие бигуди и приучиться спать на спине, чтобы избежать неудобства, разглаживать по утрам каждую малейшую складочку на платье и особенно на воротничке. Как же Райли станет лучшей версией себя без правильных примеров перед глазами? Бирюзовые шары покатились на полку один за другим. Райли жадно разглядывала профиль девочки, с которой даже не была знакома лично. Её фото с катка, селфи в зеркале, посты с отдыха во Франции, тусовки, кафе, медали… Её блестящие шоколадные кудри, почти как у Вэл, ровный загар, идеальная кожа без единого высыпания, ровные белые зубы… Райли не могла поверить в то, что всё это есть у такой же девочки подросткового возраста из Миннесоты, даже не у какой-то абстрактной знаменитости или блогерши, а буквально у той, с кем она могла бы учиться бок о бок. А сколько лайков собирал каждый пост! Райли тоже вела блог, куда выкладывала всякие фотки с прогулок, поездок, забавные селфи с Бри и Грейс, приправляя это всё кучей хештегов и смайликов, но её посты не набирали и половины того количества сердечек, которое было у Кайли. И ведь, по словам Мэг, она ещё и на льду потрясающая… «Почему она, а не я?» — зазвучало в самосознании. — Эй, поставь меня на место! — возмутилась Зависть, когда Радость взяла её на руки, там самым стащив с панели. Похоже, что позволено Брезгливости с её шикарными волосами и суперстильным шейным платком, то не позволено всем остальным, особенно с такими вихрами на голове. — Радость, что ты вытворяешь? — недовольно посмотрела Брезгливость, оперевшись на панель, которая тут же позеленела. — Райли, кажется, переживает… — протянула Печаль и хотела было подойти к пульту, но Гнев преградил ей путь. Его ухмылка предвещала разгорающийся конфликт. — Вы слишком давите на Райли! Это уже который вечер подряд! — Радость осторожно опустила бирюзовую эмоцию на пол и взмахнула рукой, указывая на жёлтые шары. — У неё был такой чудесный день, а теперь, когда ей пора спать, она разволновалась из-за какой-то девочки, которую даже не знает! — И вовсе я не давила, я же не Тревожность… Ты просто бесишься, что у тебя забрали пульт! Ты и так днём рулила, оставь хотя бы вечер мне! — Райли волнуется? — очнулась от релаксации Тревожность. — Что-то случилось? Неужели сбылись мои худшие сценарии, и нас выгнали из школы и из «Жар-птиц» заодно?! — Какая чушь. — закатила глаза Брезгливость. — Кто-нибудь, налейте ей снотворное, у нас тут более насущные проблемы! Она нажала на кнопку, и Райли подошла к зеркалу, стоявшему возле небольшого шкафа с одеждой. Включив свет, девочка критически оглядела себя с головы до ног, а затем посмотрела на фотографию Кайли в купальнике. Очевидно, одних занятий спортом было маловато для идеальных форм. Даже максимально прижав свободную домашнюю футболку к телу, как делали в одном тренде в коротких видео, Райли не видела у себя ни намёка на выраженную фигуру, какая была у всех в интернете… Может, стоит заняться ещё и йогой по утрам? А кожа? С кожей вообще какая-то беда! У Райли было всего-то средство для умывания да крем от прыщей, ни масок, ни сывороток, ни гуаша… Того и гляди, к двадцати пяти годам лицо превратится в сморщенный изюм! Райли ощутила, как неприязнь к собственному телу заполняет её разум. Она взглянула с раздражением на пакеты с покупками: почему она вообще решила, что ей идёт горизонтальная полоска? Почему она решила, что ей идёт хоть что-нибудь? «Я некрасива, поэтому не популярна в социальной сети…» — самосознание стало зелёным и острым, точно иглы у ели. На полке очутились зелёные шары, и Брезгливость с вызовом взглянула на Радость. — Ну давай, скажи, что Райли должна радоваться, бла-бла-бла. Только как тут радоваться, когда мне просто не дают сделать из Райли совершенство! — она встала в излюбленную позу, сложив руки на груди. — Я и так выбрала лучшее, что было в том дешёвом магазине, но завтра ты, Радость, снова не дашь потратить лишние полчаса на сборы. Вместо этого мы будем смотреть телик, играть на телефоне во время завтрака или… — Брезгливость кинула взгляд на дремлющую под общий гомон Хандру. — Или вообще продолжать дрыхнуть! — Но ей это нравится! — воскликнула Радость. — Гораздо больше, чем делать массаж лица, по часу подбирать одежду и думать, как заплести волосы! — Наконец-то хорошая ссора. — ухмылялся Гнев, особо даже не вникая в тему. — А то в прошлый раз Радость как-то подозрительно легко отступила. Радость, с твоей подачи мы потратили столько времени на возвращение старого самосознания Райли, но, чёрт побери, оно оказалось даже не нужным! Так прекрати уже строить из себя крутого лидера! Гнев потянул за рычаг на панели, и Райли бросила телефон на кровать. Её невыносимо злили все эти люди в интернете, которым доставалось абсолютно всё. Райли с раздражением подумала, что, как бы она ни старалась на катке, как бы хорошо ни училась, она всё равно по-прежнему невзрачная девчонка с маленькой комнатой, шмотками с распродаж и секондов и прыщами на лице. Она ни разу не была в Европе, не отмечала день рождения в ресторане, не имела собственного бизнеса, не посещала массажи и нутрициолога. Даже не заработала ещё ни одной золотой медали! Это выводило из себя… Это казалось страшно несправедливым. Райли мерила комнату шагами, ощущая, как внутри всё кипит. Внезапный прилив злости породил в ней ненужную перед сном энергию. Она не знала, куда себя деть и за что взяться. Хотелось всё и сразу: броситься учить испанский и обогнать школьную программу, а затем попытаться попасть в Испанию по обмену; начать крутить хулахуп для красиво выраженной талии; найти какие-нибудь бизнес-курсы в интернете, чтобы в двадцать быть богатой и независимой; сделать что-нибудь с волосами, в конце концов. Однажды в таком импульсивном порыве она криво обрезала себе чёлку и потом месяц хотела куда-нибудь спрятаться. Но, может, в этот раз, если она найдёт какой-нибудь ролик, у неё получится модная стрижка слоями? Такая стрижка должна придать пышность даже её прямым, как сосульки, волосам… Страх бросился к пульту и потянул за другие рычаги. — Это же просто кошмарная идея! — воскликнул он. — У нас только-только отросли волосы! Райли остановилась и снова взглянула на себя в зеркало. Идея была не просто плохой, а ужасной. Как хорошо, что она ещё не взяла ножницы! — Послушайте, может, мы все просто оставим пульт, как позавчера, и Райли как-нибудь сама заснёт? — обернулся к остальным Страх. — Она же не может просидеть в телефоне всю ночь. И хорроры накануне не смотрела… — Не сейчас! — сказали в один голос Брезгливость и Зависть, и последняя просияла от гордости за такое короткое совпадение мыслей. — Мы даже думаем об одном и том же! — восхитилась бирюзовая эмоция. — Мы определённо сделаем Райли самой крутой, чтобы все просто с ума посходили! Брезгливость с довольной ухмылкой поправила волосы. Радость не стала терять время и показала Райли одно из ярко-жёлтых воспоминаний о тусовке с «Жар-птицами» и прекрасной Вэл, чтобы немного ободрить девочку. Райли застыла, всё ещё глядя на себя в зеркало. Она почему-то вспомнила крутых сокомандниц и не менее крутую капитаншу команды. Были ли у них такие заморочки? Скорее всего, нет, особенно у Вэл, ведь она — просто идеал. Девочка вспомнила её улыбку, бархатную смуглую кожу, изящную фигуру со всеми формами, шелковистые волосы с красной прядью, которые так поразили её при первой встрече — вживую они казались ещё более мягкими и пышными. А как она держала клюшку, какой крышесносный у неё был удар! Внезапно её отравило осознание, что эта Кайли была бы куда лучшей сокомандницей и подругой для Вэл, ведь у них столько общего. Популярность, потрясающая внешность, харизма, навык игры в хоккей, который, как показалось Райли, у них обеих в том числе был лучше. Просто потому что они сами как будто во всём лучше. Райли села на кровать с чувством кома в горле и лёгкой тошнотой — возможно, от самой себя. Два года назад ей также казалось, что она не на своём месте, она была оторвана от родной Миннесоты и даже попыталась сбежать из дома в гневе на всю эту несправедливость. Но теперь Райли ощущает себя просто занимающей чужое место. Она должна, нет, она обязана стать лучшей версией себя, как все эти проклятые блогеры. Красивее, счастливее, популярнее, чтобы даже сама Вэл посчитала за честь их дружбу! Воспоминание с Вэл и командой стало бирюзово-зелёным с крупицей оранжевого. Брезгливость, Зависть и Тревожность, которая не смогла оставаться в стороне, по очереди выхватывали шар друг у друга. В конце концов, Зависть отдала его Брезгливости, а та закинула назад в самосознание. — Нет, оно же больше не счастливое! Что вы опять натворили? — расстроилась Радость. Она не могла поверить в происходящее. Её негласный статус лидера больше не воспринимался так безусловно, как раньше, в самосознании появлялись какие-то очень уж негативные установки. Почти каждый вечер Райли неотрывно листала социальные сети, призывая к пульту то Зависть, то Брезгливость, то Гнев, то Тревожность. Хорошие воспоминания неизбежно портились, как будто Райли больше не могла просто порадоваться, за этим всегда стояло ещё что-то. И Радость совершенно не знала, что делать. Стыд молчаливо наблюдал за конфликтом, не решаясь вмешиваться, а Печаль неожиданно пробилась к панели управления. — Эти мысли такие деструктивные… Такие грустные… Бедная Райли, этот мир и его стандарты слишком жестоки! Райли почувствовала дорожки слёз на щеках и острое желание удалить свой аккаунт во всех соцсетях. Может, ей вообще не стоит вести никакие блоги, если она не может быть такой, как Вэл, как Кайли, как Мэг, как все эти популярные люди с классными шмотками, отдыхом в Европе, пышными волосами… Она попыталась проглотить ком в горле, но поняла, что оно совсем пересохло. Неделю назад Райли уже думала удалиться отовсюду после просмотра видеороликов, где все слишком успешные, богатые, осознанные и совершенные. Но что-то её тогда остановило, может быть, снова надежда на то, что когда-нибудь это будет её собственная реальность? — Печаль, нам ведь не нужно добить Райли ещё сильнее, правда?! — с нажимом риторически спросила Радость. — Хватит, пожалуйста, не доводи до истерики! Плакать, конечно, полезно, но Райли так измотана, ей давно пора улечься в постель, и, кстати, нам всем тоже! — Да, вообще-то мне необходим мой десятичасовой сон красоты. — Брезгливость устало опустила ресницы. — Но это не означает, что я отступилась от своего мнения. Завтра только попробуйте отвлечь меня! У Райли будет идеальный пучок в школу, как из того видео-туториала. — А я буду спать двенадцать часов. — зевнула бирюзовая эмоция и завистливо глянула на давно дремлющую Хандру. — Мне ещё нужно волосы накрутить… — Я, между прочим, говорил, что это лучшая идея — просто пойти отдыхать. — важно заметил Страх и направился в сторону комнат, явно не желая оставаться на ночное дежурство. — Как хотите, но я пошёл готовиться ко сну. — Ну вот и славненько! — Радость выдохнула и обняла Печаль за плечи. — Пожалуй, и нам пора надеть пижамы и сладко заснуть, завтра новый интересный день. Райли перестала плакать, забралась в постель и теперь планировала просто листать ленту до изнеможения, как делала по вечерам, чтобы скорее заснуть. Считать овец, в конце концов, никогда не помогало. Она зарылась в подушку всё ещё влажным от слёз лицом и смотрела очередное видео, где очередная двадцатилетняя блогерша показывает свою успешную жизнь с посиделками в кофейне и крутой машиной… Надоело. Но неожиданно она наткнулась на кое-что поинтереснее. — Неужели это Лили из Миннесоты? Наша бывшая одноклассница учится в Южной Корее? — изумилась Радость, которая уже собралась было идти на законный отдых. — Ей всего тринадцать с половиной, как и нам, а она уже выучила корейский?! — Тревожность кинулась к пульту, нервно схватившись за собственные волосы. — Мы даже испанский ещё не выучили на все сто! Затем обернулась к Стыду, Радости и Печали, которые ещё не успели покинуть зал: — Вы идите-идите, готовьтесь ко сну. Я хорошо отдохнула в кресле, могу пока что с Райли побыть… Радость устало махнула рукой, не скрывая своей измотанности. На возражения и споры у неё уже не осталось сил.